Жуань Мэй и без того никогда не была особенно разговорчивой.

Причина, по которой она на этот раз заговорила с Киреной напрямую, заключалась лишь в том, что ей показалось весьма любопытным увидеть у Герты подобные эмоции.

Хотя чувства Герты действительно были весьма богаты, её гордость и уверенность в себе были ещё глубже.

Подобное настроение... совсем не походило на неё.

Сквозь панорамное стекло палаты можно было разглядеть несколько фигур, обсуждающих что-то по ту сторону.

Вероятно, они проводили совещание по оптимизации системы подключения.

Было ли это лишь её воображением или нет, Кирена не могла сказать наверняка.

Под заботой Жуань Мэй неприятное ощущение, которое она испытывала ранее, быстро начало исчезать.

В то же время тонкий аромат цветущей сливы, витавший у кончика носа, постоянно напоминал ей о том, насколько... близким было её нынешнее положение рядом с Жуань Мэй.

— Жуань Мэй, спасибо, что так быстро пришла. Мне уже гораздо лучше.

Кирена попыталась приподняться с колен Жуань Мэй, но её движение было мягко остановлено.

Тонкие пальцы коснулись её лба и осторожно уложили обратно.

— Будь послушной. Позволь мне провести более тщательное обследование. Твоя синхронизация со Светом значительно возросла. Возможно, это последствия битвы против Айронтомбы.

С прошлого осмотра прошло совсем немного времени — всего один день до финального сражения.

Однако её синхронизация с тем лучом света из души заметно увеличилась.

Жуань Мэй предполагала, что причиной могла стать встреча с будущим Ноем.

— Правда?

Если честно, хотя она и создала себе образ Гиганта Света, настоящей полноценной трансформации так ни разу и не провела.

Большую часть времени она просто тайком уходила куда-нибудь одна, принимала эффектные позы и наслаждалась собственной крутизной.

— Угу. На тебе есть следы трансформации в меметическую сущность, но процесс был остановлен.

— То есть я почти стала Хранителем Памяти?

Услышав это, Кирена не слишком обеспокоилась.

В конце концов, собственного настоящего тела у неё всё равно не было. Стать Хранителем Памяти звучало не так уж плохо.

Однако Жуань Мэй покачала головой.

— Нет. Влияние было минимальным. Даже если бы процесс не прервали, ты всё равно не смогла бы стать Хранителем Памяти. В любом случае это было лишь изначальное тело Эона внутри Виртуальной Вселенной, а не настоящий Эон.

Сделав небольшую паузу, Жуань Мэй с некоторой неуверенностью продолжила:

— Хотя... если оставить всё как есть и позволить Виртуальной Вселенной развиться до определённой стадии, а ты будешь длительное время входить туда в образе Фули... возможно, тогда ты действительно сможешь стать Хранителем Памяти.

По правде говоря, Жуань Мэй была весьма заинтересована в том, чтобы наблюдать, как Кирена из своего нынешнего странного состояния, напоминающего душу, превратится в меметическую сущность.

Подобное изменение самой природы существования могло бы раскрыть гораздо больше о её сущности.

Именно поэтому она продолжала наблюдать за уровнем синхронизации Кирены со Светом.

Тем временем Герта обсуждала планы оптимизации с двумя другими участниками проекта.

Но любой мог заметить, что настроение мадам Герты оставляло желать лучшего.

Божественная Герта находила это чрезвычайно забавным, а Скрюллум благоразумно предпочитал не комментировать происходящее.

В конце концов, Герта не относилась к тем людям, которых нужно утешать.

И если не учитывать этот неожиданный инцидент...

Разработка Виртуальной Вселенной сама по себе оказалась невероятно успешной, даже превзошла все ожидания.

Разумеется, столь стремительный прогресс во многом стал возможен благодаря исходному коду Виртуальной Вселенной, сохранившемуся в воспоминаниях Божественной Герты.

Без него они бы, вероятно, до сих пор находились на стадии первоначального программирования и тестирования.

Чтобы достичь нынешнего уровня работы системы, потребовался бы как минимум год, а то и больше.

Иными словами, если отбросить этот небольшой инцидент, развитие проекта значительно превысило первоначальные ожидания.

— Скрюллум, удалось что-нибудь выяснить?

— Вывод: проблема леди Бай Мин может заключаться не в программе подключения, а в самой необычной природе Фули. Чистое Дитя Неомрачённости способно, используя причинно-следственную петлю, на короткое время стать независимым «Фули». Действия леди Бай Мин как раз удовлетворяют этим условиям.

— Более того, чтобы сохранить стабильность и потенциал Виртуальной Вселенной, мы намеренно усилили и закрепили связь между этим меметическим миром и реальностью.

— Возможно, именно поэтому леди Бай Мин действительно смогла стать Эоном Памяти, Фули, внутри этого миниатюрного мира.

Такую смелую гипотезу Скрюллум выдвинул после изучения всей системы и её логики.

Разумеется, этот «Фули» был бы невероятно слабым — настолько слабым, что процесс можно было принудительно остановить и вывести пользователя наружу.

Поскольку его причинно-следственный след был слишком мал.

В этом зарождающемся меметическом мире существовало слишком мало воспоминаний. Даже если кто-то действительно становился здесь Фули, это никак не влияло на внешний мир.

Но проблема заключалась вовсе не в силе.

А в подлинности.

Если бы Кирена завершила этот процесс...

Если бы она действительно сыграла роль Фули внутри этой замкнутой петли...

Последствия для неё были бы совершенно непредсказуемыми.

Каждый Эон фундаментально отличался от остальных.

Даже последователи разных Путей обладали совершенно разными чертами, что уж говорить о самих Эонах.

То, что Герта смогла ненадолго стать Нус и благополучно вернуться, объяснялось доброжелательной природой самого Нус.

Но кто мог гарантировать, что после превращения в Фули удастся вернуться обратно, пусть даже всего один раз?

Обычные Чистые Дети Неомрачённости, завершившие причинно-следственную петлю, навсегда оставались в прошлом.

Что, если этот аспект также подчиняется первоначальным правилам?

— Чёрт, какая морока...

Герта нахмурилась, чувствуя нарастающее раздражение.

Потому что сложившаяся ситуация означала лишь одно — они справились со своей работой слишком хорошо.

Точность моделирования Виртуальной Вселенной достигла абсурдного уровня.

Её достоверность и точность при моделировании будущих космических событий были бы невероятно высокими.

Но проблема заключалась именно в этой чрезмерной достоверности...

Она могла привести Кирену к беде.

Сейчас любопытство Герты к истине вступило в противостояние с её чувством ответственности.

Она не хотела, чтобы Бай Мин рисковала собой.

Если бы та действительно потерялась из-за этого, Герта знала — она бы глубоко сожалела об этом.

Но если Чистое Дитя Неомрачённости не завершит эту причинно-следственную петлю...

Логика Виртуальной Вселенной не сможет быть выстроена идеально.

Итоговый результат окажется значительно хуже.

Она станет лишь высококачественной улучшенной версией прежней Виртуальной Вселенной, а не настоящим качественным скачком вперёд.

— А если снизить степень погружения при подключении...

Герта пыталась найти обходной путь, но Божественная Герта безжалостно её перебила:

— Ты должна понимать это лучше всех. Для Эона нет никакой разницы между 0,1% и 100%.

— ...

Да.

Ненадолго став Нус, она прекрасно это понимала.

Снижать степень погружения было бессмысленно.

Божественная Герта посмотрела на другую версию самой себя. Она и представить не могла, что лицо, полностью идентичное её собственному, способно выражать подобные эмоции.

— Это твой проект. Хорошенько подумай, как действовать дальше. А я пойду отдыхать.

В комнате отдыха по другую сторону.

Кирена некоторое время наблюдала за происходящим и постепенно начала понимать, что что-то не так.

Хотя Герта стояла к ней спиной, поэтому разглядеть выражение её лица было трудно...

На лице Божественной Герты отчётливо читались удивление и нечто похожее на изумление.

Затем она, кажется, бросила какую-то реплику и ушла.

— ...Они что, поссорились?

— Кто знает? Если тебе любопытно, почему бы не спросить её самой?

Жуань Мэй вовсе не была равнодушна к своим коллегам.

Она просто не верила, что обычная ссора — это то, во что когда-либо могла бы быть вовлечена Герта.