Аромат зелёной травы наполнял воздух, молодые побеги были насыщенно-зелёными. Лёгкий ветер мягко скользил по округе. Деревня была погружена в тишину и спокойствие, словно уголок, отрезанный от мирской суеты.

Это было место, о котором Сюй Ваньюнь мечтала покинуть даже во сне, но сейчас оно неожиданно давало ей сильнейшее чувство безопасности.

Она медленно выдохнула:

— Фух…

Почти сразу, словно почувствовав прибытие чужаков, из деревни выбежали десятки фигур — высокие и низкие, худые и полные, мужчины и женщины, старые и молодые, все в простых одеждах.

Они с любопытством посмотрели в сторону пришедших, и кто-то радостно воскликнул:

— Ваньюнь вернулась!

— А Сюй Цин’эр? Сюй Цин’эр вернулась? Посмотрим, как старшие ей задницу не надерут!

Услышав это, А Цин поспешно вжалась в объятия тётушки.

Из толпы вышел человек с суровым, твёрдым лицом, выглядевший довольно пожилым. Он поднял руку и остановил шум.

Он молча посмотрел на тётку и племянницу, но в конце его взгляд остановился на обнажённом по пояс юноше.

Особенно внимательно он посмотрел на чёрную чешую на его руке и алые узоры на теле.

Остальные тоже быстро насторожились.

Чужак.

С тех пор как клан Сюй укрылся в этом месте, сюда впервые пришёл посторонний.

— Тётушка, поднеси меня к нему, — тихо сказала А Цин.

— Ты не боишься, что тебе попадёт? — сердце Сюй Ваньюнь снова тревожно сжалось.

Она посмотрела на мужчину впереди — старшего брата, отца А Цин.

Она выдавила слабую улыбку.

По крайней мере, в глазах клана Сюй она всё ещё оставалась той самой культиваторшей пикового уровня Изначального Единства — спокойной, мягкой и уверенной.

— …

Лицо Сюй Хундэ не изменилось ни на йоту. Оно оставалось таким же холодным и бесстрастным.

Даже если перед ним сестра и дочь, это не меняло того факта, что они нарушили клановые правила и подвергли всех членов клана опасности.

В клане Сюй это было недопустимо.

Если только не будет разумного объяснения.

Сюй Ваньюнь, поняв, что родственные чувства не сработали, неохотно понесла А Цин вперёд.

Когда они подошли к толпе, та снова зашумела:

— Что с А Цин? Кто её так?

А Цин высунула голову из толпы и больше не притворялась жалкой. Она серьёзно приблизилась к уху отца и быстро зашептала.

Сюй Ваньюнь молча стояла рядом.

Сюй Хундэ вдохнул густой запах крови, и его бровь едва заметно дрогнула.

Но он всё так же не выдал ни одной эмоции.

Выслушав всё до конца, он равнодушно посмотрел на дочь:

— Значит, ты думаешь, что вы вдвоём способны принимать решения за клан Сюй?

Он перевёл взгляд на Сюй Ваньюнь:

— А у тебя есть такое право?

— …

Сюй Ваньюнь закатила глаза:

— Да разве я смею? Кто осмелится обходить великого главу клана Сюй и его авторитет…

— Замолчи.

В глазах Сюй Хундэ впервые мелькнула тень усталости.

Две неопытные девушки — откуда у них понимание, как клану Сюй выбирать путь?

— Отец! — А Цин попыталась снова изобразить жалость, но изо рта вышла лишь слюна, и она быстро вытерла её.

Затем громко сказала:

— Что плохого в том, чтобы попробовать?!

— Попробовать?

Сюй Хундэ снова посмотрел на Шэнь И и произнёс спокойно:

— Даос Шэнь, выходит, именно вы дали моей никчёмной дочери такую уверенность.

Юноша, до этого молчавший, сделал шаг вперёд.

Он обвёл взглядом собравшихся:

— Шэнь И попал в беду и просит разрешения временно укрыться в ваших владениях для восстановления. После ухода опасности я обязательно отплачу достаточной наградой.

— Пустые слова. Кто тебе поверит! — настороженность в толпе не уменьшилась.

Сюй Хундэ снова поднял руку, останавливая шум.

Он уже старался сохранить лицо гостя:

— Даос Шэнь, вы наверняка понимаете, чего хочет от вас Цин’эр. Но вы — свободный культиватор. Вам не нужно вмешиваться в неизвестные конфликты. И клан Сюй тоже не желает втягиваться в ваши дела.

Сердце Сюй Ваньюнь сжалось.

Она думала, что брат просто вымещает раздражение, но теперь поняла — он действительно хочет их выгнать.

Она поспешно сказала:

— И что плохого в том, что он свободный культиватор? Любая сила когда-то начинала с них.

— Тогда пусть сначала поднимется, а потом говорит… — пробормотали из толпы, но под взглядом Сюй Ваньюнь замолчали.

А Цин уже хотела что-то сказать, но вдруг раздался голос Шэнь И.

— Разумно.

Он спокойно провёл рукой у пояса, и на плечи лёг сине-зелёный халат.

В тот же миг его образ стал более сдержанным и утончённым.

Он сложил руки:

— Воинский храм Великой Гань, смотритель храма Шэнь И, приветствует клан Сюй.

Слова упали тяжело и ясно.

Даже А Цин и Сюй Ваньюнь застыли.

Великая Гань — одна из трёх великих сил союза, сила, способная закрыть небо одной рукой.

А смотритель Воинского храма — высший ранг внутри него.

Все — практики стадии Превращения в Духа, владеющие Золотым телом.

Лица клана Сюй изменились.

В их хрониках Великая Гань всегда была горой, которую невозможно обойти.

Все живые существа — лишь фигуры на доске.

И пусть Воинский храм считался слабейшей из трёх сил союза, он всё равно оставался игроком, а не фигурой.

Разница была принципиальной.

— То, чего хочет глава клана Сюй, я могу дать, — спокойно сказал Шэнь И, глядя на Сюй Хундэ. — И только я могу это дать.

Сказал бы это кто-то другой — Сюй Хундэ только усмехнулся бы.

Но увидев этот сине-зелёный халат, он снова замолчал.

Те, кто способен противостоять Пещере Сокровенного Света, — это лишь Воинский храм Великой Гань, гора Утун и Логово Тысячи Демонов.

Последние не вмешиваются в мир людей.

А служить демонам — и вовсе невозможно.

Если подумать трезво, то для возрождения клана Сюй действительно требовалось лишь согласие десятка Золотых тел-храмовников Воинского храма.

— С чего мне тебе верить? — голос Сюй Хундэ впервые дрогнул.

Не дожидаясь ответа, Сюй Ваньюнь поспешно сказала:

— У него правда есть Золотое тело… а где оно?

Она внезапно поняла, что Золотое тело исчезло.

Шэнь И не стал его демонстрировать.

Он просто смотрел на Сюй Хундэ.

Как смотритель Воинского храма, он уже сказал достаточно.

И не было необходимости доказывать больше.

Сюй Хундэ горько усмехнулся:

— Если бы тогда у нас были эти слова господина Шэня, клан Сюй не дошёл бы до такого.

Он взмахнул рукой, разогнал толпу и кивнул:

— Господин Шэнь, прошу.

Какой бы ни была правда, но раз сестра видела Золотое тело, а дочь утверждает, что он убил Истинного из Пещеры Сокровенного Света, и ещё эта одежда — этого уже достаточно, чтобы дать ему место для восстановления.

А Цин надула щёки и молча смотрела на Шэнь И.

Свободный культиватор Шэнь И.

Шэнь И из Великой Гань.

В следующий раз, может, он уже станет Шэнь И из горы Утун!

Она сердито подумала, что он даже её обманул.

Сюй Ваньюнь неловко кашлянула и опустила голову.

Что там за смотритель Воинского храма…

В момент убийства Цин Линского Владыки-демона те мастера Великой Гань совсем не выглядели так, будто знают его.