Поместье Эйхендорфов располагалось в северной части королевства, на промерзших землях, где снег не таял круглый год.

Пусть оно и не было столь далеким, как регион Либель, путь туда занимал втрое больше времени, чем до столицы; следовательно, на дорогу в оба конца следовало заложить около двух недель.

Будь я всё еще рядовым священником при часовне, я бы не смог так просто покинуть свой пост. Но теперь мой статус изменился.

Настоятель прихода. Мое отсутствие, вероятно, станет долгожданным облегчением для младших клириков.

— Вы и вправду намерены посетить мой замок? — спросила она.

— Да. Мне нужно оценить, сколько материалов осталось в запасе.

Я нанял карету и погрузил в багажный отсек кошель с золотыми монетами, полученный от отца Сержа. Все эти средства предназначались для создания кукол Оттилии.

«Оттилия важна».

Если и был персонаж, чей путь полностью разошелся с оригинальным сюжетом, то это была Оттилия. Ей суждено было стать Чо Хёном, ключевым звеном «Теней», несущим хаос в четвертом акте, но я изменил это будущее.

Теперь, когда Эразм нацелился на Софию, Оттилию можно считать моим самым надежным активом. Если удастся создать еще несколько этих хлопотных кукол «Лео», я без труда предотвращу теракты пятого акта.

— Эм, кстати...

Оттилия взошла в карету с нерешительным видом и спросила:

— Вы... говорили кому-нибудь еще?

— Кому-нибудь еще? Кого ты имеешь в виду?

— Например... Кандидатке в Святые...

— А, ты об Элизе? В любом случае, я оставил записку в канцелярии прихода. И предупредил отца Сержа о своем отъезде. Они поймут.

— А Изольда?

— Изольда? Разве мне нужно ей докладывать?

Я недоуменно склонил голову набок. В отличие от Элизы, чьи церковные обязанности пересекались с моими, Изольда сейчас была лучшей студенткой факультета и во время семестра должна быть крайне занята.

— Если Изольда узнает... хм...

— Не волнуйся. Я оставляю Войд здесь. Элиза согласилась присмотреть за ней.

— Ох. Я совсем не об этом...

Оттилия состроила сложное лицо, услышав мой ответ, но не стала вдаваться в объяснения и заняла свое место в экипаже.

Вскоре карета выехала через северные ворота Эребоса и покатилась по бесконечному тракту. Путешествие не было гладким.

— ...

— Оттилия? Разве пейзаж не прекрасен? Идет снег.

— ...Да, прекрасен.

Во-первых, Оттилия была подозрительно тихой. Возможно, ей было неловко находиться наедине со мной в столь замкнутом пространстве — она сидела, опустив голову, и казалась взволнованной.

По правде говоря, в сравнении с Изольдой, Софией или Элизой, в Оттилии и впрямь было нечто мрачное.

— Ты жила одна в своем родном городе, Оттилия?

— У меня есть дворецкий. И куклы.

— Понимаю.

— ...

— ...

В конце концов, инициатива в разговоре легла на мои плечи, но когда диалог не заладился, воцарилось неловкое молчание.

Обсуждать было особо нечего. Для Оттилии куклы были единственной радостью в жизни.

— ...Это.

Но проблемой была не только скука.

Я и не подозревал, что на севере королевства так плохо с безопасностью.

— Эй, отдавайте всё, что есть, и выметайтесь!

На дороге возникла шайка разбойников, направивших на нас свои клинки.

Разумеется, в этом не было ничего удивительного. Подобные случайные встречи часто происходили в «Божественном Престоле Академии».

Однако видеть подобное воочию — совсем не то же самое, что в игре; чувство опасности было иным. Тем не менее, я не особо тревожился.

— Оттилия, что думаешь делать?

— Предоставьте это мне.

Оттилия достала из-за пазухи заводной ключ.

Раздался сухой щелчок заводного механизма, и кучер, до этого мирно державший вожжи, мгновенно преобразился.

— Эй! Не дергайся... А-а-а-а!

Кучер выхватил спрятанную дубинку и движениями, явно выходящими за рамки человеческих возможностей, безжалостно расправился со всеми налетчиками.

Кучер тоже был куклой, а не человеком.

— Какая поразительная технология.

Наставник Эверетт говорил, что Оттилия обладает беспрецедентным в истории талантом, и сейчас я убедился в этом вновь.

— Это же...

Позже я осмотрел разбойников, валявшихся на земле с переломанными конечностями. Когда я обнаружил на их предплечьях татуировки в виде змей, мое лицо посуровело.

«Одна из тайных организаций Эразма».

Что ж, с началом пятого акта вполне логично, что они развернули свою деятельность.

— Оттилия, здесь часто промышляют такие бандиты?

— Нет. Глубоко в горах — возможно, но они редко выбираются на такие крупные тракты.

— Хм...

Это означало, что ситуация складывается скверная.

— Поспешим.

— Да.

В итоге я попросил Оттилию прибавить ходу, и через пять дней после начала пути мы достигли замка Эйхендорфов.

— Ох.

Я нахмурился при виде замка.

Мрачная атмосфера, цитадель, возведенная на отвесной скале.

Казалось, будто из-за угла в любой момент может выскочить сам Дракула.

— Почему вы так смотрите?

— Да нет, просто подумал... впечатляюще, что ты жила в таком месте.

— Впечатляюще?

Как только я увидел этот замок, я понял, почему Оттилия выросла такой мрачной и замкнутой.

Если бы Войд воспитывалась в подобной обстановке, она точно стала бы той злодейкой из оригинального сюжета.

— Добро пожаловать.

Когда мы вошли внутрь под предводительством Оттилии, навстречу нам вышел седовласый пожилой дворецкий и вежливо поклонился. Он внимательно изучил мое лицо, стоя рядом с Оттилией, и едва заметно улыбнулся.

— Госпожа Оттилия, неужели это тот самый человек, о котором вы упоминали в письме?..

— Себастьян, молчи. Не вспоминай об этом.

При этих словах Оттилии дворецкий поклонился с довольной улыбкой.

— ...Письме?

Гадая, что происходит, я посмотрел на Оттилию; та натянуто улыбнулась и произнесла:

— О, пустяки! Пойдемте скорее! Ужин уже накрыт!..

Пройдя вглубь замка, я не смог сдержать очередного вздоха изумления.

— Это всё... куклы?

— Хе-хе. Ну как вам? Гордость нашей семьи.

Куклы были повсюду.

Свисающие с потолка, разбросанные по полу, закрепленные на стенах. Куда бы я ни бросил взгляд, передо мной представали десятки, сотни фигур.

Даже такие простые дела, как подача еды или зажигание свечей, выполнялись куклами.

Что ж, один дворецкий ни за что не справился бы с таким огромным замком. Очевидно, всё хозяйство держалось на них.

— Ты сама сделала их всех, Оттилия?

— Нет. Это труды, передававшиеся из поколения в поколение моими предками.

Их было около тысячи. Какие-то сломаны, какие-то нет.

Одни походили на людей, другие — скорее на механизмы.

Самой причудливой оказалась кукла, выглядевшая как нечто среднее между человеком и собакой. Ее стрекочущие звуки при движении нагоняли жути, но Оттилия представила ее с лучезарной улыбкой:

— Как вам? Это Поппи. Разве она не милашка?

— ...

Оставив в стороне эстетические предпочтения Оттилии...

Тот факт, что замок Эйхендорфов, кишащий тысячами кукол, казался не праздничным, а мрачным и зловещим, ясно давал понять: это была худшая среда для воспитания ребенка.

В конце концов мы добрались до склада материалов. Внутри были разбросаны части кукол — обломки рук, ног и голов, напоминавшие человеческие останки, отчего по спине пробегал холодок.

— Ох.

Лицо Оттилии омрачилось, когда она осмотрела состояние склада.

— Что случилось?

— За последний год я создала слишком много кукол, поэтому запасы материалов сильно истощились.

— Истощились? Разве всё это добро — не детали?

На мой вопрос Оттилия лишь покачала головой.

— Чтобы создать куклу столь же совершенную, как «Лео», нужны редкие материалы. Того, что здесь есть, и близко не хватит.

Себастьян, пожилой дворецкий, до этого молча слушавший наш разговор, подал голос:

— Госпожа, вам нужны запчасти?

— Да. Мне нужны стальные каркасы, мифрил для приводов и шестерни, выточенные из мана-воды.

— Нам придется достать их на черном рынке.

— Черный рынок?

— переспросил я.

— Да. Основные компоненты для кукол можно найти только там.

— Хм.

Насколько я помню, в игре не было контента, связанного с черным рынком.

Что ж, этот мир — не игра.

Нет ничего странного в существовании подпольного рынка.

— Хм...

Как бы то ни было, зацепка найдена.

И, по счастливой случайности, сейчас у меня было огромное количество денег.

— Себастьян. Где находится этот черный рынок?

— Мне положить это сюда?

— Нет! Туда! Белый! Глупая!

Тем временем Элиза обливалась семью потами, пытаясь управиться с Войд.

Она прекрасно знала, что у нее нет таланта к воспитанию детей, но нынешняя ситуация заставила ее прочувствовать это в полной мере.

— Эм. Сюда... может быть?

— Глупая!

— Сюда?

— Да!

Она играла с Войд в кубики из маны, но Элиза была уже на пределе своих возможностей.

Войд оказалась придирчивым дизайнером. Даже в простой игре она требовала строгого порядка и цветовой гармонии, заставляя Элизу выслушивать нагоняи.

«Это... награда».

Да.

Это награда, дарованная священником.

Я должна быть счастлива.

На самом деле, ее отношения с Войд значительно улучшились. Девочка, поначалу настороженная, теперь охотно следовала за Элизой.

Но почему она, верная последовательница, оказавшая священнику неоценимые услуги, вынуждена играть роль няньки?

— Так не пойдет.

Элиза отложила кубик.

С нее хватит. Ей нужно увидеть лицо священника, чтобы восполнить запас сил.

— Войд, пойдем навестим папочку?

— Папочку? Священника?

— Да. Разве ты не хочешь увидеть папу?

Глаза Войд заблестели.

Она заглотила наживку. Элиза лукаво улыбнулась.

Да. Всё потому, что Войд настояла на встрече с отцом, так что у них просто нет выбора — нужно идти в канцелярию. Оправдав себя таким образом, Элиза подхватила девочку и уверенно направилась к приходскому управлению.

Однако в канцелярии за делами сидел молодой священник.

— Серж? Что ты делаешь за столом Лео?

— К-Кандидатка в Святые?

Серж вскочил от неожиданности.

Элиза одарила его ледяным взглядом, требуя объяснений, и Серж растерянно ответил:

— Я... временно исполняю его обязанности.

— Исполняешь? Священник оставил работу на тебя?

Оставив ее, Кандидатку в Святые, в стороне?

Пока недовольство Элизы достигало своего пика...

— Погодите-ка.

Элиза поняла, что что-то не так.

Увлекшись игрой в кубики с Войд, она не заметила, что Лео сегодня не было в часовне на обеде.

Она наивно полагала, что он занимается делами в канцелярии, но сейчас там находился Серж.

А если так...

— Где священник?

На вопрос Элизы Серж ответил, широко распахнув глаза:

— Настоятель ведь отправился на север, разве нет?

— Что?

— Снял средства, взял карету... и уехал с какой-то черноволосой девушкой...

Лицо Элизы окаменело.