┏━ ━━━━━━━━━━━ ━┓

Смех и боль

┗━ ━━━━━━━━━━━ ━┛

Марселиан, двадцатилетний абитуриент, с горящими глазами оглядывал интерьер салона.

Бизнес-класс — это не просто комфорт, а целый новый уровень удовольствия!

Мягкие, словно облака, кресла обещали уют на протяжении всего путешествия. Просторные столики выглядели достаточно прочными, чтобы выдержать целый пир. А индивидуальные экраны манили бескрайним океаном фильмов и развлечений, вызывая приятное предвкушение. Его воображение уже рисовало идеальный перелёт, полный отдыха и наслаждения.

Первое, о чём он подумал, была еда.

Подняв руку с лёгкой сдержанностью, он тут же привлёк внимание стюардессы.

Молодая девушка с приветливой улыбкой и безупречным внешним видом подошла к нему. В её манере было столько профессионализма, что его уважение к уровню сервиса лишь усилилось.

— Добрый день! Чего бы вы хотели? — мелодичным голосом обратилась она, успев мгновенно расположить его к общению.

— Добрый день! Я был бы рад перекусить. И можно ещё стакан воды, пожалуйста, — без лишнего волнения ответил Марселиан, стараясь звучать уместно и уверенно в такой изысканной атмосфере.

Стюардесса дружелюбно кивнула, отметила его заказ и, плавно развернувшись, направилась выполнять его просьбу.

Марселиан, довольный, откинулся в кресле.

Теперь можно и развлечься.

Он потянулся к пульту управления, чтобы выбрать фильм.

На экране мелькали различные жанры, но его взгляд остановился на разделе «Новинки». Он с нетерпением начал пролистывать список, предвкушая захватывающее зрелище.

И тут началось.

Вместо трейлера к долгожданному блокбастеру, на экране внезапно развернулась… реклама. Но не обычная, а какая-то уж очень специфическая.

Марселиан моргнул, пытаясь понять, что происходит.

Яркие, откровенные кадры, музыка, которая явно не предназначалась для семейного просмотра, и слоганы, от которых у него слегка покраснели уши.

«18+» — гласила надпись в углу экрана, словно насмехаясь над его невинным любопытством.

Он попытался быстро переключить, но пульт, казалось, решил сыграть с ним злую шутку, застыв на месте.

С языка сорвалось ругательство:

— Бл@#, су@#, бл@#!

Марселиан судорожно нажимал на кнопки, чувствуя, как его щёки начинают гореть.

Он был в бизнес-классе, окружённый солидными пассажирами, и тут такое!

Именно в этот самый, самый неподходящий момент, когда его экран превратился в эпицентр нежелательного контента, а он сам чувствовал себя так, будто его выставили на всеобщее обозрение, дверь его личного пространства распахнулась.

На пороге стояла та самая стюардесса, с подносом в руках, на котором красовались его вода и, вероятно, что-то вкусное.

Её улыбка слегка померкла, когда она увидела, что транслируется на экране. Глаза Марселиана расширились от ужаса. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь невнятный звук.

— Ой, — только и смогла произнести стюардесса, её взгляд скользнул по экрану, затем по покрасневшему лицу Марселиана, и она, кажется, поняла всю абсурдность ситуации.

Наступила неловкая пауза, наполненная звуками рекламы 18+ и тихим гулом самолёта.

Наконец, стюардесса, собравшись с духом, произнесла:

— Простите, сэр. Кажется, произошла какая-то ошибка с системой развлечений. Я сейчас же вызову техника.

Она попыталась сохранить профессиональное выражение лица, но в её глазах мелькнула искорка веселья.

Марселиан почувствовал, как его щёки вспыхнули с новой силой.

— Да, пожалуйста, — пробормотал он, стараясь не смотреть ей в глаза. — Это… не то, что вы думаете.

Стюардесса поставила поднос на столик, стараясь не смотреть на экран, который продолжал транслировать откровенные кадры.

— Конечно, сэр, — ответила она, с трудом сдерживая улыбку. — Я понимаю. Просто подождите минутку, я сейчас же вернусь.

Она быстро ретировалась, оставив Марселиана наедине со своим позором и неумолкающей рекламой.

Он снова отчаянно нажал на кнопку выключения, и на этот раз, к его огромному облегчению, экран погас.

『...』

Марселиан всё же решил объединить приятное с полезным.

Успокоительное оказалось кстати — оно позволило отоспаться за две ночи. Накинув наушники и погрузившись в музыку, он полностью отключился от внешнего мира. Без этого, скорее всего, тревога не отпустила бы его до самого конца.

Сутки в самолёте прошли как одно мгновение. Металлическая птица плавно опускалась, готовясь к приземлению.

Через иллюминатор перед ним раскрылась панорама высотных зданий и мерцающих огней. Ночь встретила его с той же неизменной безмолвной торжественностью, как это обычно происходило в родном городе. Только с первыми лучами утреннего солнца он сможет осознать, чем именно этот новый город отличается от привычного ему пейзажа. Пока же Марселиан не чувствовал себя частью здешней атмосферы. Его сознание всё ещё словно цеплялось за старую реальность, не давая до конца понять, что он находится в совершенно иной точке мира.

Ступив на трап, он ощутил под ногами непривычную упругость покрытия, словно земля здесь была мягче, податливее.

Воздух, пропитанный незнакомыми ароматами — смесью выхлопных газов, экзотических специй и чего-то неуловимо цветочного — обволакивал его, вызывая лёгкое головокружение.

Толпа, бурлящая вокруг, казалась ему одновременно и чужой, и какой-то слишком уж оживлённой. Люди говорили на языках, которые он понимал лишь в обрывках, их жесты были более экспрессивными, чем те, к которым он привык.

Он прошёл через паспортный контроль, где строгий взгляд офицера, казалось, проникал сквозь него, оценивая, взвешивая.

Затем — багаж, и вот он уже стоит в зале прилёта, сжимая в руке ручку чемодана, словно якорь, удерживающий его в этом новом, незнакомом пространстве.

Каждый шаг давался с усилием, словно он шёл против течения. Он искал глазами знакомые лица, но находил лишь незнакомые. Ожидание, которое должно было принести облегчение, теперь лишь усиливало чувство потерянности.

Парень натянул наушники и включил музыку, которая должна была помочь собраться с мыслями. В ушах зазвучали знакомые строки — ободряющие и дарящие ощущение свободы.

Возможно, выбор укрыться в едва приметном месте был не самым идеальным решением. Однако малолюдность явно играла ему на руку. Благодаря этому Марселиан смог позволить себе немного расслабиться.

Парень сидел на чемодане, полностью погрузившись в прослушивание музыки. Со стороны он выглядел так, будто сошёл с подиума. Именно по этим признакам его и нашла незнакомая ему женщина.

Молодая незнакомка с ослепительной улыбкой окликнула его:

— Марс! — словно подтверждая слова отца, она явно понимала нюансы его психологии, поэтому оставалась на расстоянии.

Однако в аэропорту царил такой шум, что её голос терялся в общем хаосе звуков. Энергичная музыка, поглощающая пространство, не уступала в громкости — стильное и ритмичное звучание фонка лишь усиливало какофонию.

На его плечо неожиданно опустилась рука, что вызвало у Марселиана смесь удивления и страха.

Резкое движение было его первой реакцией на подобное, чего он никак не мог предусмотреть.

Непроизвольно вздрогнув, он потерял равновесие и, не удержавшись на чемодане, рухнул на пол.

Его рука невольно дотронулась до плеча, словно пытаясь убедиться, что там больше ничего нет. Но воспоминание о прикосновении чужой руки уже врезалось в сознание душным отпечатком. По телу пронёсся неприятный разряд, пробуждая волны дрожи. Сердце колотилось всё быстрее, а глаза беспорядочно метались, лихорадочно осматриваясь в поисках ответов.

Девочка, явно ещё школьница, внезапно побледнела. Она даже представить себе не могла, что её невинная шалость приведёт к чему-то столь ужасному.

Тётушка Руфь энергично растолкала толпу, пробираясь к ним.

— Эшли, я же предупреждала тебя не делать ничего необдуманного! Марс! Как ты? Всё в порядке? — она упала на колени рядом с юношей, тревожно оглядывая его с головы до ног.

Марселиан, сосредоточившись на своём дыхании, постепенно начал приходить в себя. Ещё пара минут — и он полностью восстановился.

— Всё нормально... мне просто нужно немного времени...

— Конечно, конечно. Мне очень жаль... моя дочь, она... — голос Руфь дрожал от волнения и страха за жизнь пострадавшего.

Парень махнул рукой, искренне стараясь успокоить её:

— Всё не так страшно. Правда. Это я виноват, что не смотрел по сторонам, — его слова прозвучали немного резче, чем он хотел.

Руфь слабо улыбнулась, чувствуя себя неловко:

— Ты сможешь встать? — она по привычке протянула руку, но тут же опомнилась. — Ох! Прости, я какая-то рассеянная сегодня. Машина как раз ждёт нас снаружи. Может быть, пройдём?

Марселиан аккуратно поднялся, отряхнул одежду и молча последовал за тётушкой и её расстроенной дочерью.