Глава 190: Побочная история 2. История после, Тина и Танха (2)
Тина оставалась единственным голосом совести в группе героя. Люг до сих пор так считал.
Во-первых, она не умела толком лгать и старалась уважать других.
Да, её поступки могли доставить кому-то неприятности, но в них никогда не было злого умысла.
Именно поэтому Люг мог её понять.
Ни в одном из её действий не крылось злобы, как не было и мелочных оправданий вроде желания наказать его или недоверия.
Для Тины всё это являлось совершенно естественным.
— Я обустрою здесь кухню. Какое-то время нам придётся питаться сухими пайками, но ты не переживай: консервы, которые делают в Оке Истины, довольно вкусные.
Все поступки Тины были преисполнены добрых намерений, и она относилась к ним как к чему-то само собой разумеющемуся.
Люг мог это понять.
«Кровь дракона…»
Это просто особенность драконов.
Подобно тому, как у каждого существа есть свои отличительные черты, драконья природа Тины постепенно брала верх.
Тина не умела сдерживать свою жадность, словно новорождённое дитя.
Глядя на неё, Люг не мог не злиться в душе на Ла•Па.
Раз уж все драконы произошли от крови Ла•Па, то вся эта жадность и безумие наверняка передались от неё.
— Это наша гостиная. Просторная, правда?
— Да, действительно просторная.
Абсолютно пустая гостиная.
Настолько просторная, что в ней ничего не было.
Разве что поднимающиеся с пола сталагмиты да свисающие с потолка сталактиты.
Больше всего бросалось в глаза место, где они соединялись, образуя сплошную колонну.
— А вот это твоя комната.
— … Просторная и хорошая.
— Правда ведь?
Люг ответил безжизненным голосом.
Комната и впрямь оказалась просторной.
Подземное пространство, в которое они провалились сквозь провал, было настолько огромным, что его смело можно было назвать пещерой.
И насколько оно было огромным, настолько же и пустым.
Единственным украшением по-прежнему оставались сталактиты, сталагмиты и колонны.
Но они ведь только заселились, так что поделать? Со временем здесь появится мебель.
И Люг прекрасно понимал, что к тому моменту всё зайдёт слишком далеко.
«Неужели меня уже считают собственностью Тины?»
Люг превратился в сокровище Тины.
Звучало это, может, и почётно, но когда дело касалось драконьих сокровищ, всё менялось.
В обычных героических балладах герой побеждает дракона и забирает его богатства.
Иными словами, дракон никогда не выпустит из когтей то, что однажды нарёк своим, до самой смерти.
— Заходи, Люг.
— Что?
— Заходи внутрь.
Тина ничего не стала объяснять.
Она вела себя так, словно его послушание разумелось само собой.
— Люг?
— А, да.
Люг послушно вошёл в комнату.
По меркам драконов Тина была подобна новорождённому младенцу. А дети по своей природе упрямы.
Вот только если упрямство человеческого ребёнка могло показаться милым, то упрямство драконьего дитя бывало жестоким и даже пугающим.
Станет ли дракон, высокомерное создание, щадить низшее существо, которое смеет не подчиняться?
Пусть сейчас Люг и считался «сокровищем» Тины, всё могло круто измениться, попытайся это сокровище сбежать из сокровищницы.
Лучше войти добровольно, чем оказаться запертым в комнате, скованным по рукам и ногам.
К тому же, пусть сейчас состояние Тины и было крайне нестабильным, время в конце концов всё исправит.
Да, пока нужно просто…
С такими оптимистичными мыслями прошло два дня.
За это время между Люгом и Тиной не произошло ничего особенного, а их быт постепенно налаживался.
Хоть Тина и похитила Люга полупринудительно, она, похоже, не требовала от него ничего сверхъестественного. Помимо того, что она постоянно липла к нему, больше ничего не происходило.
Какое-то время Тина просто прижималась к Люгу, засыпала с кошачьим мурлыканьем, просыпалась и повторяла всё по кругу, то и дело отлучаясь на поверхность.
Чем же она занималась?
Ответ нашёлся довольно быстро.
— Как тебе это?
— Мне нравится этот лаконичный дизайн.
— Правда?
Каждый раз, когда Тина возвращалась снаружи, в подземном убежище появлялась новая мебель.
Сначала появился шкаф, затем двери, и постепенно пещера всё больше становилась похожей на жилое помещение.
И всё это всего за два дня.
Именно это и пугало Люга.
Откуда она вообще всё это брала? Неужели подготовила всё заранее?
Всякий раз, когда Люг ловил себя на мысли, что в обустраиваемом подземном жилище становится уютно, он тут же спохватывался:
«Это опасно».
Он начинал привыкать к этому месту.
И если даже он ловил себя на подобном, то что говорить о Тине?
Для неё это место, возможно, уже стало полноценным домом.
Он надеялся, что время всё уладит, но, похоже, следовало действовать без промедления. Впрочем, подобные мысли не имели смысла.
— …
В этом бескрайнем подземном пространстве единственным выходом оставалась дыра наверху, сквозь которую пробивался свет.
Чтобы выбраться из провала, в который они угодили при обрушении земли, нужно было либо уметь летать, либо добраться до края этой огромной подземной полости и карабкаться по отвесной стене к выходу.
Иными словами, для Люга, лишившегося магии и обладавшего силой обычного человека, побег был невозможен.
— Почему ты туда смотришь? Хочешь уйти?
— …
К тому же стоило ему лишь мельком поднять глаза, как он тут же натыкался на бдительный взор Тины.
Даже попытайся он улучить момент в её отсутствие, сбежать до её возвращения всё равно бы не вышло.
В итоге Люг оказался бессилен. Физические пути отступления были отрезаны, и вариантов не оставалось.
— Нет, я просто смотрел.
Люг покачал головой, приподнял Тину, лежавшую головой у него на коленях, усадил её поудобнее и непринуждённо обнял со спины.
Если не можешь избежать — расслабься и получай удовольствие.
Как раз в тот момент, когда Люг уже начал оставлять мысли о побеге и смиряться с реальностью…
— Эта непринуждённая атмосфера тоже неплоха. Правда ведь, муженёк?
— … Я ждал этого.
Единственный способ спасения, которого так ждал Люг, наконец открыл глаза.
Да, в отличие от Тины, напоминавшей новорождённого дракончика, пробудилась истинная владелица Сердца дракона, сокрытого в её груди.
— Танха.
Настал миг, когда прежняя хозяйка Сердца дракона открыла глаза.
Это было неизбежно.
Появление у Тины драконьих крыльев, рогов и хвоста говорило о том, что её драконья природа брала верх, а это свидетельствовало о небывалой активности Сердца дракона.
Если в обычное время Танха могла лишь наблюдать за действиями Тины изнутри и давать советы, то при активации Сердца дракона их роли естественным образом менялись.
Сердце дракона служило источником силы для Танхи, и его укрепление означало, что её душа тоже обретала большее влияние.
— Хм… Тело совсем затекло, давно я не выбиралась наружу.
— Ох, так не пойдёт. Давай я разомну тебе плечи.
— Ха-ха-ха, никто не сравнится с тобой, муженёк. Что ж, с удовольствием воспользуюсь твоим предложением.
Танха улыбнулась Люгу, пытавшемуся ей угодить, и прислонилась к нему.
Широкие ладони Люга принялись разминать плечи Танхи, и между ними завязался разговор.
— Что нам делать?
— Ты о чём?
— Об этой ситуации. Ты ведь наверняка знаешь решение.
— А разве всё не прекрасно? Мог бы провести здесь всю жизнь, бездельничая и вкусно питаясь. Тина бы о тебе позаботилась. Обычно у тебя куча забот, так почему бы просто не насладиться моментом?
— … Танха.
— Хи-хи, я шучу. Просто шучу.
Танха со смехом отмахнулась от серьёзного тона Люга.
Её тело расслабилось под его массирующими пальцами, и она прижалась щекой к его щеке, откинувшись назад.
Танха прошептала:
— Все мы произошли от Матери. Наши инстинкты — это, по сути, яркое проявление её качеств.
Мара-Папияс, мать всех драконов, была злым божеством и самим источником скверны, переполненным негативными эмоциями, включая пять желаний и семь чувств.
Однако в то же время её можно было назвать чистейшей из всех.
Открыто проявлять свои тёмные порывы, ничего не утаивая, в каком-то смысле честнее, чем носить маски и обманывать окружающих, пряча истинные чувства.
Иными словами, её сила заключалась одновременно в чистоте и первозданности.
— Пусть мы и обладаем великой силой и мудростью, на деле мы мало чем отличаемся от диких зверей.
— Следуя этой логике, люди тоже недалеко ушли от зверей.
— И то верно, по ночам ты превращаешься в настоящего зверя, а, муженёк?
— …
— Кхм-кхм. Ну, это мы обсудим позже. Сейчас нам нужно найти выход из сложившейся ситуации, верно?
— Да.
Сейчас Тина не способна контролировать свои желания. Стоит Люгу заикнуться о том, что он хочет уйти, как она разозлится, а это недовольство тут же приведёт к путам и заточению.
Чтобы не допустить подобного, необходимо подавить драконью сущность, завладевшую телом Тины.
Будь Люг прежним, он мог бы изгнать поселившуюся в ней алчность, но сейчас он всего лишь обычный человек.
— Сейчас Тина очень тревожится.
— Боится, что я сбегу?
— Именно.
— Что ж, это заметно.
Танха улыбнулась, давая понять, что это ключевой момент.
— Драконы — высокомерный вид. Иными словами, они преисполнены абсолютной уверенности в себе.
— И как это…
— Для нынешней Тины ты ещё не стал сокровищем, полностью принадлежащим ей.
Вот почему она так тревожится.
Будь она уверена, что ты её собственность, ей бы и в голову не пришло переживать о твоём побеге.
Значит, тебе нужно доказать ей, что ты не её игрушка.
— Чтобы раз и навсегда вбить ей это в голову, ты должен показать ей иерархию. Показать, что ты стоишь выше.
— Я?
— Да.
— Тине?
— Именно.
— Но как?
Люг говорил совершенно серьёзно.
Он никак не мог одолеть Тину. Даже в свои лучшие времена он бы не справился, что уж говорить про сейчас.
— Воспользовавшись своим главным талантом.
— Моим талантом…
Танха с лукавой улыбкой прижалась к Люгу ещё плотнее.
И в этот миг он ощутил, как её тела коснулся огромный «магический меч».
— Кажется, я знаю, какой именно зверь окажется сильнее ночью.
Единственное оружие, которым Люг мог одолеть Тину, находилось именно там.
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos