Чэнь Сяоцуй погибла на месте, и её тело мгновенно скрылось под ковром из насекомых.

— Быстро закрой глаза! — в один голос выкрикнули Лю Син и Ню Юаньшань, зажмурившись.

Черно-белый движущийся лабиринт внезапно исчез. Вырвавшись из плена иллюзии, оба затаили дыхание, пытаясь на слух определить местоположение Лю Фэна.

Но где они находились? Гул и стрекот мириад насекомых стоял такой, что они решительно ничего не слышали.

— Я не смирюсь!

Зажмурившись, Лю Син начал безумно размахивать ножом с головой призрака во все стороны, в ужасе ожидая нападения Лю Фэна.

С другой стороны Ню Юаньшань делал почти то же самое: он подобрал брошенный гигантский щит и, прикрываясь им, постоянно менял позицию.

Они получили экзотического гу, обрели могущественную магию Гу, но в итоге были вынуждены закрыть глаза.

Однако в этот момент слепота была бесполезна.

Когда они смотрели, используя расширенный обзор и динамическое зрение своих техник, они и то не были соперниками Лю Фэну.

Теперь же, не обладая столь острым чутьем и слухом, как у демонических зверей, они были обречены на скорую и бесславную смерть!

«Плюх!»

Лю Фэн возник прямо у плеча Ню Юаньшаня. Тяжелый меч Рваный клык описал дугу, разрубая врага пополам.

«Глоть, глоть...» — послышались чавкающие звуки: Боевой гу Рваный клык принялся за трапезу.

Притаившийся в углу Янь Хундада крепко зажмурился. Он слышал лишь истошный крик Ню Юаньшаня и безумные вопли Лю Сина.

Нож с головой призрака со звоном упал на камни. Лю Син бросил оружие и, рухнув на колени, завыл:

— Глава сказал, выйдут максимум двое! Убей этого Яня, а я... я буду жить! Прошу, дай мне жить... старший брат Лю!

Чавканье Рваного клыка продолжалось. Не нужно было даже смотреть, чтобы понять, сколь ужасна участь Ню Юаньшаня.

Лю Син надрывно кричал:

— Этот Янь — никчемный мусор! Я прошел через повторное вживление экзотического гу, в будущем я стану твоим верным псом, старший брат Лю!

— Ма Кунь вредил тебе раньше, как только выйду — я разорву его в клочья ради тебя!

Лю Фэн с усилием оттянул жадно пирующего Боевого гу Рваный клык, подняв фонтан брызг крови, и холодно посмотрел на Лю Сина.

— Ма Кунь? Когда я выйду отсюда в статусе Четвертого старшего брата, мне не нужны будут лишние слова, чтобы прикончить его.

Когда он подошел вплотную, Боевой гу в его руках, почуяв добычу, заскрежетал бесчисленными клыками, издавая плотный звук перемалываемых костей.

Услышав этот звук, Лю Син окончательно лишился рассудка.

Он с таким трудом прошел этот путь, вытерпел повторное вживление, и теперь ему суждено было сгинуть здесь.

— Я заберу тебя с собой!

С неистовым ревом Лю Син одной рукой схватил нож с головой призрака, а другой со всей силы ударил себя в грудь.

Заставив кровь течь вспять, он намеренно ударил по собственной эссенции крови в сердце, принося себя в жертву насекомым.

В мгновение ока все Гу внутри и снаружи его тела взбунтовались, принявшись пожирать своего носителя.

«Вззз...»

В предсмертном порыве Лю Син безумно бросился вперед, размахивая ножом, а ведомые ядовитой ци насекомые Гу хлынули из него черной тучей.

Лю Фэн не стал скрывать звук своих шагов, фактически дав Лю Сину шанс на последнюю атаку.

Против роя, только что вкусившего эссенцию крови хозяина, Лю Фэн оставил половину своих насекомых для защиты тела, а вторую половину поднял в воздух.

В воздухе и на земле столкнулись две черные тучи; мириады точек впивались друг в друга, заживо пожирая сородичей.

Как и в случае с самими мастерами, насекомые Лю Сина гибли без малейшего шанса на успех.

Стоило двум роям сойтись, как одна сторона мгновенно превращалась в питательную среду для другой.

Лю Фэн мельком взглянул на копошащуюся массу и сухо заметил:

— Твой экзотический гу слабее, и даже промежуточный гу внутри тебя вскормлен хуже моего.

Сказав это, он уклонился от рубящего удара ножа, а изголодавшийся Рваный клык почти сам вырвался из его рук — охотничий инстинкт погнал его в атаку.

Раздалось несколько влажных щелчков: пять костлявых лап вонзились в тело Лю Сина.

Внутренние органы были разорваны в клочья. Вместе с парализующим ядом Рваного клыка, проникшим в жилы, это заставило Лю Сина бессильно рухнуть.

Он наконец открыл глаза. Лю Фэн не стал больше применять к нему магию Гу.

Встретившись взглядом с глазами Лю Фэна — такими же холодными и онемевшими, как его собственные — Лю Син перед смертью внезапно осознал: в Долине насекомых нет нормальных людей!

Он был таким, и Лю Фэн был таким же!

Да и в огромном мире за пределами Долины, где царит хаос и рыщут демоны, много ли осталось нормальных?

— Лю Фэн... никто из этой Долины не кончит добром. Я уйду первым и подожду тебя на дорогах Желтого источника...

В углу комнаты Янь Хундада открыл глаза и увидел, как Лю Фэн что-то ищет в трех растерзанных телах.

Лезвие Рваного клыка мелькнуло несколько раз, и вскоре в ладони Лю Фэна оказались три насекомых Гу длиной чуть более 1.5 сантиметра.

Разглядев странные звездные пятна на их панцирях, Янь Хундада похолодел: «Это наши экзотические гу, вылупившиеся всего несколько дней назад. Он вырезал их... Неужели всё так, как сказал глава: экзотические гу — это лишь корм?»

— Идем к главе, на этом всё закончилось, — Лю Фэн убрал Боевого гу и, сжимая в руке трех насекомых, направился к выходу.

Янь Хундада в последний раз бросил взгляд на останки троих товарищей, уже полностью скрывшиеся под роем насекомых, и поспешил следом.

В естественном гроте, на каменном возвышении.

На лице главы Долины Лу Хуая промелькнуло легкое удивление, когда он посмотрел на двух вернувшихся юношей.

Ему не нужно было присматриваться: его взор сразу замер на Лю Фэне.

По сравнению с Янем, и эссенция крови Лю Фэна, и его вскормленные насекомые были на голову сильнее.

— Из вас двоих выживет только один, — спокойно произнес Лу Хуай.

Оба стоявших на коленях юноши изменились в лице, а Янь Хундада мгновенно стал бледным как полотно.

В этот момент Лу Хуай обратился к Лю Фэну:

— Третий сказал, тебя зовут Лю Фэн. Отныне ты — четвертый ученик Долины насекомых.

Смысл этих слов был предельно ясен: жить будет только Лю Фэн!

Янь Хундада, собрав остатки мужества, поднял голову и дрожащим голосом спросил:

— Глава... Глава, вы же говорили, что могут выжить двое? Я тоже могу быть полезен Долине!

Лу Хуай холодным взглядом смерил охваченного ужасом юношу и ледяным тоном ответил:

— Мне нужен живой образец экзотического гу Множащийся зрачок, чтобы изучить его. Иначе зачем бы я заставлял вас, носителей Гу, проходить через это?

— Я... я... но...

Янь Хундада запинался. Он хотел спросить: если нужен был лишь один, зачем было заставлять их пятерых убивать друг друга.

Но тут же осознал — таков закон Долины насекомых: вырастить сильнейшего «гу», а остальных превратить в корм.

— Гла... Учитель, если вам нужен живой экзотический гу Множащийся зрачок, то вот эти три у меня еще живы, — Лю Фэн к этому времени уже узнал название этого Гу.

Его намерение было очевидным: он хотел обменять одного экзотического гу на жизнь Янь Хундада.

В Долине у Лю Фэна не было близких друзей, но Янь Хундада казался ему человеком открытым и честным. Спасение его жизни могло обеспечить Лю Фэну надежного союзника-мастера в будущем.

Однако правила были правилами!

— Это оставлено для твоего усиления. Только что вылупившиеся экзотические гу слишком слабы, им нужен корм из таких же сородичей, чтобы окрепнуть.

Едва слова сорвались с губ главы, как у Лю Фэна не осталось шанса возразить.

«У-у-у...» — внезапно раздался странный свист.

Зрение Лю Фэна уловило метнувшуюся черную тень, целью которой был стоящий рядом Янь Хундада.

Тень двигалась невероятно быстро и мощно. У Яня не было Ока Будды, и он физически не успевал среагировать.

«Бум!» — тень обрушилась на пол, и Янь Хундада был проглочен целиком за один миг.

Лю Фэн застыл, его веко судорожно дернулось. Он с трудом повернул голову.

Прямо в воздухе висела туша из плоти и жил толщиной около 1.5 метра. Один её конец уходил под красную робу Лу Хуая, а другой — заглотил Янь Хундада!

Это была Кишечная рыба — странный Боевой гу длиной около 6 метров с огромной пастью шириной более 3 метров.

Там, где пасть соприкасалась с полом, раздавалось шипение: яд Гу разъедал камень, оставляя глубокие рытвины.

Очевидно, это и был Боевой гу главы Лу Хуая!