Со Ганрим изначально не планировал ни с кем делиться тайнами грядущего, но Кан Дохёну рассказать было необходимо. Его нужно было убедить — в будущем без его поддержки будет не обойтись.
Пока Кан Дохён ошарашенно переваривал услышанное, Ганрим спокойно продолжил:
— С помощью «Путеводителя Судьбы» я увидел то, что случится дальше. Через несколько лет нас обоих убьют.
Даже раскрывая карты, он не мог выдать правду о том, что является регрессором, поэтому сослался на могущественный артефакт.
Взгляд Кан Дохёна мгновенно заострился. Будучи сотрудником Бюро, он был прекрасно осведомлен о существовании предметов с даром предвидения.
— Нас убьют? Кто и как это произойдет?
— Нас застанут врасплох. Причин я не знаю. Мне известны лишь ее лицо и имя: Пэк Ён. Охотник Божественного 1-го класса.
— …
— Поэтому я не могу бросить ремесло охотника. Мне нужно стать сильнее, чтобы остановить эту женщину.
Лицо Дохёна помрачнело, в глазах заметались тревожные мысли. Не давая ему уйти в себя, Со Ганрим кивнул в сторону входа:
— Думаю, этот разговор лучше продолжить снаружи.
Со стороны лестницы уже доносились звуки шагов. Спустя мгновение в зале показалась Аннаби в окружении глиняных человечков.
— Нам удалось поднять наверх всех выживших.
— О-о-от!
Маленькие Тоу бережно несли на руках истощенных людей. Спасенных оказалось больше двух десятков. Некоторые еще не пришли в сознание, другие непрерывно шептали слова благодарности:
— Спасибо… Спасибо вам огромное…!
— Мы думали, что умрем здесь. Месяцами никто не приходил на помощь…
Лица Ганрима и Дохёна оставались непроницаемыми, несмотря на сыплющиеся благословения. Аннаби, почувствовав повисшее напряжение, деловито скомандовала:
— Уходим. Людям нужна срочная госпитализация.
— Да, пора.
Когда Со Ганрим толкнул створку двери, перед ними вновь открылся знакомый интерьер заброшенного завода. В то же мгновение перед глазами вспыхнули системные уведомления:
[Успешно зачищен Мир Демонов ранга Человек 1-го класса!]
[Награды за зачистку доставлены!]
[Благодаря действиям агента Аннаби ее покровитель, «Хвостатый Страж», обрел широкую известность. Ваша репутация возросла!]
[Благодаря действиям агента Кан Дохёна его покровитель, «Сын Призрака и Человека», обрел широкую известность. Ваша репутация возросла!]
[Имя охотника Со Ганрима становится все более известным! Боги обратили на вас свои взоры.]
После покорения Мира Демонов запись о зачистке автоматически вносилась в глобальную сеть Бюро, становясь достоянием общественности и божественных пантеонов.
Впрочем, Аннаби и Дохён были слишком заняты оказанием первой помощи пострадавшим, чтобы радоваться системным лаврам.
— Тяжелораненых нет, но почти всем требуется длительная реабилитация и снятие истощения. Я запросила у Бюро дополнительный отряд целителей.
Аннаби уже вызывала подкрепление через служебный терминал. Со Ганрим бросил на нее короткий взгляд и бесшумно направился к выходу.
«Сейчас нам с Дохёном нормально не поговорить. Но зная, что над ним навис смертный приговор, он сам найдет способ связаться со мной».
Пусть Дохён и продолжал злиться на него, но, когда речь заходит о выживании, он сделает правильный выбор.
Едва Ганрим сделал несколько шагов, как тяжелая рука легла ему на плечо.
— Эй.
Кан Дохён прожигал его взглядом, после чего тяжело, устало вздохнул:
— Куда намылился один? Ты обещал рассказать все в деталях. Жди, пока мы закончим с эвакуацией.
В его голосе по-прежнему сквозила грубоватость, но враждебности в ней больше не было. Отпустив плечо Ганрима, Дохён бросил:
— Поедем ко мне. Там и поговорим.
Дом Со Хвагён, куда Ганрим не ступал долгие годы, встретил его непривычной тишиной. Флагшток у ворот, который он помнил с детства, стоял на прежнем месте, вот только ритуальные флаги с него либо сняли, либо сорвало ветром времени.
— Заходи сюда.
Кан Дохён провел его прямиком в святилище. В комнате царил идеальный порядок, но из-за отсутствия свежих подношений воздух казался застывшим и слегка жутковатым. В самом центре алтаря покоилась погребальная урна.
— Ты знаешь, как умерла мама? Твой «Путеводитель» показал это?
— Она погибла в огне.
Со Хвагён встретила свой конец во флигеле за домом. Кан Дохён проснулся среди ночи от треска пламени и бросился во двор, но спасать было уже некого. Огонь погас лишь тогда, когда постройка выгорела дотла. Тело матери обгорело настолько, что опознать его было практически невозможно.
— Ты знаешь, почему она сделала такой выбор? — тихо спросил Со Ганрим.
Дохён лишь молча покачал головой. Со Хвагён оставила записку, но в ней не было прямых ответов. Лишь туманные, иносказательные строки:
«Я выбрала лучший путь из всех судеб, что мне были уготованы».
Она заглянула в собственное будущее и сочла самосожжение наилучшим исходом. Ни Дохён, ни Ганрим не могли постичь логику этого поступка. Они пытались воззвать к ее духу, но душа Со Хвагён так и не отозвалась на зов.
— Хваленый артефакт, а толку от твоего «Путеводителя» не так уж много, — проворчал Дохён, методично расклеивая по стенам святилища бумажные полосы. Эти обереги наглухо блокировали любое духовное подслушивание.
Закончив с ритуальной защитой, Дохён тяжело опустился на деревянный пол:
— Боги нас не услышат. Я попросил своего покровителя временно закрыть глаза и уши.
Со Ганрим и сам не желал посвящать высшие сущности в тайны будущего — неизвестно, кто из них мог оказаться союзником врага.
В повисшей тишине Дохён произнес:
— Значит, эта женщина по имени Пэк Ён придет за нашими жизнями?
— Да. Поэтому мне нужна твоя помощь.
— Моя? — Дохён криво усмехнулся с горькой самоиронией. — Не проще ли попросить помощи у своего бога? Ты ведь куда сильнее меня.
— У меня нет покровителя.
Дохён опешил. Он уставился на Ганрима с искренним недоумением:
— Ты до сих пор не принял одержимость? Почему?
— Потому что один из этих богов убил моих родителей.
Как мог Со Ганрим склонить голову перед теми, кто превратил его детство в сущий кошмар?
Дохён поколебался, но возразил:
— Но ведь можно было заключить контракт с кем-то другим, а не с тем духом, что преследовал тебя с пеленок?
— Я не знаю его имени. Если эта тварь придет под личиной другого божества, я даже не пойму этого.
Возможно, со стороны такой отказ казался глупым упрямством, но переступить через себя Ганрим не мог. Да и к остальным небожителям доверия у него не было ни на грош.
— В одиночку мне Пэк Ён не одолеть. Вот почему мне нужен ты.
— … И чем же я могу помочь?
Со Ганрим изложил события минувших лет, тщательно отсекая лишнее: от кошмаров детства до гибели Ордена Летящего Тигра. Когда рассказ подошел к концу, лицо Дохёна стало мрачнее тучи.
— То есть нам нужно найти Пэк Ён, зная только ее внешность и имя?
— Да.
— И за что она уничтожила орден, ты тоже не в курсе?
Ганрим покачал головой. У него были догадки, но твердых фактов не имелось.
— Ты говорил, что видел Пэк Ён на месте аварии, когда был маленьким… — Дохён нахмурился, сопоставляя детали. — Может, Пэк Ён и есть тот самый бог, что пытался завладеть твоим телом? И она вырезала орден из мести за твой отказ?
Ганрим думал об этом. Пэк Ён словно тень маячила за каждым его несчастьем. Но одна деталь не давала покоя.
— В детстве меня преследовали беды, но меня самого никогда не пытались убить напрямую.
Целью бога было сломить его волю, сделать послушным сосудом, а не уничтожить. Болезни, нищета, травмы — все это было рычагами давления.
— Но в тот день Пэк Ён пришла исключительно за моей головой. Смерть остальных… была лишь сопутствующим ущербом.
Она открыто предложила пощадить всех, если Ганрим добровольно выйдет вперед. Вряд ли это было блефом.
— И самое странное: Пэк Ён меня не узнала. Она начала резню именно потому, что не знала, как я выгляжу.
Пазл упорно не складывался. Чтобы докопаться до истины, нужно было найти саму Пэк Ён.
— Нам нужна хоть какая-то зацепка. Людей с рангом Божественного 1-го класса в мире единицы. Если она настолько могущественна…
Взгляд Ганрима упал на служебную маску Дохёна:
— Возможно, она занимает пост Директора Бюро Защиты Судьбы.
— Директор?…
Дохён на мгновение замер, затем задумчиво прикусил губу:
— В этом есть смысл. Ее лицо скрыто даже от высших офицеров Бюро.
Личность главы ведомства считалась государственной тайной наивысшего уровня. Даже оперативники видели Директора от силы пару раз в жизни. Однако ее мощь не вызывала сомнений: когда в городах прорывались монстры Божественного ранга, Директор появлялась лично и стирала их в порошок в считанные секунды. Такая сила вполне тянула на Божественный 1-й класс.
— Постой… Ты ведь не хочешь сказать, что я должен… — Дохён осекся, поняв, к чему клонит Ганрим. Он посмотрел на названого брата как на умалишенного. Ганрим и сам понимал, насколько безумна эта просьба.
Он мог бы внедриться в Бюро сам, но статус агента накладывал слишком много ограничений. Именно поэтому ему требовался Дохён внутри системы.
— Я всего лишь рядовой агент, — покачал головой Дохён. — У меня нет допуска к файлам с грифом «Особой важности».
— Понимаю. Это и впрямь чересчур… Я попробую найти другие пути.
— «Чересчур»? — Дохён внезапно смерил его яростным взглядом. Кажется, Ганрим снова случайно задел его гордость.
Чтобы разрядить обстановку, Ганрим сменил тему:
— Для начала просто взгляни на ее лицо.
С помощью системного свитка он спроецировал в воздухе иллюзорный портрет Пэк Ён.
Кан Дохён неохотно поднял глаза на проекцию, собираясь огрызнуться:
— Ты за эти годы стал слишком наглым, не надо мной коман…
Фраза застряла у него в горле. Взгляд Дохёна намертво прикипел к лицу беловолосой женщины.
В святилище повисла мертвая тишина. Наконец, с трудом разжимая онемевшие губы, Дохён хрипло произнес:
— Я… Я видел ее.
— Что?
Со Ганрим подался вперед, не веря своим ушам.
Кан Дохён медленно, с каменным лицом кивнул:
— За несколько дней до того, как сгорел флигель… Я видел эту женщину возле нашего дома.