Тодороки едва наклонил голову, как...

— «БАХ!»

Звук столкновения был заглушен ревом его ледяной атаки.

— «БАМ!»

Волна льда остановилась менее чем в десяти сантиметрах от тела Юты.

— «Шах и мат», — выдохнул Юта.

Однако для Тодороки…

Все резко отскочило в сторону.

— «Что…?»

Эта мысль едва успела сформироваться, как боль пронзила затылок Тодороки.

Его зрение мгновенно затуманилось – цвета смешались, формы исказились.

— «Меня ударили…?»

Он потерял равновесие.

— «Когда…? Как…?»

Арена в его глазах накренилась вбок.

— «ТУНЦ»

Его колени ударились о бетон, прежде чем он рухнул на пол. Тело Тодороки обмякло, и он упал лицом вниз.

Стадион погрузился в ошеломляющую тишину. И сидящие на своих местах, и те, кто смотрел трансляцию на экранах, внезапная остановка атаки Тодороки, странный характер нокаута, повергли всю толпу в шок.

Затем...

По трибунам прокатился шепот.

— «Его… его только что нокаутировали?»

— «Что его ударило?!»

— «Это был… лед?»

— «Откуда он вообще взялся?!»

Голос Сущего Мика был на удивление сдержанным.

— «Э-э… ребята… я думаю… я думаю, Тодороки только что ударили. Сзади.… собственным льдом? Скорее всего, матч окончен».

Глаза Аизавы сузились.

— «Значит, его причуда действительно может управлять предметами. Но, судя по всему, это не чистый телекинез», — Его взгляд упал на Тодороки.

— «Он хорошо начал, но, к сожалению, бдительность Тодороки иссякла».

Затем он перевел взгляд на кого-то другого. — «Хотя в этом нельзя полностью винить его».

В VIP-зоне Эндевор застыл на месте.

Его сын, его величайший шедевр, лежал лицом вниз на бетоне, без сознания и побежденный. Из-за собственного ледяного блока?

— «Неприемлемо!»

В одно мгновение его лицо помрачнело, пламя вспыхнуло так сильно, что зрители неподалеку вздрогнули.

— «ВСТАВАЙ, ШОТО!»

— «НЕ ПОЗОРЬ СЕБЯ ТАК!»

Его кулаки сжались так сильно, что подлокотник под его рукой раскололся.

Миднайт застыла на месте, кнут был наполовину поднят.

Она посмотрела на смятое тело Тодороки, затем на кусок льда, мирно лежащий позади него…

— «Шото Тодороки не может продолжать!» — Ее голос слегка дрожал от абсурдности финала. — «Победитель…»

В этот момент тело Тодороки дернулось.

Миднайт остановилась. Весь стадион сосредоточил внимание на судье.

Пальцы Тодороки сжались на бетоне.

Затем он пошевелил рукой.

— «Он… двигается?» — прошептал кто-то в толпе.

— «Не может быть – после такого удара?!»

— «У него что, череп из металла?!»

Даже Юта слегка недоверчиво поднял бровь.

— «Он еще в сознании?»

Тело Тодороки дрожало.

Он прижал руку к земле, отталкиваясь.

Медленно – мучительно – он заставил себя подняться.

Хмурое лицо Эндевора рассеялось.

— «Он еще в сознании?!» — крикнул Сущий Мик. — «Дамы и господа, Шота Тодороки еще не выбыл из матча!»

Тодороки изо всех сил пытался подняться. Перед глазами царил хаотичный вихрь цветов и света, голова пульсировала от тупой, ноющей боли.

Единственным связным ощущением было покалывание в затылке. Он не потерял сознание полностью, но его состояние было едва работоспособным.

— «Это… еще не конец», — пробормотал Тодороки, глядя вниз.

— «Я ещё не проиграл».

Тем временем...

— «Чёрт возьми! Это плохо».

Хотя его слова могли звучать жёстко, его нынешняя ситуация была совсем не такой. Перед ним стоял не один Юта Акутами, а девять.

— «У меня плохое зрение. Забудь о победе. Я даже драться в таком состоянии не могу».

С трибун Эндевор перегнулся через перила.

— «Используй левую сторону. Сделай это, Шото!»

Мальчик молчал. Эндевор стиснул зубы. — «Ты действительно хочешь проиграть сейчас? После того, как прошёл такой долгий путь? Сражайся».

...Сражайся?

— «Ещё один удар – и я, наверное, упаду...»

— «ВЖУХ!»

Внезапно мимо его уха пронесся вихрь ветра и скорости.

Глаза Тодороки расширились, его тело инстинктивно активировало правую сторону, когда он почувствовал, как что-то ударило его по шее. Мгновенно мир потемнел.

— «Я…»

Последние связные мысли, которые он смог выдавить из себя, были невероятно горькими. — «…Я проиграл».

На арене все наблюдали, как Тодороки упал во второй раз.

На этот раз у него не было ни единого шанса подняться.

Миднайт взмахнула кнутом.

— «Победитель – Юта Акутами!»

Медицинские роботы вылетели на поле, а официальное объявление ознаменовало начало церемонии.

Из зала раздались возгласы и ликование. И среди обычных зрителей, и среди профессиональных героев.

— «ОН СДЕЛАЛ ЭТО!» — закричал Сущий Мик, его голос дрожал от неподдельного волнения. — «Тёмный конь из общеобразовательного курса победил наследного принца U.A! Мгновенный нокаут! Умная, тактическая победа!»

В VIP-зоне Эндевор не двигался. Его пламя горело так сильно, что любой мог подумать, что он вот-вот взорвётся.

Унижение от поражения – поражение из-за упрямства собственного сына и подлой уловки – явно кипело внутри него.

Внизу Юта наконец выдохнул, и его глаза вернулись в нормальное состояние.

— «Всё было бы намного проще, если бы я мог использовать гендзюцу», — Он махнул рукой в сторону бессознательного тела Тодороки, пока медицинские роботы сканировали его.

— «Упрямый ублюдок… Честно говоря, я думал, что он не упадёт с первого раза».

Его внимание снова привлекли оглушительные аплодисменты зрителей.

Люди вскочили на ноги. По трибунам начали разноситься крики:

— «А-КУ-ТА-МИ!»

— «А-КУ-ТА-МИ!»

— «А-КУ-ТА-МИ!»

Камеры сверкали со всех сторон. Прожектор остановился на Юте, который, спустя мгновение, очнулся от оцепенения и помахал рукой.

В классе 1‐А реакция была разной.

— «Каминари, подними челюсть», — пробормотала Джиро.

— «Не могу! Она заела!» — пискнул Каминари, недоверчиво наклонившись вперёд.

Урарака прикрыла рот рукой. — «Он действительно победил…»

— «Не могу поверить, что Тодороки проиграл».

— «Ну, похоже, нет ничего невозможного», — торжественно произнес Иида. — «Поражение Тодороки было не незаслуженным».

— «Верно. Так никто не собирается говорить о том, что случилось с Эндевором и его отказе использовать свою огненную сторону?…»

Мидория не слушал.

— «Тодороки проиграл», — Его взгляд обратился к Бакуго, который встал и покинул смотровую площадку. Он вспомнил последние слова Бакуго, сказанные им во время первой тренировки по Тодороки. — «Потом я увидел парня со льдом и понял… что не смогу его победить».

С тех пор прошло почти месяц.

— «Интересно, что ты теперь думаешь… Каччан».

После последнего боя зрители затихли, когда Цементосс начал убирать лед. Все это не имело никакого отношения к Юте, который направился обратно в туннель к кабинету Медсестры.

— «Отлично. Теперь мне нужна новая форма».

Юта, отдирая обгоревшие остатки левого рукава, подумал: «Кожа под ней была совершенно цела. Это свидетельствовало о способности его причуды работать на чакре. Осмотр не требовался».

По-видимому, Рекавери Гёрл не интересовались его мнением о собственном здоровье.

Сразу после матча Миднайт приказала отправиться в кабинет медсестры.

— «Ну и что? В любом случае, ничего страшного».

Она, наверное, отругает его за чрезмерное использование «фактора исцеления», а потом всё равно поцелует его несуществующую травму.

— «Интересно, что думают мама и Эри? Наверное, они ужасно волновались, когда меня задел огонь. Надо им позвонить».

Он повернул за угол в сторону медицинского крыла. Коридор был ярко освещён и совершенно пуст – за исключением одной фигуры.

Стоя прямо посреди коридора и преграждая путь в лазарет, это был Эндевор.

Юта замер, его хорошее настроение испарилось.

— «Ну, это не к добру».

Герой номер два был огромен. Его бронированный костюм сверкал под флуоресцентными лампами, а на лице не было той широкой улыбки, которая была у него, когда Тодороки выпустил свое пламя.

— «Акутами Юта», — наконец произнес Эндевор. Его голос был ниже и резче, чем он, вероятно, хотел. — «У меня есть вопросы, на которые я хочу, чтобы ты ответил о своей причуде».

Вернувшись на арену, толпа взорвалась от шума.

Голос Сущего Мика прогремел по стадиону. — «ВСЕ, ВСЕ – ЭТО ОНО! ФИНАЛЬНЫЙ МАТЧ ПОЛУФИНАЛА!»

Бакуго вышел первым, дикого выражения лица нигде не было видно.

Из противоположного туннеля появился Токоями.

Зрители взревели, топали ногами, скандировали, сотрясая всю арену.

Сущий Мик практически прокричал в микрофон. — «ПОБЕДИТЕЛЬ ЭТОГО МАТЧА ВЫЙДЕТ В ФИНАЛ, ЧТОБЫ СРАЗИТЬСЯ С ЮТОЙ АКУТАМИ!»

Бакуго размял плечи.

Токоями по-прежнему стоял со скрещенными руками.

Миднайт подняла кнут.

— «Бойцы готовы…»

Стадион затаил дыхание.

Сущий Мик наклонился вперед. — «ПОЛУФИНАЛ… НАЧАЛО МАТЧА!»