…
…
…
—виить.
Услышал я зовущий шёпот мальчика перед собой.
Не отвечая вслух вопросительно кивнул вверх в его сторону.
—он же вроде поговорить с нами хотел, нет?
Снова еле слышно произнёс он.
После чего мы оба повернулись к лежачему мужчине на столе.
…
—так это, он чайник поставил, может ждет пока закипит.
Тот молча медленно закивал, видимо подтверждая мою теорию.
…
…
…
Атмосфера конечно странная. Мы уже несколько раз с Ромой встречались взглядами, где я свой почти сразу отбрасывал. Почему же мне так некомфортно?
…
Еще эта тишина нагнетает. Хоть и всегда по сути тихая обстановка, но сейчас уж слишком. Только шум генератора неподалёку, не позволяет уйти подвалу в вакуум.
…
Если подумать, действия Михаила будто всегда имели что-то под собой. В смысле, его естественные и бытовые процессы заставляли меня что-то делать.
Допустим его эта спящая позиция. Тогда, когда я плакал, он же типа проснулся именно после того, когда я перестал. В тот момент мне показалось, что он правда спал. Но теперь, на чистую голову, мне сразу становится ясно, он просто дал мне пространство для одного. Даже странно, как я мог подумать, что он лежал не для виду. Неужели меня просто смутило около сонное лицо?
И если взять это в расчёт, выходит он может не просто прилёг для того, чтобы дождаться чайника, а дать нам с Ромой поговорить один на один. Причём все же так удачно, мы сидим напротив друг друга, все время путаемся взглядами. Находимся в тишине ожидая начала диалога, что не дает просто так уйти и одновременно добавляет скуку.
…
Ну… наверное стоит поддаться и поговорить с ним? О чем только. Может всё-таки спросить про самочувствие? В целом, мне это интересно узнать, то что с ним тогда такое было. Но более интереснее услышать про его руку, ведь… она возможно могла повлиять на его поведение и реакцию, хотя я не уверен. Но говорить про укус здесь, это как насать другу боксеру в бутылку с водой, прикольно но опасненько.
А мало ли времени прошло с укуса, сколько дней? Эмм… сука, я сбился со счёта. Из-за отсутствия нормальных дней вообще не понятно, когда прошёл привычный цикл. Ну да ладно, нужно о чем-то поговорить, а то скоро сгнию в этой атмосфере.
А на что бородач надеялся кстати, может он хотел подслушать воссоединение братьев или всё-таки узнать какую-нибудь нашу с ним тайну.
А знаете что, почему бы тупо не постебаться.
—Ром, как думаешь, когда эти инопланетяне придут за нами?
Выразив недопонимание, он поднял одну бровь и переспросил у меня.
—Какие инопланетяне?
Так, я сейчас должен максимально сделать такой голос, чтобы Рома меня понял и зашёл в игру.
—Ну те, которые нас съедят.
Кивнул головой в сторону воплотителя этой «тайны».
—а. Ну не знаю, может сегодня, может завтра.
В глазах Ромы читалось начало осознание чего я хочу, можно переходить в настоящую атаку.
—Ага, я тоже так думаю. Может нам шапочки сделать, чтобы они не учуяли нас и не заразили?
Поскольку цель не видела меня, я мог спокойно и бескорыстно улыбаться.
После этой фразы, я увидел финальное изменение выражения лица брата на полное понимание.
—Шапочки? Ну не знаю, летающие тарелки разве не позволяют читать мысли через фольгу?
Ода, да он оказывается тоже не плох в иронии, я должен ответить не слабже.
—Возможно, умеют, ведь раз нас захватили, значит, смогли проникнуть в разум истинным параноикам, которые всё время спасали нашу землю от их нападений при помощи фольги на голове и стенах. Так еще, может быть, и то, что они улучшили свои усики на голове, и теперь им вообще ничего не мешает напрямую заражать нас.
—хи-хи-хи
—ха ха ха
Не сумев сдержаться, мы оба тихо засмеялась.
*рхрхрхрх*
В этот момент стол задёргался, и великан восстал из вечного сна. Мы сразу же перестали хохотать, и сделали максимально серьёзные лица.
Окинув взглядом своих призывателей, он не стал задавать три загадки, где в случае ошибки съедает нас. А вместо этого поднялся из-за стола, и обернувшись подошёл к чайнику. Закипание которого мы не заметили из-за увлекательного общения.
—Вы можете мне не верить, все равно это только теория.
Говоря это недовольным и отчасти обиженным тоном, он уже заливал пакетики чая в небольших чашках.
Перекинулись взглядами с братом напоследок, после чего перед нашими носами были поставлены чашки, из которых исходит мягкий пар.
—Ну так о чем это я. *хлюб*
Сев на свое место, Михаил немного задумался попивая свой горячий напиток.
—Начнём с того, чего мы вообще хотим?
После сказанного, тот начал смотреть то на меня то на Рому, в ожидании ответа.
—Ну… выжить?
Неожиданно отозвался брат, пока я пытался понять, что имеется в виду под этим «хотим».
—Молодец, а для этого нам нужно что?
—еда?
—Не совсем, нам нужно быть жизнеспособными. Сильными, выносливыми, догадливыми. Что нам и позволит найти и еду, и все остальное.
В его речи слышалась неестественность, он будто специально и через силу говорит это, чтобы мотивировать нас.
Но в итоге то, к чему это ведёт?
Взяв чашку чая между ладонями, чтобы согреть руки, я спросил.
—Так это, хорошо? Но о чем вы?
—О том. О том, что… О то. Короче не унывайте. Уныние и страх сведёт в могилу. Как я говорил, будьте сильными. Нужно принять реальность и адаптироваться под неё. *Хбююп*
Закончив, отпил, но сразу же начал но уже своим, привычным грубым голосом.
—Отлично. Для начала, что вам известно про монстров. Вы явно с ними успели больше повидаться, чем я.
Что нам известно про монстров? Даже не знаю, что именно вспомнить.
Ну, они чёрные, у них светятся глаза красным, еще острые зубы. Однако он и так об этом в курсе.
Смертные? Ну да, одного удалось убить. Причём они не такие уж и сильные, раз я и брат сейчас сидим здесь и дышим. Вспоминая тот день побега из дома, у меня каждый раз в голове сияет слово «удача», если не вспоминать о других частях того дня…
Причём, я даже в тот момент немного преувеличил о количестве зомблэков на улице. После того как я вылез из под ворот, к нам шло не огромное количество, а всего двое. Но в моменте я так обосрался, что воспринял дерево вдалеке как «целую группу».
Большую группу я увидел первый раз уже с Михаилом, и то увидел — слишком хорошо сказано, очков в тот момент не хватало.
После раздумий, я всё-таки выбрал сказать хоть что-то.
—Они вроде смертные, удалось одного убить.
—Ты мне об этом рассказывал.
Да? Когда я мог успеть? Я вроде не… А, тот разговор перед выходом, когда я проснулся с диким страхом, и рассказал Михаилу свою историю с момента первой встречи с зомблэком.
—Ну еще, они не заразные.
Произнёс мальчик передо мной, который видимо, похоже, он, СУКА РЕШИЛ УМЕРЕТЬ НАХУЙ.
После слов брата, Михаил посмотрел на того вопросительно.
И я тоже так на него посмотрел, но с частичкой злости, яростной вопросительностью.
—Меня же ук… ой.
Ой… ой? ОЙ, БЛЯТЬ? АЙ, СУКА!
Подняв бровь, палач переспросил.
—Ук?
Взяв на себя инициативу, я попробовал исправить ситуацию.
—Он имеет в виду, что его украли сомнения, и он считает что это не заразно, ведь монстров не так много как было людей. Ведь типа если все люди превратились в зомблэков, то все улицы были бы переполнены.
Лысый крупный и сильный бородач, посмотрел мне прямо в глаза и покивал.
—Ну, это вполне логично, только еще не может полностью быть правдой.
Фух. Он похоже поверил, слава богам, духам и инопланетянам.
—Смотря на то, как вы не очень активно об этом говорите, значит вы либо скрываете, либо правда ничего не знаете. Ладно, тогда немного сменим тему разговора.
О да. Это то, что нам сейчас нужно. А то ебаный брат, решил рассказать, что он живой объект, который по всем канонам зомби триллеров скоро станет ходячим мертвецом.
Какого хуя он решил, что если не превратился, то он не заражен? Может, блять, еще просто время не пришло?
Ну да ладно, всё-таки повезло, Михаил ничего не понял. Иначе неизвестно как бы он пустил. Не отрицается то, что он бы его выкинул, привязал или убил. А так, может поживет еще немного.
—Так, теперь у меня другой вопрос. *хлююб*
Громила хлебнул чая для кинематографичности, и продолжил.
—А сколько примерно времени прошло с того, как тебя укусили в руку?
…
…
…
Неопределённый вид города открывался взору в тишине ветра. Смотря с высоты птичьего полета, на первый взгляд тут может показаться все изумительно красивым.
Абсолютно смоляное небо находилось тут, чуть ли не на голове. Оно было настолько пустым и мрачным, что если надолго погрузить в него свой взгляд, оно поглотит тебя в свои колоссальные просторы. И на самом деле было непонятно, это одиночество таилось в космосе или же в таинственном купале окруживший планету.
Но этот небосвод все равно одаряет землю своим мягким, но видимым сиянием. Его хватало ровно на то, чтобы полностью не потерять способность хоть что-то видеть. Только это «хоть что-то», позволило понять, что здания города все еще стоят на своих местах, а не исчезли как звёзды с этого неба.
Однако все эти строения, накатывали ужас своей новизной. Нет привычных огней в окнах, света вывесок и фонарей снизу. Тут обретала безлюдностью, как будто этот город покинул свою жизнь, ни одной единой души обитало в нем.
Но он был полон ими, только нельзя было с точностью сказать, есть ли у этих существ души. Они поселились на этой территории как в своей привычной среде, и им ничего не могло противостоять. Посланники дьявола, последствия судного дня или злые сущности, напавшие на человечество? Ответ на этот вопрос отсутствовал в голове девушки.
Она искала один ответ на совсем другой вопрос «Как выжить в этом безумие?». Сидя на крыше многоэтажного дома, полностью была погружена в свои раздумья. Но ее колени продолжали бескорыстно дрожать, и им даже не мешало, что руки девушки прижимали их к телу. А она все продолжала надеяться на то, что её младшая сестра сидящая перед ней, не обернется и не увидит как она дрожит от страха. Эта девушка с высоко подстриженными карими волосами, очень волновалось о девочке перед собой. Она хотела быть опорой и защитой для неё, поэтому никогда не показывала своих слабостей. Даже в этой сложившейся ситуации в их жизни, она особенно старается держаться.
А по другому и не как, считала она. Иначе они не смогут оправдать смерти своего отца, благодаря которому они смогли остаться в живых. Слова папы из воспоминаний, особенно сильно сияли в ее голове как никогда. «Маша, я прошу тебя, прости. Я не хотел всего этого, но по другому с твоей матерью нельзя было поступить. Только это не убирает груз с твоих плеч который я положил. Тебе приходится все свою молодость тратить на подработки, быт и ухаживание за своей сестрой, пока твой единственный родитель очень редко появляется дома. Но я обещаю, я найду работу с лучшим доходом и расписанием, и мне не придется постоянно находиться на вахте.»
Но Маша и не обижалась на него, она даже не понимала почему он постоянно смотрел на неё с таким стыдом и печалью когда приезжал домой. Жизнь которой она жила, не была такой сложной, у неё оставалось свободное время и карманные деньги. Потому тот стыд, который испытывал ее отец перед ней, не был понят. А поскольку подобные разговоры были и не раз, она перестала хоть как-то пытаться доказывать, что ее все устраивает и обиды нет, а в ответ видеть лишь унылый взгляд без какого-либо отклика обратно.
Но то, как папа выглядел в последнем отрывке памяти, был совсем другим. Маше даже казалось, что когда тот защитил их собой перед монстрами, был освобождён и выполнил то чего хотел. Это понимание накатывало страх на девушку, что ее отец решил простить себя только тогда, когда отдал свою жизнь за неё. А она этого не хотела, она не ненавидела его, она любила его. Она чувствовала как тот старается ради них с сестрой, как тот презирал себя когда не мог купить обещанную игрушку. То как он решил подать на развод, узнав что мама начала употреблять вещества, и без никаких либо сомнений взял всю опеку на себя. А после ее самоубийства, только и пытался подарить свою любовь дочерям.
Девушка наконец поднялась и встала на ноги. Маша осознавала, что мыслями и печалью о прошлом ничего не сделать. Это не поможет им выжить, это не поможет ей защитить свою сестру. Она решила показать и доказать, что можно справляться с трудностями без страданий и сожалений, чтобы показать мёртвому отцу, насколько он был глупым.