Пробуждение Девятихвостого. Падение маски.

Воздух внутри ледяной тюрьмы больше не был просто холодным — он вибрировал. Низкий, гудящий гул исходил от фигуры Наруто. Багровая, клокочущая чакра липла к нему, как живая шкура, поднимая в воздух пыль и заставляя мелкие осколки льда плясать в безумном вихре. Ледяные зеркала, прежде непоколебимые, задрожали и заскрипели, будто под давлением невыносимой тяжести.

— Ч… что? Что это за чакра?! — отшатнулся Хаку, его голос впервые сорвался на испуганный шёпот.

Но чакра же не может так меняться! От неё веет… чистым злом! Его раны… они затягиваются?! Кто он такой?! — в панике пронеслось в его мыслях.

На поле боя у моста.

И Какаши, и Забуза одновременно замерли, оторвавшись от своей смертельной игры в прятки в тумане.

— Забуза?… Нет! — резко обернулся в сторону ледяной сферы Какаши, его единственный глаз широко раскрылся. Такая ужасная, гнетущая чакра! Не может быть…

— Что это? Что за чакра? Что-то тут не так… Нет, для него она слишком сильна… — голос Забузы из тумана потерял всю самоуверенность.

— Наруто! Плохо дело… Неужели… Лис…? — вслух, с ужасом осознавая, произнёс Какаши. Нет, пока всё в порядке! Печать ещё держится! Но она уже ослабла, и чакра Девятихвостого прорывается наружу!

Движимый холодным ужасом и долгом, Какаши схватил свиток и быстро нанёс на него кровавый отпечаток пальца. Я ещё могу успеть. Я должен успеть.

— Забуза… Ты меня слышишь? У нас у обоих нет времени. Я знаю, ты будешь не согласен… Но мы достаточно повеселились. Пора заканчивать, — его голос стал ледяным, прорезая туман.

— Хмм… Как интересно. Но что ты можешь сделать? Давай, Какаши, покажи мне! — после паузы ответил Забуза, и в его голосе вернулась насмешливость, но с ноткой азарта.

В центре бури.

Наруто больше не был Наруто. Он двигался на четвереньках, его движения были резкими, звериными, нечеловечески быстрыми.

Откуда такая ярость?! Словно это совсем другой человек! — в ужасе подумал Хаку, выпуская очередной веер игл. Наруто даже не стал уворачиваться. Багровая чакра вокруг него сгустилась, и иглы отскакивали, как горох от стены, или просто испарялись с шипением.

Что?! Он отразил их… просто потоком чакры?!

Хаку выскочил наружу, пытаясь атаковать в ближнем бою. Но Наруто уворачивался с пугающей лёгкостью. Один из ударов Хаку скользнул по багровому щиту, не причинив вреда.

Чёрт! Надо прятаться в зеркало! — паника нарастала.

Но было уже поздно. Наруто, двигаясь со скоростью вспышки, оказался рядом. Когтистая лапа из сгустка чакры вцепилась в его ногу.

— Не может быть!

Его оторвали от земли и с силой швырнули о ближайшее зеркало. Лёд с громким треском покрылся паутиной трещин.

Проклятье, не могу преодолеть его ки! — отчаянно пытался сложить печать Хаку.

Наруто был уже рядом. Рука, обёрнутая багровой энергией, схватила его за запястье, ломая хватку печати. Вторая рука — нет, уже скорее лапа — обрушилась на него сверху.

Хруст.

Удар пришёлся по маске. Керамика треснула и разлетелась на куски. Хаку, оглушённый, отлетел и тяжело рухнул на землю. Прежде чем он смог прийти в себя, Наруто был над ним. Его подняли и с нечеловеческой силой швырнули в самое большое, центральное зеркало.

ДЗЫЫЫНЬ-ТРРРАХХ!

Сфера «Демонических Зеркал Льда» взорвалась изнутри. Ледяные осколки, сверкая на солнце, как слёзы, разлетелись во все стороны. Хаку лежал среди обломков своего собственного дзюцу, его настоящее лицо, бледное и молодое, было обращено к небу.

Всё… ломается. Как и моя роль орудия… — пронеслись в последние секунды ясности его мысли. В памяти всплыли строки письма, будто эхо судьбы: «Твой путь приводит тебя к холодному мосту, где твоя жизнь оборвётся…» Неужели… это была правда? Забуза-сан…

Прощание в крови. Битва воли.

Багровая чакра всё ещё клокотала вокруг Наруто, но его рука, занесённая для смертельного удара, застыла в воздухе. Сквозь красноватую дымку он увидел лицо под разбитой маской. Молодое. Бледное. С глазами, полными не страха, а какой-то странной, печальной решимости.

— Тот… самый парень… — его голос, искажённый рычащим эхом Девятихвостого, прорвался сквозь ярость.

— Почему остановился? Я убил твоего друга. И ты всё равно не можешь убить меня? — тихо, почти шёпотом, глядя прямо на него, спросил Хаку.

Наруто обернулся. Саске лежал неподвижно в луже их смешанной крови, бледный, как смерть. Волна новой, ещё более чёрной ярости захлестнула его. Он с силой ударил кулаком по земле рядом с головой Хаку, оставляя вмятину.

— ЧЁРТ ПОБЕРИ!

— Куда же делась вся твоя сила? Этим меня не убить… — слабым, но с горькой иронией голосом произнёс Хаку.

И тут в памяти Наруто, сквозь туман гнева, всплыли слова, сказанные тем же голосом утром в лесу: «Есть ли у тебя кто-нибудь, кто дорог тебе? Я хочу защитить дорогого мне человека. Я хочу исполнить все его мечты. Это моя мечта.»

— Люди часто допускают эту ошибку… Оставляют ему жизнь. Из жалости они не убивают своего врага… — продолжал Хаку, глядя в небо. — Ты отнял у меня смысл моего существования. Забузе-сану не нужен слабый шиноби…

Слова Хаку, как ледяная вода, обрушились на Наруто. Он вспомнил другое его изречение: «Когда у человека есть что-то, что он хочет защитить, лишь тогда сможет он стать по-настоящему сильным…»

— Почему ты так за него цепляешься?! Он же плохой, он простой наёмник для грязных дел! Неужели этот безбровый козёл в самом деле так дорог тебе?! — выкрикнул Наруто.

Хаку закрыл глаза, и его рассказ полился тихим, монотонным потоком. О заснеженной деревушке, о родителях, о ненависти к кланам с изменёнными генами, об отце, убившем мать и попытавшемся убить его. О том, как он сам, ещё ребёнком, проснулся в луже крови отца.

— … И тогда… я решил… Нет, я не мог этого не решить. Я понял одну вещь. Я понял, что в этом мире… я не нужен никому. — Глаза его открылись, и в них мелькнул слабый свет. — В отличие от тебя, у меня не было никого… Но Забуза-сан приютил меня, зная, кто я такой… Моя кровь, которую все ненавидели, оказалась нужна ему. Я был так счастлив!

Этот парень… он спрашивает, почему. Он не понимает. Но в его глазах — та же ярость за дорогого человека. Та же решимость, что и у меня. Если я умру сейчас… если Забуза-сан… тоже умрёт на том мосту… Нет. Я не могу этого допустить. Я не должен быть причиной его гибели. Даже если это значит перестать быть идеальным орудием. Даже если это значит ослушаться. Моя истинная цель — не умереть за него. Моя цель — чтобы он жил.

— Поэтому… я хочу быть сильным орудием. Чтобы больше никто не смог причинить ему вреда… Даже такой, как ты, — голос Хаку окреп, в нём появилась новая, спокойная твёрдость.

— И что это значит? Ты оружие? Какая чушь, ты не вещь, ты же человек! Разве он может тобой дорожить так же, как и ты? — всё ещё пытался осмыслить Наруто.

— Я надеюсь на это… И, наверное, это будет мой первый своевольный поступок, — с лёгкой, печальной улыбкой ответил Хаку.

— О чём ты? — растерялся Наруто.

— Прости, Наруто. Но я должен это сделать. Извини, что ранил вас… — Хаку посмотрел на него, и в его взгляде были просьба о прощении и непоколебимая решимость.

Прежде чем Наруто успел что-то понять, Хаку, собрав последние силы, сделал резкое движение. Его тело словно растворилось в оставшихся осколках льда и тенях. Он исчез с поля боя, оставив Наруто одного рядом с телом Саске, под вздымающейся багровой чакрой.

Тем временем. Развязка у моста.

Туман рассеялся, но не сам по себе. Его разорвали изнутри. Из-под земли, прямо из-под ног Забузы, вырвалась стая ниндзя-собак. Они вцепились в него со всех сторон, сбив с ног.

— Что?! — задыхаясь под грузом животных, выкрикнул Забуза.

— Если зрение и слух не помогают… стоит использовать обоняние, — стоя поодаль, холодно произнёс Какаши. — Вот что может случиться, если держать глаза закрытыми. Это дзюцу служит для нахождения скрывающегося противника. Именно для этого я дважды дал тебе ранить себя. Твоё оружие пахнет моей кровью. А это мои собаки-ниндзя. Их нюх куда острее, чем у простых собак. Туман рассеялся. Тебя ждёт смерть, Забуза.

В этот момент из-под обломков льда у разрушенной сферы метнулась тень. Это был Хаку, двигающийся с последним, отчаянным рывком, не к Наруто, а прямо в эпицентр схватки сенсеев. Его цель была ясна. Не победа. Не месть. Искупление и последняя, своевольная защита того, кому он посвятил свою жизнь.

— Меня ждёт смерть? Хватит пороть чушь! — задыхался Забуза, но его глаза пылали яростью.

— Не глупи. Ты ничего не можешь сделать. Твоя смерть неизбежна, — холодно и непреклонно ответил Какаши.

Почему вам всем так приспичило говорить о моей смерти на мосту?! Чушь! Ложь! Я… не умру тут… — цеплялся за свою волю Забуза.

— Знаешь, Забуза… Ты слишком далеко зашёл. Твои амбиции непомерны. Слухи о тебе дошли даже до Скрытого Листа. Задуманный тобой государственный переворот и убийство Мизукаге провалились. Для мести тебе нужны были деньги, к тому же ты скрывался от охотников. Скорее всего, именно поэтому ты и стал работать на Гато, — голос Какаши звучал как приговор.

Сгусток голубовато-белого света, трещащий тысячами птиц, собрался в его ладони. «Райкири».

— Что? У него вокруг руки столько чакры, что её стало видно! — глаза Забузы расширились.

— Ты слишком опасен. Тадзуна-сан, которого ты пытался убить, — «отвага» этой страны. Мост, который он строит, — её «надежда». Слишком многие пострадали из-за тебя. Шиноби не должен так поступать.

Забуза на мгновение замолчал, глядя на смертоносный сгусток энергии, а затем разразился коротким, хриплым смехом.

— Ха-ха-ха… Серьёзно? Это всё? И это то, с чем я буду сражаться…

Смерть на мосту… Предательство Гато… «Его последние мысли будут… о тебе»… Чёртово письмо! Всё это — слабость! Я не позволю каким-то строчкам диктовать мне мою судьбу! Я — Забуза Момоти! Моя смерть придёт от моей собственной воли, а не от предсказания! — пронеслась в его мыслях буря.

Его взгляд скользнул за пределы Какаши. Возможно, он уловил движение вдали — первых наёмников Гато, крадущихся, как шакалы.

Но… Этот мусор… Этот торгаш… Он действительно посмел бы. Он видит в нас расходный материал. «Этот жадный человек предаст вас»… В этом письме — единственная правда. Он бы сдал нас, стёр бы, как грязь. И тогда… тогда моя смерть была бы жалкой. Унизительной. Из-за такого отребья? Нет. Моя гордость не позволит. Если уж умирать — то забрав с собой этого подонка. И… Хаку…

— Твой ответ, Забуза? — готовился к финальному рывку Какаши.

В этот миг сбоку, из тени обломков, метнулся веер стальных игл. Хаку. Какаши инстинктивно отклонился, и «Райкири» на мгновение отклонился от цели. Иглы впились и в ниндзя-собак, заставив их ослабить хватку. Этой доли секунды хватило Забузе. С рёвом он вырвался, вышвырнув животных прочь.

Если бы сейчас Какаши атаковал… Я бы умер? Нет… Хаку… «И этот путь приведёт тебя к холодному мосту, где твоя жизнь оборвётся, защищая того, кого ты называешь своим господином.» Хаку умер бы, защищая меня… Это правда… Ненавижу, что это правда. Но сейчас мы бы проиграли в любом случае. Гато скоро будет здесь. Даже если я проиграю, я заберу с собой голову этого ублюдка. А потом… потом решим, что будет. Сначала — разобраться с Какаши, — с ледяной ясностью оценивал ситуацию Забуза.

— Хаку, — произнёс он, глядя в сторону, откуда пришли иглы.

— Да, господин, — тихо ответил Хаку, появляясь из разбитого зеркала. Его лицо было бледным, но взгляд — твёрдым.

Он… Может быть, этот дурацкий мальчишка поверил в то письмо больше, чем я… Хотя… Если то, что должно случиться… нет. Оно не случится. Я не позволю, — подумал Забуза.

Он вдруг странно рассмеялся, коротко и беззвучно.

— Ха-ха-ха… Похоже, тот, кто написал то письмо… в чём-то был прав.

— Что с ним? — насторожился Какаши.

— Какаши… Кто такой Кагери? — неожиданно спросил Забуза.

— Что? О чём ты? — ошарашенно переспросил Какаши.

— Так ты не знаешь… Интересно, — усмехнулся Забуза, видя его реакцию.

Неожиданно он медленно, демонстративно, убрал свой гигантский меч за спину.

— Мы оба ослабли и знаем предел своих сил, Какаши.

Это правда. Моей чакры может не хватить на второй «Райкири», особенно с этой раной. И Хаку всё ещё опасен… — оценил Какаши.

— Мой контракт с Гато… аннулируется. Прямо сейчас. Но не по твоей просьбе. По моей собственной воле. Убирай свою молнию. Нам с тобой больше не за чем сражаться… если только ты не встанешь у меня на пути к нему, — низким, деловым голосом, без прежней бравады, произнёс Забуза.

— О чём ты? — не понял Какаши.

— Я заберу голову Гато. А потом… наши пути разойдутся.

— С чего это я должен тебя отпустить? — с недоверием спросил Какаши.

— Можешь попытаться меня остановить. Тогда кто-то из нас умрёт. А Хаку… — он бросил взгляд на своего союзника, — …доберётся до твоих учеников.

Между двумя измученными джоунинами повисло напряжённое, хрупкое молчание. Смертельная схватка превратилась в шаткое перемирие, скреплённое взаимным истощением, угрозой и новой, неожиданной целью Забузы.

После битвы. Новые герои.

Наруто, тяжело дыша, стоял на коленях, прикрывая своим телом лежащего Саске. Он смотрел на странную сцену переговоров, ничего не понимая.

К ним подбежали Сакура и Тадзуна.

— Боже, как вы… Саске-кун, как он?! — глаза Сакуры были полны ужаса.

— Он ранен… — хрипло ответил Наруто, не отводя взгляда от джоунинов.

— Нужно забинтовать раны, сейчас же! — быстро оценил ситуацию Тадзуна.

— Наруто, защищай Тадзуну. Я займусь раненым Саске-куном, — беря себя в руки, командным тоном произнесла Сакура.

— Хорошо… — кивнул Наруто, с трудом вставая.

В центре поля боя. Шаткое перемирие.

— Так что? Ты решил? — смотрел на Какаши Забуза.

— Даже если и так… у меня хватит сил убить вас. Не думаешь? — «Райкири» всё ещё мерцал в руке Какаши.

— Попробуй. Тогда… — усмехнулся Забуза, полный мрачной уверенности.

— Забуза-сан… — тихо, с тревогой произнёс Хаку.

Просто тянем время. Гато со своими наёмниками уже близко… Нужно подобрать момент, чтобы напасть на него и уйти, — холодно рассчитывал Забуза.

— Когда придёт время — действуй, — шепнул он Хаку.

— Есть, — кивнул тот.

И как по заказу, из-за деревьев показался Гато в окружении грубых наёмников.

— Забуза… — самодовольно начал он.

— И что ты здесь забыл, Гато? — не оборачиваясь, ледяным голосом спросил Забуза.

— Хе-хе-хе… Планы изменились. Ну, точнее, так я всё и планировал с самого начала. Нанимать обычных шиноби из деревень слишком дорого. К тому же они могут предать… Поэтому я и нанимаю беглых ниндзя, которых так легко устранить после выполнения задания… Шиноби сражаются между собой, а когда они ослабевают, мои люди берут их числом. Ничего мне это не стоит. Хороший план, правда?

— Видишь? Нам не за чем сражаться, Какаши. Тадзуна больше не моя цель, — обратился Забуза к Какаши, не сводя глаз с Гато.

Какаши молча перевёл взгляд с Забузы на Гато и обратно. После паузы он коротко кивнул.

— Хорошо.

Забуза быстрым движением сложил печать одной, даже раненой рукой. «Нинпо: Покров Тумана!» Густой туман снова окутал площадку. Наёмники Гато впали в панику. Гато насторожился, но было уже поздно — из тумана, словно призраки, вынырнули Хаку и Забуза.

— Тебе не стоило меня предавать, Гато, — оказавшись в сантиметрах от перепуганного торговца, тихим и смертоносным голосом произнёс Забуза.

Молниеносный удар — и голова Гато покатилась по земле. Прежде чем наёмники опомнились, туман сгустился, а затем начал рассеиваться. Забуза и Хаку исчезли, как будто их и не было.

Наёмники остались в шоке. Один из них, самый бойкий, выкрикнул:

— Чёртовы ниндзя! Вы убили нашего босса! Ну и да ладно… Вы-то покойники! А потом мы разграбим город… и возьмём всё, что там есть!

Но их планам не суждено было сбыться. На краю поля появился Инари, а за ним — толпа жителей Страны Волн с косами, вилами и молотами в руках.

— ЕСЛИ ХОТЬ ОДИН ИЗ ВАС СТУПИТ НА НАШ ОСТРОВ… ВАШИМИ ВРАГАМИ СТАНУТ… ВСЕ ЕГО ЖИТЕЛИ!!! — его голос, ещё недавно такой тихий, теперь гремел над полем.

— Инари… — с гордостью и слезами на глазах произнёс Тадзуна.

— ИНАРИ! ОТЛИЧНО! — сияя, закричал Наруто.

— Хи-хи! Герой всегда появляется в последний момент, верно?! — с храброй улыбкой ответил Инари.

— Я МОГУ ИМ ПОМОЧЬ! Теневое клонирование! — полный энтузиазма крикнул Наруто. Орда оранжевых клонов заполонила поле.

Ну, это я тоже могу. Может, испугаются… — с лёгкой улыбкой подумал Какаши. — Теневые клоны!

Ещё одна армия Какаши встала рядом с клонами Наруто.

— А-А-А-А!!! СВАЛИВАЕМ ОТСЮДА!!! — видя перед собой целую армию ниндзя, наёмники полностью пали духом.

Жители деревни ликовали, видя, как захватчики в ужасе бегут.

На заднем плане.

Саске пришёл в себя. Первое, что он увидел, — это Сакуру, которая, плача от облегчения, осторожно вытаскивала из его тела последнюю ледяную иглу.

— Саске-кун, ты как? — сквозь слёзы спросила она и в порыве эмоций обняла его.

— Наруто! Он как?! — морщась от боли, но не отталкивая её, спросил Саске.

— С ним всё хорошо, — вытирая слёзы, ответила Сакура.

— Где… тот парень в маске? — оглядываясь, спросил он.

— Они с Забузой… ушли.

— Как ушли?

— Много чего произошло…

В этот момент Наруто, заметив, что Саске очнулся, сорвался с места.

— САСКЕ! — Он подбежал и упал на колени рядом. — Ты как?!

— Всё хорошо, — кивнул Саске, пытаясь выглядеть стоически, хотя губы подрагивали от боли.

Наруто помог ему подняться, взяв за руку и подставив своё плечо для опоры.

— Бой… закончился. Хи-хи, — широко улыбаясь, сказал он. Его лицо было в грязи и крови, но сияло счастьем.

Саске оглядел поле, где жители обнимались, а Какаши с невозмутимым видом наблюдал за бегущими наёмниками. В углу его рта дрогнуло подобие улыбки.

— Вижу.