Пока Изабелла еще просматривала материалы отдела искупления, она обнаружила, что со стороны отдела проповеди немало элитных людей быстро выходит наружу под руководством Дунхэ.

Собрание только что закончилось, передача дел еще не завершена, а в отделе проповеди уже случилось крупное дело?

С другой стороны Лайн сейчас с немного мрачным выражением шел к тому "дому", куда он редко возвращался.

Но эта эмоция быстро поблекла и исчезла, больше не существуя.

Только что он получил весть: на семью Нидун напали неизвестные, глава Нидун ранен, прочие обстоятельства неизвестны.

Что до нападавших, говорят, их признаки не особенно явны.

Известно лишь, что во главе был колдун стального вида, а у остальных признаки неизвестны.

Всего семь-восемь человек, все в черных одеждах, скрывающих восприятие.

А глава Нидун из-за обострения старой раны не смог оказать действенного сопротивления.

Сейчас глава Нидун был завернут в одежду, а рядом за ним ухаживал Лайдо.

На его груди несколько черных шрамов слегка извивались, словно что-то высасывало из Нидуна все.

Это и была его старая рана, оставленная десятки лет назад в бою с бедственным зверем, когда на земле хлынули бедствия.

Увидев, что Лайн, почти не возвращающийся домой, пришел, Лайдо на миг показал в глазах обиду, но быстро опустил голову и продолжил ухаживать за дедом.

Глава Нидун, напротив, несколько удивленно посмотрел на Лайна: "Почему ты вернулся?"

"Я ушел с поста епископа, как раз появилось немного времени заглянуть."

"Что произошло?" Лайн говорил с противником, будто следователь, сухо и официально.

Такой тон еще сильнее разозлил Лайдо, но он не стал, как обычно, сердито расспрашивать Лайна.

"Просто какие-то бандиты без мозгов нашли дорогу в дом Нидун." Глава Нидун сделал паузу и дал стандартный ответ.

Мысли слегка растянулись назад.

В той ситуации, когда Нидун еще колебался, тон Оппа мгновенно изменился.

"Наследие семьи в большей степени находится в будущем."

"По крайней мере, я могу подтвердить, что Лайн - не будущее семьи Нидун." После вселения в Оппа иной дух Неймса мгновенно заставил главу Нидун почувствовать, как по коже пошел холод.

Неймс смотрел на него, а затем перевел взгляд на Лайдо.

"С Лайном связано слишком многое."

"Семья Нидун, по крайней мере ваша ветвь, этого не выдержит."

"Такие молодые люди и есть будущее. Как считаешь?"

"Именно так!" Затем глава Нидун кивнул, словно соглашаясь со словами Неймса, но также словно отвечая на прежний вопрос Оппа.

"Тогда желаю семье Нидун долгих лет." Сказав это, Неймс отменил вселение.

А Опп и остальные после легкого поклона вышли из поместья семьи Нидун.

После ухода этих людей Нидун постепенно принял решение.

Когда-то передать семейную святую кровь и участвовать в плане святого сына действительно было неплохой инвестицией.

Сущность святой крови и талант Лайна даже в главной линии были редкостью.

Его подъем стабилизировал их ветвь, и хотя Лайн так и не смог полностью отдать сердце семье, прочих выгод было немало.

Они думали, что буря вокруг плана святого сына уже прошла, но не ожидали, что дело становится все больше.

Похоже, пришло время отрезать связи.

Будущее семьи все же находится в нормальных членах семьи.

"Вот как?" Лайн увидел проблему, но не слишком заботился об этом. Он кивнул и выбрал уйти.

Сорок лет назад, когда ему было всего несколько лет, семья отправила его стать подопытным. Точнее, продала в лабораторию, уже получив за него партию ресурсов.

Иначе, если десятки лет назад глава Нидун уже был ранен, а члены разных ветвей семьи оказались неспособны,

как они могли бы продержаться так долго даже с некоторой поддержкой главной линии?

Просто тогда начался план святого сына, и ради сбора достаточного количества святой крови церковь заплатила деньги.

С того мгновения он уже разорвал связь с семьей.

Больше десяти лет над ним проводили разные эксперименты: были мучения, была боль, смерть тоже ходила рядом.

Лишь когда он стал старше, а исследования плана святого сына перешли к выращиванию эмбрионов с нуля, внимание к нему постепенно снизилось.

Тогда, из-за долгого отсутствия новых результатов, он вместе с другими "провалившимися святыми сыновьями" был выпущен и стал "промежуточным продуктом" лаборатории, работающим на нее.

Господин Гиллиман обнаружил их и решил взять к себе для обучения.

Можно сказать, с той секунды, когда семья лично продала его, его человеческий статус был отнят. Даже выйдя из лаборатории, он оставался "продуктом", а не живым человеком.

Статус человека ему заново дал Гиллиман.

Поэтому, что бы ни случилось с семьей, он на самом деле не слишком заботился. Если он не добивает их ногой и не отрезает связь напрямую, то только из уважения к собственной святой сущности.

Однако по ситуации главы семьи и Лайдо было видно: с большой вероятностью кто-то получил через них информацию, связанную с ним.

Кто?

Редко, но у Лайна появился интерес.

У плана святого сына была очень явная проблема: тогдашним святым сыновьям одному за другим подбирали кровь, вводили множество снадобий, и в их телах содержались разные "энергии".

Иначе говоря, каждый "провалившийся святой сын" фактически может считаться особым лекарственным материалом.

А те, кто это знает, в большинстве связаны с прежним планом святого сына.

То есть против него с большой вероятностью действуют старые друзья?

"Или, точнее, не слишком знакомые старые друзья." Лайн снял очки, взял платок и мягко протер их.

Позже Гиллиман лично скрыл личности всех провалившихся святых сыновей.

Номинально он тоже вернулся в семью Нидун, а раньше просто "уезжал учиться".

Особенно знакомые люди, естественно, могли бы узнать, кто он.

А незнакомым нужно было подтверждать через семью.

Конечно, возможно и то, что цель противника не в том, чтобы использовать его как "лекарственный материал".

План святого сына в те годы оставил огромную кучу проблем.

Ведь это был экспериментальный план, длившийся двадцать лет и затрагивавший несколько семей святой крови.

Было еще бесчисленное множество таких же, как они, продуктов, которые нельзя назвать ни успешными, ни неудачными.

После небольшого возбуждения Лайн снова надел очки, и эмоции вернулись к безразличию.

Он начал серьезно думать, чья темная рука стоит за этим делом, помешает ли ее нынешнее появление его текущему плану и так далее.

Что до того, что эти люди могут захотеть действовать против него, Лайну было все равно.

Он не может проиграть.