Внутри прохода большая часть ответвлений кровавой лозы была уничтожена.

Двое воинов, стоящих перед Лу Фэном, были мужчинами средних лет с бурлящей энергией крови. Сян Ичунь был вооружен артефактом из человеческой кожи в форме наручей, а другой воин по фамилии Чжуан держал в руках полутораметровый черный диковинный меч.

Диковинный меч, окутанный истинной ци, раз за разом пробивал боевого гу Лу Фэна, напоминающего скорпионий хвост; панцирь насекомого не мог устоять перед этим оружием.

Пока он отбивался от воина Чжуана с помощью гу, его собственные руки раздулись до толщины талии. Он обменивался прямыми ударами кулаков с Сян Ичунем; используя искусство Гу «Пожирающий бык» для укрепления тела, Лу Фэн умудрялся в лоб противостоять двум мастерам на пике второй ступени.

Среди оставшихся двух воинов Вторая матушка У, казалось, была знакома с Ли-четвертым и постоянно сдерживала удары, в то время как старик по фамилии Ю действовал без всякой пощады.

Две марионетки перед ним, с переломанными конечностями и раздробленными внутренностями, всё еще выпускали яд, преграждая путь своими искалеченными телами.

— А ну в прах! — выкрикнул старик Ю.

Его глаза налились кровью, а ладони засияли алым светом. Он нанес два мощных удара прямо в грудь марионеткам.

Раздался хруст.

Пан Ган и Шэнь Юйшу, из которых ранее изъяли «материалы», разлетелись на куски, не оставив после себя даже костей.

Два дочерних экзотических гу второго ранга, находившиеся в их плоти, также были раздавлены истинной ци.

— Вторая матушка У, живо покончи с лекарственным рабом! Мы вчетвером добьем Лу Фэна, — сказав это, он окинул взглядом многочисленные цветочные тени в проходе.

Он не понимал, какое колдовство применяет этот цветочный дух; он лишь чувствовал повсюду благоухание, которое могло быть ядом.

Однако на них были защитные гу старейшины Хэ, и аромат цветов, казалось, не оказывал на них никакого влияния. Не сумев быстро найти настоящее тело духа, он решил просто игнорировать его.

Мелькнула тень, и старик Ю приблизился к Лу Фэну.

В мгновение ока трое воинов на пике второй ступени окружили мастера гу.

В каменной комнате неподалеку Лу Яо терзалась от беспокойства: она не видела, что происходит в проходе.

В этот момент остатки кровавой лозы, преграждавшие вход, разлетелись, и четыре фигуры в пылу сражения переместились из прохода в естественную пещеру перед комнатой.

Как только Лу Фэн и трое воинов появились в её поле зрения, зазубренный наруч раздробил кусок плоти на руке Лу Фэна, а следом кулак врезался ему в правую часть груди.

Раздался глухой удар, и Лу Фэна отбросило назад. Он рухнул прямо в бассейн для совершенствования Гу позади каменного возвышения.

Всплеск был такой силы, что лекарственная грязь разлетелась фонтаном; мощь удара была колоссальной.

Трое воинов не стали медлить ни секунды. Перемахнув через возвышение, они бросились в погоню, не давая Лу Фэну ни единого шанса перевести дух.

В критический момент из тела Лу Фэна, покрытого грязью, вырвались бесчисленные ростки плоти — каждый из них был обычным гу.

Зажужжали крылья. Десять тысяч обычных гу на пике второго ранга взмыли в воздух, распространяя тучи яда и создавая перед мастером гу плотную сине-черную живую стену.

На деле это лишь на мгновение замедлило натиск троих воинов.

Лу Яо смотрела на это с содроганием. Она заглянула в проход, но, кроме множества фиолетовых теней, не увидела там настоящего тела кровавой лозы.

— Где кровавая лоза? Почему второй дядя отбивается один? Лю Фэн, бери лекарственного раба Ли-первого и помоги дяде!

В глубине души Лю Фэн злорадствовал. Исчезновение кровавой лозы, скорее всего, означало, что зверь воспользовался моментом, пока Лу Хуай занят Сбрасыванием оболочки, а Лу Фэн связан боем, чтобы сбежать из долины.

Только цветочный дух всё еще оставался в проходе — то ли тянул время, то ли готовил какое-то заклятие.

«Братья Лу Хуай и Лу Фэн всё просчитали, но вряд ли ожидали, что лишатся такой боевой мощи, как кровавая лоза!»

Лю Фэн исполнил волю Лу Яо. Он покинул комнату и, взмахнув дочерним Кошмарным гу, повел за собой охранявшего вход Ли-первого.

Что касается того, почему Лу Яо сама не повела Ли-второго на помощь дяде, Лю Фэн догадывался: она ему не доверяла и не хотела оставлять одного рядом с коконом Лу Хуая.

— Я смогу ненадолго отвлечь одного из них.

В просторной пещере, когда Лю Фэн появился вместе с лекарственным рабом, Лу Фэн, принявший облик великана, как раз поднимался из бассейна.

Тело, созданное с помощью экзотического гу «Пожирающий бык», уступало воинам в ловкости, но обладало поразительной выносливостью и скоростью регенерации.

Поднимаясь, Лу Фэн жадно разжевывал лекарственных гу. На его раздробленном правом плече и левом предплечье зашевелились ростки плоти, по ним поползли насекомые, затягивая раны.

Лю Фэн посмотрел через Внутреннее Око и увидел, что старик ранен серьезно: все внутренние органы были повреждены.

— О, ты можешь отвлечь одного? Этого достаточно. Я не ожидал, что кровавая лоза предаст нас, — Лу Фэн оскалился в жестокой улыбке.

От его обычного добродушия не осталось и следа. Он был выше обычного человека на три головы, обладал мощными конечностями и скорпионьим хвостом за спиной; вся его аура была зловещей и пугающей.

Перед ним кружили десять тысяч обычных гу второго ранга, а в их тенях мелькали несколько дочерних экзотических гу, двигавшихся слишком быстро для глаза.

— Жалкий щенок осмелился вмешаться в нашу схватку. Смерти ищешь, — ладони старика Ю налились багрянцем, словно с них капала кровь.

Воин Чжуан и Сян Ичунь тоже мельком взглянули на Лю Фэна. Прежде чем старик Ю успел атаковать, Сян Ичунь произнес: — Этого мальчишку и раба я возьму на себя. Вы кончайте с Лу Фэном.

Не дожидаясь ответа, Сян Ичунь сорвался с места, дробя камни под ногами, и бросился на Лю Фэна.

Видя стремительно приближающегося противника, Лю Фэн активировал дочернего Кошмарного гу, и лекарственный раб Ли-первый заслонил его.

Раб и воин столкнулись в мгновенной схватке.

Лю Фэн направлял раба так, будто наносил смертельные удары, но сражавшийся с ним Сян Ичунь заметил, что раб сдерживает силу.

Сян Ичунь всё понял. Он намеренно начал теснить Ли-первого и Лю Фэна к выходу в проход, желая сохранить парню жизнь.

«Хочешь вывести меня отсюда?» — Лю Фэн внутренне обрадовался такому повороту.

Этот человек заключил с ним сделку, обещая выгоду за сведения о Сбрасывании оболочки Лу Хуая. Хоть информация Лю Фэна и оказалась неточной, Сян Ичунь не стал враждовать с ним.

Лю Фэн продолжал прикрываться лекарственным рабом, стремительно отступая вглубь прохода и делая вид, что не может справиться с натиском.

Тем временем у возвышения Лу Фэн в одиночку сдерживал воина Чжуана и старика Ю.

Лицо его помрачнело. Он активировал дочерних экзотических гу, спрятанных в его плоти, и лекарственный раб Ли-четвертый внезапно бросил Вторую матушку У, бросаясь на старика Ю в самоубийственной атаке.

В этот миг затуманенный взор Ли-четвертого прояснился, будто он очнулся от долгого сна.

Как только Лу Фэн вернул ему сознание, он увидел летящую в лицо кровавую ладонь и почувствовал удар истинной ци, нацеленный в лоб.

— Это же пещера Лу Хуая... и ты, Жун-эр... — в спешке Ли-четвертый успел лишь вскинуть руку, принимая удар.

— Брат Хуанпо, ты очнулся? Скорее, уходим со мной!

Вторая матушка У, сражавшаяся с ним до этого, планировала лишь переломать ему руки и ноги, чтобы силой увести с собой.

Спустя столько лет она внезапно увидела, что сознание вернулось к Ли-четвертому. В порыве радости и испуга она заслонила его собой, приняв на себя второй удар старика Ю.

Настоящее имя Ли-четвертого было Хуанпо, а Второй матушки У — У Жун.

Но именно в этот момент глаза Ли-четвертого снова затуманились, и его рука с силой вонзилась в спину У Жун, пробивая её насквозь.

Остальные трое воинов на пике второй ступени не успели ничего предпринять, как лекарственный раб, волоча за собой тело У Жун, бросился в сторону каменной комнаты, где проходило Сбрасывание оболочки Лу Хуая.

Трое воинов замерли в недоумении, но у Лю Фэна, наблюдавшего за этим, дрогнуло веко.

«Старому дьяволу Лу Хуаю для Сбрасывания оболочки не хватает мощной энергии крови. Он собирается забрать её у них!»