Первая фраза, которую бросил Гильям, едва вернувшись после того, как его выгнали из дома.

— Был с девушками.

Разумеется, Гильям имел в виду буквальный смысл.

Профессор Кадиша — женщина.

Профессор Силлон — женщина.

Профессор Мелла — тоже женщина.

Все трое — женщины, значит, он был только с женщинами.

Мм. Логично. Сплошные правильные слова!

Конечно.

В ушах троих, которые ждали его дома — Марон, Элетры и Люси — это прозвучало так:

«Не переходи черту? У меня и без вас полно других женщин».

— Ут…

— Кх…

— …

Марон, Элетра и Люси застонали каждая по-своему.

Неужели ветреность этого мужчины не исправится, пока его не прикончат?

— Э…

Гильям почесал затылок.

— Извините. Похоже, у меня совсем нет чутья, и я опять что-то напутал.

А, да-да. Нет чутья.

Каждый раз, когда это слышишь, думаешь: какое удобное оправдание, правда?

Мы-то прекрасно знаем, что у тебя на самом деле чутья полно.

Не может же бестактный мужчина так лихо клеить женщин.

— Но.

Гильям выглядел немного обиженным.

— Вы же и сами знаете, что я изначально такой.

И правда.

Самое головное —

Слова Гильяма сейчас были совершенно точным фактом.

Если бы он сначала притворялся хорошим — можно было бы что-то сказать.

Почему не держишь обещание? До отношений клялся смотреть только на меня, а как только начали встречаться — сразу изменил? Почему ты изменился? Оппа уже не интересуется мной? Оппа, давай больше не встречаться.

И так далее.

Но.

Гильям таким не был.

Марон, Элетра, Люси.

Кто из троих не знал, что Гильям — мусорный негодяй? Сколько человек?

Ноль.

Кто влюбился, уже зная, что он такой мусорный негодяй?

…Трое.

А кто до сих пор не может оторваться, хотя он продолжает свои распутные выходки?

……Тоже трое.

Хаа, клиент. Мы что, продали вам поддельный товар? Спрятали в сложных условиях договора?

Нет же. Вы купили, зная, что товар именно такой. А теперь, когда мусор ведёт себя как мусор, приходите с претензией? Сами подумайте — неловко же.

— Кх…

— Ут…

— Ммм…

Сказать нечего.

— Мм… Похоже, я и правда виноват. Вам что-нибудь нужно? Завтра купить ужин?

Хаа, клиент, ладно. Мы ни в чём не виноваты, но раз вам неудобно — сделаем сервис. Картошку фри добавить?

— …Хмф.

Элетра скрестила руки и открыла рот.

То, что Элетра собиралась сказать:

«Я выгляжу как лёгкая женщина, которую можно успокоить одной едой?»

То, что Элетра сказала на самом деле:

— Хорошо. Но место выберу я.

Элетра внезапно захлестнуло непреодолимое чувство самоуничижения.

Не алкоголик же она, который говорит «нельзя пить…!» и всё равно тянется к бутылке.

Нельзя поддаваться такому мужчине…! — а сама невольно ждёт его внимания.

Было стыдно за собственное слишком честное тело.

«…Ничего не поделаешь. Г-Гильям — по сути мой единственный союзник».

Элетра бросила вызов Родрику в борьбе за престол.

Но.

Как ни крути, старший сын и единственный мужчина — наследный принц Родрик — всё равно в более выгодном положении.

Аристократы на самом деле предпочитают не слишком способного императора, а умеренно бездарного и умеренно мерзкого. Тогда самим больше достанется.

«Да, я вовсе не без гордости подчинилась Гильяму. Это я им управляю. Я — принцесса, Гильям — вассал. Ага. Вот такая расстановка».

Внутри звучал голос «Это просто самооправдание?», но она отчаянно его игнорировала.

И именно на этом самооправдание достигло совершенства.

— Ммм… Завтра… не получится… У меня собеседование с новым профессором…

Люси задумалась, и Марон что-то прошептала ей на ухо.

— А.

Люси кивнула.

— Тогда завтра вы с принцессой Элетрой сходите вдвоём.

— …?

Элетра внезапно почувствовала тревогу.

Что это?

Почему эти двое вдруг так себя ведут?

«Подозрительно».

— А мы с мальчиком пойдём послезавтра… в субботу. Принцесса не против?

Люси мягко улыбнулась.

В субботу у них уже была договорённость с Гильямом.

Костюм зайчика.

То, что Марон прошептала Люси на ухо, — предложение не допустить появления Элетры в костюме зайчика.

Разумеется, это было не из заботы о Элетре.

Как раз наоборот.

Лишить Элетру возможности понравиться Гильяму в образе зайчика.

То есть не забота, а лишение возможности.

Но Элетра, не зная этой изнанки,

— Хех, хорошо.

Перевод: Значит, вы тоже признаёте, что я — главная жена?

— Ахаха.

— Хехе…

Марон и Люси ответили подходящими улыбками.

И вот уже следующий вечер.

— …Ах.

Элетра, которая пришла раньше и ждала, с удовлетворением отметила, как взгляд Гильяма прикипел к ней.

«Хе-хе, стоило выбрать смелый дизайн».

Платье с боковым разрезом — ещё обычное дело.

Но наряд, который выбрала Элетра, имел длинные разрезы спереди на обоих бёдрах.

Если кто-то совсем уж непочтительно поднимет переднюю ткань — сразу будет видно трусики.

Но.

«Гильям и правда любит похотливую одежду».

Хмф.

«Какой пошлый мужчина».

Думала так про себя — и всё равно от его взгляда пробегало сладкое покалывание.

Своим телом притягивать внимание мужчины, который ей нравится.

Мужчина, который ей нравится, интересуется её телом.

Удовольствие от этого было не так-то просто игнорировать.

— Опоздал.

— Извини. Зайдём?

И.

Элетра с удовольствием насладилась временем наедине с Гильямом.

Еда, как всегда, отличная.

Атмосфера заведения приятная.

И.

— Ты и дальше пойдёшь со мной одной дорогой?

— …Если идём в одно место — дорога сама собой станет одной, разве нет?

Она получила чёткое подтверждение, что он поможет и в борьбе за престол.

— Элетра и правда красива, когда уверенная и гордая.

— …О-опять ты вдруг… правда…

И ещё услышала фирменную похвалу Гильяма, которая сразу попадает прямо в сердце.

— О, и правда тройной множитель…

— Мм?

— Ничего.

В общем, вечер получился очень удовлетворительным.

Да.

Очень.

Удовлетворительным.

Покачивая бокал с ароматным вином, Элетра улыбнулась.

«Этим двоим стоит сказать спасибо».

Марон Клериас.

Люси Мерхантия.

«Похоже, каждая решила чётко обозначить своё место».

И Клериас, и Мерхантия — прекрасные дома.

Есть и деньги, и власть. К тому же и Марон, и Люси лично очень способные.

Но всё равно с принцессой им не тягаться.

Они это поняли и сами склонили голову.

«Значит, они признали меня главной женой Гильяма».

А если они сами склонились — нет смысла быть с ними жестокой.

«Всё равно такого ветреного негодяя я контролировать не смогу».

Даже если попытаться — провал гарантирован. В крайнем случае, даже если запереть его в каком-нибудь подвале — он всё равно как-нибудь выберется и продолжит клеить женщин.

Он именно такой.

Тогда, может, лучше самой подбирать для него женщин, которые не будут лезть к главной жене?

Если сравнить — это как разбить сад для ребёнка, который без ума от цветов. Бегать по всему полю опасно, так что гуляй только здесь, в саду.

«Да. Так лучше».

Элетре самой казалось это разумным….

«…А?»

Вдруг она почувствовала странное несоответствие.

«Даже если так… правильно ли это?»

То есть.

Если подытожить.

Она сама будет выбирать, с кем будет изменять её (будущий) муж?

— …

А?

Странно?

Разве после победы в любовной конкуренции не должна получить право монополизировать своего мужчину?

Потому что… это и есть любовь. Мы договорились называть это любовью. Есть же социальный договор.

А она, наоборот, после победы в любовной конкуренции собирается… раздавать своего мужчину другим женщинам?

Это… победа? А? Что вообще значит «главная жена»?

— Ук, голова…

— Всё в порядке?

Ладонь Гильяма естественно легла на лоб склонившейся Элетры.

— !

Вздрогнула.

По лицу Элетры разлился жар.

— Мм… Вроде немного температура.

— Н-н… нормально…

— Но поза как раз удобная. Подожди так секунду.

— ?

Пока она держала шею наклонённой, как он сказал.

На этот раз — ощущение тонкого металла.

Гильям надел ей на шею ожерелье.

— О, и правда отлично смотрится. Официант, можно принести ручное зеркало?

Ресторан был дорогим. Зеркало принесли мгновенно.

И Элетра в зеркале действительно носила красивое ожерелье.

То самое, которое надел Гильям.

— …Подарок?

— Конечно. Вчера из-за меня у вас испортилось настроение.

— …

Элетра трогала ожерелье.

Задумчиво.

Долго, задумчиво.

— …Если не нравится—

— Нет!

Она невольно крикнула и вздрогнула.

— Э-это не то. Просто… слишком… нравится.

Крепко сжала ожерелье.

— Спасибо. Правда… нравится. Очень…

Прошептала.

— Нравишься.

Гильям улыбнулся.

Этим красивым лицом.

— Хорошо, что нравится.

— …Господин Гильям Эверчес.

— Мм?

Губы Элетры горячие.

Дыхание тоже горячее.

— Ты и правда… самый худший мужчина.

Лучше бы оставался только плохим.

Лучше бы оставался только мусором.

— …Я опять что-то натворил?

— Заткнись. Не говори. Не открывай рот.

В груди жарко.

Тело горячее.

Внизу живота ноет.

Пульсирует.

Непривычно.

За всю жизнь она никогда не чувствовала ничего подобного.

Только по отношению к Гильяму.

Непривычно — значит страшно, страшно — значит приходится вести себя грубо.

— …Точно всё в порядке?

Гильям снова протянул руку и приложил ладонь к её лбу.

— Нормаль—

— Всё-таки температура, кажется?

Прямо перед носом — лицо Гильяма.

«…А».

*Кап.*