«Как же я вымотался».

За последние несколько дней обрушившийся шквал внимания свел мое окружение с ума еще сильнее.

Менеджер без умолку суетился, твердя, будто весь интернет только и гудит о Ю Сыльхо, но у меня самого едва находилось время это прочувствовать.

До начала финального монтажа оставалось отснять еще уйму материала, и каждый съемочный день был забит под завязку.

Сорвись съемки хотя бы на один день, весь график тут же полетел бы к чертям. К тому же из-за прикованного к проекту внимания публики вся группа была настроена не допускать промахов и выкладывалась на площадке без остатка.

Даже посреди этой лихорадочной суматохи команда сериала не забывала осыпать меня комплиментами и подарками.

Разумеется, благосклонны ко мне были далеко не все.

«У Джунсо явно не в духе».

С момента выхода первой серии весь фокус внимания сместился на меня. Для исполнителей главных ролей такое положение дел отдавало неприятным осадком.

И дело не в том, что У Джунсо был законченной дрянью. Честно говоря, окажись я на месте ведущего актера, когда вокруг превозносят только персонажа второго плана, меня бы тоже взяла досада.

Впереди оставалась еще целая гора съемок, и испорть я отношения с ведущим составом, хуже было бы только мне самому.

Поэтому я тщательно подбирал слова и мягко успокаивал его, изо всех сил стараясь не задеть за живое.

К счастью, до открытого конфликта дело так и не дошло.

Чхве Ран просто посоветовала мне не забивать голову чепухой.

У Джунсо же даже не пытался скрыть дурного расположения духа и процедил:

— Ну, по крайней мере, дорама набирает популярность благодаря тебе.

В этот момент его менеджер, весь день нервно следивший за настроением босса, едва ли не кубарем унес ноги.

Я уже раздумывал, не стоит ли и мне убраться с глаз долой, как вдруг заметил Пак Санина, косившегося в нашу сторону издалека.

Казалось, уйди я прямо сейчас, Пак Санин не упустит шанса снова втереться в доверие к У Джунсо.

В итоге я нацепил именно ту маску, которую У Джунсо жаждал увидеть.

— Джунсо, меня кое-что беспокоит. Можно попросить твоего совета?

— Что такое?

— Моя игра определенно стала лучше, но… во вчерашних комментариях меня то и дело сравнивали с тобой. Писали, что ставить меня в один ряд с исполнителем главной роли просто смешно. Конечно, я прекрасно понимаю, что твое мастерство мне не превзойти, но мне бы очень не хотелось тянуть проект на дно.

Чем дольше я говорил, тем заметнее разглаживалась складка между бровей У Джунсо.

Когда я еще пару раз провернул этот нехитрый трюк — потешил эго У Джунсо под видом просьбы о профессиональном совете, — на его лицо наконец вернулась улыбка.

— Да брось, нашел из-за чего париться. Будь ты так же хорош, как ведущие актеры, сам бы уже играл главные роли. Хватит накручивать себя по пустякам.

Его тон переменился.

От прежней настороженности и скрытой агрессии не осталось и следа — теперь он снова говорил со мной свысока.

К нему вернулась былая спесь:

Что бы там ни происходило, ты всего лишь второстепенный актер, а звезда здесь я.

«Отлично».

Мое самолюбие это нисколько не задевало.

Его мысли никак не меняли реальности, так что обращать на них внимание не имело смысла.

«Надо продержать наши отношения в таком русле до самого конца съемок».

Точнее, мне нужно было помешать Паку Санину и У Джунсо снова спеться.

Если уж мне суждено дальше жить как Ю Сыльхо в индустрии развлечений, спевшаяся парочка вроде них стала бы невыносимой помехой.

«Лучше задушить проблему в зародыше».

Что касается У Джунсо, у меня на него набралась целая гора компромата.

Переворот баланса сил оставался лишь вопросом времени.

Я прямо видел, как он начнет трястись после пары тщательно выверенных намеков.

Зная это, я при всем желании не мог по-настоящему разозлиться на его слова.

«А вот с Пак Санином все иначе».

Стоит его недооценить — и придется расплачиваться.

В идеале, конечно, лучше не наживать врагов и ладить со всеми.

Но именно Пак Санин когда-то предложил У Джунсо сделать Ю Сыльхо своей боксерской грушей.

И дело тут вовсе не в благородном гневе вроде:

«Как он посмел?! Этому нет прощения!»

Сам я святым отнюдь не был.

Проблема заключалась лишь в том, что его мишенью стал именно Ю Сыльхо.

«Пацану и без того досталось выше крыши».

Благодаря ему я получил шанс прожить другую жизнь.

И самое меньшее, что я мог сделать для Ю Сыльхо, — отплатить ему добром.

«Надо будет подумать, как разобраться с Паком Санином».

Если ничего толкового в голову не придет, всегда можно спустить его под откос за компанию с У Джунсо.

Как бы то ни было, вчерашний день прошел в съемках и кружении вокруг У Джунсо.

Сегодня же выдался редкий выходной.

Оставив непутевого менеджера позади (тот снова укатил играть в гольф с директором Сином), я наконец выгнал машину Ю Сыльхо с подземной парковки отеля.

«Давненько я не садился за руль».

В прошлой жизни машиной всегда управляли подчиненные.

Я сам не держался за баранку, пожалуй, добрый десяток лет.

На миг я даже подумал взять такси, но с учетом конечной точки маршрута втягивать посторонних было неразумно.

«Видимо, все дело в цене тачки».

Я опасался, как бы кто не устроил разборки из-за моей не слишком уверенной езды, но тревога оказалась напрасной.

Благодаря роскошному автомобилю Ю Сыльхо мне ни разу даже не посигналили.

Не получи я ранее отчет от частных детективов, наверняка бы задался вопросом:

«Откуда у человека с пустым банковским счетом такая дорогая машина?»

Судя по отчету, как только Ю Сыльхо стал совершеннолетним, родители подарили ему пять автомобилей.

Целых пять штук.

Вот только он никогда толком не садился за руль этих элитных авто.

Он просто курсировал между домом и съемочными площадками на машине менеджера.

Этим все его вылазки в свет и ограничивались.

А год назад, когда его выставили из родительского дома, он уехал лишь на этой одной машине.

«Значит, остальные четыре до сих пор стоят в особняке родителей».

Подвернется удобный случай — надо будет поскорее их сбыть.

Оплачивать страховку на машины, которые годами стоят без движения, — чистый убыток.

Правда, для этого потребуется план, как разобраться с родителями Ю Сыльхо.

«И сегодняшняя встреча решит все».

С этой мыслью я направился в Пхёнчхандон, где располагался офис.

В бытность ростовщиком я наведывался сюда почти каждый день.

И возвращаться сюда в теле Ю Сыльхо казалось чем-то сюрреалистичным.

Когда я подъехал к зданию, огороженному высокими стенами словно крепость, ко мне тут же вышел охранник.

— С какой целью прибыли?

От здания веяло суровой, напряженной атмосферой, присущей объектам с повышенным уровнем безопасности.

Охранник держался вежливо, но во взгляде читалась неприкрытая настороженность.

Я едва заметно опустил стекло, чтобы лицо нельзя было как следует разглядеть.

— Мне назначено. Мы договаривались обсудить все лично.

— Могу я узнать ваше имя?

— Просто передайте, что пришли к Хван Тэджуну и Чу Кёнбому.

Охранник что-то тихо сказал в гарнитуру.

Спустя мгновение ворота распахнулись.

Я въехал на подземную парковку и припарковался неподалеку от входа.

Пока я аккуратно выруливал на парковочное место, краем глаза заметил двоих, уже поджидавших у лифта.

«Тц. Ну и рожи».

Самый младший сотрудник организации, Хван Тэджун, выглядел до предела взвинченным.

Чу Кёнбом, служивший куда дольше, стоял натянутый как струна.

Оба были напряжены, но я безошибочно видел, что в напряжении Кёнбома сквозит глухое раздражение и злость.

«Охранник явно успел им доложить».

Узнав, что некий незнакомец, чьего лица и имени они даже не знали, не просто отыскал их настоящий офис в Пхёнчхандоне, но еще и назвал имена обоих, они не на шутку встревожились.

Хлоп—!

На секунду я задумался, не нацепить ли солнцезащитные очки перед выходом.

А затем решил, что я не в дораме снимаюсь, чтобы валять дурака на темной подземной парковке.

Так что я просто вышел наружу.

И уверенно зашагал к ним навстречу.

— Здравствуйте.

— Э-э, да. Здравствуй…

Хван Тэджун ответил на приветствие на автомате.

Однако стоило ему хорошенько разглядеть мое лицо, как челюсть у него отвисла.

Секунда.

Две.

Три.

И тут он заорал:

— Ю Сыльхо?!

Голос прозвучал до омерзения громко.

Не успел я и глазом моргнуть, как Кёнбом ткнул его локтем в бок.

В бытность мою ростовщиком Тэджун всегда был толковым малым.

Вот только нагонять драматизма любил сверх меры.

Меня это не раз доводило до белого каления.

И в такие моменты именно Кёнбом осаживал его прежде, чем я успевал нахмуриться.

«Давно не виделись».

Увидеть после нескольких месяцев разлуки лица, на которые я изо дня в день смотрел годами, оказалось странно волнительно.

Вот только во взгляде Чу Кёнбома, в отличие от моего, застыли глухая настороженность и подозрение.

— Рад встрече.

— … Пройдемте наверх. Там и поговорим.

Я последовал за ними в офис.

Поскольку здание занимали исключительно детективное агентство «Миндо» и организация «Хару Финанс», о конфиденциальности можно было не беспокоиться.

— Присаживайтесь сюда, пожалуйста.

Следуя за Тэджуном, я вошел в просторную комнату, где не было ничего, кроме стола и нескольких стульев.

Этот офис никогда не предназначался для приема клиентов, так что отдельной переговорной тут попросту не держали.

Судя по обстановке, они на скорую руку прибрали комнату отдыха, где обычно зависали, болтали и перекусывали.

Уже одно это наглядно демонстрировало, насколько происходящее выбивалось из рамок привычного и как сильно они растерялись.

— Воды или чего-нибудь попить?

— Нет. Давайте сразу к делу.

Услышав мой ответ, Чу Кёнбом тут же подобрался.

Словно только этого и ждал.

— Вы действительно тот самый заказчик, что нанял нас расследовать дело Ю Сыльхо?

— Да.

— И мы, по-вашему, должны в это поверить?

— А почему бы и нет?

— Здравый смысл подсказывает, что люди не нанимают сыщиков копать под самих себя. Будь вы хоть трижды эксцентричным богачом, согласитесь, это уже явный перебор.

— Может, перебор. А может, и нет.

— … Ха-а. Давайте начистоту. От чьего имени вы пришли? От частного лица? От какой-то организации?

Стоявший рядом с Чу Кёнбомом Тэджун нервно сглотнул, сам же Кёнбом буравил меня взглядом, способным просверлить дыру в черепе.

Воздух звенел от напряжения, словно натянутая до предела струна.

Я молча перевел взгляд с одного на другого.

И чем дольше длилось мое молчание, тем гуще становилась духота в комнате.

— По правде говоря…

Намеренно выдержав паузу, я выдал заготовленную фразу:

— У меня амнезия.

— … Что?

В то же мгновение, когда их маски каменного спокойствия дали трещину, я ухватился за эту заминку и заговорил без единой запинки:

— Я забыл не все. Если быть точным, стерлась только та память, что касается «Ю Сыльхо». Я не попадал в страшные аварии, это просто случилось в одночасье. Мне требовалась помощь, но рядом не оказалось никого, на кого можно было бы опереться. При этом я помнил, что являюсь публичной персоной. Трезвонить на весь свет о том, что я однажды проснулся без памяти, мне совершенно не улыбалось. Быть может, воспоминания со временем и вернутся, но сидеть сложа руки и ждать у моря погоды — не в моем вкусе. Я рассудил, что нужно хотя бы попытаться что-то предпринять, и вышел на вас. Такова предыстория моего заказа на самого себя. Ну что? Все еще отказываетесь верить?

От этой непрерывной тирады оба явно впали в ступор.

Добавлять что-либо еще мне не хотелось, так что я умолк.

Спустя пару мгновений Чу Кёнбом наконец выдавил из себя:

— Нет, погодите… Даже если это правда… нормальный человек в таком случае разве не пошел бы в больницу?

— Не люблю больницы.

— …

Какое-то время он просто сидел молча, потеряв дар речи.

В конце концов он взял себя в руки.

Словно боясь дать слабину и выказать одолевшее его изумление, он намеренно нахмурился и снова впился в меня тяжелым взглядом.

— Тогда откуда вы узнали про наш офис в Пхёнчхандоне? Откуда вам известны мое имя и имя моего коллеги?

— А, это.

Я ответил с нарочитой небрежностью:

— К счастью… или к сожалению… я забыл абсолютно все о себе, но вот этот разговор прекрасно отпечатался у меня в памяти.

— … От кого же?

Я ответил так, будто речь шла о сущих пустяках:

— От вашего босса.

Глава 34

В ответ на мои слова повисла мертвая тишина.

Младший выглядел совершенно ошарашенным, тогда как Чу Кёнбом изо всех сил пытался сохранить самообладание.

— … От нашего босса, говорите? А вы вообще знаете, кто владелец детективного агентства «Миндо»? В поисковиках эту информацию так просто не найдешь.

Чу Кёнбом попытался напустить на себя невозмутимый вид.

Но моя следующая фраза вдребезги разбила его хрупкое спокойствие.

— Искать в сети нет никакого смысла. Тот, кто числится владельцем агентства, — всего лишь подставное лицо. Я говорю о настоящем хозяине. О человеке, который заодно владел «Хару Финанс».

— Не может…

Стоило мне упомянуть «Хару Финанс», как Кёнбом заметно вздрогнул.

— Если быть точным, мне теперь называть его бывшим владельцем?

— Ах ты щенок!…

Едва сорвались эти слова, как младший, Хван Тэджун, с грохотом оттолкнул стул и вскочил на ноги.

Побагровев от ярости, он уже потянулся схватить меня за грудки, но Чу Кёнбом вовремя его перехватил.

— Да как ты смеешь оскорблять нашего Большого Босса?!

— Тэджун, осади.

С виду младший обычно казался сущим одуванчиком.

В гневе я видел его от силы пару раз.

«Хотя бы когда злится, вспоминает о своих габаритах».

Подумав об этом, я невозмутимо продолжил:

— Я лишь констатирую факты. Что здесь оскорбительного? Ему было бы плевать на такие мелочи.

— То есть вы утверждаете, что лично знали нашего Большого Босса… вернее, президента? И это он назвал вам наши имена, адрес офиса и даже рассказал про «Хару Финанс»?

— Именно. За чашкой кофе.

— Хватит врать.

— Врать?

Стоило мне перейти на менее формальный тон, как Чу Кёнбом нахмурился.

Он сделал глубокий вдох, выравнивая дыхание и изо всех сил стараясь не сорваться, как младший.

А затем заговорил нарочито спокойным голосом:

— Признаю, байка звучит складно. Настоящий актер, ничего не скажешь. Вот только я не настолько глуп, чтобы повестись на столь дешевую ложь.

— Я тоже так думал, но, видимо, ошибся. Ты именно настолько глуп.

Несмотря на неприкрытую провокацию, Чу Кёнбом сдержался.

Я подначивал его в надежде увидеть, как он выйдет из себя вслед за мелким, так что даже испытал легкое разочарование.

«А ведь по молодости Кёнбом тоже был вспыльчивым как порох».

Смотреть, как сейчас он корчит из себя умудренного опытом старшего, вызывало странную ностальгию.

— И чем вы докажете, что это не вранье?

Услышав его резкий тон, я подался вперед:

— Доказательства, значит?… Сперва ответь на один вопрос: почему ты так уверен, что я лгу?

— Потому что я проводил с боссом двадцать четыре часа в сутки. Каждый божий день. За пределами организации у него не было никаких личных знакомств. Только клиенты.

Чу Кёнбом смерил меня ледяным взглядом.

— И за все время работы в «Хару Финанс» я ни разу не слышал имени Ю Сыльхо. Ни единого раза. Ни в списках клиентов, ни среди потенциальных заемщиков. А вы теперь заявляете, что лично встречались с боссом и гоняли с ним чаи? Да у него физически не было времени на подобные глупости.

— Не совсем так. Раз в год он брал отпуск, разве нет?

— …

Впервые за весь разговор Чу Кёнбом заметно стушевался.

Глядя на то, как дрогнул его взгляд, я продолжил:

— Тогда мы и виделись. Регулярно, раз в год. Он никогда не оставлял личных контактов, но каждый год мы встречались в одно и то же время, в одном и том же месте, и разговаривали обо всем на свете. Он рассказывал мне всё.

— О чем… «всё»?

— Что у Чу Кёнбома есть привычка затевать генеральную уборку каждый раз, когда накатывает стресс. Что Хван Тэджун однажды втайне притащил в офис бродячего кота, вознамерившись его выходить, и устроил форменный погром. А еще жаловался, до чего же ты доставал его своими расспросами о том, как он провел отпуск.

Услышав это, Хван Тэджун до крови прикусил губу.

Точные, интимные детали мало-помалу растворяли их подозрения.

В бытность мою ростовщиком никто понятия не имел, как именно я проводил свой единственный отпуск в году.

Пока я гладко плел заготовленную ложь, вворачивая факты, о которых мог знать исключительно сам босс, их защита окончательно рассыпалась.

Глаза Хван Тэджуна и вовсе подозрительно заблестели.

— Наш Большой Босс…

Этот парень и правда был чересчур сентиментальным.

— Короче говоря, несколько месяцев назад я однажды утром проснулся и понял, что начисто забыл себя. Менеджер смотрел на меня так, будто готов был прибить на месте. Все вокруг казались психами, включая моих родителей.

Почувствовав, как пересохло в горле, я продолжил:

— Мне нужно было понять, чего опасаться и к чему готовиться, поэтому потребовалась помощь. А если конкретнее — человек, которому я мог бы довериться. Перебрав все оставшиеся крохи воспоминаний, я понял: единственный, кому я доверял, — это ваш босс. Вот я и обратился в детективное агентство, о котором он мне когда-то рассказывал.

Наконец пришло время задать главный вопрос.

«Фух».

Мысленно переведя дух, я собрался с силами.

Какой бы ответ ни прозвучал, я заранее настроился не выдавать потрясения.

— Несколько дней назад мы должны были снова встретиться с боссом. Я пришел заранее и прождал весь день, но он так и не объявился. Он не из тех людей, кто забывает о договоренностях, так что объяснение может быть только одно.

— …

— Случилось что-то, что помешало ему прийти.

Я посмотрел на них в упор:

— С ним что-то произошло?

При этих словах глаза Хван Тэджуна вновь увлажнились.

Стоявший рядом Чу Кёнбом помрачнел, но вдруг озадаченно склонил голову набок:

— Погодите. Вы ведь только что назвали его «бывшим» боссом? Разве это не значит, что вы уже знали, что с ним что-то стряслось?

— Я прощупывал почву. Это была чистая догадка. А потом вон тот вспылил, и я решил, что босс и впрямь отошел от дел. В прошлом году он обмолвился, что уже не знает, сколько еще протянет на этой работе.

— … Босс такое говорил?

Чу Кёнбом крепко зажмурился.

А затем замолчал.

Чувствуя, как внутри нарастает смутная тревога, я поторопил его:

— Даже если он завязал, он бы все равно пришел на встречу. Честно говоря, я рассчитывал увидеть его здесь сегодня. Вы разве не сказали ему о моем визите? Он что, вообще оборвал все связи, когда ушел?

— Ну…

Чу Кёнбом выдавил из себя с явным трудом:

— Босс не отходил от дел. Он попал в аварию. Очень серьезную аварию.

— … Он жив?

Против собственной воли я напрягся всем телом, задавая этот вопрос.

Какой бы ответ ни прозвучал, я пытался убедить себя, что меня это уже не касается.

Но это оказалось чертовски трудно.

— Фух…

Та единственная секунда, что потребовалась Чу Кёнбому на ответ, показалась мне вечностью.

Я сам не заметил, как затаил дыхание.

И тут…

— Да. Он жив.

— …

На миг в голове стало абсолютно пусто.

Такого ответа я никак не ожидал.

Мое настоящее тело… живо?

— Но его состояние оставляет желать лучшего. После аварии он однажды ненадолго пришел в себя, но едва встретился со мной взглядом, как снова отключился. Словно человек, который полностью разочаровался в жизни и сдался… Врачи твердят, что дело не в физических травмах. Заявляют, будто у него попросту нет воли к жизни, чтобы очнуться, но это чушь собачья. Тот Большой Босс, которого я знаю, не из таких людей.

В голосе Чу Кёнбома звучало неподдельное отчаяние.

Последние слова прозвучали так, словно он адресовал их не мне, а судорожно пытался убедить самого себя.

Выдержав короткую паузу, я тут же спросил:

— В какой он больнице? Я могу увидеть его прямо сейчас?

— А? Прямо сейчас?

Чу Кёнбом растерянно моргнул:

— Но разве целью сегодняшней встречи не был отчет по директору Син Сынъиму? А как же…

— Это подождет. Или просто скиньте на почту, как в прошлый раз. Сперва нужно увидеть босса. Там есть часы посещения? Скажите, какая больница, я доеду сам.

Мое нетерпение заметно растрогало его.

Выражение его лица разительно отличалось от того, с каким он начинал этот разговор.

«Все-таки он слишком мягкотелый».

— Изначально мы положили его в больницу «ОО», но нам было тяжело навещать его регулярно, поэтому мы его перевезли. Сами понимаете, специфика нашей работы спокойной жизни не сулит. Всегда оставался риск, что до него доберутся посторонние. Мы не могли оставить босса на открытом месте, где он как на ладони.

— И куда вы его перевезли?

Услышав мой вопрос, Чу Кёнбом и Хван Тэджун синхронно и молча посмотрели на потолок.

Я машинально проследил за их взглядами…

И остолбенел.

— … Вы перевезли его в это здание? Пациента в коме?!

— Мы долго спорили. Но наняли штат постоянных медиков, а оборудовали тут все так, что любая крупная клиника позавидует. Мы готовы к любым осложнениям. На всякий случай даже медицинский вертолет законтрактовали. Так что никаких проблем с тем, что босс находится здесь, нет.

Ха.

С каждым новым словом мне казалось, что я медленно схожу с ума.

«Эти придурки хоть понимают, скольких трудов мне стоило наладить здесь систему безопасности?!»

Я лично отвалил целое состояние за индивидуальный проект этого здания.

Прошел через семь кругов ада, чтобы превратить его в неприступную крепость!

И теперь они притащили сюда посторонних?!

Пусть даже это медперсонал!

Челюсти свело от внезапно накатившей ярости.

— Какими бы преданными они ни были, вы не можете держать врачей взаперти на правах рабов без отпусков! Они что, вообще наружу носа не кажут?! Хуже того: никто не знает, сколько босс еще проваляется без сознания. Вы что, собираетесь до бесконечности впускать и выпускать чужаков?! А если они на выходных ляпнут лишнего не тем людям?! Вы чем вообще думали, когда это устроили?!

— Э-э, ну…

— И что за чушь про оборудование не хуже, чем в центральной клинике?! Какой еще, к черту, санитарный вертолет?! Вы надо мной издеваетесь?! У нас что, деньги на деревьях растут?! Зачем тащить лежачего больного в офисное здание?! Вы вообще заложили в расходы взятки, которые придется совать проверяющим органам, если они сунут сюда нос?! Каждое ваше дурацкое решение стоит кучу бабок! И вы спустили всё это только ради того, чтобы круглосуточно сидеть у него под боком?! Думаете, он очнется и растает от умиления?! Да он от одного вида этого идиотского цирка схватит удар и рухнет обратно в кому!!

Этот град отборной брани вылетел из меня на одном дыхании.

Чу Кёнбом и Хван Тэджун лишь ошарашенно хлопали глазами.

Пока я кипел от негодования, они беспомощно залепетали:

— П-простите, но… если рассуждать в таком ключе, разве ваше присутствие здесь — не такая же угроза безопасности, господин Ю Сыльхо?…

— Ты меня на полном серьезе сейчас сравнил с неподконтрольными врачами?!

— Н-нет, что вы, мы вовсе не…

Люди, которые при первой встрече внизу были готовы меня прикончить, прямо сейчас сжались и съежились — точь-в-точь как те притихшие подчиненные из моей прошлой жизни.

Я оборвал их, не дав договорить:

— Проехали. Сперва отведите меня к боссу. Разнос я вам успею устроить и потом.

Я раздраженно поднялся со стула.

Я заранее знал, что вид напичканной медоборудованием палаты выведет меня из себя еще сильнее, едва в голове завертятся счетчики потраченных впустую денег.

Пока я шагал вперед, до меня донесся шепот младшего за спиной:

— Хён, похоже, он и правда давным-давно знает босса. Говорит один в один как он. Точь-в-точь.

Я пропустил его слова мимо ушей.

«Будь моя воля, всыпал бы обоим как следует и пошел один».

Но официально я оставался Ю Сыльхо, который сегодня переступил порог этого здания впервые.

Так что я терпеливо последовал за ними на пятый этаж.

Даже выйдя из лифта, нам пришлось миновать несколько бронированных дверей с электронными замками, прежде чем мы добрались до самого дальнего помещения.

— Он здесь.

Чу Кёнбом замер перед плотно закрытой дверью.

Его рука легла на дверную ручку и медленно повернула ее.