Договорив, Син Суа бросилась в сторону древесного великана.

Охваченный пламенем гигант всё ещё стоял на ногах, представляя собой жуткое зрелище. Истерзанный бесчисленными ранами, он продолжал проявлять яростное упорство, словно им двигали лишь чистая злоба и неизбывная обида.

Каждый его шаг сотрясал землю, будто при землетрясении.

Уа-а-ах!

Пылающий древесный исполин начал буйствовать с ещё большей яростью. Даже единственный его удар мог стать смертельным, однако Син Суа двигалась с неистовым безумием, рассекая тело монстра и с лёгкостью отражая его атаки. Наблюдая за ней, Со Ганрим не мог не восхититься.

«Как и ожидалось от Син Суа».

Столкнувшись лицом к лицу со столь грозным врагом ранга Дракона, она без тени сомнений безупречно выполняла свою роль.

Теперь настала очередь Со Ганрима сделать шаг вперёд.

Внезапно семена почуяли опасность и преградили путь к пруду Гванчхон.

Вжи-и-их!

Издав воинственный клич, Со Ганрим пустил в ход «Воющие Зубы», прорубая просеку сквозь строй семян.

Они пытались вцепиться в него и разорвать на части, но благодаря плащу «Между Жизнью и Смертью» атаки не причиняли ему вреда.

Тем временем Син Суа всем телом прикрывала Со Ганрима, блокируя прорывавшихся к нему тварей.

Грохот и треск заполнили воздух!

Со всех сторон взмывали стволы и лозы, сковывая движения монстров, а девушка, пользуясь моментом, безжалостно разила их клинком. Однако даже для Син Суа сдерживать нескольких монстров ранга Дракона было непосильной задачей. И всё же, несмотря на множившиеся раны, она упрямо стояла насмерть.

Гик, ги-ги-гик!…

Натолкнувшись на столь яростное сопротивление, демоны заколебались и начали отступать.

Её изумрудно-зелёные глаза в пылу битвы, казалось, налились кровавым блеском. Переведя дыхание, Син Суа окинула взглядом окруживших её врагов.

«Это я ещё смогу вытерпеть. Главное — продержаться ещё немного!…»

Снова встав в стойку, Син Суа бросилась на монстров. И в тот момент, когда её меч крушил и кромсал их плоть…

«!…»

Её клинок резко замер. По телу пробежал леденящий мороз. Перед ней по-прежнему стояли грозные противники, с которыми она без малейшего страха вела бой. Но в это мгновение за её спиной взметнулось неописуемое присутствие, от одного давления которого, казалось, лопалась кожа. Первобытный ужас.

Страх. Отвращение. Отчаяние.

Дрожа всем телом, она оглянулась.

К-кхе-е-е, кхи-и-ик!…

Огромная гора плоти, костей и крови поднялась во весь рост, пробудившись от долгого сна. Кровавый Демон взревел тысячью голосов.

А-а-а-аргх!

— Кх!…

Из ушей и носа Син Суа хлынула кровь. Ноги подкосились. А Кровавый Демон уже с чудовищной скоростью надвигался прямо на неё.

А-а-а-аргх!

В отчаянной попытке защититься Син Суа вскинула меч, но не смогла унять дрожь в руках. Дыхание смерти ощущалось у самого горла. Она встала в глухую защиту, надеясь хоть как-то задержать чудовище.

Дзынь!

Раздался резкий звон разбитого стекла. Син Суа увидела, как разлетелся на осколки стеклянный контейнер, и наружу показался сокрытый внутри Цветок Опустошения.

Едва чёрный бутон коснулся тела Кровавого Демона…

[Активирован предмет «Цветок Опустошения»!]

А-а-а-аргх!

Из пасти Кровавого Демона вырвался совершенно иной вопль, от которого кровь стыла в жилах. И в тот самый миг, когда тварь уже тянула когти к Син Суа…

Вжик!

Острые зубья пилы отсекли лапу чудовища.

Это был Со Ганрим. Никто не успел заметить, как он оказался рядом с Син Суа, подхватил её и молниеносно отпрыгнул назад.

А-а-а-аргх!…

Корчась в невыносимых муках, Кровавый Демон брызнул кровью из всех ран и рухнул замертво. Рядом с ним с глухим стуком упал завядший Цветок Опустошения.

[Уничтожен монстр ранга Дракона — «Кровавый Демон»!]

[Вы совершили практически невозможный подвиг!]

[За победу над противником, превосходящим вас по силе, начислены дополнительные награды!]

Перед глазами Со Ганрима замелькали системные окна. Син Суа ошеломлённо уставилась на мертвого Кровавого Демона, не веря собственным глазам.

— Неужели… он действительно несёт мгновенную смерть?…

Хотя она и слышала объяснения о том, что Цветок Опустошения убивает на месте, воочию увидеть его ужасающую мощь было потрясением, лишающим дара речи.

Казалось, теперь они могли вздохнуть с облегчением. Однако ни Со Ганрим, ни Син Суа не спешили расслабляться, оставаясь настороже. Магическая энергия в воздухе по-прежнему была натянута, словно струна.

Оба инстинктивно чувствовали: это ещё не конец.

— Отойдите назад, Син Суа, — произнёс Со Ганрим, не выходя из боевой стойки.

Эманации смерти вокруг них забурлили с новой силой. Чудовищная энергия исходила от оставшихся Семян Кровавого Демона.

[«Семена Кровавого Демона» завершили своё развитие!]

[«Семена Кровавого Демона» перерождаются во взрослые особи!]

Уцелевшие семена забились в конвульсиях, их тела начали стремительно видоизменяться. Трансформация заняла считанные мгновения.

К-кхе-е-е, кхи-и-ик!…

Прежде чем герои успели опомниться, семена раздулись до размеров павшего прародителя. Теперь их уже нельзя было назвать семенами — перед ними стояли полноценные взрослые монстры.

И их было не четыре, а целых пять.

При виде этого зрелища Син Суа охватило отчаяние. Только что они с трудом одолели одного с помощью Цветка Опустошения, но других цветков у них больше не осталось.

Она торопливо выкрикнула:

— Ганрим, нам нужно бежать! Сейчас же!

К счастью, перерождённые Кровавые Демоны ещё не до конца завершили метаморфозу и не ринулись в немедленную атаку. Но это было лишь вопросом времени. Бегство, как и предлагала Син Суа, казалось самым разумным выходом. Однако Со Ганрим вместо отступления пристально посмотрел на чудовищ и произнёс:

— Есть один последний вариант.

Несмотря на раны, покрывавшие всё его тело, голос Со Ганрима звучал поразительно спокойно. Он заговорил тихим шепотом, и глаза Син Суа от изумления распахнулись.

— … В этом действительно может быть шанс.

— Но учтите, Син Суа: это сопряжено с колоссальным риском.

Шанс был, но и опасность была запредельной.

Попытка восстановить руку Син Суа могла подвергнуть её ещё большей угрозе. Однако девушка, смахнув кровь с плеча, твёрдо ответила:

— Раз есть хоть какая-то надежда — нужно попробовать.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Вместо того чтобы бежать, она выпрямилась во весь рост и встала лицом к врагам.

— Я доверяю вам, Со Ганрим. Давайте сделаем это.

Глаза клоуна, погружённого в пруд Гванчхон, смотрели снизу вверх в пустоту. Вокруг клубилась мутная вода, а его безжизненное тело под ней казалось бледно-белым призраком. Качаясь в кроваво-красной глади, его дух наблюдал за тем, что происходило на поверхности.

«Кровавые Демоны успешно вылупились».

Увидев это, он усмехнулся. Ещё мгновение назад он с тревогой думал, что ритуал может сорваться из-за Цветка Опустошения и внезапного появления Син Суа.

«Цветов Опустошения больше нет. Вдвоём Со Ганриму и Син Суа ни за что не одолеть чудовищ ранга Дракона».

Лидер Труппы Клоунов приказал сохранить Со Ганриму жизнь, но, став бесплотным духом, клоун уже ничем не мог помочь. Ему оставалось лишь пассивно наблюдать мёртвой душой.

Тем не менее он понимал: беглецы не были глупцами и вероятность их побега весьма высока.

«И всё же, пусть я и погиб, Цветочный сад Сочхон обречён на уничтожение».

Призрачный лик клоуна беззвучно рассмеялся. Ожидая, когда Кровавые Демоны сделают свой ход, он продолжал вглядываться в бездну над собой.

И вдруг его охватило смутное беспокойство.

«… Вода очищается?…»

Вода Гванчхон, ещё недавно багровая и мутная, как кровь, постепенно возвращала первозданную прозрачность. Для клоуна это стало полнейшим шоком.

«Почему?! Пруд Гванчхон был настолько осквернён, что не мог восстановиться сам по себе!»

Не в силах понять причину, дух заметил небольшую тень, стоящую у самой кромки воды — изящного священного оленёнка. Это была Линни, изо всех сил применявшая свой навык.

[Активирован навык «Очищение»!]

Благодаря её священной силе пруд Гванчхон стремительно возвращал свою чистоту. Однако клоун вскоре презрительно усмехнулся:

«Думаете напиться воды Гванчхон и принять бой? Этого всё равно мало!»

Вода Гванчхон, бесспорно, обладала колоссальной маной. Испить её помогло бы Со Ганриму сокрушить большинство обычных монстров. Но Кровавые Демоны были созданиями совершенно иного порядка.

«Уж лучше бы восстановили силы да бежали… А?…»

В этот момент слух уловил тихий плеск. Син Суа стояла на мелководье, погрузив ноги в воду. Присмотревшись к ней, клоун заметил, что у неё в руке. Это был вовсе не меч и не оружие — это был тот самый завядший Цветок Опустошения, с которого осыпались все лепестки. Остались лишь стебель и цветоложе.

Кхи-и-ик!…

Тем временем Кровавые Демоны с отвратительным скрежетом надвигались на людей. Со Ганрим непоколебимо стоял перед прудом, защищая стоявшую позади Син Суа.

— Ганрим, ещё совсем чуть-чуть!…

Син Суа крепко зажмурилась, концентрируя всю свою волю. Зловонное дыхание Кровавых Демонов наполнило воздух, и от их подавляющей мощи даже призрачный саван клоуна готов был разорваться в клочья.

[Активирован навык «Путь Леса»!]

Когда Син Суа открыла глаза, прямо из глубин пруда Гванчхон взметнулись ветви, на кончиках которых набухали бутоны. Клоун не верил собственным глазам.

[«Цветок Опустошения» пускает ростки!]

Цветок Опустошения увял, но в его сердцевине всё ещё оставались семена.

Семена и вода Гванчхон — всё было на месте. Не хватало лишь времени, чтобы бутоны раскрылись.

Однако навык «Путь Леса» обладал свойством ускорять рост любых растений. Под воздействием силы Син Суа Цветок Опустошения вполне мог распуститься за считанные секунды.

И, в точности оправдывая её замысел, цветы начали расцветать!

[«Цветы Опустошения» распускаются!]

Из пруда Гванчхон взмыли гигантские ветви, стремясь к небу. На их верхушках распустились смоляно-чёрные бутоны, и в то же мгновение, когда Кровавые Демоны с истошным воем бросились в атаку…

[Активирован навык «Шквал»!]

Йорн шумно выдохнул, породив яростный вихрь. Вновь расцветшие лепестки закружились в воздухе, словно чёрный буран из лепестков сакуры.

Тёмные лепестки кружились смертоносным вихрем, и демоны, коснувшись их, захлёбывались собственной кровью и замертво валились на землю.

А-а-а-аргх!…

Гху-у-у-ак!

Посреди криков агонии и торжества смерти Син Суа взращивала цветы для Со Ганрима.

И имя этим цветам было — Опустошение.