[Локация: Родовое гнездо герцогов Годвар. Кабинет Лиона Годвара]

Стены кабинета Лиона Годвара были оббиты тяжелым темно-зеленым бархатом, который, казалось, впитывал не только свет немногочисленных свечей, но и сами звуки. В этом помещении всегда царил полумрак, прерываемый лишь всполохами огня в камине, где лениво догорали поленья реликтового дуба. На стенах висели не картины великих художников, а карты — подробные, испещренные пометками и магическими печатями схемы провинций, торговых путей и военных гарнизонов Королевства.

Лион, сидел в глубоком кресле, сложив пальцы «домиком». Его лицо, изрезанное морщинами не столько от возраста, сколько от груза ответственности, было неподвижно, как маска. На столе перед ним стоял недопитый бокал старого вина, чья густая, почти черная жидкость напоминала венозную кровь. Дверь отворилась без стука. Леонард вошел стремительно, привнося с собой запах дождя и сырой кожи, и рухнул в глубокое кресло, вытянув к огню ноги в тяжелых сапогах. Перед ним на низком столике стоял графин с тяжелым северным вином.

— Ты выглядишь усталым, брат, — Лион нарушил тишину первым. Его голос был мягким, как кошачья лапа, но в нем всегда чувствовался спрятанный коготь.

— Ты выглядишь так, будто только что видел призрака. Или, что более вероятно в нашем случае, заключил с ними сделку. Леонард молча достал из внутреннего кармана короткую трубку, набил её крепким северным табаком и затянулся. Огонек в трубке вспыхнул, на мгновение осветив его суровые черты.

— Призраки нынче стоят дорого, Лион. Но они чертовски эффективны, — Леонард выпустил облако сизого дыма. — Я получил карабины. Те самые, «4-бис». Оружие которое должно было стать гордостью королевской гвардии.

Лион замер, бокал на мгновение застыл у его губ.

— Леонард, если это вскроется, нас не просто лишат титулов. Нас вычеркнут из истории.

— Если победим мы — историю напишем мы, — Леонард оскалился.

— Это война, Леонард. Ты понимаешь, что это гражданская война, которая зальет кровью всё королевство?

— Кровь не вода, Лион. На нем строились все империи прошлого. И на нем будет стоять новая империя Годваров.

— Ты рискуешь, Леонард.

Леонард медленно повернулся. Его лицо, пересеченное старым шрамом, в неверном свете казалось застывшей маской.

— Риск — это то, чем мы дышим последние десять лет, брат. За это я заплатил золотом, которое эти призраки забрали прямо из-под носа у казначейства. Это ирония высшего порядка, не находишь?

— Ирония — это когда ты контролируешь ситуацию, — Лион резко встал и начал мерить комнату шагами. — А здесь я вижу другое. Ты видел их командира? Этот... Алмаз-1. Он не человек, Леонард. У него нет амбиций, нет жадности, нет страха. С такими людьми невозможно договориться надолго. Они не наемники. Наемники любят золото и женщин.

— Они — инструмент, — отрезал Леонард. — Дорогой, опасный, но инструмент. И пока они направлены против Короны, они наши союзники.

— А ты не думал, что инструмент может иметь своего мастера? — Лион остановился прямо перед братом, глядя ему в глаза. — Кто стоит за ними?

— Мне всё равно, кто он. Пусть он хоть выходец из преисподней. Главное, что его план работает.

Лион покачал головой, его охватило дурное предчувствие.

— Ты играешь в шахматы с демонами, брат. И самое страшное, что ты думаешь, будто понимаешь правила.

— Они не наемники, Лео, — тихо произнес Лион. — И даже не тайная ложа магов. Магия для них — это просто один из видов энергии, как пар или текущая вода. Я видел их «аналитиков». Люди в серых костюмах, которые оперируют такими цифрами, от которых у наших казначеев лопнули бы головы. Они не играют в политику.

— Мы совершили ошибку, открыв эту дверь, — прошептал Лион. — Мы сидим в темноте, боимся лишнего слова и зависим от поставок «черных кристаллов», состав которых не понимает ни один наш алхимик.

— Еще не поздно всё переиграть, — Леонард обернулся, его глаза горели решимостью. — Как только мои люди освоят карабины, мы станем независимой силой. Нам не нужна будет Организация. Мы сможем диктовать условия и Королю, и этим призракам.

— Ты действительно в это веришь? — Лион горько усмехнулся. — Те, кто принес тебе это оружие, знают о нем больше, чем ты когда-либо сможешь узнать. Ты берешь в руки змею и надеешься, что она будет кусать только твоих врагов. Но змее всё равно, чью кровь пить.

— У тебя есть предложения получше? — Леонард сорвался на крик. — Мы на правильной стороне истории, Лион. Благодаря этим «инструментам» у меня в подвалах сейчас лежит сорок таких карабинов. Сорок единиц оружия, против которого бессильны любые щиты. На осеннем Совете, когда я предъявлю свои требования, старик на троне будет очень сговорчив. Наш Король заигрался в «древнее величие». Он пытается удержать песок в кулаке, в то время как берег уже размыло штормом. Королевство — это старый, больной зверь. Мы просто наносим удар милосердия. И если для этого мне нужно использовать инструменты из самой бездны — да будет так.

Братья замолчали. Каждый из них думал о своем.

— Будь осторожен, брат, — Лион поднялся, давая понять, что аудиенция окончена. — Мы наняли демонов, чтобы выгнать из дома скучных святош. Но демоны редко уходят просто так, когда работа закончена.

Леонард кивнул и вышел из кабинета, оставив Лиона в компании теней и затихающего пламени камина.

Зеленый лог это не лес, а живой, дышащий плотоядный организм. Здесь деревья не просто росли — они боролись за каждый миллиметр пространства, переплетаясь корнями-удавами и выстреливая вверх колючими лианами. Воздух, пропитанный испарениями гнилой листвы и ядовитой пыльцой плотоядных орхидей, был настолько густым, что его, казалось, можно было резать ножом. В обычных путеводителях для авантюристов это место помечали ярко-красным цветом: «Зона смертельной опасности. Ранг С+».

Но для человека, сидевшего на поваленном стволе гигантского ясеня у берега Безымянного ручья, этот ад казался уютным задним двором.

Черный Кот — или просто Кот, методично насаживал на крючок сочную личинку древесного точильщика. Его рост, сейчас казался преимуществом, он сидел, вытянув длинные ноги в высоких ботинках из кожи виверны, и его фигура идеально вписывалась в геометрию лесного полумрака.

Рядом, прислоненный к камню, лежал его рюкзак — потертый, видавший виды, но снабженный десятками дополнительных ремней и подсумок. И там, на самом видном месте, болтался он. Маленький черный кот из дешевого плюша, с чуть криво пришитыми желтыми глазами-пуговицами. Игрушка выглядела нелепо на фоне висевшего рядом короткого меча, но она была единственным напоминанием о чем-то мягком и нормальном в этой жизни.

— Ну же, — прошептал Кот. Его голос был удивительно спокойным, в нем не было ни капли той ледяной отстраненности. — Давай, серебрянка. Я знаю, ты там.

Леска, — едва заметно дрогнула. Кот замер. Его чувства, обостренные годами тренировок и, возможно, чем-то еще, сканировали пространство вокруг.

В десяти метрах за его спиной, в густых зарослях папоротника, затаился Сарх — лесной ягуар с костяными наростами на хребте. Тварь была голодна и считала высокого человека легкой добычей. Сарх медленно переставлял лапы, не издавая ни звука. Его зрачки сузились, готовясь к прыжку.

Кот даже не обернулся.

— Не сейчас, кошка, — негромко произнес он, не отрывая взгляда от поплавка. — У меня обед. Если дернешься — станешь его частью.

Сарх замер. Что-то в тоне этого человека, какая-то вибрация, не уловимая обычным ухом, заставила хищника инстинктивно поджать хвост. Зверь почувствовал не силу мышц, а силу разума, который видел его насквозь. С тихим рычанием ягуар медленно попятился и растворился в зелени.

В этот момент поплавок резко ушел под воду.

Кот среагировал мгновенно. Короткое, выверенное движение кистью — и из воды, сверкая чешуей, вылетела крупная, размером с локоть, речная форель, которую здесь называли «ртутной рыбой» за её невероятную прыть. Рыба попыталась сорваться, но Кот перехватил её в воздухе свободной рукой.

— Прости, подруга. — он чуть заметно улыбнулся, и на его лице, прорезались тонкие морщинки у глаз.

Быт в глухом лесу для него был обычным делом. Он не использовал магические костры или алхимические розжиги без нужды. Кот собрал сухие ветки железного дерева, которые горели долго и давали ровный, почти бездымный жар.

Он достал из рюкзака небольшой нож. Лезвие ножа вошло в рыбу как в масло. Он работал быстро и чисто, отделяя филе с хирургической точностью. В его движениях не было суеты.

Вскоре над берегом поплыл аромат, способный свести с ума любого голодного путника. Рыба шкворчала на плоском камне, который Кот использовал вместо сковороды, предварительно смазав его курдючным жиром из своих запасов. Он посыпал мясо смесью трав, которые собрал по пути — здесь был и дикий чеснок, и острый корень «плакучей ивы», придающий рыбе приятную горечь.

— Идеально, — Кот отрезал кусок хлеба, подсушенного на огне.

Он ел медленно, наслаждаясь каждым кусочком. В этот момент он не был Алмазным авантюристом. Он был просто обычным парнем.

Пока он обедал, его взгляд упал на игрушечного кота на рюкзаке. Кот протянул руку и аккуратно поправил игрушке лапу.

— Видишь, Мелкий? Никаких порталов, никаких отчетов. Только мы, рыба и этот чертовски опасный лес.

Но идиллия длилась недолго. Его внутренний часы, встроенные где-то на подкорке, отсчитал положенное время отдыха. Кот поднялся, затушил костер остатками воды из ручья и тщательно забросал место стоянки землей и свежей хвоей. Через пять минут здесь нельзя было найти ни единого следа его присутствия.

Он надел рюкзак, проверил, как сидит маска. Его взгляд мгновенно изменился. Расслабленность исчезла.

— Пора работать, — прошептал он сам себе.

Кот двигался по лесу с невероятной скоростью. Он не бежал — он скользил. Его длинные ноги позволяли ему перемахивать через упавшие стволы в один прыжок, а координация была такой, что ни одна ветка не хрустнула под его весом.

Его добычей был Изумрудный Шипохвост — реликтовая тварь, чей панцирь был тверже стали, а внутренние органы ценились выше золота. Печень шипохвоста была основой для эликсиров долголетия, а его нежное мясо из подхвостной части считалось верхом изысканности в ресторанах столицы. Одна удачная охота могла обеспечить безбедную жизнь целой деревне на год.

Черный Кот остановился у поваленного дерева, покрытого светящимся мхом. Он не достал меч. Вместо этого он вытащил из поясного патронташа две тонкие стальные нити с грузиками на концах.

Шипохвост показался внезапно. Тварь длиной в три метра, покрытая чешуей, имитирующей листву, бесшумно скользила по ветвям. Её хвост, усеянный костяными иглами, подергивался в предкушении жертвы. Она почуяла человека.

Тварь прыгнула. Это был изумрудный росчерк в воздухе, сопровождаемый резким свистом.

Черный Кот не дрогнул. Он не стал уворачиваться. В последний момент он просто упал на спину, пропуская многотонную тушу над собой. Пока Шипохвост находился в воздухе, руки охотника мелькнули в сложной серии движений. Стальные нити перехлестнули лапы и шею зверя, затягиваясь под собственным весом хищника.

Раздался сухой хруст. Шипохвост рухнул в грязь, запутавшись в собственных связках. Он открыл пасть, собираясь выпустить струю едкой кислоты, но Черный Кот уже был рядом. Одним коротким, точным ударом кинжала он пробил сочленение панциря прямо в основании черепа. Тварь вздрогнула и обмякла.

— Дорогой деликатес, — хмыкнул он, доставая разделочный набор. — Жаль, что те, кто его едят, никогда не узнают, каков этот лес на вкус.

Он начал методично извлекать органы, упаковывая их в герметичные контейнеры с охлаждающими кристаллами. Работа хирурга в теле авантюриста. Когда дело дошло до печени, он аккуратно отрезал крохотный кусочек и, подняв маску, отправил его в рот. Сырое мясо обожгло язык вкусом хвои и меди.

Внезапно он замер. Его уши, скрытые волосами, уловили звук, который не принадлежал лесу. Лязг стали о камень. Далеко, на самой границе Зеленого лога, кто-то сражался. И судя по частоте ударов, этот «кто-то» проигрывал.

Черный Кот посмотрел на свою добычу, затем на игрушечного кота на рюкзаке.

— Как думаешь, стоит нам вмешиваться или подождем, пока цена за спасение вырастет?

Пуговичные глаза игрушки молчали. Кот вздохнул, быстро упаковал последний контейнер и, сорвавшись с места, растворился в зелени, оставив после себя лишь обглоданный остов некогда великого хищника. Группа авантюристов Серебряного ранга была прижата к скале. Их было четверо. Один уже лежал неподвижно, его щит был расколот надвое. Командир группы, молодая женщина в помятых латах, отчаянно отмахивалась мечом от двух Лесных Троллей — медленных, но практически неубиваемых тварей.

— Назад! К тропе! — кричала она, чувствуя, как силы покидают её.

Тролль замахнулся огромной дубиной, сделанной из ствола дуба. Удар должен был размозжить женщину вместе с её доспехом, но... удара не последовало.

В воздухе что-то блеснуло. Рука тролля, державшая дубину, вдруг неестественно выгнулась и отвалилась, аккуратно срезанная по локтю. Тварь даже не успела взреветь, когда тонкая фигура в черном приземлилась ей на плечи.

Два удара. Два коротких всплеска серой крови.

Тролль рухнул замертво. Второй попытался развернуться, но его горло уже было перерезано тончайшей нитью, натянутой между двумя деревьями.

Черный Кот приземлился на песок, даже не запыхавшись. Он обернулся к застывшим авантюристам.

— Зеленый лог сегодня не в духе, — произнес он, поправляя рюкзак, на котором безвольно болталась игрушка. — Уходите.

— Кто ты? — выдохнула командир, не опуская меча.

— Просто прохожий с плохим чувством юмора, — бросил он через плечо. — И не ешьте печень Шипохвоста в ресторане «У золотого дуба». Её там недожаривают.

Через секунду он исчез в тени папоротников, оставив спасенных в полном недоумении.