◯
< ◇ >
Серверный Симпозиум завершится через 00:00.
Серверный Симпозиум завершён.
Спасибо за участие! Теперь вы будете возвращены в свои лобби.
< ◇ >
...
...
Хм? Где... где я...?
Я с трудом разлепляю закисшие глаза. О, эй, это берлога! Логично. Ага. Абсолютно логично. Ах, в теле какая-то странная слабость... Когда я сажусь, в левом плече отзывается лёгкий укол боли. Хм? Что это...?
Я моргаю, глядя на толстую иглу кактуса, глубоко вонзившуюся мне в плечо. Ха. Как-то странно. Что-то не припомню, чтобы я боролся с кактусом...
Вытащив иглу, я отбрасываю её в сторону. И всё же это довольно странно. Обычно, если наступишь на кактус, в тебя вонзается больше одной иголки. Необычно. Как будто кто-то нарочно её туда воткнул, но я не могу представить, кто бы стал это делать, так что... Да. Должно быть, это ветер или что-то в этом роде.
Избавившись от иглы, я сажусь нормально. Первое, что наводит на мысль о том, что всё идёт не так, как, возможно, должно было бы – это откровенно нечестивое количество крови и кишок, разбросанных по комнате. Большая часть сосредоточена в огромной куче посередине, но изрядная доля забрызгала стены, потолок и практически любое место, куда могли попасть кровь и каша из органов. Честно говоря, этого месива хватило бы как минимум на трёх взрослых людей.
А вокруг этой кучи, словно свечи в каком-то богомерзком ритуале, стоят, судя по всему, пять пустых бутылок из-под водки.
Чувствую, здесь кроется целая история. К сожалению, в данный момент я неграмотен.
Встав, я подхожу к куче. Она очень свежая, без единого признака гниения. Что именно могло произвести столько сырого мяса и органов? Здесь умерло какое-то животное? Нет, кишки слишком маленькие. В таком случае, гобли...
Сердце ёкает в груди, и я начинаю рыться в куче, как сумасшедший.
Симел? Симел?! О Господи, пожалуйста, только не говорите мне, что я...
Краем глаза я замечаю крошечное движение, и моя голова резко поворачивается в ту сторону. В другом конце комнаты, так далеко, как это физически возможно, я отчётливо вижу, как Симел вжимается в стену. Он покрыт кровью. Ха. Теперь, когда я смотрю на себя, я тоже покрыт кровью, причём по большей части засохшей. Очевидно, она осталась ещё до моих нынешних раскопок. Я снова смотрю на Симела. Он отшатывается в животном ужасе. Хм.
Вернув взгляд к куче органов, я позволяю себе заметить одну маленькую деталь. Знаете, эти кишки очень похожи на те, что находятся у меня в животе. Та же форма и всё остальное. И если я откушу кусочек...
Ага, это моя собственная селезёнка.
Окей, итак, если вкратце подытожить то, что здесь могло произойти... Вероятно, я был ещё в стельку пьян, когда вернулся с Симпозиума. В своём невменяемом состоянии я решил, что лучший способ провести ночь – это потренировать своё [Сопротивление Потрошению]. Точно. Окей, да. Похоже на то, что мог бы сделать пьяный я. И всё же это не объясняет наличие кактусовой колючки в моём плече, или почему Симел «тоже» покрыт кровью. Хммм...
Ну, мы оба живы и в порядке, так что неважно, что случилось.
Сев, я пытаюсь осмыслить, как лучше всего действовать дальше. Я не могу просто «оставить» эту кучу гниющих органов. Съесть её было бы нормально, но не думаю, что Симелу захотелось бы на это смотреть. В таком случае, если засунуть её в инвентарь...
Пока я хмурю брови в раздумьях, я внезапно замечаю звук мягких шагов, двигающихся по мокрому полу с тихим хлюпаньем. Я смотрю на Симела. Он в страхе отшатывается, но после секунды-другой дрожи ему удаётся взять себя в руки, делая долгие, глубокие вдохи. Дрожа всем телом, он подходит ко мне ближе. Наши взгляды встречаются. Он медленно указывает дрожащим пальцем на дверь.
"Тебе нужно...?"
Он не кивает и не качает головой, но я в целом понимаю, что он имеет в виду.
"Да, окей, дай мне только надеть какую-нибудь обувь..."
Я уже собираюсь полезть в инвентарь, когда замечаю в куче месива большой лоскут кожи. Шестерёнки креативности снова начинают медленно вращаться в моей голове. Если я возьму... а потом... Смогу ли я...?
Креативность сменяется вдохновением. Я хватаю лоскут кожи и начинаю вырезать из него формы своими острыми когтями, привлекая все свои технологические познания о том, как должна выглядеть обувь, чтобы выкроить подошвы, стельки и всё остальное. Я скрепляю подошвы, кожу и всё прочее с помощью отломанных зубов и когтей из кучи. Затем, в качестве последнего штриха, я прошиваю внутреннюю часть сапога из человеческой кожи собственной толстой кишкой, обеспечивая изоляцию и мягкость.
Выглядит грубо. Дилетантски. И, наверное, немного пугающе. Но это «действительно» первая нормальная одежда, которую я надел почти за целый год.
Я натягиваю пару сапог. Они разной длины и на ощупь мерзко хлюпают, но видит Бог, это сапоги. Может, вместо про-геймера мне стоило стать сапожником...?
О, матушка, батюшка... Ваш сын наконец-то нашёл своё призвание в жизни.
Я поворачиваюсь к Симелу.
"Я готов," — говорю я со всей гордостью настоящего американского ковбоя.
"Погнали."
Меня слегка удивляет, что выражение его лица не изменилось ни на йоту с того момента, как он впервые подошёл ко мне. Хорошо это или плохо? Понятия не имею. Неважно.
Поскольку в такие моменты время имеет решающее значение, я направляюсь к двери, периодически оглядываясь, чтобы убедиться, что Симел всё ещё идёт за мной. По какой-то причине в его глазах появилось по-настоящему затравленное выражение, которого не было прямо перед моим уходом. Поглядывая через плечо, я толкаю дверь и выпрыгиваю наружу. Мои сапоги из человеческой кожи до бедра работают просто отлично. Впрочем, мне нужно будет узнать, как правильно дубить кожу, потому что сейчас это просто свежая плоть. Может, Симел знает об этом больше?
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Симела. Он тоже стоит снаружи берлоги, по щиколотку в саже. Но он не двигается. Он прирос к месту. Я склоняю голову, глядя на него.
"Что такое?"
Не отрывая от меня взгляда, он медленно поднимает руку и прикасается к гербу на своей груди. Я опускаю взгляд на герб. Его довольно трудно разглядеть из-за обилия КРАСНОГО на нём, но, кажется, это изображение горящего города, где пламя образует феникса. Я снова смотрю на него.
"Ага, довольно крутой герб."
Его левый глаз дёргается. Он снова прикасается рукой к гербу.
Я киваю.
"Да. Может, и не в моём вкусе – лично я предпочитаю драконов – но я уважаю это. Фениксы – это круто. Не могу сказать, что хотел бы быть им или чтобы он представлял мою страну, но я понимаю его привлекательность."
Не поддавшись, он снова тычет в свой герб. Я хмурю брови. Как мне вежливо сказать ему, что я не экстрасенс? И, более того, что если бы у меня и были такие способности, я бы, вероятно, избегал их использовать, чтобы не вторгаться в его личную жизнь?
Но, видимо, он может прочесть моё замешательство, потому что внезапно указывает на горизонт и мягко восходящее солнце. Затем он снова тычет в свой герб, прежде чем ещё раз указать на себя, на меня и на горизонт.
Я медленно моргаю, глядя на него. Погодите-ка секунду...
Я. Он. Идти в место. Идти к... гербу. Герб – армия. Мы идём к армии. Армейский «лагерь».
"Ты... хочешь вернуться в лагерь? Где я... где мы встретились?"
Он кивает мне.
Может, я одарён экстрасенсорно больше, чем думал? И всё же...
"Ты уверен? Там не то чтобы... Там мало что осталось, знаешь ли. Я проверял насчёт еды, и большая часть испортилась или была съедена животными, так что не думаю..."
Он твёрдо качает головой. Его глаза, хоть и тёмные от страха, как прежде, сияют решимостью. Он настроен серьёзно. Я сглатываю и отвожу взгляд.
"Ну, э-э, окей, но... Не говори, что я тебя не предупреждал, ладно?"
Не то чтобы он вообще «что-то» скажет, но главное, что посыл дошёл. Отвернувшись от него, я закрываю глаза, задираю нос кверху и делаю глубокий вдох. Сажа. Сажа. Сажа. А довольно далеко... Кожа. Ткань. Дерево. Засохшая плоть и обнажённые кости. Влага. Я снова открываю глаза и указываю в сторону лагеря, который по случайности находится в прямо противоположном направлении от того, куда показывал Симел.
"Вон там," — говорю я.
"Он в той стороне."
Он не сводит с меня глаз. Словно ожидает, что я телепортируюсь ближе, стоит ему только отвернуться. Я встречаюсь с ним взглядом, и он вздрагивает. Я поджимаю губы.
"Так, э-э..."
Я чешу шею.
"Как ты хочешь, чтобы мы это сделали? Если хочешь, я мог бы отнести тебя туда, как в прошлый раз, но..."
Не дожидаясь, пока я закончу фразу, он начинает идти в указанном мной направлении, тяжело ступая по саже большими, грузными шагами.
"Тоже вариант," — бормочу я ему вслед.
Я иду за ним.
Обычно пробежка до лагеря заняла бы всего около десяти минут. Но таким темпом нам потребовалось больше получаса, чтобы добраться туда. К концу пути Симел уже еле волочил ноги и тяжело дышал, но всякий раз, когда я пытался ему помочь, он отбивал мою руку, словно она была ядовитой. И всё же мы смогли добраться туда в целости и сохранности, и к тому времени мои сапоги уже начали изрядно трескаться. В какой-то момент, думаю, один из зубов пробил подошву и вонзился мне в ступню, но я не хотел беспокоить Симела, поэтому оставил это при себе.
< ◇ >
Топ – Статус – Сообщество
07:03:10 День 366
Четырнадцатая попытка начнётся через 29:16:56:50
< ◇ >
К тому времени, как мы прибываем, солнце уже полностью взошло, изгоняя любые остатки ночного холода. В сухом зное солнца лагерь не выглядит чем-то особенным. Там есть большая куча пепла, скрывающая убитого мной шерстистого дрейка, а вдалеке, рядом с пещерой, стоят две палатки. Всё остальное покрыто сажей.
Оказавшись здесь, я останавливаюсь, но Симел идёт вперёд быстрыми шагами.
Лишь для того, чтобы мгновение спустя наступить на крошечную возвышенность в саже; его нога проваливается во что-то мягкое и хрустящее, из-за чего он теряет равновесие и падает. Но прежде чем он успевает рухнуть головой вперёд в обжигающе горячий пепел, я бросаюсь вперёд, подставляя своё тело под его, ловя его за миг до того, как он мог бы ошпарить лицо и руки о то, что было внизу. С его телом поверх моего я могу отчётливо почувствовать, как то, что находится под сажей, больше не является просто песком, а представляет собой твёрдые, сухие предметы, которые всё ещё носят одежду, не нуждаясь в ней.
Встав, я поднимаю его вместе с собой, отпуская лишь тогда, когда он принимает вертикальное положение и твёрдо стоит на ногах.
"Ты в порядке?" — спрашиваю я его.
Он коротко кивает, и я с облегчением вздыхаю. Я смотрю в сторону палаток.
"Нам нужно быть осторожными," — говорю я.
"Этого почти не видно, но под сажей..."
Я хмурюсь и тянусь к плечу, отдирая немного сажи, которая прикипела к нему вместе с кожей. Пытаясь обойти настоящую тему стороной, я указываю на ближайший бугорок сажи.
"Избегай таких. Держись ровных мест."
Я пытаюсь посмотреть на него так, чтобы должным образом показать своё беспокойство, наряду с тем, насколько всё это серьёзно.
"Если ты споткнёшься, а меня не будет рядом, чтобы поймать тебя..."
Я сглатываю.
"Ты, может, и не умрёшь, но уж точно пожалеешь, что не умер."
Он смотрит на меня, затем прослеживает за моим пальцем к выступу. Медленно он переводит взгляд на сажу в целом, выискивая бугорки – безымянные могилы своих людей. Я внимательно наблюдаю за ним. По крайней мере, он понимает, насколько это опасно. Опасно для него, разумеется.
Осторожно Симел делает шаг вперёд, его глаза прикованы к земле, каждый шаг широк и скрупулёзен. Это не совсем минное поле, но, судя по количеству лежащих здесь солдат, можно было бы почти предположить, что так оно и есть.
Следуя за Симелом, я не спускаю с него глаз. В такие моменты я почти рад, что он не разговаривает.
Требуется некоторое время, чтобы полностью пересечь поле боя, но в конце концов мы добираемся до палаток. Я ожидал, что он пойдёт в свою палатку, и он уже почти собирался это сделать, прежде чем внезапно свернул в сторону и направился к палатке принца.
Его тело всё так же сидело на прежнем месте, в той же одежде. Однако, как это бывает со свежим мясом, оставленным на открытом воздухе, ряд животных явно устроил здесь пир. Кожа и плоть на его тонких руках и лице остались, хотя и высохли до состояния мумификации, но почти всё остальное было съедено. Его грудная клетка представляла собой просто одну большую открытую полость, от которой остались лишь кожа да кости. Его глаза, губы и язык тоже были удалены, что делало его довольно жутким зрелищем. Хотя, поскольку он почти ничем не пах, всё было не так уж плохо.
Симел, похоже, считал иначе.
Скинув капюшон с головы, он приложил руку к груди – к эмблеме – и отвесил глубокий поклон останкам принца. А затем, выпрямившись, начал что-то искать. Сначала с простым интересом, а потом так же отчаянно, как мать троих детей, которая не может найти ключи от машины ранним утром в понедельник.
Напевая под нос, я потираю подбородок, глядя на это. Может быть...?
Забравшись в инвентарь, я достаю одну из немногих вещей, которая не является ни шкурой, ни мясом. Маленькая корона поблескивает в моей руке королевским величием.
"Эй, Симел, это не..."
И это почти всё, что я успеваю сказать, прежде чем он замечает то, что я держу, и выхватывает её у меня из рук, одновременно произнося Оковы.
< ◇ >
Оковы.
< ◇ >
Я был бы почти впечатлён, если бы не ожидал этого. Я сбрасываю их.
< ◇ >
Оковы разорваны.
< ◇ >
"Тебе не нужно было вырывать её у меня из рук, знаешь ли? Я «собирался» отдать её тебе."
Но он прижимает её к груди, словно кошка своего котёнка, так что мне больше ничего не остаётся. Я слегка вздыхаю.
"Это всё, ради чего ты сюда пришёл? Я мог бы отдать её тебе в берлоге," — говорю я.
Если бы ты попросил, конечно.
Он, впрочем, не может услышать последнюю часть, так что мои мысли растворяются в воздухе.
"Так, мы возвращаемся сейчас, или..."
Судя по взгляду, который он бросает на меня, у него ещё остались дела. Не то чтобы я «хотел» возвращаться в берлогу и всё там убирать. Просто быть втянутым во всё это, не зная, что именно мы ищем, вызывает смутное чувство ностальгии в плохом смысле этого слова. Если бы я знал, что он хочет найти, я бы достал это супер легко! Потому что, как вы знаете, у меня «очень» хорошее обоняние. Данное Богом, можно сказать.
Повернувшись спиной к принцу, он выходит из палатки. Я следую за ним.
В ту же секунду, как я выхожу из палатки, мои инстинкты вспыхивают, а в мозгу взрываются тревожные колокола, но у меня нет времени увернуться, когда массивная стальная балка хвоста врезается в меня, отправляя в полёт обратно в палатку, а хруст в груди даёт слишком ясно понять о сломанных рёбрах. В то же мгновение, как я касаюсь земли, я инстинктивно сворачиваюсь в [Позу Эмбриона], переходя в кувырок, чтобы развернуться и выпрыгнуть из палатки с наготове когтями и сгорбленной спиной.
< ◇ >
Королевский Дрейк (Ур.28)
< ◇ >
Это дрейк. Но выглядит он очень странно.
Как и беговые дрейки, он стоит на двух задних лапах, с короткими передними конечностями и мощными ногами. Но его ноги, типа, выходят за эти рамки. Они откровенно коренастые, а самой любопытной деталью являются лодыжки, которые чрезвычайно толстые, вплоть до того, что кажутся жирными, такими же массивными, как ступня слона. Учитывая, что остальная часть ноги мускулистая, из-за этого лодыжка выглядит вроде как лапа пуделя с помпоном. Его хвост также толщиной с бревно, хотя не всё это сплошные мышцы. И всё же, учитывая то, как он сломал мне рёбра, в нём больше мышц, чем жира.
Остальная часть его тела стройная, с парой разумных глаз, свирепо взирающих на меня сверху вниз. За исключением нижней части ног и рук, он покрыт длинной, шелковистой БЕЛОЙ шерстью, хотя его брюхо гладкое. Выглядит так, словно он создан для арктического климата, но не это пугает меня слишком сильно, чтобы атаковать должным образом.
В конце концов, в его лапах, удерживаемый так же, как ребёнок держит плюшевого мишку, находится Симел.
Мой разум разрывается в нескольких разных направлениях. Что? Откуда взялась эта штука? Почему он так заботливо держит Симела? Почему Симел вообще не сопротивляется? Нет, теперь, когда я смотрю на него, он, скорее, кажется слегка обеспокоенным, нежели напуганным. Почему? Что это значит?
Я пригибаюсь ещё ниже. Это не имеет значения. На данный момент самый безопасный вариант очевиден.
Я буду сражаться.
В ту же секунду, как я опускаюсь в присед, обнажив когти и скаля зубы – дрейк следует моему примеру, поворачиваясь боком и убирая Симела подальше от меня – вся игра внезапно переворачивается с ног на голову, так как Симел почти без усилий вырывается из хватки дрейка, спрыгивая на землю и слегка споткнувшись. Я ошеломлённо наблюдаю, как он восстанавливает равновесие и спешит встать прямо между мной и дрейком, подняв по одной руке, чтобы сдержать каждого из нас. На мгновение всё, что можно услышать – это тяжёлое дыхание Симела.
"С-Симел?" — спрашиваю я, неуверенно выпрямляясь самую малость.
"Что ты пытаешься...?"
Он смотрит на меня, его взгляд сверлит меня, говоря словами, которые даже я могу понять: Не двигайся.
Я подчиняюсь. Медленно, двигаясь размеренными шагами, всё ещё не сводя с меня глаз, он приближается к дрейку. Дрейк просто наблюдает за его приближением; единственный звук, который он издаёт – это тихое урчание. Мне хочется сказать Симелу, чтобы он был осторожен, но я не могу заставить себя произнести ни слова. Даже находясь вплотную к дрейку, Симел, кажется, ни капли не боится дотрагиваться до него, раздвигая шерсть на его спине, чтобы показать то, что явно является клеймом. Клеймо горящего города. Пламя в форме феникса.
"Это..." — говорю я.
"Твой «скакун»?"
Симел кивает мне.
Я смотрю на дрейка снизу вверх и присвистываю.
"Неплохо выглядит," — говорю я.
"Очень даже неплохо."
Подойдя ближе, я на мгновение замираю, когда он шипит на меня. Я скалю на него зубы.
"Небольшие проблемы с поведением, но если мы его освежуем, уверен, из него выйдет отличная шуба."
Этого короткого высказывания достаточно, чтобы Симел тоже свирепо посмотрел на меня.
"Что?" — говорю я.
"Не можешь же ты ожидать, что я позволю тебе «оставить» эту штуку."
Проигнорировав меня, Симел ведёт дрейка к другой палатке. Точно. Замечательно. В ту же секунду, как мне представится шанс, я убью эту тварь. Мои рёбра не заживут ещё как минимум час! О, но я не могу жаловаться на это, потому что ему, очевидно, нужно оставить свою драгоценную ящерицу-переростка. Ещё бы.
Пока я тащусь за ними, молча кипя от злости, Симел останавливается возле второй палатки. Он смотрит на ящерицу снизу вверх, прежде чем сделать какой-то небольшой жест рукой, который, как я могу только представить, означает что-то вроде Сидеть. Он заходит внутрь, и я следую за ним, ящерица рычит на меня, когда я прохожу мимо. Я рычу на неё в ответ.
Внутри палатки первым делом Симел роется в ящиках, пока не находит пару поводьев и какое-то седло. Седло, однако, довольно большое, поэтому, хотя он и может его вытащить, нести его он не в состоянии. Он переводит взгляд на меня. Мне почти хочется позволить ему помучиться ради его драгоценной ящерицы, но это было бы не очень по-дружески, поэтому, поворчав секунду, я наконец помогаю ему, хватая седло. Как и ожидалось, затем он заставляет меня ещё и надеть эту штуку на ящерицу, причём ящерица недовольна этим почти так же, как и я. В конце концов, впрочем, всего через несколько минут ящерица полностью готова, со всем, что может понадобиться любому ездовому животному.
Как раз когда я начинаю думать, что это последнее, что нам нужно было сделать, Симел направляется обратно в палатку. Я иду за ним.
"Симел, я правда не знаю, что ты собираешься делать с этой ящерицей, но думаю, нам стоит от неё избавиться. Она явно дикая. Совершенно не заслуживает доверия."
Бормоча подобные вещи, я наблюдаю, как Симел роется в вещах в палатке, в конце концов находя небольшой рюкзак. Он заглядывает внутрь, и я лишь мельком замечаю его содержимое – пару небольших книг, перо и чернила, пучок трав, несколько мешочков, пару корон, немного украшений, запечатанный конверт – прежде чем он выуживает один-единственный предмет и снова закрывает его, вешая рюкзак на плечо.
Когда я подкрадываюсь ближе, мой взгляд падает на предмет в его руке.
"О, эй, я знаю, что это такое!"
При звуке моего голоса Симел вздрагивает, его голова поворачивается, чтобы в ужасе посмотреть на меня. Я указываю на маленькую серебряную вещицу в его руке.
"Это серебряный компас, верно? Мой другой друг всё мне о нём рассказал! Очень крутая штука. Она дорогая?"
Симел мне не отвечает. Встав, он протискивается мимо меня к большому столу посреди комнаты, который всё ещё покрыт действительно большой картой. Карта и впрямь достаточно большая, чтобы накрыть весь стол, а поскольку стол немаленький, это достижение.
Мне бы хотелось понимать карту, но я реально не могу. Всё, что я знаю – это то, что это большая карта, на которой показаны города, океаны, горы и леса. О, а ещё большое ЧЁРНОЕ пятно. На ней стоит несколько маленьких фигурок, но все они опрокинуты, так что не знаю, значат ли они что-нибудь.
Симел хмурится, глядя на маленькие фигурки, и поднимает одну из них, изображающую коронованного феникса. Он ставит фигурку в большую ЧЁРНУЮ область, которая, как я полагаю, является пустыней, где мы сейчас находимся. Я был бы искренне удивлён, если бы в этом мире было больше одной сажной пустыни.
Двигаясь со знанием дела, как эксперт, он хватает и остальные фигурки, расставляя их по карте: одни в городах, другие в лесах. А затем он берёт последнюю. Она мясистая, запачканная КРАСНЫМ и выглядит как какой-то высокий безволосый вендиго с длинными когтями и зубами и вырезанными языками пламени у ног. На самом деле выглядит довольно круто, но я бы не хотел встретиться с этим, будь оно реальным. Хмм. На всякий случай можно и спросить.
"Эй, Симел. Эта штука ведь не существует по-настоящему, правда?"
Он одаривает меня взглядом, который говорит тысячу слов, которых я не могу прочесть. Затем он ставит её рядом с коронованным фениксом. Интересно. Мастерство исполнения этих фигурок действительно поражает...
Я тянусь, чтобы рассмотреть феникса поближе, но он отбивает мою руку.
"Ладно, ладно," — бормочу я ему.
Проигнорировав меня, Симел кладёт серебряный компас на карту. Когда он откидывает крышку, я обнаруживаю, что маленькая КРАСНАЯ стрелка указывает на меня. Хех, э-э, вот так совпадение. Должно быть, я просто стою на пути, полагаю. Но когда я делаю ча-ча-слайд влево, стрелка следует за мной. Ха. Это наводит на мысль, что... Но я не то чтобы...
С чего бы Симелу идти по моему следу?
Мои брови хмурятся.
Да ещё и с «армией» в придачу. Бросив взгляд через стол, я наблюдаю, как Симел достаёт КРАСНЫЙ флакон из компаса и заменяет его другим. Судя по тому, как расположена карта, он указывает на негипотетический, буквальный восток. Взяв карандаш и какой-то длинный инструмент, Симел проводит по карте линию от одной из маленьких фигурок к фениксу и безволосому вендиго.
Я качаю головой. Нет, в смысле... У них же был принц, да? Да. В таком случае, он вполне мог рассказать им о том, что произошло в лесу – о том, как я убил ведьму и спас... Ну, её-то я не спас, но я спас «его» через посредника, так что я всё равно спас члена королевской семьи. А потом я убил его чуть позже. Эх, где-то находишь, где-то теряешь. Важно то, что Симел по какой-то причине повёл армию к ведьме – может, даже чтобы спасти принцессу, – а затем немедленно выдвинулся ко мне, предположительно после того, как они выслушали историю принца.
В таком случае, это наводит на мысль...
Почесывая подбородок, я молча наблюдаю, как Симел повторяет свой процесс с несколькими другими флаконами и фигурками, проводя линии и медленно триангулируя нашу позицию на основе нашего положения относительно них. Он и впрямь умён.
В смысле, учитывая всё... Разве нет вероятности, что он просто хотел меня навестить? Или – или, может быть, принц хотел отблагодарить меня за спасение. Может, они даже собирались привезти меня в эту самую империю, чтобы отдать мне руку принцессы!
О, погодите, я же её убил. Чёрт.
И всё же, какая-никакая награда была бы не лишней, нет?
Не могу придумать никакой другой веской причины, по которой они могли бы прийти по мою душу с армией. В этом нет никакого смысла. Хотелось бы мне спросить Симела, но он вроде как немой, так что мне пришлось бы задавать вопросы, на которые можно ответить «да» или «нет», и даже тогда он мог бы просто отказаться отвечать вообще. Проклятье. Почему жизнь должна быть такой сложной?
Так или иначе, пока я обдумывал эти важные вещи, Симел, по-видимому, закончил триангуляцию нашей текущей позиции. Судя по карте, кажется, мы находимся... прямо посередине ЧЁРНОЙ пустыни. Неудивительно, но ладно. Кроме того, глядя на название пустыни, похоже, что на самом деле она называется...
Пустыня пустыня.
Прошу прощения?
Я тру глаза. Да, нет, там всё ещё так написано. Написанные слова автоматически переводятся в моей голове на шведский, и перевод оставляет это как «пустыня пустыня». «Та самая» пустыня пустыня.
О, но если посмотреть на подзаголовок, там есть ещё одно название! Посмотрим... Пустыня Пустыня ЧЁРНОГО Песка. Угу. Вау, это... Она реально так называется? Интересно.
Так или иначе, пустыня довольно обширна, даже больше, чем я думал. Неудивительно, что им потребовался месяц, чтобы добраться сюда, от... Вон оттуда! Башня ведьмы и её воющий лес всё ещё на карте, со всеми нарисованными гарпиями и всем прочим. Очень детализировано, да? И всё же, я немного удивлён, увидев это так близко к пустыне. В смысле, там даже есть небольшая река, идущая от башни в пустыню! Интересно, почему она КРАСНАЯ. Напоминает мне двенадцатый этаж, но этого не может быть, верно? Хм. Странно.
Тем не менее, мы, по-видимому, находимся почти в самом эпицентре пустыни, так что путь в любом направлении занял бы как минимум месяц. Пока я смотрю на карту, Симел внезапно указывает на что-то так, чтобы я это явно увидел. Хм? Что это? О, это маленький город! Он находится на окраине пустыни, но это абсолютно точно город.
Пока я смотрю на город, Симел проводит линию от того места, где находятся наши маленькие фигурки, до самого пустынного города, а затем...
А затем он проводит длинную, закрученную, извилистую линию до самой точки на противоположной стороне стола, где она заканчивается у большого города. Города, расположенного недалеко от границы, но всё же в пределах огромной страны, чьё название я, на удивление, узнаю.
Империя Расколотого Горизонта.
Город, на который сейчас указывает Симел, называется Корона Страны. Странное название для города. Тем не менее, я понимаю, что он говорит, и знаю, что он пытается выразить.
"Ты хочешь, чтобы мы отправились в империю?" — спрашиваю я с немалой долей скептицизма.
Он кивает мне, что радует, потому что мне не хотелось бы тащиться на другой конец света только из-за того, что он так пошутил. Я снова опускаю взгляд на карту, на линию, змеящуюся между горами, через море и через города.
"Не знаю, не далековато ли это, может...?"
Он пялится на меня. Я фыркаю.
"В смысле, я всё равно это сделаю, если это поможет тебе добраться до безопасного места, но..."
Изучив карту, я быстро нахожу то, что ищу. Я указываю на маленький город, окрашенный в КРАСНЫЙ цвет.
"Разве ты не предпочёл бы добраться сюда? В Прибрежный Город Ахерон?"
Его взгляд не сдвигается ни на сантиметр. Чтобы хотя бы немного разрядить напряжение, я нервно усмехаюсь.
"Хех, я просто... Или, может быть, ты теперь там живёшь? В империи?"
Но гербы не совпадают, так что я сомневаюсь. Герб империи – это КРАСНОЕ солнце, расколотое клинком. Это не тот герб, что носит Симел. Кроме того, Прибрежный Город Ахерон гораздо ближе. Это всё ещё больше месяца пути, но и близко не так пугающе далеко, как империя.
Взгляд Симела прожигает меня насквозь. Я пытаюсь проглотить свои страхи.
"Честно говоря, я немного... Знаешь, когда мы встретились? Когда... когда мы были в палатке принца? Я не сказал этого тогда, но я вроде как... Я победил его."
Его выражение лица не меняется ни на йоту. На самом деле, он кажется совершенно не удивлённым. Вздохнув, я в знак капитуляции поднимаю руки.
"Что я «пытаюсь» сказать, так это то, что те парни из империи могут быть не в восторге от моего присутствия там."
Я поднимаю взгляд. И смотрю ему в глаза. В его глаза, которые сияют требованием. Требованием, которое эхом отдаётся в моём разуме. Два простых слова.
Поступи правильно.
Мои руки сжимаются в кулаки.
"Но я всё равно это сделаю," — говорю я с поражением в голосе.
Я поднимаю на него взгляд.
"Я отведу тебя туда. Даже если это будет последнее, что я сделаю."
Это то, что он хотел услышать.
Получив моё согласие, Симел убирает серебряный компас со стола и упаковывает его в свой рюкзак вместе с несколькими другими вещами. Ему даже удалось каким-тым образом найти пару сумок, которые можно повесить на седло ящерицы. Он складывает в них разные вещи, включая карту и маленькие фигурки. Всего за несколько минут – большую часть которых я провёл, просто глядя на него – он полностью собрался.
А я стою с пустыми руками.
Значит... вот и всё? Мы уходим прямо сейчас? Даже не зайдём в берлогу за припасами? Ну, всё, что там осталось, испачкано кровью и кишками, да и Симел всё равно не ест мясо, а мне и вовсе не нужно есть, так что, полагаю, реальной нужды возвращаться туда нет.
Но это всё равно кажется неправильным. Разве я не должен хотя бы иметь возможность попрощаться с берлогой? Разве это так плохо? Очевидно, да.
Поскольку Симел слишком слаб, чтобы нести свои сумки должным образом, я хватаю для него седельные сумки. Я также закидываю их на спину ящерице, несмотря на её попытки протестовать. Впрочем, Симел легко её успокаивает.
В таком случае, у нас есть практически всё необходимое.
Симел пытается использовать обычный компас, но я останавливаю его. Он смотрит на меня.
"Мне не нужен компас, Симел. Если я хочу куда-то попасть, я смогу туда добраться."
Что, очевидно, до чёртиков его сбивает с толку, но фраза получилась забавной, поэтому я не стану ему ничего объяснять.
Задрав нос, я делаю глубокий вдох. Поскольку я хочу добраться до империи, именно её запах я и буду искать. Но сначала нам нужно добраться до того единственного города, на который он указал. Так что именно на нём я и пытаюсь сосредоточиться. Нюх-нюх-нюх. Нююю-юх.
Я поворачиваюсь туда, где восходит солнце.
"Ага, нам туда."
Я поворачиваюсь к Симелу лишь для того, чтобы обнаружить, что он уже направляет ящерицу в ту сторону.
Я уже собираюсь запрыгнуть к нему, когда ящерица шипит, и я вспоминаю, что эта дикая тварь почему-то совершенно нелогично меня невзлюбила. О, ты не хочешь, чтобы я на тебе ехал? Отлично! Я просто пойду прямо рядом с тобой. Как тебе такое, а? И если на нас нападут, ты первая пойдёшь в расход, шпана!
Ящерица, конечно же, не понимает ни слова из моих мыслей. Но я всё равно выплеснул свой гнев, поэтому, всё ещё немного кипятясь, мы отправляемся в глубокую пустыню.