Назад Том 1 · Глава 99

— Работает отлично…

Не думал, что эффект окажется настолько сильным.

Мясной пирог, который даже мне казался аппетитным, для этих Аномалий явно выглядел чем-то большим, чем просто еда.

Заведующая столовой, всё это время беспрерывно сглатывавшая слюну, сама того не замечая протянула руку к тарелке.

— Учитель, дайте я сначала проверю, какой он на вку—

Даже когда я попытался отодвинуть её, она не сдвинулась с места.

Точнее всего это состояние можно было описать словами: «глаза закатились».

Просто так отдавать пирог нельзя.

Я сразу поднял тарелку с пирогом и широко открыл рот. Затем, сделав вид, будто собираюсь проглотить его целиком, в идеально подобранный момент вернул пирог в Инвентарь.

Ням-ням-ням.

Я усердно жевал воздух, двигая ртом.

— … Вкусно?

— Конечно.

Я посмотрел на заведующую столовой с максимально невинным выражением, словно не понимал, что её беспокоит.

Она с пустым лицом пошатываясь отошла прочь.

Будто у неё только что отобрали еду.

Над всей столовой повисла мрачная атмосфера.

Ученики, ещё недавно шумно болтавшие, теперь молча опустили головы и быстро запихивали еду в рот.

От этого становилось немного не по себе.

«Вкусный мясной пирог»…

Куда более впечатляющий предмет, чем я думал.

«Никогда не думал, что буду благодарен сотруднику „Ит-Марта“.»

Как бы то ни было, опасную ситуацию удалось преодолеть.

Раз я на глазах у всех официально закончил есть, теперь можно спокойно выйти.

Я поднялся и выбросил остатки с подноса в мусорный бак.


Ближе к концу обеденного перерыва, в пристройке.

— Не получается.

Стоя на тринадцатой ступени, я недовольно цокнул языком.

Я несколько раз поднимался и спускался по той же лестнице, надеясь, что на этот раз что-нибудь изменится, но результат оставался прежним.

На лестнице всегда было тринадцать ступеней.

А открывая глаза, я неизменно оказывался в Призрачной школе, кишащей Аномалиями.

Пи-и-ип! Пи-и-ип!

По всей пристройке громко разнёсся звонок на урок.

«Когда успело пройти столько времени…»

Коридор стремительно опустел.

Ученики поспешно разошлись по своим классам.

Одновременно с этим по коридору прокатилась слабая вибрация, отдавшаяся прямо в ушах.

Тук-тук-тук-тук.

Со всех сторон послышался раздражающий звук, словно кто-то в бешеном темпе стучал ногтями по полу.

Не успел я опомниться, как в коридоре остался совершенно один.

Предзнаменование настолько очевидное, что ошибиться невозможно.

Если Аномалии имитируют обычную школьную жизнь, значит во время урока мне, скорее всего, тоже нужно находиться в классе.

«Ничего не поделаешь.»

Окончательно отказавшись от попыток воспользоваться лестницей, я наугад вошёл в ближайший кабинет естествознания.

Шурх.

Стоило открыть дверь, как все головы учеников на уроке одновременно повернулись ко мне.

Нормально ли это?

Ладно.

Нужно просто вести себя уверенно.

Поведение этих Аномалий — всего лишь грубая имитация настоящей школы.

Если возникнет проблема, тогда и сбегу.

— … Ты кто?

— Переведённый ученик.

— Мне ничего об этом не сообщали.

— Я только что закончил оформление. Директор сказал идти сюда.

Глаза преподавательницы расширились.

— Директор…?

— Да. Есть проблема?

— А, нет. Кхм. Быстро надень лабораторный халат и садись на свободное место. Сегодня практическое занятие, времени мало.

Я снял с вешалки белый халат и накинул его на плечи.

Когда сел на свободное место, ученики из моей группы повернулись ко мне и зашептались.

— Переведённый ученик…! Как интересно.

— Кто-нибудь ещё чувствует какой-то вкусный запах?

— Сейчас это важно? Он только что разговаривал с директором.

— С директором? Он правда это сказал?

Судя по их разговору, кабинет директора был логовом, к которому даже другие Аномалии не хотели приближаться.

«А я ведь придумал это на ходу.»

Даже удобно.

Если остальные Аномалии избегают директора, проверить мои слова они не смогут.

— Может, это правда?

Теперь во взглядах было скорее любопытство, чем подозрение.

Я сделал вид, будто ничего не замечаю, и посмотрел вперёд.

Пока всё идёт хорошо.

Возможно, получится естественно затесаться в этот класс и оставаться здесь, пока не найду выход.

Тук-тук.

Ученик рядом постучал мне по плечу.

— Переведённый. Какую часть предпочитаешь? Голову, внутренности, шею, грудную клетку или живот?

— … Голову.

— Я так и думал.

Ответ сорвался совершенно машинально.

Знай я, к каким ужасающим последствиям приведёт это короткое слово, никогда бы не сказал «голову».

Из подсобки лаборатории вышли ученики, тащившие в руках охапки «чего-то».

— Держи!

Сосед протянул мне серебряный поднос, на котором лежал крупный предмет.

Я тихо выдохнул, глядя на него.

Человеческая голова, надёжно закреплённая в фиксаторе.

Похоже, её обработали каким-то специальным веществом, потому что характерный выворачивающий желудок запах резал глаза.

Рядом аккуратно лежали острые скальпели, ножницы, костная пила, пинцеты и прочие инструменты.

— Можешь сразу начинать. Если что-то непонятно, посмотри мой учебник.

— …

— Нервничаешь? Ха-ха! Ничего страшного, даже если ошибёшься. Учитель поймёт, это ведь твой первый день.

Какая доброта.

Поистине.

Я прикусил губу, подавляя тошноту.

В ушах грохотало собственное сердце.

— Ты же не… боишься?

Зловещий взгляд на самой грани.

Бесчисленные глаза внезапно обратились ко мне.

Больше тянуть нельзя.

Дрожащими руками я натянул нитриловые перчатки.

Взял скальпель для вскрытия.

Медленно.

Очень медленно приблизил кончик лезвия, внимательно изучая голову.

Глазные яблоки уже удалили.

В пустых глазницах открыто виднелись желтоватый жир, тонкие отростки и кровеносные сосуды.

И теперь мне нужно разрезать эту голову, вскрыть её, покопаться внутри и собственными руками трогать мозг.

Я смогу.

Смогу, но…

Стиснув зубы, я беззвучно взмолился:

«Кто-нибудь… Кто угодно, сделайте это вместо меня—»

И в тот самый момент, когда я отчаянно этого пожелал…

— Мне.

В голове прозвучал голос.

Метка Уробороса на левом запястье начала вращаться с невероятной скоростью.

Одновременно…

«…?»

Сознание стало затягивать внутрь вращающегося кольца.

Закручивающийся вихрь мягко и уютно увлекал меня за собой.

Словно я постепенно засыпал.

Кора головного мозга говорила со мной.

Просила лишь ненадолго передать ей управление.

Обещала не делать ничего подозрительного.

На ложь это не было похоже.

«Но всё-таки…»

Я делаю тебе одолжение.

Всего на мгновение.

Правда, только на мгновение.

Я ведь не отдаю тело полностью.

Если она сделает что-нибудь подозрительное, я сразу проснусь.

Голос подтвердил, что мои рассуждения верны.

Если честно, проводить вскрытие я совершенно не хотел.

Мне даже животных неприятно препарировать.

А тут человеческая голова.

Между тем, чтобы просто видеть труп, и тем, чтобы собственноручно копаться в нём лезвием, лежала огромная пропасть.

Едкий запах от образца заставлял голову пульсировать.

Круг.

За кругом.

Даже пока я сомневался, Уроборос продолжал бесконечно вращаться.

Ощущения одно за другим отсоединялись от конечностей, погружая тело в ленивый покой.

Я мог сопротивляться.

Стоило только захотеть.

Но…

«… Наверное, ничего страшного.»

Оставив лишь самый поверхностный слой сознания, я тихо закрыл глаза.

Тук, чик—

Скряб, скряб. Хрусть.

Нажим. Щёлк.

Чик, чик, чик, чик.

Скряб, скряб. Бах!

Скрип.

Плеск, буль-буль.

Щёлк, щёлк. Тук.

Р-р-р-рвак.

— Хлюп.


Когда сознание вернулось, части мозга уже были аккуратно разложены по секциям на подносе.

Тонко нарезанные образцы были закреплены и снабжены бирками с медицинскими названиями.

Даже моему неопытному глазу работа казалась безупречной.

Ученики, окружившие меня кольцом, несколько раз моргнули большими глазами.

А затем…

— Боже мой…

После тихого восхищённого возгласа одного из них…

— О-ого!

— Как ты это сделал?!

— Невероятно!

Со всех сторон посыпались восторженные крики.

Повернув голову, я увидел голову ученицы, с которой полностью сняли кожу.

Кожа головы, лицевые мышцы и сложно переплетающиеся нервы были как на ладони.

Наверное, это тоже сделал я.

Выглядело настолько нереально, что больше напоминало чрезвычайно тщательно изготовленный анатомический муляж, чем настоящего человека.

Если, конечно, не обращать внимания на резкий запах.

— Ты отдельно изучал анатомию человека? У тебя получается даже лучше, чем у меня…

Преподавательница с серьёзным выражением осмотрела поднос и осторожно спросила.

Я неловко улыбнулся, уходя от потока вопросов, и намеренно игнорировал смутно сохранившиеся отвратительные воспоминания и ощущения.

Наконец урок закончился.

— Эй, переведённый, ты куда?

— В туалет. Вы идите вперёд.

— Ты знаешь, где наш класс? Класс 2-063 находится на четвёртом этаже, за вторым углом потолка. Не перепутай.

Это вообще должно что-то значить?

Я лишь пожал плечами.

Дождавшись, пока все уйдут, я тихо двинулся дальше.

Целью был кабинет естествознания.

Точнее, соединённая с ним лабораторная подсобка.

«Именно отсюда они принесли трупы.»

Заглянув внутрь, я обнаружил за плотно запертой внутренней дверью людей.

Ученики лежали на полу, крепко связанные.

У противоположной стены в прозрачной жидкости хранилось множество расчленённых тел.

— Хочешь их выпустить?

— А, нет.

Неожиданно прозвучавший за спиной голос заставил меня вздрогнуть и слегка запнуться.

Преподавательница, проводившая урок, неторопливо пошевелила пальцем, словно прекрасно всё понимала.

— Мне тоже жаль. Я бы с удовольствием дала ученикам то, чего они хотят, но что поделать, если материала для практики недостаточно? Приходится экономить.

Так вот что она имела в виду.

А я уже решил, что меня поймали.

Я незаметно отпустил флакон Святой воды, который сжимал в кармане.

— Но посмотреть могу разрешить.

— … Правда?

— Конечно. Образцы ведь не испортятся только от того, что на них посмотрят.

Пи-и-ип. Пи-пи-пи.

Преподавательница закрыла ладонью замок и ввела код.

— Ничего не трогай. Особенно будь осторожен с материалом для практики. Объяснять почему, надеюсь, не нужно?

Я кивнул.

Клац.

Когда запертая дверь открылась, наружу вырвался затхлый запах.

«Угх.»

Делая вид, будто рассматриваю многочисленные человеческие образцы в банках с формалином, я краем глаза проверил состояние запертых здесь «материалов».

— Н-нет… пожалуйста.

— А-а-а… А. И-и-ик.

Стоило моему взгляду упасть на кого-нибудь, как ученики начинали извиваться и содрогаться.

Их лица были залиты слезами и кровью, а из-за кляпов слышались лишь приглушённые стоны.

«Отвратительно.»

Теперь я был уверен.

Все они люди.

Преподавательница непонятно отчего пребывала в прекрасном настроении и напевала себе под нос, показывая банки с образцами.

— А вот эти глазные яблоки мы извлекли на прошлой неделе! Посмотри, какие красивые мягкие карие радужки. А это! Вот это тоже обязательно посмотри!

— … Красивые.

— Правда? Хочешь, подарю тебе одно?!

Совершенно не хочу.

Но в этой ситуации обычный ученик Призрачной школы наверняка согласился бы.

Я вежливо ответил:

— Если предлагаете, с благодарностью приму.

— Отлично! Оставайся здесь и пока осматривайся. Я принесу тебе из кладовой особенно хороший экземпляр.

И пока преподавательница ушла за банкой с подарком, я посмотрел на связанных учеников и спросил:

— Вы ведь люди?

Они замотали головами.

— Да ладно.

Девушка отчаянно пыталась отрицать, но ложь была очевидна.

Дрожащие конечности.

Лица, пропитанные отчаянием.

От одного моего обращения они приходили в такой ужас, что нормальный разговор был невозможен.

Наверное, потому что видели, как дружелюбно я общался с преподавательницей.

«Похоже, сейчас не время.»

Я вздохнул и уже собирался подняться, когда…

— До… Х-х, помоги нам!

— … Ты меня знаешь?

— М-мф!

Во взгляде была полная уверенность.

Я ослабил кляп у него во рту.

— Фух! Конечно! Я Соджун, Кан Соджун! Как ты здесь… Нет, сейчас неважно! Нам нужно быстрее выбраться отсюда, пока эта тварь не вернулась—

Назвавшийся Кан Соджуном парень торопливо заговорил, поднимая шум.

Я пустым взглядом смотрел на него.

Как ни пытался вспомнить…

В воспоминаниях Им Дохёна такого друга не было.

— Ты кто?

Лицо парня побледнело.

— Что…? Не шути так. М-мы уже два года учимся в одном классе. Живём в одной комнате общежития и—

— Я живу в комнате один.

— П-почему ты вдруг так говоришь? Мне страшно. Мы близкие друзья! В классе сидим рядом и— М-мф! М-мф!

Я снова заткнул ему рот кляпом.

«Шумный.»

Преподавательница скоро вернётся.

Нужно быть осторожнее.

Я сел на стоящий рядом стул и стал ждать.

Вскоре преподавательница действительно появилась с маленькой банкой.

— Вот твой подарок. Язык, зафиксированный вместе с корнем. Ну как, понравилось осматривать мастерскую?

— Да. Спасибо.

— Если захочешь посмотреть ещё, просто скажи. Ученикам с таким стремлением к знаниям здесь всегда рады.

Вежливо поклонившись, я последовал за преподавательницей из мастерской.

— Дохён. Дохён!

Я на мгновение замедлился.

Позади отчаянно звал парень.

Но…

— Что-то не так?

— … Ничего.

Я молча продолжил идти.

— Скрип, клац.