Назад Том 2 · Глава 36

Стелла проснулась от того, что рука болела.

Она открыла глаза и поняла, что всю ночь сжимала ручку. Пальцы затекли, на ладони осталась глубокая красная полоса от давления. Она повернула голову и увидела блокнот — он лежал на краю стола, раскрытый на новой странице. Свет утреннего солнца падал на бумагу, делая линии чёткими и почти живыми.

Сердце пропустило удар.

Рисунок был готов. Замок творцов — тот самый, который она видела во сне. Высокие башни, уходящие в фиолетовое небо, стены, хранящие холод, и над всем этим — символ, которого она раньше не видела. Странный, изогнутый, как трещина в реальности. Он пульсировал на бумаге, хотя был нарисован обычными чернилами.

Она провела пальцами по бумаге, чувствуя, как дрожат руки. Она не помнила, как рисовала это. Но рисунок был здесь. Символ был здесь. И замок смотрел на неё с листа.

Стелла откинулась на подушку и посмотрела в потолок. Она чувствовала, как внутри неё что-то меняется. Она больше не могла сидеть сложа руки. Она должна была понять, что это значит.


В школе она почти не смотрела на Кея. Сосредоточенная на блокноте, она перелистывала страницы, искала закономерности, сравнивала линии, искала повторяющиеся символы. Её одноклассница несколько раз пыталась заговорить с ней, но Стелла отвечала односложно, не поднимая глаз.

— Стелла, ты в порядке? — спросила та на перемене.

— Да, — ответила Стелла, переворачивая страницу. — Всё хорошо.

Но это было неправдой. Она чувствовала, как внутри неё разрастается странное, почти болезненное напряжение. Она должна была найти ответы. И она знала, где их искать.


После уроков она не пошла за Кеем. Вместо этого она направилась в старую городскую библиотеку. Она слышала о ней давно, но никогда не заходила внутрь. Теперь ей казалось, что именно там она найдёт ответы.

Библиотека стояла на окраине, в старом здании, которое помнило ещё прошлый век. Внутри было тихо и пыльно. Высокие стеллажи уходили вверх, а свет просачивался сквозь узкие окна, оставляя на полу длинные жёлтые полосы. Запах старой бумаги и дерева заполнял комнату.

Стелла пошла в самый дальний угол — туда, где лежали книги, к которым никто не прикасался годами. Она провела пальцами по корешкам, снимая с них пыль. Старые названия, забытые имена. Кожаные переплёты, страницы с желтоватыми краями.

Она остановилась на книге с тёмной обложкой, без названия. Кожа была потрескавшейся, но переплёт держался крепко. Она открыла её и замерла.

Внутри были символы — такие же, как в её блокноте. Те же линии, те же изгибы. Она перелистнула страницу, нашла ещё. И ещё. Её дыхание стало глубже.

Она читала о Замке творцов, о древних силах, о том, что мир состоит из слоёв. Но информация обрывалась — страницы были вырваны. Кто-то до неё уже искал эти ответы.

Она почувствовала раздражение — острое, холодное. Но не остановилась.

Её рука сама взяла ручку, и она начала рисовать на полях книги. Не глядя, не думая. Линия за линией. Она чувствовала, как рука двигается сама, как пальцы следуют за чем-то невидимым.

Она остановилась только когда поняла, что нарисовала фигуру с длинными фиолетовыми волосами. Того, кого видела во сне. Того, кто смотрел на неё с бумаги.

— Кто ты? — прошептала она.

Тишина не ответила.


Она не заметила, как пролетел час. Когда она подняла голову, в библиотеке было почти темно. Только настольная лампа горела тусклым светом, освещая книгу и её руки.

Она взяла книгу с собой — хотя знала, что не должна. Она чувствовала, что это нужно. Что-то подсказывало ей: эта книга — ключ.

И в этот момент она услышала шаги.

Она замерла. Звук был тихим, почти неслышным, но он был. Кто-то шёл между рядами. Шаги были медленными, уверенными, как будто человек знал, что она здесь.

Стелла обернулась. Никого. Только ряды книг, которые уходили в темноту, как коридоры в неизвестность. Она сжала книгу сильнее и прислушалась.

— Есть кто? — спросила она.

Ответа не было. Только тишина и запах старой бумаги.

Она быстро вышла из библиотеки, чувствуя на себе чей-то взгляд.


Вечером Кей сидел в штабе у окна. За стеклом горели огни города, но он не видел их. Он заметил, что Стеллы сегодня не было рядом — она не подходила к нему, не смотрела, не шла за ним. Это было странно. Не то чтобы он ждал её, но её отсутствие ощущалось.

Ориан подошёл сзади и заглянул через его плечо.

— У тебя странное лицо, — сказал он.

— У меня всегда странное лицо, — ответил Кей.

— Нет, — сказал Ориан. — Сегодня оно другое. Ты думаешь о ком-то.

Кей не ответил. Он продолжал смотреть в окно на ночной город. Он думал о Стелле. О том, что она хотела знать, что он видит. И о том, что сегодня её не было.


Стелла сидела дома. На столе лежала книга, которую она принесла из библиотеки. Она перелистывала страницы, перечитывала символы, и каждый раз находила что-то новое. Её глаза горели, но в них не было усталости.

Она смотрела на рисунок, который нарисовала в книге. Фигура с длинными фиолетовыми волосами. Наблюдатель. Она не знала, кто он. Но она знала, что он существует. И что он знает о ней.

— Кто ты? — прошептала она.

Фигура на бумаге не ответила. Но Стелле показалось, что её глаза смотрят на неё.

Она закрыла книгу, но не могла отвести взгляд от обложки.