— А... а как вы это узнали?

Голова Тие пошла кругом.

Кому именно она называла имя папы?

Только членам отряда, включая Басто и братика Вейла, и магистрату Пёрл-сити, верно?

— У нас есть система.

Сказал Валентис, расслабив позу.

Одна рука все еще крепко сжимала перила, на которые опиралась Тие.

— Внутри организованной структуры движение информации и отчетность становятся быстрыми. Эффективность — самое важное в ведении дел.

— …

— И тот, к кому в конечном итоге стекается вся информация — это я, глава организации. В каком-то смысле в этом нет ничего удивительного.

Но даже при этом.

Сердце Тие колотилось как никогда прежде.

«Это прямо как!»

Это было похоже на чувство, будто президент каким-то образом узнал секрет, который ты рассказала только лучшему другу со словами: «никому больше не рассказывай, ладно?».

— Так что я думал, ты спросишь о нем первым делом.

— А?

— Вместо бесполезных вопросов о том, почему я плакал или почему мне было грустно, я думал, что найти того паладина будет более срочным делом.

На самом деле Командующий Луминена был прав.

Сразу после того, как она услышала, что Валентис Луминен приедет сюда, первой мыслью Тие было именно это.

«Я должна спросить у этого человека о папе».

Никто не знал бы лучше, чем Командующий, возглавляющий Орден Рыцарей, находится ли папа внутри или нет.

Тие с колебанием посмотрела на Валентиса.

Платиновые волосы, похожие по цвету на ее собственные.

Слегка более темные брови и голубые глаза под ними.

Застегнутые до самого верха пуговицы пижамы, крепкое телосложение и равнодушное выражение лица.

«Он кажется немного страшным, но… он не выглядит плохим человеком».

На самом деле, когда она увидела его в комнате заседаний, она подумала, что он слишком пугающий, чтобы подойти, и сдалась.

Но вид того, как он стоял у перил и плакал, каким-то образом вывал у нее странное чувство.

Может быть, ее бдительность продолжала снижаться из-за того, что он был так похож на папу?

— Тогда я правда могу спросить?

Когда она заговорила с замешательством, Валентис ответил.

— Конечно. Свобода спрашивать принадлежит тому, кто спрашивает.

— В Рыцарях-Паладинах действительно нет никого по имени Ким Ёнсу?

— Паладина с таким именем не существует.

Глаза Тие слегка опустились.

— Разве ты уже сама не знала? Что паладина с таким именем нет и никогда не было в Рыцарском Ордене.

— Это…

Верно, на самом деле она знала.

Начиная с братика Рауля и братика Энзо.

Если бы там был паладин с таким необычным именем, те, кто был в штаб-квартире Джедо, узнали бы первыми.

— Я знаю. Вот почему Тие также думала, что есть шанс, что имя фальшивое.

Если папа, которого она встретила на пирсе, действительно был здесь, папа жил под другим именем, а не Ким Енсу.

И это имя, вероятно, было настоящим именем папы.

— Так что в конечном счете ты даже не знаешь настоящего имени человека, которого ищешь.

— …

Она не хотела этого признавать, но это была правда.

Тие была жалкой малышкой, которая не знала даже настоящего имени своего собственного папы.

— Тогда ты помнишь его лицо?

При вопросе, который прозвучал затем, взгляд Тие устремился вверх.

И она кивнула с просветлевшим лицом.

— Я помню! Помню его лицо!

Она могла нарисовать его даже с закрытыми глазами.

Лицо папы, которое она видела и которому улыбалась десятки, сотни, тысячи раз.

Валентис ответил.

— Тогда в штаб-квартире Джедо есть кое-что, называемое полной организационной структурой Рыцарского Ордена.

— Организационная структура…?

— Это документ, фиксирующий лица, имена, возраст и личную информацию паладинов, распределенных по всему Талочиуму, нет, даже по всему миру.

Она тяжело сглотнула.

С такой организационной структурой она, возможно, наконец сможет найти папу, который так хорошо прятался.

— Конечно, это не тот документ, который может просматривать кто угодно.

Но при последующих словах Валентиса ее брови опустились.

Это был момент, когда Тие молча сжимала кулачки.

— Однако, если ты прояснишь всего несколько вещей, я мог бы разрешить тебе просмотр как Командующий. Сделать способные группы наемников дружественными к нам — это также часть моих обязанностей.

Ее губы широко раскрылись.

Он покажет ей организационную структуру, если она прояснит всего несколько вещей?

Тие бессознательно схватила Валентиса за рукав.

— Я сделаю это!

— …

— Тие прояснит эти вещи!

Глаза ребенка наполнились отчаянием.

— Пожалуйста, покажите мне организационную структуру, ладно? Тие абсолютно точно должна найти этого человека и встретиться с ним снова…

Валентис, который тихо смотрел в глаза Тие, кивнул.

— Тогда какие у тебя с ним отношения?

Тие захлопала глазами с растерянным лицом.

Это был простой вопрос, на который можно было ответить одним словом.

Но…

«Если я скажу "папа"».

Разве не раскроется, что Тие на самом деле четыре года?

Тогда сила Тие попадет под подозрение, и разве вся группа наемников не окажется в опасности?

Но Валентис оставался спокоен.

— Какова твоя причина искать его? Что именно ты скрываешь под личиной Командира Кинга?

Взгляд Тие встретился со взглядом Валентиса.

В отличие от дрожащих от паники глаз Тие, голубые глаза Валентиса были просто спокойными.

— Только те, кто открывает свои собственные двери, могут открывать и чужие.

Тие перевела короткий дух.

Затем она прикусила губы и глубоко задумалась.

Спустя долгое время Тие разомкнула губы.

— Этот человек…

Затем она крепко сжала Священную Реликвию Забвения одной рукой и ответила четко.

— Папа Тие.

Священная Реликвия Забвения.

Браслет, который идеально сидел на запястье Тие, и реликвия, оставленная богом моря Сералдином.

Имя, которое Тие дала ему сама, было «Супер Пупер Потрясающий Браслет Принцессы для Стирания Крепких Воспоминаний».

— Он папа Тие, а Тие четыре года. Я жила с папой в Чонно-гу Республики Корея. Так что…

Валентис тихо смотрел сверху вниз на Тие, пока она выливала все свои секреты.

Выплеснутая информация была разрозненной, но когда ее собрали воедино, то, что она означала, было ясным.

Валентис сначала нарисовал длинную временную шкалу в своей голове.

И он начал организовывать события, сопоставляя слова Астие.

— Мне снился сон, и папа осаждал очень большой Мастоун.

Когда Командир Кинг перед его глазами была всего лишь новорожденным ребенком.

Ее папа Ким Ёнсу осаждал Мастоун в Талочиуме.

— Затем мы жили в Чонно-гу 4 года.

Но из-за серии событий, произошедших впоследствии, отец и дочь переехали в другой мир под названием Южная Корея, где они прожили 4 года.

— Папа… в один день пришла бумажка. "Свидетельство о смерти" папы.

Однако за это время папа Командира Кинга умер.

И Командир Кинг пробудила свою ману и вернулась в Талочиум.

Валентис закончил говорить и спокойно посмотрел сверху вниз на удрученного Командира Кинга.

«Возможно ли такое?»

Если все было правдой, то ребенок перед его глазами не была великим магом, притворяющимся ребенком.

Она была просто четырехлетним ребенком, который в один прекрасный день внезапно стал великим магом.

Внезапно он вспомнил крупного наемника, который охранял ребенка в комнате заседаний.

И других членов отряда, которые с улыбками встретили ребенка по возвращении в жилье.

«Если все это правда, то это из-за них?»

Причина, по которой ребенок, по сути попавший в львиное логово, оставался в безопасности до сих пор.

Скрывая свою личность, не разглашая свои обстоятельства направо и налево.

С точки зрения Валентиса, каждый из них по-своему помогал безопасности Командира Кинга.

— Тогда вы покажете мне организационную структуру сейчас?

Как раз в этот момент дерзкий вопрос прозвучал прямо перед ним.

Когда он опустил взгляд, ребенок смотрела на него с лицом, полным настороженности.

Взгляд Валентиса переместился на браслет, с которым ребенок непрерывно теребила.

Он кивнул головой.

— Хорошо. Я разрешу тебе посмотреть её.

— Правда? Честно-честно? Это обещание, верно?

— Да, это обещание.

Ребенок подскочил со своего места.

Затем по какой-то причине она замешкалась на долгое время, прежде чем внезапно обнять Валентиса.

Хотя на поверхности это выглядело бы как простое объятие, Валентис мог чувствовать ладонь ребенка, прижатую к его спине.

А именно, ладонь с той стороны, где был надет браслет.