Назад Том 1 · Глава 22

— Вперёд!

Громко затрубили трубы!

Под протяжные звуки труб ворота замка распахнулись, и войско семьи Маклейн выступило в поход. Во главе шли рыцари верхом на конях, облачённые в тяжёлые доспехи.

Пятьдесят три конных рыцаря, за которыми следовали более пятисот всадников и почти пять тысяч принудительно мобилизованных солдат, покинули замок.

Всего в поход выступила огромная армия численностью более пяти тысяч человек.

За три дня, прошедшие с момента объявления войны, территория Маклейнов собрала силы, превышавшие её обычные возможности.

Среди солдат были совсем юные мальчишки — некоторые из них едва успели обзавестись бородой.

Более того, четверть принудительно мобилизованных была вооружена лишь заострёнными бамбуковыми копьями и простыми деревянными щитами. Надлежащего снаряжения у них не было.

Было очевидно, что ради достижения внушительной численности собрали всех, кого только смогли, не заботясь о подготовке и экипировке.

Ничего не поделаешь. Захватчики поставили на кон всё, поэтому и нам придётся мобилизовать все имеющиеся силы.

Патрик пытался убедить себя, что столь масштабная мобилизация действительно необходима. Он поднял глаза к небу, словно надеялся найти там ответ.

Восседая на огромном чёрном скакуне, который был в полтора раза крупнее обычного рыцарского коня, и облачённый в шлем с алым плюмажем, он приветственно махал рукой, находясь во главе войска.

— Ура-а-а!

Жители территории приветствовали их радостными криками, однако за вынужденным воодушевлением скрывалась тревога.

— Враг?

— Говорят, они уже находятся не дальше чем в одном дне пути отсюда.

— Значит, через полдня мы встретимся с ними.

— Да.

Патрик и Хайнкель обменялись несколькими словами, но в их голосах звучало напряжение.

И всё же, несмотря на внутреннее беспокойство, они сохраняли невозмутимый вид, обращаясь к жителям своих земель.

Они старались выглядеть спокойными, чтобы не усиливать тревогу среди солдат и простого народа.

Однако стоило им покинуть замковые ворота, как это спокойствие вскоре исчезло.

— Где Логан?

— … На рассвете он покинул замок вместе с наёмниками через другие ворота.

— Почему?

— Не могу сказать…

— Что?!

Лицо Патрика исказилось от ответа Хайнкеля.

— Почему ты его не остановил?

— Молодой господин командует наёмным отрядом. К тому же…

— В последнее время он ведь даже начал проявлять некоторое усердие, не так ли?

— …

— Хайнкель, ты тоже стал слишком беспечным.

— Прошу прощения.

Глядя на Хайнкеля, поспешно опустившего голову, Патрик тяжело вздохнул.

— Ха-а… Похоже, люди всё-таки не так легко меняются.

— Простите?

Хайнкель озадаченно посмотрел на лорда, не понимая, к чему тот клонит. Но Патрик вовсе не собирался обвинять его.

— Похоже, я зря возлагал надежды на Логана.

— …

— Должно быть, он сбежал. Исключите его из списка участников похода.

Услышав решительный тон Патрика, Хайнкель резко поднял голову.

За короткое время совместных тренировок он успел понять, что молодой господин вовсе не из тех, кто способен на подобное.

Но прежде чем Хайнкель успел что-либо сказать, прямо рядом с Патриком раздался возмущённый возглас:

— Этого не может быть!

Мальчик, облачённый в тяжёлые доспехи, которые казались ему немного великоватыми.

Это был Рониан — вундеркинд, ставший пользователем силы ещё до своего пятнадцатилетия. Его красные глаза горели негодованием.

— Брат никогда бы так не поступил!

Рониан вспомнил, как совсем недавно брат приходил к нему во время тренировки.

— Пока не получается… Я всё ещё не могу это контролировать.

Когда Рониан спросил, почему брат так сокрушается, тот продемонстрировал ему невероятную технику, поразившую даже неопытного юношу.

Это было секретное умение, которого Рониан не видел ни у отца, ни у кого-либо из других рыцарей.

— Скоро я научу тебя этому. Давай вместе спасём нашу семью.

С тех пор Рониан отчётливо ощущал, что надвигается нечто зловещее.

Не могло быть и речи о том, чтобы такой брат бросил семью и сбежал.

— Брат уже заранее предвидел войну. Он ни за что…

Рониан выступил вперёд, защищая Логана, словно речь шла о нём самом.

Однако Патрик лишь нахмурился, глядя на младшего сына.

— Рониан. Даже не думай защищать Логана. Как бы то ни было, сейчас его здесь нет.

— Нет! Брат никогда бы так не поступил! Он ни за что не сбежал бы!

Рониан всего лишь хотел встать на сторону Логана, но его громкий голос лишь вызвал новые перешёптывания среди окружающих.

— Молодой господин сбежал?

— Значит, слухи были правдой?

— Сын самого лорда?

По рядам прокатился гул голосов.

Заметив, что настроение солдат становится всё более беспокойным, Патрик резко оборвал Рониана:

— Какова бы ни была причина, сейчас его здесь нет! Он отсутствует в сражении, которое решит судьбу нашей семьи! Если это не побег, то что?!

— …

Как бы сильно Рониан ни хотел возразить, ему нечего было ответить.

Он лишь беспомощно нахмурился и замер на месте.

Патрик посмотрел на него и холодным, негромким голосом произнёс:

— Рониан, запомни: настоящий дворянин обязан исполнять свой долг. Если ты бежишь от него, то больше не имеешь права называться дворянином!

Главнейшей обязанностью дворянина была защита жителей своих земель от внешних угроз.

А в рыцарской семье Маклейн этому придавали ещё большее значение.

Произнеся это, Патрик крепко взял Рониана за плечи.

— Поэтому, Рониан, теперь тебе придётся взять на себя ещё и обязанности брата. Не смей колебаться, что бы ни случилось!

Рониан посмотрел в глаза отца. Они были похожи на его собственные, но в них чувствовалась несравненно большая сила. Юноша слабо кивнул.

Увидев его лицо, Патрик вздохнул и отвернулся.

Ему и самому было неприятно обращаться с одним из собственных сыновей так, словно того не существовало.

Но, видя, как заметно падает боевой дух солдат и слыша повсюду их перешёптывания, он понимал, что сейчас не время предаваться подобным чувствам.

Может, стоило выгнать его ещё тогда?

Патрик сожалел, что позволил себе надеяться на перемены, когда Логан, казалось, раскаивался в прежнем поведении. А может, тот лишь притворялся?

Перед его мысленным взором возник образ Элары, матери Логана, с её мягким лицом и неизменными просьбами проявлять снисходительность. Не стал ли он слишком мягок из-за воспоминаний о ней?

Даже если перед глазами вновь возникал образ покойной первой жены, ему следовало быть строже.

Тогда, по крайней мере, боевой дух солдат не оказался бы настолько низким ещё до начала этой тяжёлой войны…

— Нет, это не так.

Патрик покачал головой, отгоняя от себя эти слабые мысли.

Рыцарю, которому вскоре предстояло вступить в бой, было недопустимо предаваться подобным размышлениям…

Проклятье.

Он прикусил губу и почувствовал во рту вкус крови. Это быстро вернуло его к действительности.

Верно…

Теперь не имело значения, какими оказались его сыновья и насколько велико было численное превосходство противника.

— Мы должны победить.

Он обязан был защитить семью.

Это было величайшей целью всей его жизни.

Его воля превратилась в боевой дух, и решимость Патрика продолжала неуклонно расти.

Лорд, прикусивший губу до крови, поклялся одержать победу.

— Мы победим! Мы обязаны победить!

Его воля и боевой дух передались всем окружающим.

— Да!

Патрик заметил, как атмосфера постепенно меняется, а боевой дух стремительно распространяется среди солдат. Наполнив голос энергией, он громко прокричал:

— Всем войскам! Ускорить марш!


Вражеская армия двигалась в безупречном строю под величественный бой барабанов.

Вид противника, многократно превосходившего их численностью и выстроившегося в боевые порядки, окончательно лишал солдат надежды.

К тому же…

— Говорят, молодой господин сбежал.

— Тише!

— Не болтай попусту! Это всего лишь слухи!

— Какие ещё слухи? Да оглянись вокруг! Ты хоть видишь где-нибудь этого рыжего негодяя?

Так, помимо прочего, вокруг имени Логана невольно возник ещё один слух, ещё сильнее подрывавший боевой дух.

Но нашлись и те, кто не поверил этим разговорам и гневно возразил:

— Заткнись! Наш молодой господин никогда бы так не поступил!

— Это ещё что?

— Да это же слуга, который ничего полезного не делает.

— Почему здесь вообще слуга дворянина?

— Наверное, хочет помочь. Разве не видишь, что врагов гораздо больше?

Рик сердито выкрикнул это, но даже он не смог остановить солдат, терявших надежду.

— Почему именно мы…?

— … Неужели мы сможем победить?

— Нет, а выжить-то вообще получится…?

Страх распространялся среди солдат подобно заразной болезни. Они начинали говорить всё громче, и тревога охватывала всё больше людей.

Патрик поднял меч и прогремел подобно грому:

— Не бойтесь! Мы победим!

В тот же миг рыцари подняли мечи. Казалось, от них исходило яркое сияние.

Особенно сильным оно было вокруг Патрика — его могли увидеть все, кто находился поблизости.

В воздухе распространилось странное, согревающее чувство.

Оно успокаивало испуганных солдат и наполняло их храбростью, хотя они и не понимали почему.

Вскоре со всех сторон войска Патрика раздались громкие крики:

— Ура-а-а!

Их возгласы звучали не тише, чем крики противника, и придавали каждому новые силы.

Прежние тревожные перешёптывания почти полностью стихли.

Этого достаточно, чтобы они смогли сражаться, — подумал Патрик.

Продемонстрировав собственную силу, он сумел придать своим солдатам храбрости.

Увидев, что противник, похоже, ничуть не обеспокоен происходящим, Патрик почувствовал уверенность.

У них нет сильных рыцарей.

Этой мыслью он пытался укрепить собственную решимость, наблюдая за вражеской армией.

Вскоре два войска оказались друг напротив друга на небольшом расстоянии.

— Я отрублю голову барону Маклейну и отомщу за то, что ваша семья совершила много лет назад! Грешники, готовьтесь принять смерть от моего меча!

Вперёд перед своим войском вышел светловолосый мужчина — Харман Тесрон. Он смело выкрикнул угрозу, выхватил меч и направил его вперёд.

Затем перед своим войском выступил Патрик.

— Прекрасно! Иди сюда и сразись со мной! Будем сражаться как настоящие рыцари!

Его громкий голос разнёсся над открытой равниной.

Отважные слова придали солдатам ещё больше уверенности.

Однако Харман Тесрон не стал, подобно Патрику, выходить вперёд в одиночку. Вместо этого он вернулся в ряды своего войска.

После этого вперёд выдвинулись около сотни рыцарей в тяжёлых доспехах верхом на конях.

— За меня сразятся мои рыцари. Попробуй одолеть их, Патрик Маклейн, — произнёс Харман, находясь за спинами своих воинов.

Патрик слегка рассмеялся и крикнул в ответ Харману, уже скрывшемуся позади войска:

— Неужели ты настолько боишься сразиться со мной лично? Прячешься за спинами своих людей, словно трус! Мне даже стыдно смотреть на тебя!

Солдаты Патрика громко рассмеялись, услышав это оскорбление.

Патрик заметил, что его люди приободрились и обрели уверенность. Не теряя ни секунды, он снова закричал:

— Сокрушим этих слабаков, у которых даже предводитель — трус!

Он направил меч на врага.

— Все в атаку!

Так началось сражение.

Сначала нужно прорвать их передовую линию!

Патрик пришпорил коня и помчался вперёд, возглавляя атаку.

Их войско уступало противнику численностью, поэтому ему требовалось совершить нечто выдающееся.

Чтобы получить хоть какой-то шанс на победу, необходимо было прорвать передовую линию врага и внести смятение в ряды его рыцарей.

Поэтому Патрик вложил всю свою силу в первую атаку копьём.

Он рассчитывал сразу же сбить с ног хотя бы двух-трёх рыцарей.

Его конь, усиленный магией, разгонялся всё быстрее. Сила, заключённая в копье, тоже возрастала, и вскоре оно засияло красным светом.

Топ-топ-топ.

Патрик стремительно приближался к противнику. Перед ним выстроились рыцари в тяжёлых доспехах, похожих на его собственные, и первая линия вражеских солдат.

Хм? Щит?

Обычно рыцари атаковали с копьями наперевес. Копьё лучше всего подходило для нанесения сокрушительного удара на полном скаку.

Но стоявший перед ним противник держал щит, готовясь отразить атаку Патрика.

Думает, что сможет меня остановить? Да как он смеет!

Патрик пришёл в ещё большую ярость, и его сила продолжала расти.

Вжух!

Он собирался сокрушить щит, а затем атаковать рыцарей, стоявших за ним.

БА-БАХ!

Оглушительный грохот потряс поле боя.

Однако произошло совсем не то, чего ожидал Патрик.

— Ух!

Запястье пронзила сильная боль. Патрик оттянул поводья, заставив коня отступить, едва не потеряв равновесие.

Он попытался с помощью магии распределить силу удара по всему телу, как и подобает сильному рыцарю. Но рука, сжимавшая копьё, всё равно невыносимо болела. Более того, часть силы передалась и коню.

Ему удалось отразить большую часть удара, однако будь тот хоть немного сильнее, даже его могучий скакун рухнул бы на землю.

Вражеский рыцарь тоже пострадал.

Его конь упал, в отличие от коня Патрика. Сам рыцарь, отразивший атаку, после падения истекал кровью под шлемом.

Он получил тяжёлые повреждения, но Патрик всё равно был потрясён.

Он отразил мой удар?! — с изумлением подумал Патрик.

Несмотря на кровь, сочившуюся изо рта под шлемом, рыцарь улыбнулся.

— Кха… Вы действительно так сильны, как о вас говорят, барон. И это после того, как вы заранее подготовились к моему удару.

Глупые слова рыцаря привели Патрика в ещё большую ярость.

Сейчас он не мог позволить себе отступить.

— Ух! Проклятье!

— Действуем сообща! Раздавим их! — закричали вражеские рыцари.

— Не дайте им победить! — раздались другие голоса.

Из-за этого рыцари Патрика остановились и больше не могли продвигаться вперёд. Вдвое превосходившие их численностью вражеские рыцари начали теснить их назад.

Нет! Дело плохо!

Патрик уже мог представить, как будет развиваться сражение, если ничего не предпринять.

Ему казалось, что он вот-вот потеряет рассудок. Нужно было немедленно убить этого рыцаря и вернуть контроль над ходом битвы.

— Я убью тебя! — выкрикнул он.

Патрик понимал, что, возможно, уже слишком поздно, но его это не волновало. Он опустил копьё и выхватил меч.

И-го-го-го!

Огромный чёрный конь рванулся к вражескому рыцарю.

Патрик взмахнул мечом. Клинок вспыхнул ярким красным светом.

БА-БАХ!

Но и на этот раз атака Патрика не достигла цели.

Внезапно появились ещё два рыцаря. Они встретили его удар своими огромными мечами и копьями. Раздался оглушительный грохот.

— Барон, теперь вам придётся сражаться с нами, — произнёс один из них.

В этот момент первый рыцарь, тот самый, что держал щит, вытер кровь со рта и выхватил собственный длинный меч.

Патрик внезапно почувствовал страх. Его гнев быстро остыл.

Он вспомнил слова рыцаря со щитом.

— … Значит, вы и есть те, кого они приготовили против меня? — тихо произнёс Патрик. Его голос слегка дрогнул.

— Ну как вам? — спросил рыцарь со щитом, улыбнувшись и заговорив громче.

Патрик внимательно посмотрел на первого рыцаря. Теперь он не сомневался в своих догадках.

Сильный рыцарь. Не могу поверить, что у них есть настолько сильный боец…

Пусть этот рыцарь и не отличался выдающимся мастерством, физической силы ему было не занимать.

Именно поэтому он смог выдержать атаку Патрика.

Теперь Патрик понял, почему Харман Тесрон был так уверен в победе. Но менять что-либо было уже слишком поздно.

Остальные рыцари тоже сильны. По меньшей мере, не уступают моим рыцарям среднего уровня.

Лицо Патрика под шлемом омрачилось.

Если меня остановят, мои рыцари тоже не смогут продвинуться. А если остановят моих рыцарей…

Остальная часть его армии, и без того уступавшая противнику численностью, будет уничтожена.

Как бы храбро ни сражались его рыцари, победить они не смогут.

Патрик представил, как его воинов окружают и убивают. От одной этой мысли становилось невыносимо.

— Нет! Этого не может быть!

Гнев вытеснил страх, и Патрик яростно бросился в атаку.

Но… враг оказался силён.