В документах содержались самые разные сведения, так или иначе связанные с императорской семьёй.

Кому и какие суммы переводились?

Какие службы получали государственные дотации?

Где, когда и с кем проводились встречи?

Матушкины пометки соединяли всё это между собою тонкой, почти незримой нитью.

Быть может, это всего лишь её подозрительность?

Или же я, будучи её дочерью, с первого взгляда также решила, будто нас готовятся предать?

Нет… подобные выводы требуют холодного рассудка. Мне необходим взгляд со стороны.

Мой взор невольно пал на Тариана, который уже успел с головой уйти в новую кипу бумаг.

— Кхм… — негромко попыталась я отвлечь его внимание.

— Если у тебя першит в горле, я велю принести воды либо чаю, — невозмутимо произнёс он, даже не подняв головы. — А если тебе что-либо надобно, говори прямо.

— Прямо сказать будет непросто, — я на миг задумалась, подбирая слова. — Давай так: я изложу тебе несколько фактов, а ты скажешь, что о них думаешь.

— Давай, — коротко отозвался он, по-прежнему не отрываясь от работы.

Такой серьёзный… даже забавно.

— За последние десять лет магическая башня получила от империи значительные дотации. Наши же исследователи в последние годы содержались исключительно за счёт герцогства.

— Это вполне обычная государственная политика, — начал рассуждать он. — Магия ещё не до конца постигнута. Это новая область, требующая огромных вложений без скорой выгоды. Никто не знает, во что она обратится через десяток лет, однако потенциал у неё огромный. У нас же всё давно налажено: открытия случаются всё реже, мы почти достигли предела возможного.

— Логично. Ты уже обсуждал это с кем-либо прежде?

— Нет. Я изучал политологию и основы государственного управления, — сухо ответил он, и в голосе его промелькнула тень раздражения.

Ах да… он ведь не любит, когда его считают просто красивым украшением при герцогском доме.

— …Продолжим. Как бы ты расценил ситуацию, если бы император внёс личные средства в некое предприятие? Не исследовательское, а скорее торговое, направленное на извлечение прибыли.

На этот раз Тариан всё же отложил бумаги и задумчиво постучал пальцами по столу.

— Деньги императора обладают куда большим весом, нежели средства прочих аристократов, — медленно произнёс он. — О его намерениях можно лишь догадываться, однако в одном я уверен: подобное способно нарушить равновесие сил. Когда ты правитель величайшей империи континента, деньги сами по себе уже не имеют большого значения… разве что ты стремишься ограничить влияние кого-то другого.

— А если я скажу, что средства вложены в новое дело семьи Ирис?

— Тогда это вполне естественно. Нет ничего удивительного в поддержке семьи будущей невестки.

— А если это не просто поддержка?

— Брось. А на что это, по-твоему, похоже? Они ведь не оружие разрабатывают. Всего лишь косметика или… парфюмерия? — с лёгким пренебрежением усмехнулся он.

— Да, изначально речь шла именно о косметике. Однако отчего-то они открыли аптеку. И намерены открыть ещё несколько.

В этот миг он наконец полностью отвлёкся от работы.

— Что ты имеешь в виду? Я собственными глазами читал донесения: говорилось исключительно о товарах для простолюдинов.

— Слухи ходили именно такие. Однако на вывеске значилось: «Аптека Ирис», а не «Косметическая лавка Ирис». Отчёт я получила вчера. Что скажешь теперь?

С ответом он не спешил.

Мысли его будто нехотя складывались в единое целое. Некоторое время в кабинете стояла лишь тишина да тихий шелест бумаг.

Наконец он заговорил:

— Быть может, я ошибаюсь… и мне не следовало бы этого произносить… однако разве не выглядит это так, будто император вмешивается в наши дела? Пытается ограничить наше влияние?

— Мне же кажется, он на этом не остановится, — тихо произнесла я. — Всё слишком похоже на попытку поколебать наше положение.

Я ненадолго умолкла.

— Матушка… она допускала и худшее. Писала о возможном падении семьи.

— Это… — он нахмурился, словно пытаясь отвергнуть собственные мысли. — Это уже слишком серьёзно.

Он отвёл взгляд в сторону, однако почти сразу вновь посмотрел на меня.

— Если этим всё и ограничится, происходящее ещё можно счесть попыткой ослабить нашу монополию, дабы рынок не зависел от одного поставщика. И я всё же надеюсь, что дело только в этом.

Короткая пауза.

— Однако… если последуют иные шаги против нас — это уже станет знаком немилости императора.

Теперь тревога читалась в нём слишком явно. Его нога под столом мерно подрагивала, выдавая беспокойство.

Я медленно поднялась и подошла к нему.

Положив руку ему на плечо, я слегка склонилась к его уху. Лишь тогда он заметил, насколько близко я стояла.

— Благодарю. Я убедилась, что мне не почудилось.

С губ сорвался тихий выдох.

— На мгновение мне даже показалось… не схожу ли я с ума, — едва слышно усмехнулась я. — Значит, нам и впрямь предстоит тенёвая война.

— Думаешь, смерть герцогини Эссеры была устроена ими? — так же тихо спросил он.

— Не знаю… — ответила я после короткой паузы. — Но если это так, я выясню, кто именно за этим стоит.

После этого я уже обычным тоном добавила:

— Однако сейчас у нас и без того довольно забот. Нужно завершить дела, ожидающие нас уже не первую неделю. За работу.

На миг Тариан выглядел растерянным, однако быстро отбросил лишние мысли и вновь вернулся к обязанностям.

Если им удалось столь легко устроить убийство, вполне возможно, что в доме имеются не только верные слуги.

И, быть может, я уже замечала признаки этого… но не придала им значения.

Когда с головой уходишь в работу, время утекает особенно быстро.

Первые плоды расследования появились довольно скоро, и вскоре я получила доказательства, указывающие на заказчика.

Отыскать их оказалось непросто: нападавшие действительно были обычными разбойниками. Однако расследование показало, что кто-то заранее передал им сведения о том, где и когда проследует «знатная дама».

Сложнее всего было выйти на самого осведомителя. Все разбойники погибли от яда, заключённого в крови моей матушки, а сами они были известны разве что завсегдатаям дешёвых кабаков да домов утех.

И всё же, по словам очевидцев, удалось установить: посредник принадлежал к одной из гильдий. Доказательства были лишь косвенными, однако и этого оказалось достаточно.

И вот — та самая гильдия, оказавшись под угрозой полного уничтожения, выдала список своих заказчиков и поручений.

Кто бы мог подумать…

Дворецкий семьи Ирис щедро платил за распространение слухов. Их было множество — в том числе и порочащих нашу семью. И среди всей этой грязи затерялась весть о пути следования моей матушки.

Они пытались представить всё как роковое стечение обстоятельств.

Хитро.

Но в долгу я не останусь.

Несколько дней назад я получила от дяди Арчибальда сведения о его работе с найденными минералами.

Присцилла уже прибыла в его поместье, и теперь они вместе продолжали более тщательное изучение их свойств.

Основные особенности минералов уже были описаны:

«Излучение, исходящее от данных минералов, помимо слабого свечения во тьме, обладает способностью проникать внутрь магических устройств и нарушать гравировку магического круга, тем самым выводя устройство из строя. Излучение постоянно, распространяется во все стороны и проходит сквозь большинство материалов, за исключением особо плотных, наподобие свинца».

Любопытнейшая вещь.

Пока я размышляла над прочитанным, на губах сама собой появилась лёгкая улыбка.

— Хорошие вести? — поинтересовался Тариан.

— Скорее весьма занятные, — коротко ответила я.

— Мм… и мне дозволено узнать подробности? — небрежно спросил он.

— У меня появилась мысль насчёт одного весьма интересного опыта.

— Подробнее, — произнёс он, продолжая разбирать бумаги.

— Это будет долгий опыт.

— Пока я тружусь, кто-то занимается сущими пустяками, — с напускной обидой произнёс он и вновь вернулся к работе.

Я тихо рассмеялась.

— Ох, какой же у меня строгий супруг. Даже отчитал меня.

Тариан слегка покраснел, однако от бумаг всё же не отвлёкся.

— Работай давай. Не мне же одному всё это заканчивать, — буркнул он.

— Да-да, уже работаю.

Я взяла чистый лист и написала ответ Арчибальду.

Он должен продолжать исследования, позаботиться о защите своей и Присциллы, а также отправить мне очищенные от примесей образцы.

Закончив письмо, я тщательно запечатала конверт и, взяв колокольчик, позвала дворецкого.

Когда Эдвард вошёл, я передала ему письмо.

— Отправь это прямиком моему дяде Арчибальду. И ещё… найди для меня лучшего гончара. Мне нужна посуда высочайшего качества. Заказ будет крупным — предупреди заранее.

— Слушаюсь, госпожа, — поклонился он и удалился.

— Не самое удачное время для обновления посуды в доме, тебе не кажется? — заметил Тариан.

— Это не для нас, Тари. Это подарок императорской семье. Я ведь не могу преподнести нечто посредственное.

Тариан внимательно посмотрел на меня и подозрительно прищурился.

— Разве это подходящий дар? Подозрительно звучит.

Я молча поднялась из-за стола, подошла к нему и положила перед ним отчёт Арчибальда.

Он быстро пробежал глазами строки и недоумённо посмотрел на меня.

— Хочу проверить, что станет с человеком, если он долгое время будет соприкасаться с этим. Разве тебе не любопытно?

Его глаза округлились.

— На них?.. — тихо произнёс он.

— Не думаю, что она оставит подарок себе. Скорее передаст кому-нибудь другому.

— А если просто выбросит?

— Что ж, не всякий опыт завершается успехом.

Я вернулась за свой стол и тщательно спрятала отчёт.

Пусть существование этого излучения ещё некоторое время остаётся тайной.

В конце концов, если император решит обратить против нас оружие — будь то магическое или денежное, — мы тоже найдём чем ответить.

Спустя месяц заказ наконец был готов.

Колоссальный труд.

Пришла пора наведаться в императорский дворец.

Всё же своего «дорогого» друга я не видела уже четыре месяца, а письмо от него пришло весьма вовремя.

— Собираешься во дворец? — мельком поинтересовался Тари.

— Хочешь пойти со мной? — так же буднично спросила я.

— Не особо. Когда вернёшься?

— Зависит от того, насколько быстро удастся уладить дела и выяснить, у кого какие замыслы на наш счёт.

— Ты всё ещё надеешься, что он ничего не знал? — со злой усмешкой спросил он.

— Выбросить в небытие годы дружбы нелегко. Конечно, я надеюсь на его неведение, — с едва заметной печалью ответила я.

— Уверен, он всё знает. Просто сделает вид, будто нет. Это в его духе — заботиться прежде всего о собственной шкуре, — буркнул Тариан.

И как бы горько это ни звучало… он вполне мог оказаться прав.

Признаться честно, именно этой правды я и боялась.

Путь до дворца занял несколько дней, и всё это время мои мысли метались между тревогой и надеждой.

Как бы я ни сопоставляла факты, даже если Орин не участвовал в этом замысле, как наследник престола он должен был о нём знать.

Лишь осторожность самого императора могла бы спасти нашу дружбу.

Если он сомневался в собственном сыне, опасаясь, что тот пусть даже случайно проговорится мне о замыслах против нашей семьи, — только это могло объяснить, отчего Орина держали вдали от происходящего.

Это была моя последняя нить надежды.