После шумного банкета в Союз Справедливости вернулось повседневное спокойствие. Чхоль Чжи Рян, Чжугэ Хёп Чжин, Ян Собан, Тын Ё Пхён и Бёк Ун Ён остались в гостевом павильоне.

— Ц-ц-ц, они всё те же. В том возрасте, когда пора бы уйти с передовой и воспитывать молодое поколение, они до сих пор не могут прийти в себя и думают только об удовлетворении жадности своих кланов, — Бёк Ун Ён поцокала языком вслед ушедшим Намгун Му Хю и Пэн Ый Бану.

— Ничего не поделаешь. Я ожидал этого с того момента, как мы создали Павильон Драконов и Фениксов. По крайней мере, Гом Хе помогла мне, так что всё закончилось легко.

— Не стоит благодарить, Глава Союза. Всё ради блага Союза Справедливости, — Бёк Ун Ён легко отмахнулась от Чхоль Чжи Ряна и улыбнулась.

— Наш Глава прав. Если бы не помощь Гом Хе, мы бы ни за что не добились уступок от старших Чанчхона и Гванхо.

Услышав слова Чжугэ Хёп Чжина, который подхватил фразу Чхоль Чжи Ряна и вернул заслугу ей, Бёк Ун Ён закатила глаза.

— Забавно слышать это от вас. Разве вы не знали с самого начала, что всё так обернется, и не подготовили всё заранее? Это предложение о назначении представителя... Вы слишком жестоко подшутили над стариками.

Чжугэ Хёп Чжин лишь улыбнулся в ответ на слова Бёк Ун Ён, точно разгадавшей его скрытые мотивы. Сколько вообще людей способно скрыть от нее свои истинные чувства?

Гом Хе Бёк Ун Ён. Она была воином с невероятно острыми чувствами. Когда-то её называли «Тысячерукой Гуаньинь с тысячей глаз» из-за её искусства меча. Говорят, что только доведя пять чувств до предела, можно обрести такую проницательность. Тысяча рук, тысяча глаз. Она не упускала ни малейших изменений в потоке энергии перед своими глазами.

— Но всё ли будет в порядке? Не знаю насчет Пэн Ый Бана, у которого характер упрямый, как у быка, но Намгун Му Хю — человек с глубокими мыслями. Они наверняка объединятся, чтобы любой ценой протолкнуть Намгун Чхан Ви на место представителя.

— Я знаю.

— Звучит так, будто у вас есть план.

— Небольшой.

— Вот как.

Бёк Ун Ён кивнула и перевела взгляд на Чхоль Чжи Ряна.

— Кстати, я слышала, что люди, называющие себя «Дворцом», наводят смуту в Муриме.

— Хм. Верно.

Должно быть, с Ботамуном уже связались, так что Гом Хе была в курсе событий.

— Кто они такие?

— Пока ничего не прояснилось. Однако действовать поспешно слишком опасно. Мы слепо преследовали их и уже понесли немалый урон.

— Вы говорите об инциденте в Ичане?

Вместо ответа Чхоль Чжи Рян тяжело кивнул.

— Верно. Нам удалось ухватить их за хвост, который мы так долго не могли поймать, но каким-то образом они вырыли ловушку и сбежали. Похоже, контрабанда пороха в Даньцзянкоу была лишь верхушкой айсберга. Из-за этого погибло много невинных людей. Тем не менее, Кэбан нашел подозрительные следы и сейчас идет по ним, так что скоро что-нибудь да прояснится. Клан Тан, похоже, тоже ведет свои поиски.

Услышав слова Главы Союза, Ян Собан покачал головой:

— Я пытался наладить обмен информацией с кланом Тан, но это оказалось непросто. Даже если мы сосредоточимся на «Дворце», движения Сапэчхона тоже вызывают тревогу... Что еще абсурднее, так это то, что отряд Железного Меча, который отправился усмирять мятежников, внезапно присоединился к Чхонунбану. А в самом Чхонунбане появился могущественный мастер, который одолел Чхон У Мёна.

При словах Ян Собана лицо Чжугэ Хёп Чжина стало серьезным.

— Да? Что вы имеете в виду? Кто, говорите, его одолел?

Услышав их разговор, Бёк Ун Ён широко раскрыла глаза.

Как всем было известно, величайшим лидером Сапэчхона был Хёкрён Муган, но имя Чхон У Мёна, который всегда демонстрировал огромную мощь под его началом, тоже гремело на весь Мурим. Более того, Гом Хе и сама несколько раз сражалась с Чхон У Мёном в прошлом. Был случай, когда, невзирая на гордость, она устала от его ужасающих атак и сбежала с растрепанными волосами.

— Похоже, Чхонунбан завербовал нового мастера. И мало того, что он одолел Чхон У Мёна, так еще и объединил Чхонунбан с отрядом Железного Меча. Какая досада. Если бы Чхонунбан пал, на западе нам пришлось бы беспокоиться только о Демоническом Культе.

Союз между Чхонунбаном и Железным Мечом был событием, на которое нельзя было закрывать глаза. Но сейчас для Бёк Ун Ён гораздо важнее было существование человека, способного победить Чхон У Мёна. Пусть он и был из фракции Зла, но если он настолько выдающийся боец, что смог подчинить Чхон У Мёна, возможно, он сравним по силе с Пукри До Чхоном, Главой Демонического Культа. Не мог же такой мастер просто свалиться с неба, как метеорит.

— Но как? Что он за человек? — Бёк Ун Ён смотрела на них широко раскрытыми глазами.

— Это-то и странно. До сих пор ничего не удалось выяснить.

Нахмурился не только Чжугэ Хёп Чжин, но и Ян Собан. В результате, разве не пострадали сильно не только бойцы Кэбана, отправившиеся в Чхонунбан, но и воины ордена Кондон? Кроме того, после того дня Чхонунбан начал всерьез действовать против Сапэчхона, но мастер, одолевший Чхон У Мёна, так ни разу и не показался.

— Хм, это ничего не меняет. Прямо сейчас гораздо важнее сосредоточиться на силах «Дворца», а не на внутренних разборках Сапэчхона, — Чхоль Чжи Рян прервал их рассуждения и посмотрел на Ян Собана. — Так что, есть ли какие-нибудь результаты по поводу банкирских домов?

— Нет. Места вроде банкирских домов тесно связаны с официальными властями...

— Да. Похоже, они нацелились на Торговый дом Сахэ. Так что Союз Справедливости собирается проверить Банкирский дом Донрим.

— Что ж, вам нужно быть осторожными. Если возникнут трения с чиновниками, само расследование может сильно усложниться.

— Понимаю.

Разговор между Чхоль Чжи Ряном и Ян Собаном был труден для понимания.

— Проверить банкирские дома? Что вы имеете в виду?

Бёк Ун Ён почувствовала, что рискует выглядеть глупо. Сожалея о том, что не обращала внимания на мирские дела, она посмотрела на них двоих в поисках объяснений. Вместо них заговорил Чжугэ Хёп Чжин:

— На самом деле, после инцидента в Ичане следы группировки, называемой «Три Дворца», затерялись. Однако некоторое время назад в торговых кругах начали распространяться странные слухи, поэтому Кэбан начал расследование.

— Странные слухи?

— Да. Ходят разговоры о том, что владельцы банкирских домов меняются.

— ...?

— Я пока не могу утверждать наверняка, поэтому мне нечего добавить. Тем не менее, есть много подозрительных моментов. Вполне возможно, что это как-то связано со «Дворцом»...

Чжугэ Хёп Чжин намеренно недоговаривал, избегая передачи непроверенной информации. Для Великого военного советника Союза Справедливости, лидера праведных фракций Мурима, это было вполне естественно. Часто от его слов зависели бесчисленные жизни.

— В любом случае, после этого я потерял след «Меча Удана». А ведь он рисковал жизнью, чтобы найти их.

Чхоль Чжи Рян вздохнул, вспоминая события в Сычуани. Покачав головой, он пробормотал это с таким видом, будто ему и правда было очень жаль.

— Вы говорите о том даосе из Удана?

— Разве вы не слышали?

— ...Да? О чем?

— Хе-хе, тот даос из Удана некоторое время скрывался, а потом сотворил нечто невероятное.

— ...

— Ему даровали титул в возрасте двадцати лет.

Вспомнив Чжинму, Чхоль Чжи Рян закончил фразу с усмешкой, словно спрашивая, как она могла не знать.

Как только зашла речь о «Мече Удана», атмосфера в комнате внезапно изменилась. Это было лишь едва уловимое колебание эмоций, но Гом Хе, тренировавшая свои чувства до предела, не могла не заметить этой перемены.

По какой причине? Даже лица всех остальных выражали нечто похожее на расслабленную улыбку Чхоль Чжи Ряна, словно они вспоминали какого-то забавного персонажа.

— Погодите, в двадцать лет?

— Разве это не потрясающе? Получить титул «Меча Удана» в таком юном возрасте. Но вас должно удивлять не это, — добавил Ян Собан. — По крайней мере, даже Глава Союза был сильно смущен.

— ...

Когда Чжугэ Хёп Чжин присоединился к разговору, Бёк Ун Ён удивленно заморгала и уставилась на Чхоль Чжи Ряна. В смысле — смущен?

— Эй, вы. Хватит надо мной издеваться. Те, кто сам не пострадал, просто не поймут, — Чхоль Чжи Рян укорил их, но, казалось, был в отличном настроении. — На самом деле, он пришел поздороваться, и я решил проверить его навыки. Пытался усадить его на место, упрямствуя, но в итоге чуть не проиграл.

— ...Что?

Быть такого не может. Даже если он получил титул «Меча Удана», он ведь еще совсем молод! Гом Хе не могла этого понять. Ей доводилось сражаться с сильнейшими. Неужели Глава потерпел поражение из-за неосторожности, пытаясь сдержать силу?

Однако то, что последовало дальше, было еще более поразительным.

— Я использовал Игиогом, а он ответил тем же!

— ...

Теперь она вообще не знала, как реагировать. Телекинез мечом. Этим навыком Чхоль Чжи Рян мог бы одолеть даже Главу Демонического Культа Пукри До Чхона, которого называли сильнейшим на Центральных Равнинах. Он чуть не проиграл меч всей своей жизни, сражаясь с помощью Игиогома? Что за чушь он несет?

— Вот уж действительно невероятный парень.

— ...

Ян Собан вновь подхватил слова Чхоль Чжи Ряна:

— Разве недостаточно того, что он в одиночку отправился в Гуанси, уничтожил клан под предводительством Сапэчхона и спас поместье Бэкчжа? Он спас своих собратьев-учеников. А знаете, что было потом? Он облегчил болезнь уважаемого Пхун Хвана и спас ему жизнь. Затем отправился прямо в Ганьсу и спас от рук Главы Чхонунбана орден Кондон и даже нашего ученика из Кэбана.

— ...

Ян Собан вывалил всю эту историю за один присест, словно зачитывая надпись на памятнике герою Мурима.

Слушая о длинном списке достижений Чжинму, Бёк Ун Ён широко раскрыла глаза и не могла закрыть отвисшую челюсть. Это всё сделал один человек? Даос, которому едва исполнилось двадцать? За сколько месяцев? Даже главные герои романов о боевых искусствах, которые она читала, не были способны на такое.

Но если отбросить всё остальное, как быть с тем фактом, что ему хватило сил справиться с И Ган Бэком, одним из величайших демонов, и Вон Гон Ху, одним из Королей Сапэчхона?

— Не может быть! Вы говорите об уровне Ган?!

Чхоль Чжи Рян ответил так, будто её потрясение было совершенно естественным:

— Хе-хе, госпожа Гом Хе, а вы как думали? Я же сказал, что сам чуть не проиграл.

Даже если бы она попыталась поправить его, сказав, что он преувеличивает, все остальные согласно кивали, подтверждая эту невероятную историю.

— Хе-хе-хе, он без колебаний бросился на меня с мечом.

Когда Чхоль Чжи Рян сделал озадаченное лицо, все тепло улыбнулись. Уж не подшучивают ли они над ней за то, что она впервые за долгое время вышла в Канхо?

— Он действительно достоин имени «Меча Удана».

— ...

Если бы это сказал только Ян Собан, можно было бы списать на преувеличение. Но это сказал сам «Святой Меча» Чхоль Чжи Рян. Более того, даже Тын Ё Пхён и хладнокровный Чжугэ Хёп Чжин не проронили ни слова возражения.

— На самом деле, он и есть та самая контрмера, которую я подготовил.

— ...А?

— Разве я не говорил вам ранее? Это контрмера против намерений Чанчхона.

Ах! Бёк Ун Ён издала беззвучное восклицание. Она думала, что раз у кого-то есть такие навыки, то достаточно было бы просто упомянуть о них. Уровень даоса по имени Чхон Сан, демонстрировавшего техники меча, в лучшем случае достигал стадии Танги (Выброса Ци). Остальные ничем не отличались. Должно быть, они были на том же уровне или чуть слабее.

Как бы ни был одарен Намгун Чхан Ви, даже если к тайной поддержке Чанчхона добавятся наставления Гванхо... Как он сможет превзойти того, кто уже достиг стадии Ган?

— Из того, что я тайно узнал, говорят, что он достиг того же уровня, что и старейшина Пхун Хван.

— ...

Ян Собан продолжал подливать масло в огонь. У неё уже не было сил удивляться. Не просто стадия Ган, а сила, равная Чжин Рёну Пхун Хвану. Да что же это такое...

Бёк Ун Ён покачала головой. Для душевного здоровья было полезнее просто принять, что вещи, не поддающиеся здравому смыслу этого мира, просто существуют.

— Ох, опять уши чешутся.

Очевидно, что-то подобное уже случалось. Завелись жуки в ушах, что ли? Чжинму раздраженно обернулся.

Дан Се Рён, усердно подметающая пол вместе с ним, и Ун Ам, читающий записи рядом с мемориальными табличками. Неужели они проклинают его за то, что он заставил их делать эту утомительную работу?

— Что такое? — нервно спросила Дан Се Рён, заметив пристальный взгляд Чжинму.

— Ничего. Просто продолжай делать то, что делаешь. И смотри внимательнее.

— ...

— Там может быть маленькая замочная скважина. Поняла?

Он сказал это успокаивающим тоном, но глаза Дан Се Рён расширились от возмущения. Что за дешёвые отговорки.

Но что он мог поделать? К людям нужен разный подход в зависимости от того, как ты собираешься их использовать. Есть те, кого нужно бить, чтобы они слушались, но в случае с Дан Се Рён, хоть у неё и стервозный характер и лживый язык, полезно было время от времени её успокаивать. Разве не благодаря этой девчонке он так легко нашел первую часть в Чхонсоне? Если бы он тогда её не нашел, мечты и надежды Чжинму рухнули бы в самом начале. К тому же он заполучил драгоценный эликсир Клана Тан.

Ун Ам производил впечатление идеального подчиненного, но Дан Се Рён ощущалась скорее как внучка с дурным характером, к тому же, когда он видел шрамы на её руке, спрятанные под рукавом... В общем, как-то так.

— Чего ты там стоишь?

Дан Се Рён сильно раздражало то, что Чжинму тупо пялится на нее. Её взгляд словно говорил: «У меня сейчас глаза выпадут от того, что я так пристально всё разглядываю, а ты почему просто смотришь?»

Прошло уже несколько дней. В первый день они просмотрели записи столетней давности в библиотеке ордена Кондон. По просьбе Чжинму, Дан Се Рён кропотливо изучила более сотни книг, пытаясь найти вырванные страницы или зашифрованные послания. Так прошло три дня, и следующим местом поисков стал зал памяти предков (Чосачжон). Всего ушло пять дней.

Когда она пожаловалась на усталость, он понимающе кивнул и на этот раз они поменялись ролями. Дан Се Рён вместе с Чжинму осматривали пол и стены, а Ун Ам читал записи. Проблема заключалась в том, что он ни черта не объяснил, что именно они ищут. Просто велел искать дыры, щели и следы микроскопических механизмов.

Чжинму сказал старейшинам Кондона, что хочет провести церемонию почтения предков, но даже не сделал вид, что собирается поклониться. Он просто дождался, пока сопровождающий их послушник закроет дверь и уйдет, после чего сразу же начал поиски.

— Чжинму, я больше так не могу! — не выдержав, Дан Се Рён вскочила и уставилась на него своими змеиными глазами. — Я не буду! Не могу! Сколько дней мы уже этим занимаемся?!

— Потерпи еще немного. Ун Ам почти закончил читать официальные записи, так что он скоро нам поможет.

В конце концов, его Подчиненный №3 был уникален. Чжинму радостно кивнул своим мыслям.

— Заткнись! Сам работай усерднее! А я не буду!

Похоже, Дан Се Рён неплохо сошлась с Ун Амом, потому что, бросив на него открытый взгляд, она раздраженно развернулась и вышла из зала памяти.

Крысоловка без капли терпения. Тем не менее, завтра придется немного сбавить обороты. Ведь ему нужно было поймать мышь. Поняла?

— Эй! Ты куда?

— Я голодная! Иду есть!

Чжинму покачал головой, глядя вслед Дан Се Рён, которая уже вышла на улицу.

— Э-э, даос Чжинму?

— А?

— Мне кажется, здесь ничего нет?

— ...

— Не знаю, что именно вы ищете, но, может, лучше поискать в другом месте...

Ун Ам улыбался, но его глаза уже покраснели и налились кровью. Всё потому, что он так рьяно выполнял просьбу Чжинму (или, скорее, приказ?), что почти не моргал.

— Хм. До куда ты дочитал?

— Вот здесь.

Ун Ам указал пальцем...

— А зачем ты это читал?

— Что?

— Я же сказал, вон там!

Место, на которое указал Чжинму, охватывало записи от нынешнего Главы ордена до Главы в шестом поколении, тогда как Ун Ам читал всё подряд, вплоть до третьего поколения.

— ...

При этих словах у Ун Ама было такое выражение лица, будто небеса рухнули ему на голову. Чжинму неправильно понял его первый жест рукой. Он думал, что Ун Ам просто указывает на мемориальные таблички, поэтому тщательно проверял каждую, начиная с самой первой, но дело было не в этом.

— Нет, вы просто сказали, что это было давно, и теперь от всех этих табличек у меня болят глаза!

Увидев, как Ун Ам взволнованно лепечет с обиженным выражением лица, Чжинму озадаченно нахмурился. Он что, сейчас умрет?

Дело было не в том, что Чжинму нечего было сказать в свое оправдание. Он был сосредоточен на поиске возможных следов вместе с Дан Се Рён, а поскольку он изначально верил в Ун Ама, то просто оставил эту работу ему с полной уверенностью.

Нет, ты должен был смотреть на ту часть, на которую указывал палец. Зачем было бесполезно просматривать всё целиком? Придется хорошенько это запомнить. Понятливость Подчиненного №3 оказалась ниже ожидаемой.

— Ха, ладно. Ничего страшного. Пойдем на улицу. Сначала поедим.

Возможно, из-за того, что Дан Се Рён закричала о еде и ушла, он тоже внезапно почувствовал голод.

— Правда?

При этих словах Ун Ам ответил так радостно, словно на его лице никогда и не было выражения разочарования. Взгляд человека, которого только что спасли.

Этот ублюдок... тоже не хотел ничего делать.

Чжинму сузил глаза и свирепо посмотрел на Ун Ама.