Глава 117. Семья Ван

Панорамный пентхаус Господина Вана, ещё несколько минут назад казавшийся тихой обителью для неторопливой чайной церемонии и глубоких философских раздумий, постепенно наполнялся движением и голосами.

Е Мэй, всё ещё стоя за спиной дедушки и с нескрываемым любопытством рассматривая незнакомого юношу с темными, невероятно спокойными глазами, слегка наклонила голову.

В её взгляде проскользнула едва заметная озабоченность — она отлично знала деда и понимала: если Ван Цзиньлун лично усадил кого-то за свой чабань и наливает редкий горный чай, значит, перед ним не просто очередной проситель из нижних ярусов.

Не успела девушка задать вопрос, как тяжелые резные двери из темного дерева, ведущие в приватное крыло резиденции, бесшумно распахнулись.

В зал вошла целая делегация — главная ветвь семьи Ван.

Первой шагнула пожилая, но невероятно статная женщина с безупречной осанкой.

Её седые волосы были уложены в сложную высокую прическу, скрепленную нефритом, а традиционное платье из тяжелого синего шелка спадало мягкими, благородными складками.

Несмотря на почтенный возраст, в её движениях ощущалась утонченная грация и скрытая, спрессованная сила.

Это была супруга Вана Цзиньлуна — бабушка семейства.

Вслед за ней шли двое взрослых людей, в чьих чертах лица легко угадывалось сходство с хозяином дома.

Мужчина лет сорока пяти с широкими плечами, строгим волевым подбородком и аккуратной бородкой держался с незыблемым спокойствием главы рода.

Рядом с ним шла утонченная женщина в элегантном платье с серебряным шитьем — мать Е Мэй.

За родителями шествовали старшие дети.

Девушка лет двадцати двух, чей холодный, оценивающий взгляд и гордая осанка выдавали в ней человека, привыкшего повелевать, шаг за шагом демонстрировала абсолютную уверенность в своей силе.

Следом за ней шёл молодой человек лет восемнадцати-девятнадцати.

У него были правильные, резкие черты лица, короткие тёмные волосы и небрежно накинутый на плечи дорогой боевой камзол.

На первый взгляд его походка казалась спокойной и даже слегка ленивой, но в глубине его глаз плясали опасные, азартные искры.

Он двигался с мягкой, хищной грацией дикого зверя, готового в любую секунду совершить прыжок.

Замыкали процессию трое младших сыновей — мальчишки в возрасте от шести до девяти лет.

Они тихо шушукались между собой, но под строгими взглядами старших старались идти ровно и не шуметь, искренне уважая царивший в доме порядок.

Едва вошедшие переступили порог, внутренние системные модули Ли Вэя мгновенно активировались, транслируя в его сознании ровные, мгновенные характеристики каждого члена прибывшей семьи:

> [Системный сканирующий модуль]

> 1. Супруга Господина Вана (Бабушка):

> * Ранг: «Грандмастер» (Третий уровень)

> * Состояние: Стабильная, глубокая духовная база.

> 2. Отец семейства (Сын Вана):

> * Ранг: «Грандмастер» (Восемь звезд)

> * Состояние: Высокая плотность духовного покрова, пик боевой формы.

> 3. Мать семейства:

> * Ранг: «Грандмастер» (Шесть звезд)

> * Состояние: Чистая, сбалансированная энергия.

> 4. Старшая дочь:

> * Возраст: 21–22 года

> * Ранг: «Грандмастер» (Первый уровень)

> * Состояние: Концентрированная, острая ци.

> 5. Старший сын:

> * Возраст: 18–19 лет

> * Ранг: «Грандмастер» (Пятый уровень)

> * Состояние: Взрывная, агрессивная духовная структура.

> 6. Младшие братья (3 человека):

> * Возраст: До 10 лет

> * Ранг: Порог «Ученика» / Формирование каналов.

>

Даже для элитного среднего яруса мегаполиса подобная концентрация мастеров уровня «Грандмастер» в рамках одной семьи выглядела впечатляюще.

Это была настоящая аристократия мира боевых искусств — семейство, обладающее не только колоссальными финансовыми ресурсами, но и реальной, неоспоримой военной мощью.

— Цзиньлун, у нас гости, а ты молчишь? — мягким, но глубоким голосом произнесла бабушка, слегка улыбнувшись мужу.

Мастер Ван поднимать голову не стал, а лишь сделав легкий жест рукой, приглашая всех к чайно-парковой зоне.

— Мы как раз завершили наше дело, — спокойно ответил Ван Цзиньлун.

— Присаживайтесь. Хэн вам всем отлично знаком, а это — Ли Вэй.

Отец семейства, Грандмастер Восьми звезд, слегка нахмурился, услышав имя юноши.

Его острый взгляд сразу отметил удивительную невозмутимость Ли Вэя.

Обычно молодые люди из нижних секторов или даже рядовые мастера гильдий чувствовали себя крайне скованно в присутствии высших чинов, но сидящий перед ними парень чашку с чаем держал абсолютно ровно, а его дыхание оставалось идеально глубоким и безмятежным.

— Приветствуем вас, Мастер Хэн, — вежливо произнес отец, сделав короткий традиционный поклон, после чего перевел взгляд на юношу.

— Приветствую и тебя, Ли Вэй. Редко увидишь гостей за столом моего отца.

Старшая дочь сделала изящный книксен, держась с подчёркнутым достоинством Грандмастера, хотя в её взгляде проскользнуло легкое недоумение.

В её глазах Ли Вэй выглядел слишком просто — обычный темный плащ без эмблем великих кланов, полное отсутствие пышных украшений или дорогого снаряжения.

Однако старший брат — девятнадцатилетний Грандмастер Пятого уровня — смотрел на ситуацию совершенно иначе.

Его звали Ван Тян. На публике и среди старейшин гильдий Тян всегда старался выглядеть собранным, сдержанным и рассудительным наследником.

Он умел красиво говорить, знал тонкости этикета и держал лицом холодную маску идеального молодого господина.

Но те, кто знал его ближе, осведомлены были о его истинной натуре.

Ван Тян был помешан на боях.

Рожденный в богатстве и роскоши, имеющий доступ к лучшим эликсирам, техникам и наставникам города, он страдал от недостатка настоящих, жестких вызовов.

Окружающие ровесники из богатых семей боялись его ранить или специально уступали на тренировках, отдавая дань уважения статусу клана Ван.

Из-за этого Тян испытывал постоянный голод по реальным поединкам.

Стоило ему увидеть сильного, неординарного бойца, как внешняя маска спокойствия моментально трескалась, уступая место азартному, дерзкому духу соперничества.

Едва Ван Тян переступил порог и уловил ауру Ли Вэя — внешне скрытую, но плотную, словно монолитная скала, — его глаза хищно сузились.

Он не стал садиться на предложенные кресла.

Вместо этого Тян медленно заложил руки за спину, подошел чуть ближе к чабаню и прямо уставился на Ли Вэя.

— Парень, — с легкой, едва уловимой вызывающей улыбкой проговорил Ван Тян, игнорируя сдержанные знаки, которые ему подавала мать.

— Ты сидишь за столом моего деда. Чтобы получить такое право, нужно быть либо старым другом семьи, либо обладать чем-то невероятным. Ты не похож на старика. Значит, у тебя есть сила?

— Тян! — в голосе матери прозвучали строгие нотки.

— Соблюдай приличия. Это гость твоего дедушки.

— Мама, я просто задаю вопрос, — с невинным видом отмахнулся Тян, но его взгляд не оторвался от Ли Вэя ни на секунду.

— Мне просто интересно. Я смотрю на него и чувствую... что-то странное. Ты ведь не из Верхнего города, верно? Но при этом держишься так, будто этот пентхаус — твоя личная комната отдыха.

Ли Вэй медленно опустил пиалу с чаем на деревянный поднос.

На его лице не отразилось абсолютно никаких эмоций — ни раздражения, ни страха, ни смущения.

Он встретил прямой, дерзкий взгляд старшего сына семьи Ван своим обычным спокойным взглядом.

— Сила — понятие относительное, — ровно произнес Ли Вэй.

— А где сидеть — не имеет значения, пока чай подают горячим.

Тян тихо ухмыльнулся.

Этот сухой, невозмутимый ответ разжег в нем боевой азарт еще сильнее. Ему надоела вежливая похвала слабаков.

Он хотел проверить этот кремень на прочность.

— Относительное, говоришь? — Тян сделал еще один шаг вперед, и по залу прошла едва заметная волна духовного давления. Кончики его шелкового камзола слегка шевельнулись от выделившейся ци.

— А давай проверим, насколько оно относительно? Я — Ван Тян. Грандмастер Пятого уровня. И я прямо сейчас хочу вызвать тебя на поединок. Просто дружеская спарринг-сессия. Посмотрим, из какого теста тебя слепили в нижних ярусах!

Старик Хэн, сидевший рядом с Ли Вэем, лишь хмыкнул в усы и сделал глубокий глоток чая, даже не пытаясь вмешаться.

Он слишком хорошо знал Ли Вэя и понимал, что юношу не так-то просто сбить с толку пустой бравадой.

Зато Господин Ван Цзиньлун мгновенно нахмурился.

— Тян! — громкий, глубокий голос Архимастера Седьмого уровня прокатился по залу, подобно удару тяжелого колокола. Воздух в пентхаусе на мгновение стал плотным, как желе, заставив молодого Грандмастера невольно сделать шаг назад и поджать губы.

— Ты опять за свое?! Сколько раз я говорил тебе держать свой пыл при себе, когда в доме гости?!

— Дедушка, но я ведь просто... — попытался было возразить Тян, мгновенно сбавив спесь перед авторитетом главенствующего мастера.

— Замолчи! — строго отрезал Ван Цзиньлун, поставив свою пиалу на стол с глухим стуком.

— Ли Вэй — мой уважение вызванный гость. Он только что завершил со мной сложнейшую партию и доказал глубину своего разума и выдержки. Твои постоянные попытки ввязаться в драку с каждым, кто входит в эту дверь — это проявление не силы, а незрелости!

Бабушка лишь качнула головой, вздохнув:

— Тян, тебе пора научиться сдерживать свой нрав. Ты — старший сын, будущая опора рода, а ведёшь себя как вспыльчивый мальчишка из уличных банд.

Отец семейства молча и строго посмотрел на сына, и Тян, понимая, что перегнул палку, неохотно опустил голову:

— Извините. Я был неправ.

Однако, когда Тян садился на соседний диван, он на секунду бросил на Ли Вэя быстрый, горящий взгляд.

Было очевидно: отступать он не собирается. Укор деда лишь подлил масла в огонь его гордости.

Ли Вэй оставался абсолютно спокойным.

Система уже просчитала траектории развития событий на ближайшие дни, и юноша прекрасно понимал, что этот разговор так просто не закончится.

Поединок был неизбежен — вопрос заключался лишь в времени и условиях.

Ван Цзиньлун перевел взгляд на Ли Вэя и виновато вздохнул:

— Прости моего внука, Ли Вэй. Парню не хватает дисциплины, несмотря на его уровень культивации. Сила пришла к нему слишком рано, а с ней — и излишняя гордыня.

— Всё в порядке, Господин Ван, — ответил Ли Вэй с едва заметным полунаклоном головы.

— Молодая кровь всегда стремится к испытаниям. Это естественный процесс.

Эти слова, произнесенные восемнадцатилетним юношей с мудростью и хладнокровием опытного мастера, заставили даже отца семейства Ван уважительно приподнять брови.

Чайная церемония продолжилась, но в воздухе уже отчетливо витала искра будущего столкновения.

Впереди их ждали четыре дня до начала аукциона в Городе Номер Три, и эти четыре дня явно не обещали быть тихими.