Лицо Самадо перекосило от бешенства так сильно, что на нем не осталось живого места.

Это был уже третий раз!

Вслед за Пятым и Третьим звеньями был начисто вырезан карательный отряд из сорока мечников!

На этот раз труп одного из воинов раздели догола и вырезали кинжалом прямо на коже его груди:

«И это все, на что вы способны?»

— Сучий… выродок…

Держать себя в руках было выше человеческих сил.

Враги явно отступали, но Самадо казалось, будто этот наглец стоит прямо у него за спиной и глумливо шепчет ему на ухо, сводя с ума.

Он стянул в кольцо окружения три сотни отборных бойцов! Однако неизвестные превратили в трупы сорок его людей и растворились в воздухе, словно дым.

И снова оставили в живых ровно троих!

Когда они только сели врагам на хвост, следов было несколько десятков. Затем они множились, и казалось, что преследуют уже больше сотни людей. Но стоило начаться настоящей охоте, как эта сотня испарилась, а навстречу вышли всего четверо чудовищ!

По показаниям выживших, эти четверо устроили бойцам Мукгомдэ сущий ад.

Раны на трупах были самыми разными: кого-то пронзили мечом, кого-то размозжили ударом кулака, в чьих-то телах торчали стрелы… А некоторые трупы были разорваны на кровавые куски с такой дикой свирепостью, будто их терзал хищный зверь, не оставив ни единой целой кости.

При этом они намеренно оставляли следы! Даже самый бестолковый следопыт без труда определил бы направление их бегства по сломанным веткам и глубоким отпечаткам сапог.

Самадо задыхался от унижения. Противник издевался над ними в открытую, а три сотни бойцов элитного Мукгомдэ не могли даже ухватить его за хвост!

— Чжин Сук…

— Слушаю, господин.

— Раздели отряд на две части. Я возьму основные силы и пойду в обход, чтобы перерезать им пути к отступлению. Ты возьмешь Четвертое и Шестое звенья, пойдешь строго по следам и погонишь их на меня.

Чжин Сук заколебалась:

— Командир, делить силы в такой момент опасно. Это может быть ловушкой.

— …

— Враг намеренно оставляет записки и следы, нанося нам урон один за другим. Если они заманят нас в засаду…

— И что?

— Что?..

— Что с того, если там засада?!

— Но… благоразумнее было бы отступить, перегруппироваться, разгадать их тактику и лишь затем…

Вжих!

Воздух прочертила черная вспышка.

Острие меча Самадо, обнаженного в долю секунды, замерло у самого горла Чжин Сук, обжигая кожу ледяным дыханием тьмы.

— Ты предлагаешь мне бежать в страхе? Склонить голову перед жалкими уловками мусора из Самдончхона?!

— Господин…

— Ловушка? Засада?!

— …

— Они прибегают к уловкам лишь потому, что знают свою слабость! Они не способны сойтись со мной лицом к лицу, вот и надеются победить хитростью!

В глазах Самадо полыхнуло звериное безумие:

— Чжин Сук! Кто я такой?!

— …

— Я — Самадо из отряда Темного Меча! С каким бы могущественным врагом я ни сталкивался, я никогда не отступал, ибо я — Жнец поля боя! Ловушка это или приманка — мне плевать! Наша тактика одна: только вперед! Что бы они ни приготовили, мы сметем все на своем пути!

Чжин Сук больше не смела перечить. Перед ней стоял не человек — сам демон из преисподней выглядел бы менее пугающе.

— Те, кто страшится врага, не имеют права носить черные одежды Мукгомдэ, — прошипел Самадо. — Если ты намерена запятнать имя нашего отряда, скажи прямо. Я снесу твою голову сию же секунду.

Чжин Сук упала на колени перед командиром, источавшим удушливую жажду убийства:

— Я повинуюсь вашему приказу!

Самадо смерил ее презрительным взглядом и, даже не убирая меча в ножны, скомандовал:

— Найти их до наступления ночи. Пленных не брать. Убивать на месте. Заместитель Чжин Сук берет Четвертое и Шестое звенья и идет по следу. Остальные — за мной!

— Есть! — грянул слаженный рев трех сотен глоток.

— Вперед!

Разделившись на две колонны, воины Мукгомдэ сорвались с места, оставив позади сорок девять растерзанных трупов соратников.

Спустя некоторое время…

Шорох.

Один из мертвецов в черной шляпе, неподвижно лежавший в грязи, медленно шевельнулся и сел.

Неужели выжил?

— Времени на погоню в обрез, а языком треплют без умолку, — проворчал «покойник», поправляя сбитую набок широкополую шляпу хыннип.

Под маской мертвого воина скрывался Чжинму.

— Впрочем, все идет в точности так, как я и рассчитывал, — с мерзкой ухмылкой протянул он и взмахнул рукавом в сторону нескольких лежащих рядом тел.

Фью-ю-ить!

Порыв легкого ветра Ци коснулся трупов, и те внезапно зашевелились, возвращаясь к жизни.

— Кха… хэ-э-э…

Люди, до этого не подававшие признаков жизни, судорожно заглотили ртом воздух.

Это были Чхон Сан, Чхон У и начальник гарнизона Гонсэн.

— Быстро восстановите дыхание, — велел Чжинму. — Я насильно перекрыл ваши акупунктурные точки, ток Ци сейчас нарушен.

— Слушаемся!

Чхон Сан и Чхон У немедленно сели в позу лотоса, а Гонсэн все еще ошарашенно хлопал глазами.

— Чего застыл? Времени нет!

— А? Д-да!

Опомнившись от окрика Чжинму, Гонсэн поспешно сел и начал разгонять внутреннюю энергию по меридианам.

«Владыка Федерации Дончхон — воистину непостижимый монстр… Запечатать кровеносные сосуды и применить к нам Великое искусство черепашьего дыхания прямо посреди поля боя!»

Вырезав сорок преследователей из Мукгомдэ, они просто переоделись в их одежды и притворились трупами.

А приманкой, уводившей врагов по ложному следу, был не кто иной, как Дэгун.

Он являлся командиром Ынвидан. Главной задачей этой службы всегда была разведка вражеских лагерей и сбор сведений. А умение вовремя смыться ценилось в Ынвидан ничуть не меньше, чем скрытность. Если уж Дэгун решил бежать в одиночку, догнать его было практически невозможно — в искусстве побега он достиг совершенства.

А пройдя адские тренировки под началом Мён Се Чхана в Хаомун, Дэгун научился доводить врагов до белого каления одним своим видом. Он без труда заманит погоню в нужную точку, методично действуя им на нервы и оставаясь неуловимым.

Что же касается сотни воинов Самдончхона, спасенных Чжинму ранее, то они уже давно ушли к назначенному месту, обустраивая засады и ловушки.

Пока соратники восстанавливали силы, Чжинму с ехидной улыбкой смотрел вслед исчезнувшим колоннам противника.

Когда эта девка Чжин Сук предложила отступить, Чжинму едва не подскочил прямо из кучи трупов, чтобы отвесить ей затрещину. Еще немного — и весь его хитроумный план полетел бы псу под хвост!

Но, к счастью, их командир оказался непроходимым тупицей.

«Жнец поля боя, надо же…» — Чжинму скривился от отвращения. От такого пафоса у него аж скулы свело.

Этот сопляк слабее даже Но Гук Тхэ, которого Чжинму когда-то разорвал на куски, а гонору — выше небес!

Впрочем, Чжинму рассчитывал лишь навязать им погоню, а эти идиоты по собственной воле разделили силы надвое! В игре в го это называлось необратимой, фатальной ошибкой.

Пока Чжинму изображал труп, он успел досконально оценить мощь врага.

Около трех сотен человек. Теперь они разделились пополам — значит, примерно по сто пятьдесят на отряд.

Командир, пошедший в обход, несмотря на дурной нрав, был весьма силен. А вот те, кто пошел по следам Дэгуна… обычные болваны.

Чжинму не умел выстраивать сложные армейские стратегии, как Чок Сэн, зато в искусстве подлости и внезапных ударов ему не было равных во всей Поднебесной!

«Теперь моя очередь выходить на охоту».

Он будет затягивать удавку на их шее медленно, шаг за шагом, пока они не испустят дух. А когда поймут, что угодили в капкан, будет уже слишком поздно.

Пока Чжинму довольно ухмылялся, Чхон Сан и Чхон У, полностью восстановившие силы, поднялись на ноги.

— Соберитесь, — бросил Чжинму. — С этой секунды малейшая оплошность — и ваши головы полетят с плеч.

— Слушаемся!

Трое спутников бесшумно скользнули вслед за Чжинму в лесную чащу.

Чжин Сук, заместитель командира Мукгомдэ, никак не могла избавиться от тревожного предчувствия, выполняя приказ Самадо.

Командир, обязанный сохранять хладнокровие в любой ситуации, совершенно ослеп от ярости… Что же делать?

Сто пятьдесят мечников — немалая сила. Но и не абсолютная.

Беспокоиться следовало не о четырех беглецах, а о сотне бесследно исчезнувших бойцов Самдончхона! Куда они подевались?

Сколько бы Чжин Сук ни ломала голову, ответа найти не могла. Но остановить преследование она не имела права: если ее отряд отступит, Самадо со своими полутора сотнями бойцов окажется изолирован в глубине вражеской территории.

— Госпожа заместитель, следы ведут на юг! Судя по сломанным ветвям, цель прошла здесь около двух страж назад!

Разрыв сокращался. Еще немного — и они настигнут беглеца.

— Если он идет этим путем…

— Впереди постоялый двор.

— Отлично! Отправьте голубя командиру Самадо! Мы должны зажать ублюдка там. Сомнений нет: он пытается заманить нас в ловушку. Отрежьте ему путь до того, как он успеет скрыться! Живее!

— Есть!

Почтовый голубь взмыл в небо, а приказы Чжин Сук цепочкой передались по рядам мечников.

— Куда мы направляемся? — перешептывались бойцы.

— Вроде как к постоялому двору…

Мокдан, стоявший в замыкающей шеренге отряда, недоуменно ответил на вопрос соратника:

«Странно, мы же вместе слушали приказ… С чего он переспрашивает?»

Стоп. А позади него вообще стоял кто-нибудь?

Мокдан скосил глаза. Под полями черной шляпы виднелся слишком уж молодой, безусый подбородок. В Мукгомдэ отродясь не было таких юнцов…

— Хм, смотрю, строй держите неплохо, — раздался тихий, насмешливый голос.

— А?.. Ты кто та…

— Кто я?

Хрусть!

— Да вот кто.

— …!

Мокдан застыл, ошарашенно глядя на чужую руку, вошедшую ему прямо в грудь, в область сердца. Он даже боли почувствовать не успел.

— Ты…

Хрясь!

Пальцы, державшие его за горло, слегка сжались, и Мокдан кулём повалился на землю, так и не успев закрыть остекленевшие глаза.

Оборвавшим его жизнь был, разумеется, Чжинму.

«Я проник в строй. Сначала посеем хаос и рассеем врагов».

Старая добрая тактика под кодовым названием: «Волки! Волки пришли!»

Спрятавшись среди рядов мечников Мукгомдэ, Чжинму протиснулся чуть вперед и заорал во всю глотку:

— Враги! Враг проник в наши ряды!

— Что?!

Этот истошный крик мгновенно привлек внимание всех вокруг.

— А-а-акх!

— Помогите!

Словно по сигналу, слева и справа раздались предсмертные вопли. Чхон Сан, Чхон У и Гонсэн нанесли молниеносные удары по флангам и тут же бросились врассыпную в чащу леса.

— Они бегут! В погоню!

— Держи их!

Эффект превзошел все ожидания.

Строй из ста пятидесяти человек, готовый выдвинуться к постоялому двору, мгновенно развалился от одной дерзкой вылазки и пары криков! Внезапное нападение породило дикую сумятицу, и мечники без оглядки бросились в погоню за ускользающей добычей.

— Что происходит?! — Чжин Сук в бешенстве повернулась к командирам звеньев. — Кто приказал преследовать?! Я же велела не двигаться без команды! Прекратить погоню! Немедленно перегруппироваться!

Она кричала во все горло, но строй уже рассыпался. Больше половины бойцов поддались панике и скрылись среди деревьев.

— Проклятье! Куда смотрят десятники?! Быстро собрать людей и…

Чжин Сук осеклась на полуслове.

Прямо перед ней блеснула темная вспышка, и пространство окропил кровавый дождь из ошметков ее телохранителей.

Из кровавой пелены неспешно шагнул истинный демон.

Человек в таких же черных одеждах Мукгомдэ и широкополой черной шляпе. Прорубив среди ее элитных воинов просеку из крови и расчлененных трупов, юноша с леденящей ухмылкой снял шляпу хыннип и посмотрел Чжин Сук прямо в глаза:

— А вот теперь… начинается настоящая охота.