Глава 17. Первая принцесса — (2)

Первая принцесса, Сирис Лисандер.

Хотя София ничего не смыслила в делах высшего общества, имя принцессы было ей прекрасно знакомо.

— Как жизнь в академии? Хорошо ли ты ладишь с остальными?

В этом был смысл, ведь именно Сирис даровала Софии право на особое зачисление в «Эребос», хотя та, будучи дочерью изменника, в обычных обстоятельствах не могла на это рассчитывать.

— Следуй за мной.

Сирис непринужденно вывела Софию из зала заседаний.

Ни граф Раймунд, только что требовательный немедленной казни, ни почетный профессор Герман не посмели возразить.

Авторитет Первой принцессы был непререкаем. В конце концов, это была Королевская академия, где слово принцессы становилось и приказом, и законом.

— Пожалуйста, присаживайся поудобнее.

Сирис подвела Софию к роскошному экипажу, ожидавшему снаружи. Пока София с растерянным видом опускалась на просторный диван, Сирис искушающе изящно закинула ногу на ногу.

— Я должна извиниться перед тобой от имени графа Раймунда за его давешнюю грубость. У него весьма вспыльчивый нрав, и я уверена, что он совершил ошибку лишь из-за скорби по утраченной дочери.

София безучастно кивнула.

— Перейду сразу к делу. София, до меня дошли слухи, что на недавнем Фестивале Полнолуния ты сразила Изабеллу фон Кройц.

— ...Это было неизбежно. Изабелла превратилась в монстра...

— В Тень.

— ...Прошу прощения?

— Это чудовище называют Тенью.

София нахмурилась. Откуда принцессе было известно имя монстра?

Впрочем, возможности задать этот вопрос ей не представилось.

— Ваше Высочество, вот он.

Женщина-рыцарь в доспехах, стоявшая снаружи, протянула в окно экипажа длинный футляр.

Сирис положила футляр на колени и откинула крышку. Внутри покоился меч в ножнах из эбенового дерева.

Тот самый клинок, который София разыскала в Центральной библиотеке и использовала несколько дней назад.

— Чернильный меч. Оружие, которым когда-то владел мятежник, известный как Демон Меча. Клинок до сих пор источает ауру, низвергающую владельца в пучину безумия, отчего даже двадцать лет спустя его именуют Демоническим мечом.

«Так вот как он называется — Чернильный меч».

София признала, что имя ему удивительно подходит.

— Я слышала, ты использовала его, чтобы одолеть Тень. Поистине рациональное решение. В конце концов, с Тенями невозможно сражаться обычным сталью.

— ...

— Но мне любопытно другое: как тебе вообще удалось отыскать этот меч?

Сирис медленно провела рукой по ножнам.

— Этот клинок хранился в подвале старого корпуса академии, в месте, которое не так-то просто найти. Более того, мне доложили, что ты находилась в самом центре торжества. И всё же ты каким-то образом бросилась в подвал старого здания, заполучила этот меч и победила Тень. Не кажется ли это странным?

Когда София промолчала, Сирис подалась вперед.

— Как ты узнала о слабости Тени и какими путями нашла этот меч, чтобы сразить её? Я просто не могу представить, как это возможно.

— ...

— И прежде всего, я слышала, что ты проявила крайнюю жестокость, избивая Изабеллу перед началом фестиваля. Это было слишком беспощадно для обычного поединка. И это тоже кажется мне весьма неожиданным.

Сирис подняла голову, заглядывая Софии прямо в глаза.

София инстинктивно поняла: принцессу снедает любопытство относительно её Мастера.

— Пожалуйста, ответь честно. Быть может, кто-то подсказал тебе о существовании этого меча?

Вопрос от Сирис, обладающей абсолютной властью.

Логически рассуждая, возможности отказаться от ответа не существовало.

И всё же София слегка склонила голову набок и...

— Я ничего об этом не знаю.

София всё отрицала и ушла.

Сирис долго смотрела ей в спину, а затем горько усмехнулась.

— Нам проследить за ней? — спросила женщина-рыцарь.

— Нет, не нужно. Теперь, когда она пробудилась, она заметит слежку даже со стороны Беатрис.

— Неужели эта девчонка... настолько способна?

— Именно так.

Сирис подперла подбородок рукой, провожая Софию взглядом.

Чернильный меч остался в руках Софии — Сирис сама отдала его ей.

— Ваше Высочество, я все гадаю, было ли верным решением доверить столь незрелой девчонке этот демонический клинок...

— Чернильный меч сам выбрал Софию своей госпожой. Это был предопределенный путь.

Ответив на вопрос Беатрис, Сирис потянулась.

— М-м-м. Трис, не могла бы ты принести мне реестр академии?

— Реестр, Ваше Высочество?

— Да. Мне нужно проверить, нет ли там чего-то, что расходится с моими воспоминаниями.

Беатрис быстро доставила документы.

Сирис принялась изучать список студентов.

Ничего необычного.

Она перевернула страницу, где значились преподаватели и приглашенный персонал.

И здесь обнаружилось нечто заслуживающее внимания.

Недавно назначенный внешний епархиальный священник.

А именно...

[Приходской священник Лео].

Человек, которого не было в её памяти.

Пурпурные глаза Сирис сузились.

У Первой принцессы в игре «Божественный престол Академии» была совершенно особенная роль.

После её первого появления игроки полагали, что принцесса станет скрытым злодеем четвертого акта. Это казалось естественным развитием событий после архиепископа Валуа, который в третьем акте прикидывался сторонником добра, а затем призвал босса-Архангела.

Однако эти ожидания были обмануты в самом лучшем смысле, когда после интермиссии начался четвертый акт.

Несмотря на позднее появление в сюжете, уникальный бэкграунд принцессы помог ей занять первое место в опросе популярности от разработчиков, обойдя даже Элизу.

А всё потому что...

— Отец Лео, это срочно! Её Высочество принцесса прибыла в академию с визитом.

Мои размышления были прерваны. Роуэн ворвался в часовню с тревожными вестями.

— Из собора пришло официальное уведомление. Все священники должны следить за опрятностью облачения и быть особенно внимательными к своему поведению во время пребывания Её Высочества.

— Да, я приму это к сведению.

Неудивительно, что Роуэн поднял такой шум.

Это всё равно что внезапный визит министра обороны — нет, самого президента — в захудалую воинскую часть.

Поскольку принцесса явилась без предупреждения, собор и академия «Эребос» перешли в режим чрезвычайной ситуации.

Первая принцесса Сирис обладала властью, достигающей небес. С юных лет она заменяла на государственном поприще стареющего короля, демонстрируя безупречную политику, не допускающую промахов.

Великодушная, мудрая и совершенная — единственное солнце, указующее путь в будущее королевства.

Таково было общественное мнение.

Что ж, всё это стало возможным лишь благодаря особой способности принцессы.

«Первая принцесса наверняка здесь из-за меня».

Пробуждение Софии ускорилось, а суть Фестиваля Полнолуния изменилась.

Принцесса Сирис непременно захочет выяснить причины.

Её внезапное появление в следственном комитете, вероятно, было продиктовано той же целью.

— ...Это скверно.

Что мне делать?

«Может, сбежать?»

Та богатая барышня, что заходила сегодня утром, оставила в ящике для пожертвований одиннадцать золотых монет, прежде чем исчезнуть. Чрезмерная щедрость.

Забрать эти деньги и дать деру — вполне рабочий вариант.

Однако если бегство привлечет внимание принцессы, это приведет лишь к гибели. Можно смело утверждать, что в этом королевстве нет места, куда бы не дотянулась её рука.

В итоге остается лишь одна тактика.

«Притвориться, что я ничего не знаю».

Едва я принял это решение...

*Стук-стук.*

В предвечерний час в часовню заглянул посетитель.

Это была женщина, на голову которой был наброшен глубокий капюшон.

Как только я заметил прядь розовых волос, выбившуюся из-под ткани, я понял: неизбежное свершилось.

Несмотря на попытку скрыть личность, это, несомненно, была принцесса Сирис.

Разумеется, её присутствие в следственном комитете означало, что она встречалась с Софией, и не было бы ничего странного, если бы она услышала обо мне.

— Это и есть часовня?

— Как видите. Священное место для молитв и покаяния перед Господом.

— Понимаю.

Женщина — нет, Первая принцесса Сирис — скромно присела на длинную скамью и устремила взор на статую Бога под сводом часовни.

— ...Время молитвы уже вышло?

— Утренняя месса окончена.

— Жаль. Я тоже хотела помолиться.

— Вы можете вернуться завтра во время Евхаристии.

Я одарил её самой безмятежной улыбкой, на которую был способен.

— Хм-м...

Принцесса впилась в моё лицо сияющими пурпурными глазами. Вскоре её взгляд переместился на исповедальню в углу зала.

«Проклятье...»

Только не это.

Но, игнорируя мою безмолвную мольбу, Сирис произнесла:

— Если на чьем-то сердце лежит тяжкое бремя, возможна ли исповедь?

Я мог бы отказать и отослать её прочь.

Но Сирис уже проявляла ко мне интерес. Если я сейчас начну неловко избегать её, это лишь усилит подозрения.

— ...Двери исповедальни всегда открыты.

При моем неохотном ответе уголки глаз Сирис изогнулись вверх.

— Вот как. Что ж, у меня как раз есть грех, в котором я хотела бы покаяться. Вы выслушаете меня?

— ...Разумеется.

Следуя моему жесту, Сирис, напевая веселую мелодию, вошла в кабинку для исповеди.

Взявшись за ручку двери с противоположной стороны, я внутренне подобрался.

«Так, Лео. Соберись».

Если я допущу здесь хоть малейшую оплошность, факт того, что я — попаданец, может быть раскрыт.

И это не преувеличение.

У Первой принцессы определенно есть способность обнаруживать подобные вещи.

Потому что...

«Она — Регрессор».

Единственное солнце, указующее путь в будущее королевства.

Первая принцесса, Сирис Анастасия Лисандер.

Наблюдательница, не менее семи раз воочию видевшая гибель этого мира.

Иными словами — Регрессор.