Город Цинчжоу. Ресторан «Дашуньчжай».

Время уже клонилось к закату.

По улицам непрерывным потоком двигались люди, повсюду горели яркие огни.

У входа в большой ресторан стоял Тянь Чживэнь и с улыбкой встречал прибывающих представителей различных школ и знатных родов.

— Сегодня этот младший брат будет сопровождать всех гостей. Проходите внутрь, не стесняйтесь.

Молодой глава Павильона Небесных Морей.

Первый ученик Зала Белого Журавля.

Молодой господин семьи Хуан…

Хотя все они принадлежали к молодому поколению и не обладали в Цинчжоу настоящим влиянием, каждый считался заметной фигурой.

То, что сегодня они собрались вместе, объяснялось не только уважением к Тянь Чживэню.

В этом также отражались намерения стоящих за ними школ и родов.

Хотя старый генерал Чэнь действовал достаточно сдержанно, после падения пика Цинфэн и разлёта его учеников, словно обезьян с рухнувшего дерева, в сердцах многих всё же поселилось беспокойство.

Поэтому они невольно стремились держаться друг к другу ближе.

— О!

Тянь Чживэнь внезапно заметил знакомую фигуру и поспешно протиснулся сквозь толпу.

На лице тут же появилась льстивая улыбка.

— Старший молодой господин Чжао пожаловал!

При этом он украдкой вытер холодный пот.

Сегодня он лишь выполнял поручение старшего брата Ли и устраивал этот пир.

Согласно первоначальному замыслу, приглашения отправили лишь представителям сил второго и третьего ранга.

Так почему же сюда явился этот человек?

— Настроение плохое. Просто решил прогуляться.

Чжао Канъюнь лениво обмахивался веером и неторопливо вошёл в «Дашуньчжай».

Увидев раздражение на его лице, остальные, сохраняя почтительность, ощутили холодок в душе.

Ходили слухи, что один из молодых господ семьи Чжао недавно потерпел поражение на горе Цинфэн.

Даже семья Чжао, одна из Четырёх фамилий и Пяти школ, могла лишь бессильно прогуливаться, развеивая досаду.

Управление по усмирению демонов, опираясь на поддержку императорского двора и командующего войсками, действовало всё более бесцеремонно.

Если они не начнут объединяться, то однажды их действительно проглотят целиком, не оставив даже костей.

К счастью, сейчас командующий войсками отсутствовал в Цинчжоу.

Великого Полководца, Усмиряющего Демонов, тоже не было.

А оставшиеся заместители командующего и офицеры не могли поднять серьёзной волны.

Поэтому в ближайшее время им не грозила участь пика Цинфэн.

— Почему он здесь?

На втором этаже Ли Синьхань переоделся в синюю учёную одежду, скрывавшую многочисленные раны.

К сожалению, двигаться ему всё ещё было трудно, поэтому он лишь откинулся на спинку кресла из красного дерева.

— Не обращай внимания.

Ли Мучжинь в длинном платье спокойно стояла рядом.

Для брата и сестры Ли этот пир был всего лишь обычным застольем.

Заодно они хотели пригласить людей из Школы Алмазных Врат, чтобы те заранее не начали подозревать неладное.

Что же касается выбора стороны — родов или Управления по усмирению демонов — подобные вопросы не должны были решать представители младшего поколения.

— Прошу пока начинать без меня. Я пойду распоряжусь, чтобы повара приготовили более лёгкие блюда.

После того как Тянь Чживэнь поприветствовал Чжао Канъюня, он воспользовался предлогом и незаметно поднялся на второй этаж.

Войдя в отдельную комнату, он сначала посмотрел на брата и сестру Ли, а затем перевёл взгляд на молодого человека в чёрном конфуцианском халате, сидевшего на главном месте.

По его лицу невозможно было понять настроение.

Он лишь спокойно водил крышкой по поверхности чая, разгоняя чаинки, но так и не сделал ни одного глотка.

«Чай кажется ему слишком плохим?»

Тянь Чживэнь мгновенно всё понял.

Кто здесь главный, а кто второстепенный, было очевидно.

Вот только лицо молодого человека казалось совершенно незнакомым.

Непонятно, из какой силы он происходит.

И ради чего вообще устроен сегодняшний пир?

Неужели кто-то недоволен грубыми методами Управления по усмирению демонов и решил выступить новым лидером?

— Старший брат Ли, начинать пир?

— Ещё подождём.

Ли Синьхань посмотрел вниз.

Через некоторое время он повернул голову.

— Он пришёл. Сразу позвать его наверх для расспросов?

Услышав это, Тянь Чживэнь тоже посмотрел вниз.

Кто же такой этот человек, которого молодой господин в чёрном халате специально ждёт?

Здесь уже присутствовали семьи Ли и Чжао.

Неужели оставшиеся семьи Сунь или Цянь?

Но ему ведь никто не поручал отправлять им приглашения.

Когда он разглядел фигуру у входа в ресторан, в глазах появилось недоумение.

В шумном зале появился худощавый молодой человек с улыбкой на лице.

Его волосы были коротко подстрижены.

На плечах была небрежно наброшена широкая белая ткань, из-под которой виднелась половина крепкого, блестевшего словно смазанного маслом тела.

За спиной он нёс серебристый железный посох.

В другой руке держал тяжёлую железную цепь.

— Все уже собрались. Даже старший молодой господин Чжао здесь. Это я, маленький монах, опоздал. Виноват, виноват.

— Какой ещё монах из обычного боевого мастера?

Чжао Канъюнь презрительно усмехнулся и сложил веер.

— Ваша Школа Алмазных Врат поставила статую Будды всего несколько десятков лет назад. Причём произошло это за три месяца до того, как наш любитель читать сутры вступил в должность правителя области. До этого, боюсь, вы даже чётки правильно перебирать не умели.

— Старший молодой господин Чжао совершенно прав.

Юаньган не рассердился.

Он лишь улыбнулся.

— Усердие восполняет недостаток способностей. Сутры и чётки — если чаще читать и перебирать, рано или поздно освоишься.

В зале тут же раздался смех.

Однако когда взгляд Юаньгана скользнул по присутствующим, большая часть людей быстро умолкла.

Школа Алмазных Врат действительно демонстрировала признаки возвышения.

Опираясь всего на половину наследия метода закалки тела стадии Формирования ядра, настоятель школы за несколько десятилетий значительно продвинулся вперёд.

По слухам, он уже обладал силой, достаточной для сражения с мастерами стадии Формирования ядра.

После того как Драгоценное Древо Бодхисаттвы и Алмаза засохло, школа по какой-то невероятной удаче вновь обрела способность быстро взращивать мастеров закалки тела.

Причём результаты выглядели даже более устрашающими, чем прежде.

Группа мастеров закалки тела, сравнимых с совершенством стадии Нефритовой росы…

И группа мастеров закалки тела, способных приблизиться к стадии Формирования ядра…

Это были совершенно разные вещи.

Если предположения людей окажутся верны, то через несколько сотен лет Школа Алмазных Врат вполне сможет занять место пика Цинфэн среди Четырёх фамилий и Шести школ и стать силой первого ранга.

— Хм.

Чжао Канъюнь тоже подумал об этом и лишь холодно усмехнулся, не став продолжать насмешки.

— Этот маленький монах вовсе не собирался опаздывать. Просто в последнее время я повсюду распространял учение, проповедовал Закон Будды и заводил добрые связи. За эти дни объехал семь или восемь уездов и только сейчас сумел вернуться в Цинчжоу.

Юаньган внимательно осмотрелся по сторонам, словно кого-то искал.

Не обнаружив нужной фигуры, он вновь натянул улыбку и дёрнул железную цепь.

— Когда все насытятся и выпьют вдоволь, этот маленький монах покажет представление «Обезьяна Будды усмиряет демона», чтобы развеселить почтенную публику.

С лязгом цепей внутрь втянули огромную фигуру.

Высокий и толстый мужчина напоминал небольшую гору.

На нём была синяя короткая куртка, а огромный живот сразу бросался в глаза.

Но ещё более примечательным было другое.

Лицо, скрытое густой бородой, было размалёвано под демона.

По бокам головы болтались покрытые шерстью свиные уши.

На носу и рту красовалось подобие свиного рыла.

Выглядело это чрезвычайно нелепо.

Взгляд мужчины был пустым и рассеянным.

Словно душа уже покинула тело.

Даже когда вокруг вновь поднялась волна смеха, здоровяк лишь тупо смотрел себе под ноги.

На этот раз даже Чжао Канъюнь не удержался от смеха.

— Где ты нашёл такой превосходный материал? Свинью-демона изображает просто великолепно.

— Это мой старый знакомый. Он всегда любил изображать свинью.

Юаньган широко ухмыльнулся и обернулся.

— Верно ведь?

Здоровяк никак не отреагировал.

Лишь когда коротко стриженный молодой человек резко дёрнул цепь, он тупо кивнул.

Его голос был хриплым и пересохшим.

— Да…

— Вот же идиот.

Тянь Чживэнь нахмурился.

Раз они были знакомы раньше, то какой бы ни была вражда, её можно было решить поединком.

Отрубленная голова — и все обиды закончены.

Но выставлять человека на подобное унижение…

Не успел он закончить мысль, как внезапно ощутил холод за спиной.

Атмосфера в комнате стала стремительно меняться.

Тело Ли Синьханя напряглось.

Ли Мучжинь до крови прикусила губу.

Лишь молодой человек в чёрном халате спокойно поставил чашку на стол.

Его лицо стало ещё спокойнее.

Он поднялся и вышел из комнаты.

Затем направился вниз по лестнице.

Среди смеха и разговоров эта фигура, совершенно не вписывающаяся в общее веселье, быстро привлекла внимание многих людей.

Чжао Канъюнь поднял голову.

Его лицо тут же помрачнело.

Даже он сам сидел внизу вместе со всеми.

А наверху, оказывается, ещё кто-то оставался.

Что хотел этим показать Тянь Чживэнь?

Очень скоро он разглядел лицо молодого человека в чёрном халате.

В его взгляде появились удивление и едва заметное чувство узнавания.

Шэнь И остановился прямо перед Юаньганом.

Он спокойно смотрел на стоящего позади него здоровяка.

Но вопрос будто был обращён ко всем присутствующим в зале.

Голос его оставался совершенно ровным.

— Смешно?

Услышав знакомый голос, здоровяк вздрогнул и поднял голову.

Когда он увидел лицо Шэнь И, всё его тело затряслось.

Он поспешно отступил назад на два шага и поднял широкую руку, пытаясь закрыть лицо.

Когда-то он хвастался перед Шэнь И жизнью в Цинчжоу.

Хвастался своими подвигами.

За всю жизнь у него не было никаких великих достижений.

Лишь несколько историй о помощи людям и наказании злодеев, которыми можно было гордиться.

Он был Мясником Чжаном.

Тем самым мясником, который, разозлившись, никого не боялся.

А не свиньёй-демоном, привязанной к цепи.

Шэнь И только прибыл в Цинчжоу.

Он не должен был наживать себе врагов из-за такого дурака, изображающего свинью.

— …

Юаньган слегка опешил.

Хотя это лицо было ему незнакомо, человек явно спустился со второго этажа.

Тянь Чживэнь не был глупцом.

Следовательно, положение этого человека как минимум не уступало положению Чжао Канъюня.

А возможно, даже превосходило его.

Подумав об этом, Юаньган безразлично улыбнулся.

— Если вам не нравится, тогда не будем показывать представление. Просто жаль, что всем испортили настроение.

После этих слов взгляды многих людей изменились.

Чжао Канъюнь вновь раскрыл веер.

Он прекрасно понимал, что Юаньган намеренно подливает масла в огонь.

Проблема состояла в том, что он и сам только что смеялся.

К тому же уже примерно догадался, кто стоит перед ним.

Чжао Канъюнь медленно поднялся.

Он собирался заговорить.

Но в этот момент раздался равнодушный голос Шэнь И.

— Я тебя об этом спрашивал?

Одновременно с этими словами Шэнь И небрежно поднял ладонь.

Почти мгновенно Юаньган отбросил цепь и обеими руками схватил серебристый длинный посох.

По его коже пробежало сияние.

Собрав всю силу тела, он выставил посох поперёк, пытаясь блокировать удар.

За молодой внешностью скрывался возраст, почти на целое поколение превосходивший возраст большинства людей в зале.

Он был даже старше Мясника Чжана.

Начальная стадия Нефритовой росы.

Но физическое тело — сравнимо с поздней стадией Нефритовой росы.

— Благодетель сам напросился. Простите этому монаху его грубость!

Юаньган стиснул зубы.

Лицо его исказилось свирепой гримасой.

Но в следующее мгновение ладонь Шэнь И опустилась на длинный посох.

Ужасающая сила мгновенно переломила оружие, состоящее из сотни соединённых звеньев.

Затем ладонь впечаталась прямо в грудь Юаньгана.

Тело, которое он закалял долгие годы и считал несокрушимым, в одно мгновение провалилось внутрь.

БУМ!