[Локация: Столица . Район «Нижнее Дно». Трущобы. 02:40 ночи.]

Дождь над столицей в эту ночь не просто шел — он обрушивался на город сплошной, непроглядной стеной, словно небеса решили смыть всю ту грязь, что скопилась в самых темных его углах. В районе, который местные жители с мрачной иронией называли «Нижним Дном», этот дождь смешивался с сажей из фабричных труб, превращаясь в черные ручьи, текущие по разбитым мостовым. Здесь царили гниль, ржавчина и право сильного.

В тени разрушенного акведука, скрытые от посторонних глаз пеленой ливня, безмолвно стояли три сотни человек.

Это был сводный отряд специального назначения Следственного Комитета и элитных частей городской Гвардии. Цепные псы Короны. Инструмент грубой силы, который применялся тогда, когда дипломатия и бумажная работа заходили в тупик.

Капитан штурмового корпуса Вейн стоял у капота бронированного парового фургона, развернув тактическую карту, подсвеченную тусклым красным кристаллом. Вейн был ветераном пограничных войн, человеком, чье лицо представляло собой карту шрамов, а глаза давно утратили способность выражать что-либо, кроме холодной сосредоточенности.

— Слушать внимательно, — голос Вейна прозвучал в коммуникационных артефактах, встроенных в шлемы командиров звеньев, сухо и лязгающе. — Цель — старая скотобойня братьев Галлахер. В настоящее время это центральная база логистики и производства картеля «Черные Клыки». Они контролируют семьдесят процентов трафика «Хрустальной пыли» в столице. По данным разведки, внутри от ста пятидесяти до двухсот вооруженных боевиков. Вооружение — от ржавых тесаков до контрабандных тяжелых арбалетов Королевской армии. У них есть кустарные алхимические гранаты и, возможно, несколько боевых магов-отступников.

Вейн обвел взглядом своих офицеров. Никто не пошевелился. Дождь барабанил по их шлемам, сливаясь в монотонный гул.

— Операция носит статус зачистки, — продолжил капитан, его палец в тактической перчатке ткнул в центр карты. — Мы не ведем переговоров. Мы не требуем сдачи оружия через мегафоны. Картель перешел черту, когда на прошлой неделе они выпотрошили двух наших информаторов и повесили их на воротах префектуры. Приказ высшего командования: ликвидировать сопротивление, уничтожить лаборатории, изъять черную бухгалтерию. Все, кто держит оружие внутри периметра — законные цели. Пленных брать только из числа верхушки, если они доживут до конца штурма.

Он свернул карту и засунул её в тубус.

— Звено «Альфа» — пробой центральных ворот. Звено «Бета» — проникновение через крышу и вентиляционные шахты. Звено «Гамма» — оцепление периметра, никто не должен уйти живым через коллекторы. Стрелки уже на позициях. Выдвигаемся в полном радиомолчании. Пусть их поглотит бездна.

Бойцы синхронно ударили кулаками в грудь. Никаких криков, никаких кличей. Только глухой звук удара перчаток о броню, похожий на стук единого огромного сердца.

Колонна пришла в движение. Они скользили сквозь трущобы, как стая хищных рыб в темной воде. Улицы «Нижнего Дна» были пустынны — местные жители, обладавшие инстинктом выживания, давно заперлись в своих хибарах, забив окна досками. Те немногие наркоманы и бродяги, что попадались на пути, мгновенно вжимались в грязь при виде черной волны, беззвучно текущей по улицам. Бойцы сводного отряда не обращали на них внимания. Их оружие — укороченные штурмовые арбалеты с барабанной подачей болтов и армейские мушкеты, заряженные алхимической дробью — было поднято, пальцы лежали на спусковых скобах.

До скотобойни оставалось два квартала, когда в наушнике Вейна раздался тихий щелчок.

— «Око-один» на позиции, — доложил стрелок с крыши заброшенной мануфактуры. — Вижу дозорных. Двое на главной вышке, трое у южных ворот, один патрулирует периметр с собакой.

— Снять чисто, — приказал Вейн, не сбавляя шага.

На крышах трущоб невидимые тени прильнули к прицелам длинноствольных арбалетов. Щелчки тетивы потонули в раскатах грома. Снайперы использовали болты со смещенным центром тяжести и зачарованными наконечниками, поглощающими звук удара.

На вышке скотобойни дозорный картеля успел лишь моргнуть, прежде чем стальной стержень пробил его череп и вышел через затылок, пригвоздив тело к деревянной балке. Второй дозорный рухнул кулем, получив болт в основание шеи. У южных ворот трое боевиков, куривших под навесом, упали синхронно, словно марионетки, которым перерезали нити. Собака не успела даже заскулить — тонкая стрела пробила ей сердце.

— Периметр чист. Выдвигайтесь, — бесстрастно доложил снайпер.

Штурмовая группа «Альфа» достигла главных ворот. Это были массивные стальные створки, укрепленные ржавыми балками — картель готовился к осаде конкурирующих банд, но не к визиту профессиональной армии.

Два специалиста-взрывотехника в тяжелых фартуках бросились к воротам. Они ловко закрепили на петлях и центральном замке лепешки направленной алхимической взрывчатки, вставили детонаторы и размотали шнур, отходя за укрытия.

Вейн поднял руку, отсчитывая секунды.

Три. Два. Один.

Он сжал кулак.

Взрыв был оглушительным. Ослепительная вспышка магния разорвала ночную тьму, а ударная волна выбила остатки стекол в соседних домах. Многотонные стальные ворота сорвало с петель, и они с грохотом рухнули внутрь двора, давя стоявших за ними боевиков, которые только начали выбегать из караульного помещения.

— Пошли! Пошли! Пошли! — рявкнул сержант гвардии.

Черная волна хлынула в пролом. Двор скотобойни мгновенно превратился в филиал ада. Боевики картеля, оглушенные взрывом и ослепленные вспышками магических фонарей, пытались открыть ответный огонь. Заработали кустарные мушкеты и тяжелые арбалеты. Болты со свистом высекали искры из каменных стен и рикошетили от тяжелой брони штурмовиков.

Но гвардейцы действовали с хирургической, пугающей точностью. Они двигались двойками и тройками, прикрывая друг друга. Впереди шли бойцы с ростовыми баллистическими щитами, на которые были нанесены руны кинетического поглощения. Щиты принимали на себя шквал свинца и болтов, вспыхивая синим светом при каждом попадании. Из-за щитов били штурмовые арбалеты.

Тух-тух-тух-тух! — ритмично застучали болты, находя свои цели.

Боевики падали один за другим. Они кричали, ругались, пытались отступать, но дисциплина гвардии перемалывала их хаотичное сопротивление.

— Правый фланг, огневое гнездо! — крикнул один из щитоносцев, когда тяжелые бронебойные заряды начали крошить его укрытие.

На балконе второго этажа боевики развернули станковый арбалет, способный пробивать даже легкую броню.

— Осколочную! — скомандовал командир двойки.

Боец выхватил с пояса ребристый цилиндр, сорвал чеку и точным броском отправил его на балкон. Спустя секунду раздался глухой хлопок, и облако шрапнели смело расчет станкового орудия вместе с куском кирпичной кладки. Окровавленные тела рухнули вниз, в грязь двора.

— Двор чист! Входим в главное здание!

Вейн шагнул через искореженные ворота. Под его тяжелым сапогом хрустнул чей-то брошенный амулет. Воздух пах кордитом, озоном, горелым мясом и сыростью. Он перезарядил свой личный малый арбалет и кивнул штурмовой группе.

Главный цех скотобойни представлял собой лабиринт из бетонных колонн, ржавых конвейерных лент и подвешенных на крюках мясных туш, которые картель использовал как прикрытие для контрабанды наркотиков. Освещение мигало, то погружая цех во тьму, то выхватывая жуткие картины индустриального разложения.

Здесь картель приготовился дать настоящий бой. Они знали каждый закуток этого места. Из-за туш полетели бутылки с горючей алхимической смесью. Пламя охватило часть цеха, отрезая штурмовикам путь к лестницам.

— Маги! Огонь на подавление! — приказал Вейн.

Боевики картеля, накачанные различными наркотиками, потеряли чувство страха. Они бросались в самоубийственные атаки, размахивая тесаками-мачете и стреляя от бедра. Один из них, огромный детина с татуировкой черного быка на пол-лица, выскочил из-за колонны с заведенной алхимической пилой. Он успел отсечь руку молодому гвардейцу, прежде чем три арбалетных болта прошили его грудь насквозь. Детина рухнул, булькая кровью, но продолжал тянуться к пиле. Командир двойки молча наступил ему на горло тяжелым сапогом и произвел контрольный выстрел в голову.

— Медика сюда! Затянуть жгут! Продолжаем движение!

Бой перешел в фазу кровавой мясорубки на ближней дистанции. Штурмовики использовали каждый элемент укрытия. Они «нарезали углы» — медленно огибали препятствия, держа оружие на изготовке, и методично ликвидировали любого, кто оказывался в секторе обстрела.

Вспышка светошумовой гранаты. Ослепительный свет и хлопок, выбивающий барабанные перепонки.

Врыв в комнату. Четыре коротких выстрела. Четыре падающих тела.

«Чисто!» — следующий коридор.

Они двигались, как единый, безжалостный механизм. Никто не колебался. Если боевик бросал оружие и падал на колени, его сбивали с ног ударом приклада, стягивали руки пластиковыми стяжками и шли дальше, оставляя для групп зачистки. Если боевик делал хотя бы одно резкое движение — его превращали в решето.

На втором этаже располагались жилые помещения и склады. Здесь сопротивление было отчаянным. Боевики понимали, что бежать некуда. Из окон в коридор полетели заклинания — картель всё-таки нанял несколько магов-изгоев. Огненные шары и ледяные копья врезались в рунические щиты гвардейцев, заставляя воздух кипеть от магического напряжения.

— Маги! Дайте мне подавление! — рыкнул Вейн в микрофон.

В составе штурмовой группы были свои специалисты. Люди в серых плащах поверх брони вышли вперед. Они не использовали разрушительную магию, их задача была иной. Они синхронно ударили посохами в бетонный пол, высвобождая волну антимагического резонанса. Воздух в коридоре сгустился, приобрел свинцовый оттенок. Маги картеля внезапно обнаружили, что их заклинания гаснут прямо на кончиках пальцев, мана-каналы обжигает адской болью от обратного оттока энергии.

Лишенные магии, они стали обычными мишенями. Штурмовики ворвались в помещение, заливая его свинцом и сталью. Спустя десять секунд всё было кончено.

Вейн шел по коридору, переступая через тела. Стены были изрешечены, с потолка капала вода из пробитых труб, смешиваясь с кровью, текущей по желобам для забоя скота. Он толкнул дверь одной из комнат и замер.

Это была комната для допросов картеля. Посередине стоял металлический стул, оснащенный стоками для жидкостей. На стенах висели инструменты, предназначение которых заставляло содрогнуться даже бывалых следователей. В углу, сбившись в кучу, сидели несколько пленников — полуголые, избитые до неузнаваемости люди, которых картель похитил ради выкупа или долгов.

Вейн посмотрел на них. В его глазах не дрогнул ни один мускул.

— Группа эвакуации, у нас гражданские в секторе . Обеспечьте вывод, — сухо произнес он в рацию и закрыл дверь.

— Капитан, — раздался голос командира звена «Бета». — Мы пробили крышу. Зачистили третий и четвертый этажи. Встретили тяжелое сопротивление элитной охраны картеля. Потеряли троих убитыми, пятеро ранены. Но мы прижали их босса. Он ушел на нижний, подземный уровень. Дверь заблокирована, мы взламываем шахту.

— Принято. Спускаюсь к вам. Оцепите первый этаж, никого не впускать и не выпускать.

Подземный уровень скотобойни оказался тем самым местом, из-за которого и затевалась вся операция. Как только Вейн и группа прорыва спустились по разбитой бетонной лестнице, в нос ударил резкий, тошнотворный химический запах. Запах производства «Хрустальной пыли».

Это была колоссальная лаборатория. Длинные столы были заставлены стеклянными колбами, перегонными кубами и мешками с сырьем. В огромных чанах булькала багровая жидкость. «Варщики» картеля бросили работу и попытались спастись, но оказались заперты под землей.

В дальнем конце лаборатории, за баррикадой из металлических бочек, засели остатки картеля. Ими командовал сам босс «Черных Клыков» — человек по кличке Бритва. Он был одет в тяжелую армейскую кирасу поверх шелковой рубашки, а в руках держал армейское ружье, украденный с арсенала флота.

— Выкурить их! Газ! — приказал Вейн.

Штурмовики кинули капсулы со слезоточивым газом, которые разбились о бочки, заполняя пространство густым едким дымом. Из-за баррикады раздался кашель и слепая, истеричная стрельба из ружья. Трассеры прошивали лабораторию, разбивая колбы. Багровая жидкость выплескивалась на пол, мгновенно испаряясь и смешиваясь со слезоточивым газом, создавая токсичный ад.

Бойцы Следственного Комитета переключили фильтры на своих противогазы и двинулись вперед, как безликие ангелы смерти в токсичном тумане.

Вейн шел в авангарде. Он видел в сигнатуры врагов за дымовой завесой. Два коротких выстрела из арбалета — две сигнатуры погасли.

Ружье Бритвы замолчал — перегрелся ствол или закончились боеприпасы. Босс картеля, поняв, что стрелковое оружие бесполезно, с ревом выскочил из-за укрытия. Он был под воздействием лошадиной дозы собственного боевого стимулятора. Его глаза были красными, вены на шее вздулись толщиной с палец. В каждой руке он сжимал по кривому мачете, с лезвий которых капал паралитический яд.

Он двигался с неестественной скоростью, бросившись прямо на Вейна. Бритва уклонился от арбалетного болта штурмовика, крутанулся на месте и нанес рубящий удар, метя в сочленение брони капитана.

Вейн не стал отступать. Капитан принял удар на усиленный наплечник куртки. Искры брызнули во все стороны, сталь проскрежетала по металлу, оставив глубокую борозду, но не пробив защиту.

Бритва раскрылся на долю секунды. Этого было достаточно.

Вейн молниеносно перехватил арбалет левой рукой, а правой выхватил из ножен на бедре тяжелый нож. Он не стал бить в броню. Он нанес короткий, жестокий удар снизу вверх, вогнав лезвие под подбородок босса картеля, пробивая челюсть и доставая до мозга.

Бритва замер. Его безумные глаза уставились на визор капитана. Пальцы разжались, роняя мачете на бетонный пол с глухим звоном.

Вейн провернул нож и выдернул его. Тело босса картеля рухнуло к его ногам, как мешок с требухой.

Капитан стряхнул кровь с лезвия и убрал нож в ножны.

— Лаборатория зачищена. Угроза нейтрализована, — его голос в радиоэфире оставался таким же ровным, словно он зачитывал прогноз погоды. — Инженерная группа, приступайте к закладке зажигательных зарядов. Мы сожжем эту заразу до основания.

К утру шторм начал стихать. Дождь перешел в мелкую, холодную морось. Рассвет над столицей был серым и неприветливым, как и всегда.

Периметр скотобойни был оцеплен двойным кольцом гвардейцев. Внутри двора суетились следователи в непромокаемых плащах, фиксируя доказательства, фотографируя тела и собирая оружие. Трупы боевиков картеля сваливали в кузова армейских грузовиков, как дрова.

Врачи перевязывали раненых штурмовиков. Лица бойцов, наконец снявших шлемы, были покрыты копотью, потом и кровью. Они сидели на ящиках, курили дешевые сигареты и молчали, глядя на то, как из вентиляционных труб скотобойни поднимается густой черный дым — инженеры пустили по лаборатории очистительное пламя.

Вейн стоял у капота своего фургона, держа в руке чашку горячего, черного как деготь кофе, который ему принес адъютант. Он смотрел на списки потерь. Шестеро убитых, четырнадцать тяжело раненых. Цена за уничтожение одного из крупнейших картелей столицы была приемлемой по меркам Комитета, но Вейн знал, что это лишь временная победа.

— Выкорчевали один клык, — тихо произнес лейтенант Рурк, подходя к капитану. Его броня была посечена осколками, а левая рука висела на перевязи. — Как думаете, капитан, надолго хватит этого урока?

Вейн сделал глоток обжигающего кофе, не сводя глаз с горящего здания.

— Месяц. Может, два, — сухо ответил он. — Свято место пусто не бывает, Рурк. Завтра на смену «Черным Клыкам» придут «Железные Черепа» или кто-то еще хуже. Они найдут новые лаборатории, новые маршруты поставок. Трущобы всегда будут порождать гниль, потому что город питается этой гнилью.

— Тогда зачем мы всё это делаем? — лейтенант сплюнул кровь на мостовую. — Зачем кладем своих парней в этой грязи, если всё начнется заново?

Капитан Вейн повернулся к нему. В его холодных глазах не было ни идеализма, ни отчаяния. Только абсолютная, железобетонная уверенность солдата, который знает свое предназначение.

— Мы делаем это, лейтенант, чтобы напомнить им, что в этой темноте есть хищники страшнее, чем они. Мы — закон. И пока мы живы, им придется платить кровью за каждый грамм своего яда.

Вейн допил кофе, раздавил бумажный стаканчик в бронированной перчатке и бросил его в лужу.

— Собирайте людей, Рурк. Возвращаемся в Управление. Нам еще писать отчеты.

Бронированная колонна сводного отряда покинула район «Нижнего Дна», оставляя позади себя горящие руины картеля и трущобы.