Назад Том 1 · Глава 123

Паблос, командир паладинов и специальный посланник Дуэйна, вошел в исправительное учреждение.

Стоявший на страже охранник вздрогнул.

— Кто вы…

*Вжих.*

Его голова покатилась по полу. Паблос тихо прошептал:

— Убейте всех.

Черные тени разлетелись в стороны.

— А-А-А-АРГХ!!

— К-кто…

— ВТОРЖЕНИЕ!!!

Охранников оставалось немного, так что расправа не заняла много времени. Паблос зашагал прямо по трупам, продвигаясь вперед.

Один из его сопровождающих спросил:

— Что нам делать с главным надзирателем Лупесом?

— Не к спеху. Разберемся с ним, когда закончим дело.

— Но мы зашли уже так далеко, а он до сих пор не показался. Это значит…

— Побег его не спасет. В любом случае его ждет только смерть.

Паблос схватил еще живого охранника за горло и потащил за собой, пробираясь вглубь исправительного учреждения.

— Где Амар?

— По-пожалуйста, пощади…

*Хруст.*

— А-А-А-АРГХ!!!

— Дважды повторять не стану. Где Амар?

— В-внутри… в п-подвале…

Паблос без колебаний перерезал ему горло. Рука, лишившая жизни собрата по вере, даже не дрогнула.

Все, кто не служил Его Высокопреосвященству кардиналу Дуэйну, были не более чем еретиками.

Его оскверненная Священная Стигма мерцала зловещим светом. Паблос воспользовался украденным ключом, чтобы отпереть дверь в самый темный угол исправительного учреждения.

— …

Чисто. Совсем не так, как он помнил. Паблос вошел в место, которое уже посещал однажды.

Из железной клетки на него уставился странный взгляд. В прошлый раз она определенно была в смирительной рубашке, а теперь на ней была обычная тюремная роба.

Надзирательница Вероник что-то предприняла?

… Ну и ладно. Это не имеет особого значения.

Паблос пошел вперед. Миновав странно вытянутый коридор, он остановился перед железной решеткой.

Амар, демоница любви.

Это причудливое существо находилось внутри клетки. Лицо, куда более чистое, чем во время их прошлой встречи, резко повернулось к нему.

— …

Тишина затянулась. Бровь Паблоса дернулась.

Странно. Она не пыталась открыто соблазнить его, как раньше. Не бросалась на решетку и не кокетничала.

— Амар.

— …

— Ты ведь Амар, демоница любви?

— …

Амар снова резко отвернулась. Нимб над ее головой слегка вздрогнул, словно мужчина прервал ее мысли.

Паблос положил руку на прутья. Он попытался раздвинуть их изо всех сил, но его руки отбросило назад.

Как и ожидалось. Это непростая тюрьма.

— Мне привести главного надзирателя Лупеса?

— Нет необходимости.

В руке Паблоса вспыхнуло пламя.

— Я просто расплавлю ее.

Жажда силы. Именно Дуэйн избавил его от отчаяния, когда тот уперся в тупик. Кто мог подумать, что простая клятва верности способна так поразительно развить чужие способности.

Яркое пламя медленно плавило железные прутья. Связывающий Священный Закон, к которому он раньше не мог даже прикоснуться, теперь был полностью им разрушен.

— Схватите ее.

— Слушаюсь.

Сопровождающие бросились вперед и схватили Амар. Ее вытащили наружу без особого сопротивления. Амар медленно подняла взгляд на Паблоса.

Тихая, тлеющая враждебность. Поведение, бесконечно далекое от чего-то, хотя бы отдаленно похожего на любовь.

— Отпустите меня.

— … В тебе что-то изменилось?

— Я сказала, отпустите.

— Крики тебе не помогут. Мы уже все знаем. Ты всего лишь сосуд. Оболочка, хранящая в себе силу. Среди наук, которые мы изучаем, есть и закалка разума. Нас не так-то просто подчинить. Мы не испытываем чувства под названием «любовь» к подобным тебе тварям. Демон.

Сопровождающие зашевелились. Они начертили на полу сложный ритуальный круг.

Нужные люди на нужных местах.

В мгновение ока замысловатый круг был завершен, и Амар оказалась заперта в самом его центре. Паблос схватил ее за плечи и швырнул на пол.

*Бах.*

— Создайте портал.

— Слушаюсь.

Зеленое пламя прожгло дыру в воздухе. Аномалия, начавшись с одной точки, стала соединяться с каким-то другим местом.

Послышалось едва различимое пение гимна. В такт его куплетам паладины начали подпевать.

Амар забилась в путах. Паблос прижал ее к полу.

— Больно, демон?

— Нгх… н-нгх…

— Что ж, полагаю, так и должно быть. То, что живет внутри тебя — чистейшее зло. Само уродство, несравнимое со святостью Ра. Ты родилась грязью, сосудом, который мог умереть в любой момент, и никто бы не удивился.

— …

— Но этого все еще недостаточно. Слишком мало. Его Высокопреосвященство кардинал Дуэйн тоже это знал. Он лично приготовил кое-что для тебя.

Паблос силой раскрыл ей рот.

— Видишь это?

— М-м-м! М-м-м-м!!

— Эта черная пилюля — запал. Словно спичка, брошенная в камин, доверху забитый хворостом. Стоит тебе проглотить ее, как ты начнешь пожирать себя изнутри. Из-за твоей ужасающей силы все вокруг станет медленно искажаться и рушиться.

— М-м-м-м-м!!!!

— Сопротивление бессмысленно, демон. Разве ты не была дефектным существом с самого своего рождения? Ни человек, ни монстр. Из-за того, что ты застряла где-то посередине, тебя отвергли и те, и другие. И в конце концов тебя просто используют.

Паблос засунул пальцы в рот Амар. Надавив на корень языка, он заставил ее проглотить пилюлю.

— А теперь ступай. На ту сторону сна, демон. Бесконечно прокручивай в голове свое прошлое. Страдай от своих травм и сходи с ума еще сильнее. Возможно…

Паблос прошептал:

— На той стороне ты будешь счастливее.


Амар, демоница любви.

Существо, которое десятилетиями подавляло злобу к людям, хороня ее глубоко в своей груди.

Что такое любовь? Это чувство, которое ближе к «пониманию», чем к чему-либо еще. Во имя любви можно простить практически любой грех.

Но случай Амар был иным. Любовь служила для нее лишь удобным оправданием. На самом деле она никогда не любила людей. Исследователи, которые приютили ее в детстве и изучали, просто промыли ей мозги, чтобы добиться послушания.

Фальшивая любовь, полезная лишь как инструмент. И все же, несмотря на это, она терпела все. Она ни разу не усомнилась в том, что чувство, которое она несла в себе, было любовью.

Ведь если бы эта враждебность означала отрицание ее собственной ценности — если бы она осознала, что ни одно существо в мире никогда не сможет ее полюбить…

Вот тогда бы и начался ее истинный ад.

— …

Я устремил взгляд в ту сторону, откуда бил столб темно-багрового света, а затем раздавил и разорвал на части бросившегося на меня фанатика.

Стекающая по руке кровь немного прояснила мысли. Время еще оставалось.

До буйства оставалось двенадцать часов, верно?

Сообщение, которого я никогда раньше не видел. Обычно подобные вещи взрывались без предупреждения. Но на этот раз все было иначе — вероятно, именно поэтому и появилось это предупреждение.

Другими словами, способ остановить это существовал. В обычных обстоятельствах я бы сказал, что лучше отправиться туда самому, но…

С Филамоном еще не было покончено. Бросить этих людей сейчас было бы слишком безответственно.

Ничего не поделаешь. Сейчас лучший вариант — как можно быстрее разобраться со всем здесь, а затем отправиться…

*Хруст.*

Голова нападавшего на меня фанатика разлетелась вдребезги. Раадатук, раздавивший плоть, словно мягкий тофу, покосился на меня.

— Иди, брат.

— Что?

— Не знаю, что стряслось, но, судя по твоим колебаниям, появились неотложные дела, верно?

Этот похожий на медведя здоровяк из Культа Ра взмахнул двуручным мечом по широкой дуге. Вспыхнувшее пламя сорвало с паладина доспехи вместе с кусками плоти.

— Предоставь это нам.

— … Вы справитесь?

— Мы тренировались ради этого и пришли сюда ради этого. Если я задержу тебя сейчас, Великий инквизитор будет в ярости.

Раадатук закинул двуручный меч на плечо и прошел мимо меня.

— Ты ведь не забыл, что я выше тебя по званию?

— …

— Иди, брат. Это приказ твоего командира.

Я тихонько усмехнулся. Что ж, раз он так ставит вопрос, ничего не поделаешь.

Но даже так я не мог просто уйти. Я ткнул Вероник в бок.

— Что?!

— Раадатук. Надзирательницы Вероник ведь должно хватить, верно?

— Ты согласна сотрудничать?

— Какое еще сотрудничество, к черту! — фыркнула Вероник. — Раз уж все до этого дошло… если я буду просто стоять в сторонке, меня тоже сочтут еретичкой. Идиот. Но у меня есть условие, Медведь.

Вероник с хрустом расправила плечи.

— Командование никогда не было моей сильной стороной. Мне следовало с самого начала не жадничать и остаться просто инквизитором. Командуй всем сам. А я буду просто все крушить.

— Надеюсь, гражданских ты крушить не станешь?

— Жить надоело?

Вероник зарычала, а затем покосилась на меня и тяжело вздохнула.

— Эй.

— Да?

— Проваливай. Что бы там ни было, раз Медведь так говорит, значит, у тебя действительно есть дело, верно?

Вероник бросила взгляд на столб темно-багрового света.

— … Я и без объяснений все вижу. Все перевернулось с ног на голову. Боже правый. Не знаю, как насчет остальных, но Монику ты обязан защитить.

— Ты действительно очень дорожишь ею.

— Из всех охранников она была единственной, у кого голова работала как надо. Если бы я когда-нибудь ушла на покой, то сделала бы ее своей преемницей. Она не из тех, кто должен умереть в таком месте.

Вероник ворча двинулась вперед.

— Запиши это тоже на мой счет. Я сама все верну.

— Договорились! Позже я заставлю тебя работать на меня как рабыню.

— Тебе конец.


Моника забилась в путах. Лупес зажал ей рот рукой.

— Тсс!

Холодный пот катился по его лицу. Слова, которые он лихорадочно бормотал, было трудно разобрать.

Снаружи не смолкали крики. Бойня, казалось, была призвана не оставить в живых ни единой души в этом здании.

Прошло уже довольно много времени с тех пор, как она оказалась заперта здесь с Лупесом. Мужчина, который поначалу испытывал лишь похотливое возбуждение, теперь дрожал от страха.

— Черт… эти сумасшедшие ублюдки… почему они всех убивают?… П-подождите, они и от меня хотят избавиться? Этого не было в планах… какого черта происходит?…

Лупеса трясло. Кровь сочилась из ногтей, которые он искусал до мяса.

— Сейчас мне нужно спрятаться… нет, стоп… может, попытаться сбежать?… Но снаружи паладины… гончие кардинала Дуэйна… мне ни за что не сбежать…

— М-м! М-м!

— З-заткнись!

*Хлест!*

Голова Моники мотнулась в сторону. Повязанный на рот платок ослаб. Моника сплюнула окрашенную кровью слюну и вцепилась зубами в руку Лупеса, когда та оказалась возле ее лица.

— Ах ты, дрянь!…

*Хлест! Хлест! Хлест!*

От града быстрых пощечин Моника обмякла. Ее тело все еще отказывалось подчиняться. Святая сила не реагировала, затихнув, словно угасающая искра.

— М-мне вообще не следовало приходить в такое место… м-может, попытаться выбраться сейчас?… Или… мне следовало принять то пламя, пока была возможность… я был так глуп, что отказался… не нужно было нести ту чушь о доказательстве верности тогда!…

Лупес, без умолку бормотавший в панике, покосился на нее. Он прерывисто вздохнул, словно нашел оазис посреди пустыни.

На его лице отразилась решимость. Его рука медленно поползла к ней.

— У-уйду я сейчас или позже, разницы, наверное, нет… т-так что пока позволь мне закончить то, что я…

Его штаны непристойно натянулись. Глаза Моники расширились от ужаса. Собрав последние крохи сил, она поползла вдоль стены.

— И куда это ты собралась?… М-м?…

Лупес медленно последовал за ней. Он вытянул ногу и наступил на подол ее пальто.

— Тебе не сбежать, Моника. Ты же говорила, что любишь меня… говорила, что любишь, дрянь!…

— Кх… кх…

Лупес сдавил горло Моники сзади. Резким рывком он стянул с нее плотное пальто и облизнул губы.

Его взгляд уже блуждал где-то далеко. Словно парализованный страхом и похотью, он поспешно возился с ремнем на поясе.

— У м-меня есть опыт, понимаешь? Больно будет только в первый раз… а потом совсем не больно.

— М-м! М-м! М-м!

— Все хорошо. Я буду нежен. Черт… но если ты не перестанешь дергаться… я действительно убью тебя, поняла?

*Хлест!*

Получив еще один удар по лицу, Моника забилась изо всех сил. Даже когда ее пинали в живот и наступали на спину, она не прекращала сопротивляться.

— Ах ты, грязная…

Моника сжалась в комок. Она стиснула зубы, твердо решив тянуть время любыми способами.

— Просто… убей меня!…

— Заткнись!

Лупес обнажил меч. Наступив ей ногой на горло, он поднес лезвие так близко, что оно едва не коснулось ее глаза.

Его тяжелое дыхание вырывалось частыми, прерывистыми выдохами. Обезумевший взгляд говорил о том, что он окончательно потерял контроль над собой.

— Дернешься еще раз, и я начисто отрублю тебе правую руку… затем левую… Если хочешь остаться без конечностей, но все равно быть взятой силой, то давай, двигайся.

— Угх!…

— Похоже, мои слова для тебя ничего не значат…

Глаза Лупеса хищно блеснули.

— Думаю, тебе нужно прочувствовать это на себе, чтобы прийти в се…

— Эй.

Дверь со скрипом отворилась. Моника с огромным трудом повернула голову.

Промокший от пота мужчина зачесал волосы назад. Его тело, прислонившееся к дверному косяку, казалось, вот-вот упадет от усталости, а на одежде то тут, то там еще мерцали слабые искры Священного пламени.

На его лице застыло непривычно серьезное выражение. Слова, которые он тихо произнес, прозвучали как-то искаженно.

— Ты… что, по-твоему, ты делаешь?

Никакого почтения.

Его голос тоже угрожающе понизился.

Даже зная, что он союзник, Моника в этот миг не смогла сдержать пробежавшую по телу дрожь.

Он был в ярости.

Он — Захад — был в ярости.


Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot