Мы в школьном классе. Понятия не имею, кто именно из богов проектирует эти этажи, но кем бы он ни был, его стоило бы запустить прямиком на солнце. Здесь есть классная доска, места для всех, поразительное отсутствие окон – и вообще всё необходимое, чтобы довести таких людей, как я, до панической атаки. К счастью, я сижу рядом с Gecko. Вот только, к несчастью, прямо за первой партой.

Прежде чем кто‐либо в комнате – а я насчитываю всего двадцать восемь человек – успевает запаниковать из‐за внезапной телепортации, буквально из ниоткуда выскальзывает Охотник и занимает место перед доской. По крайней мере, сейчас на нём приличная одежда. Но лишь в том случае, если смотреть на него левым глазом.

А вот если взглянуть правым...

...Не. Неохота ловить мурашки прямо здесь. Это подождёт.

"Добро пожаловать всем! Вы, должно быть, задаётесь вопросом, где мы находимся. Позвольте Мне..."

Лицо его напрягается от сосредоточенности, и внезапно...

< ◇ >

Этап Обучения, Тридцать Шестой Этаж Адской сложности:

Остров‐Тюрьма.

Условие Прохождения: Слушайте и учитесь!

< ◇ >

Тут же взлетает рука, и Охотник указывает на неё. Человек откашливается, прежде чем заговорить:

"Да уж, эм... Какого чёрта вообще?"

"Отличный вопрос!"

В отличие от прошлого раза, когда прозвучала эта фраза, Охотник и вправду берётся на него ответить:

"Раньше этот этаж был совсем другим. Однако после нескольких жалоб и парочки желаний Мы решили превратить его во вводную демонстрацию, чтобы ввести всех в курс дела насчёт испытаний преддверия Чистилища. А теперь, прежде чем Я начну объяснять то, что вам и так известно, может ли кто‐нибудь сказать Мне, что вообще представляют собой испытания преддверия Чистилища?"

Претенденты переглядываются. В конце концов несколько человек неуверенно поднимают руки. Охотник указывает на одного из них, и тот, хоть и опешив, торопливо начинает объяснять суть происходящего:

"Н‐ну, эм... разве это не проверка, готовы ли мы перейти в Чистилище?"

"Почти! Более того, испытание преддверия Чистилища определяет, сколько времени вам придётся провести в Чистилище, прежде чем выпадет возможность пройти заключительную часть Обучения и выпуститься."

Взлетает ещё одна рука.

"Да?" — откликается Охотник.

Парень, поднявший руку, опускает её:

"Разве это не способ доказать, что мы достойны полученных навыков?"

"Именно! В зависимости от оценок, полученных на этих испытаниях, вам могут выжечь от одного до семи клейм с буквой «P», каждое из которых запечатает по навыку – и возвращать их придётся, выполняя указания даровавших их Богов. Испытания проверят вас на выживание, боевые навыки, силу воли..."

Охотник бросает на меня взгляд, и его ухмылка становится ещё шире:

"...и командную работу!"

А‐а.

Вот зараза.

Больше не удостаивая меня взглядом, Охотник продолжает:

"Некоторые из вас наверняка задаются вопросом, как именно сложность повлияет на испытания. Будут ли вас судить строже? Появится ли больше врагов? Придётся ли проходить всё в одиночку? Прекрасные вопросы. К сожалению, ничего из этого вас не ждёт. Разница между сложностями кроется в том, какое именно количество испытаний вам предстоит пройти."

Серьёзно? Звучит довольно... В смысле, раз так, значит ли это, что ребятам с Лёгкой сложности придётся пройти всего одно или два?

...А мне придётся проходить ещё и дополнительное?

После долгой паузы он поворачивается ко мне:

"Ты всё понял с точностью до наоборот."

Я растерянно моргаю. Он что, только что?.. Впрочем, нет – теперь он снова обращается ко всем:

"Поскольку те из вас, кто пробивался сквозь более высокие сложности, преодолели куда более суровые лишения и тяжкие невзгоды, по умолчанию вы будете признаны более способными. Претенденты с Нормальной сложности освобождаются от испытания силы воли; выходцам со Сложной дозволено пропустить как силу воли, так и бой; а нашему единственному и неповторимому первопроходцу с Адской, очаровательному Kitty, придётся пройти лишь испытание командной работой! Восхитительно всё поставлено с ног на голову, не правда ли?"

Не укажи он на меня пальцем ради наглядности, никто бы и не догадался. И тогда на меня не пялились бы так, словно я маленький зелёный пришелец. Как уже бывало бесчисленное множество раз, я вжимаюсь глубже в сиденье, без всякой надежды мечтая лишь о том, чтобы люди перестали на меня глазеть.

Но... это ещё не самое худшее. Это далеко не всё. В его словах таится пугающий подтекст, и пускай мне в общем‐то плевать, чем именно грозит плохая оценка, я всё же обязан спросить.

Я медленно поднимаю руку. Охотник кивает и указывает на меня.

Я нервно сглатываю и спрашиваю:

"Эм, так... Если пропустить все испытания, кроме одного, значит ли это, что по нему одному выставят общую оценку?"

Его лицо расплывается в ехидной ухмылке:

"О нет, Мы вовсе не настолько жестоки! За остальные испытания вам автоматически ставится высший балл. Так что не переживай об этом!"

Это, пожалуй, успокаивает. Но всё равно не отменяет того факта, что из всех возможных испытаний, в которых меня могли заставить участвовать, мне выпало именно то, от одной мысли о котором мороз дерёт по коже.

Полный отстой.

И знаете, что ещё хуже? Этот ответ расколол остальных претендентов. Люди с Лёгкой сложности, коих здесь большинство, заметно возмущены. Но даже те, кто проходил Нормальную, выглядят сердитыми: пусть их положение и лучше, чем у некоторых, им далеко до того шоколада, в котором, по их мнению, купаюсь я. Так что пока меня охватывает лёгкий приступ паники, вокруг начинают шушукаться, бубнить и роптать.

Да уж. Вот это полный отстой.

Охотник хлопает в ладоши, и в классе воцаряется тишина:

"Давайте не будем завидовать друг другу, ладно? Я не упомянул об этом ранее, но во время этого испытания вашим жизням ничто не угрожает. Даже этапы выживания и боя будут находиться под пристальным наблюдением, и если Я сочту, что вы не способны продолжать, вас снимут с испытания. Это приведёт к снижению оценки, но подобное вполне ожидаемо."

Он обводит класс взглядом:

"И... на этом всё! После этого испытания, а также беседы об оценках с администратором вашей сложности, вас выпустят в Чистилище – навстречу вашей судьбе. Возвращайте свои навыки, познавайте мир, ради спасения которого вас тренируют, и при желании вы вовсе не обязаны переходить в райскую зону. Если захотите, можете остаться в Чистилище и обустроить собственную жизнь. Так сказать..."

Его улыбка кажется тёплой. Приветливой. Нет, даже больше – радушной.

"Теперь вы на финишной прямой."

Люди оживлённо переглядываются. Повернувшись к соседям, я замечаю Gecko, которая улыбается мне с едва сдерживаемым восторгом. Стараясь не выдать собственного удивления, я улыбаюсь ей в ответ.

Охотник заводит руки за спину и произносит:

"С учётом всего сказанного... что скажете, если мы прямо сейчас возьмёмся за первое испытание?"

В комнате, где только что бурлили возбуждённые голоса, внезапно наступает гробовая тишина. Мы все оборачиваемся к нему.

Погодите, уже?

Наслаждаясь повисшим в помещении безмолвным напряжением, Охотник неторопливо подходит к одной из стен. Он хватается за красный шов, которого я раньше не замечал, тянет за нитку и расплывается в усмешке, когда шов начинает распускаться:

"Испытание на выживание начинается... прямо сейчас!"

Он дёргает за верёвку, шов окончательно расходится, и словно по мановению волшебной палочки вся комната осыпается. Оказывается, что класс стоял прямо посреди песчаного пляжа, на берегу небольшого острова.

...Какого чёрта?