В лучах утреннего солнца более сотни носителей Гу суетились, перевозя на деревянных тачках лекарство из насекомых и лекарственную грязь.

В масштабах всей Долины насекомых большая часть носителей Гу выглядела изнуренной, на их лицах читалось беспокойство.

За последние несколько дней поначалу лишь у немногих в долине проявились странные симптомы, но к сегодняшнему дню пострадало восемьдесят процентов носителей Гу — они выглядели так, будто подхватили тяжелую болезнь.

Чем ближе они подходили к восточной части долины, тем хуже становилось их самочувствие; даже самый глупый человек мог догадаться: на востоке, где находится хозяин долины, что-то должно случиться.

Примерно в 150 метрах от восточной скальной стены носители Гу, толкавшие тачки, сгружали мешки с лекарствами и грязью прямо на землю.

— Дальше этого места ни шагу! — зычно выкрикнул слуга гу с сине-черными наростами на обеих руках, предупреждая новоприбывших носителей Гу, не знавших ситуации.

Позади него сновали два десятка слуг гу, утаскивая трупы носителей Гу, лежавших в жидкой грязи; из всех семи отверстий на лицах мертвецов сочилась гнойная жижа, их смерть была ужасающей.

У носителей Гу волосы вставали дыбом, и только отойдя на приличное расстояние, они осмеливались шепотом обсуждать происходящее.

— Из тех, кто доставлял лекарства на восток раньше, выжило лишь четверо, остальные сгинули.

— Должно быть, у хозяина долины случилась осечка при совершенствовании Гу, и ядовитый гу вырвался наружу...

Пока они толкали пустые тачки назад, мужчина и женщина направились прямиком к восточной скале.

— Приветствуем Первого брата.

— Приветствуем госпожу.

Лю Фэн и Лу Яо прибыли на место и увидели, что все носители Гу выглядят больными и слабыми.

Бросив взгляд на трупы носителей Гу, которых утаскивали слуги гу, Лю Фэн понял: дело не в том, что Лу Хуай упустил ядовитого гу, а в том, что кто-то нацелился на восточную часть долины, где тот находился.

Он применил Пронзающее Око; в его поле зрения из семи точек на земле вырывались семь потоков почерневшей даосской истинной ци.

Черная ци устремлялась в небо, образуя небольшое построение, окутавшее восточную часть долины.

«Это действительно дело рук последователей Дао, это построение распространяет заразу».

«Они поняли, что ядом мастеров Гу не взять, и пригласили даоса, сеющего мор», — Лю Фэн закрыл Пронзающее Око. Несомненно, под слоем земли в тех семи точках были зарыты артефакты из человеческой кожи, которые он видел ранее.

Разумеется, он не собирался из добрых побуждений сообщать об этом Лу Яо, чтобы кто-то разрушил построение.

— А-Фэн, идем скорее, — хотя Лу Яо не знала подробностей, она была крайне проницательна и уже строила догадки.

Они вошли в зону радиусом 150 метров от восточной стены; здесь лекарства носили исключительно слуги гу. Тело слуги гу крепче, чем у носителя Гу, но и они подхватили мор: из их ртов и носов текла гнойная кровь.

Лю Фэн и Лу Яо начали подъем по склону; за то короткое время, что они добирались до середины горы, они уже почувствовали зуд и боль в сердце и легких — это построение могло так быстро подействовать даже на мастера гу первой жизни.

Внутри пещеры, в самом конце прохода, Лю Фэну открылась ясная картина.

Принесенные слугами гу лекарства лежали нетронутыми, сваленные в кучу в стороне.

А перед одной из каменных комнат в левой части пещеры неподвижно застыли тридцать одна фигура: три лекарственных раба второго ранга и двадцать восемь лекарственных рабов первого ранга.

— Отцу не нужны эти снадобья, он заставил их зря тратить силы на доставку... чтобы... — пробормотала Лу Яо.

«Чтобы заманить врагов в ловушку!» — мысленно закончил Лю Фэн фразу, которую Лу Яо не договорила.

Он сосредоточенно посмотрел поверх тридцати одного лекарственного раба на вход в каменную комнату, которую они охраняли.

Там, в глубине темной комнаты, находился бассейн для совершенствования Гу, а в нем — огромный серо-черный кокон человеческой формы; человек внутри ждал момента, чтобы вырваться наружу.

«Старый дьявол Лу обманул даже собственную дочь: Сбрасывание оболочки в кокон произошло не сегодня, а день или два назад».

«Если те воины надеются застать его в момент формирования третьей жизни, они могут все здесь полечь».

Сердце Лю Фэна екнуло. Чтобы они с братом смогли сбежать, нужно, чтобы со старыми тварями Лу Хуаем и Лу Фэном что-то случилось, или хотя бы чтобы они были связаны боем.

«Внутреннее Око».

При втором взгляде картина изменилась: жизненная сила во внутренних органах тела внутри кокона была чрезвычайно насыщенной — явно результат действия духовного сока.

Однако, несмотря на избыток жизненных сил, внутренности Лу Хуая всё еще казались дряхлыми.

«Жизненной силы в избытке, но не хватает крови и ци, тело слишком старое. Для Сбрасывания оболочки ему недостает мощной энергии крови...» — глаза Лю Фэна блеснули, он догадался о возможном плане.

В этот момент со стороны каменного возвышения раздался мягкий смех Лу Фэна.

— Вы двое пришли. Проглотите этих лекарственных Гу, они помогут избежать влияния построения мора.

Два насекомых Гу, источавших густой аромат трав, полетели к ним; Лю Фэн и Лу Яо поймали их.

«Я никогда не видел таких гу! Они знали о внешнем построении и даже подготовили лекарственных Гу?» — Лю Фэн осмотрел насекомое размером в полтора сантиметра на своей ладони.

Он не стал медлить: из его пор вылезли сотни обычных гу, которые тут же поглотили лекарственного Гу.

Целебная сила насекомого была передана в его тело, и зуд в легких начал медленно утихать.

— Благодарю шифу за лекарство.

— Завтра вы с Яо-эр поженитесь, можешь называть меня вторым дядей, — Лу Фэн добродушно улыбнулся, будто был уверен в успехе.

— Шичжэнь Шэнь рассказывал мне, что твой Множащийся зрачок идеально подходит для управления лекарственными рабами. Дочерний Кошмарный гу Ли-первого переходит под твой контроль.

— Яо-эр, ты будешь направлять Ли-второго.

Лю Фэн и Лу Яо приняли по одному дочернему Кошмарному гу, связанному с двумя лекарственными рабами второго ранга. Ли-четвертого, скорее всего, направлял сам Лу Фэн.

Нетрудно было догадаться, что первый, второй и четвертый остались, а третий и пятый погибли в прошлый раз от рук четырех воинов, забрав жизни двух мастеров второй ступени.

— Судя по времени, они скоро будут здесь. Ступайте в комнату и готовьтесь направлять лекарственных рабов, — на сухом, угловатом лице Лу Фэна застыла легкая улыбка.

Лю Фэн и Лу Яо кивнули и направились к комнате, где Лу Хуай проходил Сбрасывание оболочки. Позади снова раздался голос Лу Фэна:

— Шичжэни, идите к входу встречать гостей. И вы двое тоже, приготовьтесь позже приложить все силы.

— Защищать хозяина во время Сбрасывания оболочки — наш долг.

— Я жизнь положу, чтобы защитить господина Лу.

Как только Лу Фэн договорил, из бассейна позади возвышения поочередно вынырнули четыре фигуры.

Лю Фэн и Лу Яо невольно оглянулись. Двое шичжэней оказались превращенными в марионеток Пан Ганом и Шэнь Юйшу; их тела были в многочисленных вмятинах — из них явно изъяли часть полезных «материалов»!

А двое других, ответивших голосом, были демоническим зверем кровавой лозой и томной женщиной, сидевшей на чаше фиолетового цветка.

Лицо женщины на семьдесят процентов походило на лицо Лу Яо, но её тело не было плотью и кровью — оно казалось призрачным и зыбким.

— Мама? Нет, ты — демонический зверь-цветок пурпурной бабочки, как ты смеешь принимать облик моей матери... — в глазах Лу Яо вспыхнул гнев, она хотела закричать, но сдержалась.

Её мать умерла, когда ей не было и шести лет; Лу Яо подумала, что, возможно, отец так тоскует по ней, и не стала устраивать сцену.

Заметив ярость Лу Яо, цветочный дух лишь слегка улыбнулся и доброжелательно кивнул ей.

Затем фиолетовая тень мелькнула и вместе с кровавой лозой устремилась к выходу; ветви, лозы и корни в мгновение ока перекрыли добрую половину прохода.

«Старый дьявол Лу Хуай припрятал еще и цветочного духа!» — на душе у Лю Фэна становилось всё тяжелее.

Пан Ган и Шэнь Юйшу только достигли второй жизни, и в роли марионеток от них будет мало толку.

Но здесь были еще два демонических зверя на пике второй ступени, три лекарственных раба второго ранга, и к тому же сам Лу Фэн руководил обороной. Если у нападавших окажется недостаточно сил, они, вероятно, потерпят крах, как и в прошлый раз.