— Я буду наблюдать за вами.

Дверь комнаты отдыха закрылась.

Последние слова герцогской дочери Юдит ла Рош повисли в тишине.

Я осторожно поднялся из-за дивана, где распластался на полу, и размял затекшую шею.

— Наблюдать она будет, как же. Сделай одолжение, просто исчезни из моей жизни.

И наследный принц, и эта злодейка — пускай катятся ко всем чертям.

Впрочем, торчать здесь вечно и жалеть себя не имело смысла.

В бальный зал я возвращаться не стал: выскользнул на террасу и перемахнул через ограду внешнего сада.

До бездарного второго сына виконта Аша никому не было дела — моего исчезновения даже не заметили.

Тёмный глухой переулок в трёх кварталах от шумного центра столицы Калиоры.

Я кутался от промозглого ночного ветра и натянул капюшон пониже, пока перед глазами не показалась дверь тайной книжной лавки, пропахшая сыростью и старой кожей.

*Скри-и-п.*

Стоило мне переступить порог, как хозяин лавки, пересчитывавший гроссбух под тусклым светом мана-лампы, вздрогнул и вскинул голову.

А разглядев меня, тут же расплылся в подобострастной, алчной улыбке.

Похоже, и в этот раз мы сорвали куш.

— О-о! Вы пришли!

Разумеется, торговец понятия не имел, автор я под псевдонимом Экстра или всего лишь курьер.

Он лебезил просто потому, что я приносил ему горы золота.

Я заговорил, стараясь сделать голос как можно ниже и глуше.

Ох… горло саднит.

— Как обстановка?

— И не спрашивайте! На подпольном аукционе форменное безумие! Берут за любые деньги! Молодые дворянчики готовы перегрызть друг другу глотки, лишь бы урвать экземпляр, последние кошельки вытряхивают!

Дрожащими от возбуждения руками лавочник открыл сейф и с глухим стуком вывалил на стол несколько пузатых кожаных мешков.

*Бум. Бум.*

— Это расчёт за первую партию. Извольте проверить.

Сделав безразличный вид, я развязал тесёмку одного из мешков.

*Дзинь-нь-нь!*

Чистое золото ослепительно сверкнуло в свете мана-лампы.

«…С ума сойти».

Я сглотнул вставший в горле ком.

— Сколько здесь примерно?

— Около пяти миллионов крон.

Пять миллионов крон.

На эти деньги водянистую капустную жижу, которой давились в виконтстве Аш, можно было на год вперёд заменить сытным грибным супом со сливками.

— С чего такой ажиотаж? Рекламы ведь не было.

Торговец хихикнул.

— Сынок южного адмирала, юный господин Кайл Вальдер, обшарил все закоулки высшего света и раструбил о вашем шедевре на каждом углу! Называет его «творением того, кто познал истинную природу женщин», и всё в таком духе.

А-а, тот самый невинный златовласый хлыщ.

Перед глазами тут же всплыла его физиономия: как он обливался потом в комнате отдыха и напускал на себя бывалый вид.

— Ха. А парень начинает мне нравиться.

С губ невольно сорвался смешок.

Чистый сердцем девственник, корчащий из себя бабника, стал лучшим зазывалой для моей эротической манги.

Жизнь — удивительная штука.

— Как бы там ни было.

Спрятав кошели под плащ, я перешёл к делу. Сейчас мне требовались не просто золотые кругляши.

Мне нужна была производственная база, способная утолить этот голод и принести настоящее богатство.

— Печатный станок удалось найти?

Рисовать каждую страницу вручную — тупиковый путь.

Для массового тиража требовалось нормальное оборудование.

Лицо книжника помрачнело.

— Э-э… Прошу прощения, но в ближайшее время достать его вряд ли удастся.

— В чём причина? Я же сказал, что заплачу сполна.

— Недавно Магическая башня признала рунические прессы стратегическим ресурсом. Да ещё и Академия подсуетилась — скупила подчистую все оставшиеся на рынке печатные машины… Их просто не достать.

Магическая башня и Академия, значит.

В дело влезли самые неудобные игроки.

…Постойте. А если я поступлю в Академию, смогу до них добраться?

«Нет, бред».

Надо взять себя в руки.

Соваться в это змеиное гнездо, кишащее главными героями? Даже думать забудь.

— Единственный выход — оформить новый заказ и вывезти через контрабандистов, но это займёт кучу времени.

— …Ничего не поделаешь. Продолжайте искать. Деньги не имеют значения, главное — надёжный станок.

Я коротко кивнул и вышел в ночь.

Едва я переступил порог обветшалого особняка виконтов Аш, на меня пахнуло ледяным холодом.

— Иан Аш.

— А, Хлоя. Почему ты ещё не спишь?

И смотрит так свирепо, будто убить готова.

Я послал Эстель полный мольбы взгляд, но та проигнорировала меня и молча прошагала в глубь дома.

Вот ведь предательница, а не горничная!

— Ты думаешь, мне до сна?!

Хлоя скрестила руки на груди и решительно шагнула ко мне.

— Что ты вообще натворил на приёме? Я же просила просто показаться и вести себя тихо! Почему до меня доходят одни только гадости о тебе?!

— Какие ещё гадости? И вообще, откуда ты уже успела всё разузнать?

Мы с Эстель уехали сразу же, как только бал закончился.

С какой же бешеной скоростью разносятся сплетни среди знати?

— Что ты без всяких манер набивал брюхо мясом, ни с кем не разговаривал и вёл себя как неотёсанный мужлан! Ты представлял наш род, неужели нельзя было сохранить хоть каплю достоинства?!

Хлоя обрушила на меня целый шквал упрёков.

Угу, я всё понимаю.

Она в одиночку тащит на себе все унылые дела поместья, тут у кого угодно нервы сдадут.

Впрочем, у меня имелось безотказное средство, способное мгновенно погасить этот пожар.

— Держи.

Я достал из-за пазухи один из кожаных мешков и вложил его в руки Хлои.

Ровно миллион крон — пятая часть от полученных пяти миллионов.

Остальное я собирался пустить в оборот.

— …Что это?

Почувствовав тяжесть, Хлоя подозрительно прищурилась.

Она осторожно развязала шнурок, заглянула внутрь и судорожно ахнула:

— И-Иан… Откуда у тебя столько…

— Мы же договаривались не спрашивать об источнике.

Я беззаботно пожал плечами.

Даже родной сестре нельзя признаваться, что я — тот самый Экстра.

— Т-ты добыл эти деньги на приёме?

— Ну, скажем так, проявил свои таланты.

— Ты… всё-таки продал… т-тело?!

От такого предположения я даже поперхнулся смешком.

— Сдурела? Кому я нужен, чтобы за моё тело такие деньжищи отваливать?

— Ну… лицо у тебя, конечно… Нет, я не об этом!

Хлоя вдруг вспыхнула до самых ушей и сердито выпалила на одном дыхании.

Хоть и строит из себя холодную леди, а чуть что — сразу теряет самообладание.

— Хм. Ладно. Я приму эти деньги.

— А где волшебное слово?

— Ч-чего?!

Хлоя сверлила меня возмущённым взглядом.

Ц-ц-ц. С таким колючим нравом кто её вообще замуж возьмёт?

Как старший брат, я был обязан преподать ей урок вежливости.

— Благодарить надо. Ну же, повторяй за мной.

— Ы-ых.

— Спас-и-бо.

— Спа… спаси…

Вот умница.

Стоило моим губам расплыться в довольной улыбке, как на лбу Хлои вздулась венка.

— Да ни за что на свете! Дурак бестолковый, братец Иан!

Ох. Ну и строптивая же у меня сестрица.

Погодите-ка.

Она только что назвала меня «братцем»?

«Кажется, я слышу это впервые?»

Не успел я переспросить, как Хлоя пулей метнулась к своей комнате.

Но на полпути резко затормозила и высунула голову:

— И не вздумай пропустить церемонию поступления в Академию!

— Постой, я же сказал, что заработаю деньги! Двести миллионов крон. Ты сама говорила, что если я их достану, то могу никуда не поступать!

— Церемония уже завтра! Как ты их за ночь достанешь?! Принесёшь двести миллионов — можешь бросать учёбу. Но завтра ты обязан быть там!

— …Э, стой.

Я растерянно моргнул.

— Завтра?

— Да, завтра! Опоздаешь — убью. Без шуток.

Я в отчаянии схватился за голову.

Как, чёрт возьми, заработать двести миллионов крон за одни сутки?!

На следующее утро.

Посреди моей комнаты валялась куча какого-то чудовищного тряпья.

— И это… форма?

С немым ужасом я поднял с пола этот позор портновского искусства.

Хлоя сунула его мне со словами: «Денег на форму нет, надень отцовскую, в которой он щеголял в молодости».

Заявила ещё, мол, форма Имперской академии веками не меняется.

«Да за столько веков она обязана была хоть немного измениться!»

Господи помилуй.

Сплошные кружева на рукавах, нелепо раздутые накладные плечи и бесформенный мешковатый силуэт, начисто лишающий намёка на талию.

Типичное безвкусное дворянское тряпьё из второсортного средневекового фэнтези.

— Это… визуальный террор.

Моё чувство прекрасного, выпестованное годами маниакального изучения одежды для вебтунов, было растоптано в пыль.

И мне предлагают ЭТО надеть?

Да лучше голышом заявиться — эстетичнее выйдет.

— Эстель!

Спасай, Дораэмон во плоти!

Я распахнул дверь и истошно завопил на весь коридор.

Наша спасительница…

Вернее, Эстель — это гениальная горничная, безупречно владеющая искусством уборки, готовки, шитья и филигранного унижения хозяев.

Вскоре под мерный стук каблуков в комнату вошла Эстель в идеально выглаженном платье горничной.

Лицо её, как обычно, не выражало ни единой эмоции.

— Молодой господин. Какую ещё дичь вы вздумали сотворить с самого утра, раз подняли такой шум?

После того случая градус её язвительности заметно подрос, но сейчас было не до обид.

Я беззаботно улыбнулся и вложил в её ладонь подушечку с булавками:

— Дичь сотворил не я, а тот, кто сшил это убожество, Эстель. Уповаю на безупречное мастерство старшей горничной дома Аш.

Разумеется, за дизайнерское видение отвечал я сам.

— Первым делом срежь эти жуткие подплечники. Талию подгони плотнее по фигуре. А камзол укороти дюйма на три, чтобы ноги казались длиннее.

— Молодой господин. Боюсь, выйдет наряд столь же непотребный, сколь и его владелец, попирающий все правила этикета. Не стоит ли спросить мнения самой одежды?

— А я когда-нибудь соблюдал этикет? И если эта тряпка посмеет сопротивляться, я ей устрою.

— Как я и думала, вы признаёте только насилие.

— Д-да нет же! В прошлый раз я просто…!

Я осёкся, собираясь оправдаться, и внимательно вгляделся в лицо Эстель.

Или мне показалось, или в её взгляде мелькнуло мимолётное смятение?

Уголок моего рта невольно пополз вверх, и я тихо прошептал ей на ухо:

— Что такое? Неужели тебе хотелось, чтобы я приказал?

— В-вовсе нет! Что за глупости…!

— Если Эстель этого желает, я всегда готов пойти навстре… Ай!

Острая булавка чувствительно кольнула кожу.

Металлическое остриё холодно блеснуло на свету.

А за ним сверкнули глаза горничной — так выразительно, будто она всерьёз прикидывала, не пробить ли этой иглой мою сонную артерию.

— П-прости…

Я совсем забыл, насколько опасной она бывает.

Да и эротическая манга — это просто рисунки, кому в здравом уме сдались такие ролевые игры?

Пока я мысленно винил себя за профессиональную деформацию,

Эстель поджала губы и принялась орудовать иглой с пугающей скоростью.

— Готово. Надевайте.

Даже на первый взгляд форма выглядела строго и элегантно.

Настоящий идеальный мужской лук, будто прямиком из ленты соцсетей.

Угу.

Эстель своё дело знает.

Вышло на редкость недурно.

Но пока я любовался отражением, она оборвала мои мысли:

— Вы опоздаете. Одевайтесь живее.

— П-погоди! Мне же… дыхание перехватило, Эстель!

Пришлось на собственной шкуре ощутить всю безжалостность разозлённой горничной.