Назад Том 1 · Глава 4

– Дай свой тэвокс, – сказал Фабий, выходя из кафе и надевая кепку. – Я запишу тебе номер. Позвонишь, если передумаешь.

Хирами передал устройство и укрылся капюшоном от моросящего дождя.

– А где мы встретимся? – спросил он. – Куда мне приехать?

– Сегодня к восьми часам буду ждать тебя возле Идейного маньяка. – Фабий быстро набрал номер и вернул ему тэвокс. – Не опаздывай.

Затем сампир ушел, даже не попрощавшись.

Глядя тогда на его широкую спину, защищенную жилетом, Хирами мысленно удивился, почему встреча была назначена именно там. Но теперь, когда автобус остановился возле заброшенных домов, стало понятно: кроме него и сампира возле памятника Идейному маньяку больше никого не будет. Ни других сампиров, ни посторонних людей – только он и Фабий. А это значит, что никто не помешает им выполнить условия сделки.

Однако как сампир «обратит» его? Как это произойдет?

Охваченный предвкушением, Хирами проверил внутренний карман куртки, где в кожаных ножнах все так же теплился кинжал, и двинулся в сторону памятника.

Дорога оказалась неблизкой. А все из-за того, что возле морского порта Витмор перекрыли проезд, и пришлось выйти из автобуса раньше. И чтобы хоть как-то сократить путь, Хирами решил пройти через заброшенный район, который, в отличие от остальной части их небольшого города, выделялся тем, что дома там располагались друг от друга на расстоянии вытянутой руки.

Такие узкие переулки вгоняли Хирами в панику: хотелось обернуться, посмотреть назад, удостовериться, что за ним никто не следовал. И чем дальше он проходил вглубь, тем отчетливее ощущал, как по затылку словно скользила холодная змея. Под ногами хрустели разбитые цветочные горшки, а порывы ветра приносили едва уловимый запах сырой штукатурки и гнили.

Поежившись, Хирами застегнул куртку под горло и посмотрел на часы, где стрелка медленно подкрадывалась к семи. К счастью, в запасе оставался почти час. Лучше прийти раньше, чем опоздать, подумал он и вдруг заметил краем глаза, как по обшарпанной стене справа стекает темно-красная жижа. Взгляд медленно пополз вверх – к открытому окну второго этажа, и он увидел, как внутри, в темной заброшенной комнате, на потолке, подобно пауку, затаилась фракма. Одна из ее когтистых лап чуть высовывалась из окна, а выпученные глаза смотрели прямо на него.

Судорожно вдохнув, Хирами попятился, ударился спиной о стену противоположного дома и сразу же рванул с места.

Мчась по переулкам, как подстреленный заяц, Хирами лихорадочно скользил взглядом по фасадам, заросшим колючим бурьяном.

– Он должен быть здесь… Должен…

Дикий стук сердца отдавался в ушах. Фракма бежит за ним? Насколько она близко? Но обернуться не хватало смелости. Снова увидеть в ее глазах безумное желание поймать, порвать и растерзать…

Нет-нет, не хотелось!

– Да где же он?

Задыхаясь, Хирами ворвался в узкую арку и вылетел на небольшую площадь. Там он затормозил возле высокого фонарного столба. На нем висело некогда ярко-желтое устройство, способный вызвать сампиров на помощь. Хоть краска почти слезла, а сам механизм покрылся ржавчиной и толстым слоем пыли, рукоять все еще была на месте.

Вцепившись в нее, Хирами с силой потянул вниз.

Раздался скрип, затем глухой щелчок. А потом… ничего. Повисла звенящая тишина: ни вибрации, ни рычания. Лишь где-то в кустах стрекотали ночные цикады.

Сжимая рычаг дрожащими руками, Хирами осторожно заглянул в проем переулка.

Пусто.

– Почему она не погналась за мной…? – тяжело выдохнул он.

Холодный, липкий пот струился по спине, ткань майки прилипала к телу. Но, простояв пару минут в оцепенении, Хирами не услышал ни подозрительных звуков, ни признаков приближения.

Он не был ее целью?

Это хорошо.

А еще хорошо, что удалось отыскать Спасательный рычаг, подумал он. По крайней мере, сампиры поймают ее, и по той стене больше не хлынет свежая кровь.

Та кровь…

В груди затянулся узел.

С трудом переводя дух, Хирами проверил карман и, убедившись, что кинжал на месте, поспешно нырнул в очередной переулок. Мысль о том, что фракма вернется или появится новая…

Появится?

Хирами моргнул. А почему она вообще должна появиться? Всех жителей выселили из этого района еще двадцать лет назад! Здесь не должно быть людей…

Но тогда откуда здесь фракма?

Постой, а ведь подобное уже случалось…

Продолжая идти, Хирами осмотрелся. Такие же деревянные двери, погребенные под слоем пыли, и такие же крошечные балконы невольно напоминали ему о дне, когда он впервые в жизни увидел фракму.

Кажется, это произошло спустя год после рождения Савины. Ему тогда исполнилось лет пять. И в то время из-за того, что папа постоянно пропадал на работе, а мама не выходила из комнаты, ему ничего не оставалось, как быть под присмотром Тэо. Чему он, конечно же, был рад. Ведь каждый раз, когда они отправлялись в торговый квартал на окраине города, то он мог выпрашивать все, что захочется. И Тэо никогда ему не отказывал.

Вот и в тот день, бегая по таким же узким переулкам и радуясь новой игрушке, Хирами завернул за угол и замер: на стене двухэтажного дома висело нечто, очень похожее на большого паука. Оно, не замечая его, увлеченно пожирало перила маленького балкона с вьющимися растениями.

Не зная тогда, что перед ним фракма, Хирами ничуть не испугался. Наоборот, он заинтересовался. Ее чешуя колыхалась, как легкая рябь на воде, а движения, сопровождавшиеся слабой вибрацией, были медленными и плавными, словно она никуда не торопилась.

Задрав голову, Хирами подходил все ближе и ближе: хотелось рассмотреть получше. Вот только Тэо, шагавший позади, внезапно схватил его за руку и потянул за собой.

– Не смотри туда, Хирами, – строго сказал он, перекидывая сумку с продуктами на другое плечо.

Хирами же не мог не смотреть: он обернулся. И прежде чем фракма скрылась из виду, его взгляд успел скользнуть вниз.

– Тэо, а что там на земле? Это краска?

– Нет. – Тэо крепче сжал его руку и ускорил шаг. – Кровь.

– Кровь? – Хирами в недоумении моргнул, едва поспевая за ним. – А почему ее так много?

Едва он задал этот вопрос, как в памяти всплыло то, чему он сразу не придал значения: по темной чешуе существа стекало что-то похожее на капли крови.

– Тот зверь ранен?

Лицо Тэо скрывал капюшон, поэтому слова звучали приглушенно и отдаленно, словно их уносил сам ветер:

– Нет, не ранен. Тот зверь – не зверь вовсе, Хирами. Ты видел фракму. А фракму невозможно ранить, поэтому кровью она не истекает.

– Фракма… не истекает? Тогда откуда там…? Там кровь человека?

Тэо вдруг остановился и обернулся. В его глазах промелькнула боль.

– Да, человека.

– Он умер?

– К сожалению, да.

– Но ты ведь говорил, что здесь уже давно никто не живет!

– Это не значит, что люди здесь не ходят.

Хирами крепко прижал мягкую игрушку-зайчика к груди.

Да, верно, подумал он. Они ведь тоже здесь проходили. Наверное, и тот человек спешил домой, но внезапно умер. Папа говорил, что такое иногда происходит: фракма, сидящая в теле человека, в свое время выходит наружу.

Хирами крепче сжал руку Тэо и спросил:

– А ему было больно?

Тэо, поправляя развевающийся на ветру капюшон, посмотрел в сторону уже пройденного переулка и задумчиво прищурился:

– Думаю, да…

– Тэо, я не хочу становиться фракмой!

Тэо растерялся:

– О чем ты?

– Ну… – Хирами посмотрел на свои ноги. – Папа говорил, что когда человек умирает, он становится фракмой… – Он повернулся и указал пальцем в ту сторону, откуда они пришли. – А там, на земле, столько крови! И ты сказал, что ему было больно! Я не хочу становиться фракмой! Я, когда коленку порезал, сильно плакал. Очень болело! Кровь шла! А если я умру и стану фракмой, то…

Заметив, как Тэо с трудом подавляет усмешку, Хирами недовольно насупился:

– Что смешного?

– Послушай, Хирами, – Тэо опустился на корточки, накрывая его руки своими теплыми ладонями. – Тебе не о чем волноваться. Фракма – это отдельное существо, которое живет в нашем теле. – Он провел пальцем по его груди от живота и выше, рисуя прямую линию. – Оно живет, развивается, а после выходит наружу. И когда это происходит, человек, насколько я знаю, не истекает кровью. Фракма не разрывает тело и не ранит его, а словно окутывает. Поэтому боли, скорее всего, тоже нет.

Хирами непонимающе свел брови:

– Нет? Когда появляется фракма, боли нет?

– Нет.

– И крови тоже?

Тэо мотнул головой, и Хирами непонимающе продолжил:

– А откуда тогда на земле…? Там кровь другого человека?

Тэо с трудом кивнул:

– Ты быстро соображаешь.

– Фракма его…?

– Да, она его съела.

Хирами снова моргнул. По спине пробежали мурашки.

– Именно поэтому я и сказал, что ему было больно, – произнес Тэо. – Иногда мы становимся их добычей. Атака фракмы чем-то похожа на нападение диких животных – к примеру, медведей или леопардов. Вот только от зверя у человека еще есть шанс спастись, а от фракмы – нет. Особенно, если он стал ее целью.

Услышав это, Хирами невольно придвинулся ближе: захотелось укрыться, почувствовать себя в безопасности.

– Все хорошо, – сказал Тэо, крепко обнимая его. – Фракма за нами не погонится. К счастью, мы ей не интересны. Но даже если нападет, я защищу тебя.

– Потому что ты наш эрри?

– М? Не только поэтому. Да, я, конечно, поклялся твоим родителям позаботиться о тебе и Савине, если вдруг с ними что-то случится, но, думаю, я и без всяких клятв не смог бы вас оставить. Вы для меня как семья. Можешь всегда на меня положиться.

Положиться?

Хирами хмыкнул, петляя по лабиринтам улиц и наклоняясь, когда перед глазами в очередной раз возникала натянутая между домами веревка.

Ну да, как же, язвительно подумал он. Кто обещал, что будет рядом? Кто говорил, что никогда не оставит? Где же этот человек?

Ах да, его нет.

Тот, которому он так сильно доверял, которого считал семьей, в итоге не было рядом в самый тяжелый момент жизни. Какой из него защитник, если последнее, что он оставил после себя, – это боль? Крепкие объятия возле морга оказались обманчивы. Помимо них Хирами помнил лишь объятия его пальцев на своей шее: крепкие и удушающие.

На каменную изгородь тихо приземлилась сова. Раздалось глухое уханье. Хирами поднял голову и встретился с ее оранжевыми выразительными глазами, а затем услышал чьи-то отдаленные голоса.

В этот же момент из-за угла дальнего дома вышли двое сампиров – парень и девушка, которые держались за руки, как влюбленная парочка.

Хирами сбавил шаг, слегка приподняв брови.

– Снова фракма в заброшенном месте… – проворчал парень, глядя на браслет на руке.

– И не говори. Опять внезапная смерть… Как-то жутко, что это происходит уже не в первый раз… Стой!

Увидев Хирами, они резко остановились и быстро расцепили пальцы. На их лицах застыло потрясение, словно они совершенно не ожидали встретить здесь кого-то, а затем оба залились легким румянцем и растерянно замялись.

– Т-ты, случайно, не заблудился, парень? – спросил сампир. – Все в порядке?

Хирами ответил не сразу. Его внимание привлекла нати – хищница, чем-то напоминавший льва в человеческий рост. Она послушно следовала за сампирами и, когда те остановились, заинтересованно выглянула из-за их спин, как любопытный котенок.

– Все хорошо, – ответил Хирами, делая шаг в сторону, чтобы обогнуть парочку и рассмотреть ее. – Я просто… иду на встречу.

Видимо, решив, что он боится нати, сампир помахал рукой, и та, как преданный питомец, тут же встала рядом, подставляя довольную морду под ладонь.

Хирами затаил дыхание.

На самом деле ему нравились нати. Даже очень. Таких питомцев разводили и дрессировали только сампиры, чтобы те помогали им ловить фракм. Вот только вместе они появлялись на людях крайне редко. Встретить нати вживую оказалось приятной неожиданностью!

Хирами на секунду позволил себе увлечься, рассматривая ее мощные лапы и густую гриву.

– Это, случайно, не ты подал сигнал? – спросил сампир, не переставая гладить нати по голове.

– А да. Я.

– Ты не ранен? – вдруг обеспокоенно спросила девушка и шагнула было в его сторону, но напарник остановил ее. – А? Что?

Тот лишь мотнул головой.

– Ах да-а, забыла, прости…

– Я не ранен, – сказал Хирами, считая, что девушка должна об этом знать. – Все в порядке. Спасибо.

– Ну хорошо, – кивнул парень, а затем вместе с девушкой и нати пошел дальше, на прощание добавив: – Будь осторожен.

Хирами кивнул в ответ:

– Вы тоже. – И, покосившись им вслед, нахмурился.

Ему показалось, или они не сильно торопились?

Он подал сигнал уже довольно давно. Сампиры, по сути, должны прибыть на помощь через две-три минуты после вызова. А тут… Если бы фракма погналась за ним и загнала в тупик, он бы не выжил. Сампиры не спасли бы его.

От этой мысли бросило в жар. Даже сильнее, чем от бега. Хирами расстегнул куртку наполовину и, сжав челюсти, двинулся дальше.

И чем дольше он шел, тем тревожнее становилось. Разговор сампиров о том, что в этом районе умерло несколько человек, никак не выходил из головы. Почему это напоминало о случае из детства?

Тоже фракма в переулке… Такая же смерть… Даже несколько.

Возможно ли, что из-за медлительности сампиров та фракма, которую он видел, съедала всех, кто проходил мимо нее?

Но она-то его не тронула!

Хирами покачал головой:

– Нет, здесь что-то не так.

Папа говорил, что сампиры всегда знают, где появляется новая фракма. Для этого у них есть специальные браслеты. Поэтому в любом случае они поймали бы ее.

К тому же эти двое вроде не говорили, что фракма снова напала на людей. Они сказали, что она снова в заброшенном месте, то есть снова появилась. Значит, та фракма, которую он видел, не единственная. До нее появлялись и другие…

И все это произошло за короткий промежуток времени?

– Внезапная смерть… – прошептал Хирами, проведя рукой по волосам.

Но, насколько он знал, люди умирали внезапно крайне редко, особенно на улице или в общественных местах – вспомнить ту же фракму в парке. За этим всегда следил Дом Предсмертных. Вот только когда такое случается несколько раз, да еще и подряд, это уже не смахивало на внезапность. Складывалось ощущение, что люди умирали здесь по чужой прихоти…

Но кому это надо? Кто убивал людей, зная, что в их телах живут опасные монстры?

Зачем кому-то рисковать собственной жизнью?

Хирами так сосредоточился на размышлениях, что с криком подпрыгнул, когда из-за угла выскочил человек. Он едва не сбил его с ног, но сразу же поймал за руку, не дав упасть.

– Ой, прошу прощения!

Хирами дернулся было, пытаясь вырваться, но, услышав голос, замер, уставившись на того, кого вообще не ожидал здесь увидеть. Карие глаза, горевшие раньше огнем, теперь казались потухшими. На лице проступила жесткая щетина, а из-под капюшона торчали темно-красные волосы, все так же напоминавшие кровь. Тэо медленно разомкнул крепкую хватку и, озадаченный внезапной встречей, отступил на пару шагов.

– Что ты тут делаешь? – спросил он.

И его голос, смешанный с шуршанием старой, потрепанной куртки и далеким скрипом деревянных ставен, окутал Хирами ощущением какой-то вязкости. Воздух казался настолько тягучим и тяжелым, что закружилась голова. Захотелось сесть, подумать, понять, что вообще происходит. Тэо не должно быть в городе. Он же уехал…

Вот только он здесь. Прямо перед ним.

Тэо неподвижно стоял и, прищурившись, внимательно его рассматривал, будто решил сам во всем разобраться, не дождавшись ответа.

Поймав этот изучающий взгляд, Хирами ответил на него тяжелым осуждением.

А он сам-то что тут делает? Когда вернулся? Почему ничего не сказал? Почему…? Почему оставил их? Где он вообще пропадал все это время?!

Но слова шерстяным комком застряли в горле.

– Что ты задумал? – спросил Тэо, сильнее сузив глаза.

Тело дрожало. Почему так холодно? Застегивая куртку онемевшими пальцами, Хирами горько усмехнулся.

– А какая разница? – произнес он надломленным голосом, а затем заметил, как Тэо задержал взгляд на том месте, где под курткой прятался кинжал.

– Хирами, я ведь просил тебя не трогать его.

Сердце пропустило удар. Тэо догадался. Неизвестно как, но понял, что кинжал при нем.

А если он заберет его…

Хирами попятился, и, когда Тэо, тяжело вздохнув, сделал шаг навстречу, резко отскочил в сторону и сорвался с места.

На одном дыхании он наконец выбежал из беспросветного лабиринта, проскочил безлюдную проезжую часть и лишь потом сбавил шаг, судорожно глотая воздух. Оглянулся. Выход из переулка оставался пустым – Тэо даже не подумал погнаться следом.

И почему эта встреча теперь ощущалась какой-то шуткой? Действительно ли он видел Тэо? Или, может, померещилось? Вдруг разум настолько помутнел, что решил подшутить и показать то, что повергнет его в еще большее замешательство?

Но, кажется, Тэо и правда был там. Его взгляд, голос – все казалось реальным. Что он там забыл? Когда вернулся? Неужели вернулся ради кинжала? Тяжело дыша, Хирами сунул руку во внутренний карман куртки, нащупал мягкие ножны и сжал их так крепко, словно боялся, что кинжал выпрыгнет и убежит к хозяину.

Хочет Тэо или нет, а с кинжалом придется расстаться. Сам виноват, что оставил его.

Подняв взгляд, Хирами посмотрел вперед. Широкая аллея, на которую он вышел, утопала в деревьях, кустарниках и ярких цветах, а ее мраморная дорожка вела прямиком к памятнику Идейному маньяку, который одиноко стоял в море, словно каменный гигант.

Его высота достигала двадцати локтей – выше любого здания в городе, а внешний облик напоминал человека, облаченного в накидку с высоким остроконечным колпаком, который тянулся ввысь, к серому небу, и, казалось, доставал до самых облаков.

Едва заметные лучи заходящего солнца падали ему на спину, делая и без того величественный силуэт еще более пугающим. Порой представлялось, что гигант вот-вот оживет и шагнет по аллее, словно по расстеленной перед ним белому ковру. Он медленно разожмет сомкнутые на горле пальцы, опустит руки вдоль тела и устремит на всех взгляд сквозь прорези каменной вуали, скрывающей его лицо.

Интересно, а каково это – смотреть на всех сверху? – задумался Хирами, направляясь к памятнику. Насколько маленьким и ничтожным выглядит человек в его глазах?

Глядя на каменные пальцы, сжатые на горле гиганта, Хирами невольно коснулся собственной торкмы. Плотная кожа туго обхватывала шею. Она сдерживала внутреннюю фракму и не позволяла ей выбраться наружу раньше времени.

Благодаря ей почти четыре сотни лет назад Идейный маньяк спас людей от вымирания.

С тех пор с наступлением весны весь город отмечал в его честь праздник.

Вот почему, шагая к памятнику, Хирами встречал по пути длинные деревянные, но ныне опустевшие столы, которые месяц назад ломились от еды и напитков. На ветру шелестели белые ленты, привязанные к деревьям в знак благодарности, а под ногами блестели только что начищенные мраморные плиты.

Подойдя ближе, Хирами заметил, что подножие гиганта усыпано цветами и морскими ракушками, а в самом центре теплился крошечный огонек в стеклянном куполе, защищенный от морского ветра. Вокруг каменного тела ввысь поднималась винтовая лестница. Она вела на обзорную площадку прямо на плечах гиганта. И там виднелись двое работников.

Скорее всего, они пробудут тут до восьми часов, подумал Хирами. Примерно в это время все расходились по домам. И Фабий, очевидно, учел это.

Ступив на край каменного причала, Хирами засмотрелся на огромные волны. Одна за другой они накатывали и исчезали в темноте под настилом, с глухим гулом разбиваясь о скрытые опоры. Залюбовавшись морем, он даже не заметил, как спустились двое работников. Хирами кивнул им, здороваясь. Те ответили тем же, быстро собрали вещи и ушли домой.

Ожидание затягивалось. Прошло полчаса, а вскоре набежал и целый час. Уже полностью стемнело, и город озарился огнями, а Фабия все еще не было. В душе появилось липкое сомнение. Придет ли он вообще? Что, если Фабий попросту забыл о встрече? Или, что еще хуже, намеренно обманул его? Но ведь тот сам предложил встретиться, да к тому же оставил свой номер…

Может, что случилось?

Не выдержав, Хирами достал тэвокс. Пальцы слегка подрагивали от тревоги. Он набрал номер раз, затем тут же второй. Но длинные гудки растворялись в шуме прибоя.

Все ли в порядке?

Не успев отключить очередной звонок, Хирами заметил краем глаза какое-то движение. По аллее, освещенной глубоким янтарным светом фонарей, шла женщина с двумя детьми. Одного она держала на руках, а старшая дочка семенила следом.

Хирами невольно напрягся. Женщина выглядела чем-то обеспокоенной. Когда она подошла ближе к памятнику, и опустила перед ним малыша, и тот развернулся, Хирами понял, в чем дело.

Лицо мальчика было иссохшим.

Всем известно, что фракма появлялась лишь тогда, когда умирал человек. А смерть приходила по разным причинам, но в основном из-за несчастного случая, болезни или старости. И часто фракма сильнее всего влияла именно на последнее. Порой случалось, что внутри она развивалась слишком быстро, поглощала все жизненно важные силы и тем самым стремительно приближала старость.

Вот и с мальчиком случилось то же самое.

Его лицо походило на лицо старика.

А значит, ему осталось недолго…

Женщина отвела дочку в сторону, усадила на скамейку и, похоже, попросила посидеть и подождать. Девочка выглядела растерянной и напуганной. Она подалась вперед, словно хотела возразить или попросить никуда не уходить, но в итоге лишь молча кивнула, сжав губы. Женщина улыбнулась, поцеловала ее в лоб и вернулась к младшему сыну.

Хирами не двигался. И, может, именно поэтому женщина его до сих пор не заметила.

Сначала он подумал, что она пришла к Идейному маньяку, чтобы помолиться и попросить о помощи. Но она пришла не за этим. Она встала на колени перед ребенком и, рыдая, несколько минут что-то говорила ему, обнимала и снова и снова целовала. Ее слова и рыдания растворялись в шуме волн, но по ее движениям все читалось без слов.

Она прощалась с ним.

У Хирами сжималось сердце. Но эту боль, как липкой паутиной, окутывал настоящий страх.

Она же не собирается…?

Ее руки потянулись к шее ребенка. Один рывок – и торкма слетела.

Воздух сотряс низкий, утробный рык, и земля под ногами задрожала.

Продолжение следует…