Если бы Ли Чхоым связалась с ним, он бы точно ответил. Он бы с радостью ответил на все вопросы. Он был подходящей кандидатурой, чтобы попросить его что-либо разузнать.

Но девушка колебалась.

«С ним я точно не справлюсь».

Если бы у безумия были оценки, он бы получил A+.

Дзы-нь-нь-нь

[.: Чхоым, я слышал, ты замешана в этом деле]

[.: Я хочу немедленно приехать в Корею]

Я так и знала.

[.: Но тебе ведь это не понравится?]

[.: Надеюсь, ты будешь здорова до нашей следующей встречи]

Говорят, стоишь на месте ‒ волка бояться, а он тут как тут. Ли Чхоым сдержала вздох.

Честно говоря, они продолжали общаться.

...Хотя можно ли назвать "общением" то, как Ли Чхоым ни разу не ответила, а он слал ей односторонние сообщения?

До сих пор она отчаянно игнорировала их, и теперь, когда ситуация изменилась, она не могла просто так ответить и расспросить его.

«Спрашивать его напрямую ‒ пока отложим».

Потому что если она ответит, он и правда прилетит самолётом...

— Ты же говорила, что нужно писать диплом? Занимайся у меня дома! У меня книг больше, чем в Национальной библиотеке! В Галмеле полно мест для учёбы! Ноутбук купить? Принтер поставить?!

Пока Ли Чхоым пропускала уговоры Ко Хварана мимо ушей и выключала экран телефона...

В этот самый момент.

Шлёп-

[С момента проведения значимой консультации прошло двенадцать дней.]

Ах... точно, дневник консультаций.

[Контроль над телом ослабевает.]

[Идентичность "я" размывается.]

[Сила колеблется.]

Погодите-ка.

[Тебя призывают.]

Ах... чёрт.

— ...Кха-а-а-а!

Из горла хлынула кровь. Ли Чхоым поспешно зажала рот рукой.

— Ху-ух.

Температура тела стремительно падала, каждый сустав начинал деревенеть.

Одновременно появились чувство помутнения и жгучая боль, будто кто-то направил свет прямо в мозг. Распирало желание разодрать кору больших полушарий.

Её лицо буквально посинело, но она думала:

«Да не смешите меня, честное слово».

Вот она, истинная несправедливость мира, нелогичность жизни.

Может ли быть нормальным, что если не будешь консультировать ‒ умрёшь?

[Тебя призывают.]

[Тебя призывают.]

[Тебя призывают.]

Может ли быть нормальным, что из-за этого погибнет мир?..

— Что...

Ко Хваран, который только что с жаром её уговаривал, застыл. Пальцы Ю Сонъу, машинально отбивавшие ритм по столику, замерли.

Жуткая тишина.

Не отнимая руки ото рта, Ли Чхоым сказала:

— Это я чихнула.

— ……

Ко Хваран осторожно спросил:

— Слушай... ты что, нас за идиотов держишь?

Запах крови чувствуется. Да у неё уже между пальцев течёт.

— ...Врача! Сюда, скорее!

Ю Сонъу быстро встал и вызвал врача. Ко Хваран придерживал ей голову.

— Убери руку. Не глотай кровь, открой рот. Наклони голову.

Он отдавал команды жёстким голосом ‒ чувствовалось, что с подобными травмами он сталкивался часто.

Нет-нет.

Она покачала головой.

— Ты что, шутишь?! Ты сейчас...

— Принеси ёмкость.

Из-за крови во рту она говорила невнятно и кивнула на свою рубашку.

— У меня больше нет одежды.

Это была одна из двух её зимних рубашек. Вторая лежала в стиральной машине.

К тому же эта была белая ‒ если она испачкается в крови, хана.

— ……

Ко Хваран с выражением, которое говорило "мне много чего хочется тебе сказать", подставил к её подбородку стакан.

— К-ху-у-у, кхы-ы-ы...

Кровь хлынула снова.

— Ты, вообще...

«Только что ведь всё было нормально».

Наблюдая за тем, как Ли Чхоым внезапно начала умирать, Ко Хваран растерялся. В этот момент.

— Прошу прощения.

Между ними проскользнула чёрная рука.

Вжух.

Он приподнял её подбородок. Ю Сонъу смотрел на неё задумчивым взглядом.

— Ещё раз прошу прощения.

Он сунул палец ей в рот.

— Кхы.

От ощущения, как он нажимает на язык, кровь хлынула с новой силой. Капли разлетелись в разные стороны, несмотря на подставленный стакан.

Он не обращал на это внимания и потянул язык. В этот момент она подумала, что он точно ненормальный.

— Цианоз.

Ю Сонъу поставил диагноз.

Её язык среди крови был синим.

Цианоз ‒ это когда части тела синеют из-за недостатка кислорода в крови.

Обычно это симптом хронических заболеваний дыхательных путей или сосудов, и сам по себе не является болезнью.

— Ещё минуту назад на осмотре всё было нормально. И Ли Чхоым-сси сказала, что хронических заболеваний у неё нет.

Но то, что состояние резко ухудшилось с кровохарканьем и цианозом, кто угодно сочтет странным.

— Да, действительно, все анализы были в порядке...

Пока врач, оценив состояние, растерялся, Ли Чхоым приняла влажную салфетку и вытерла губы.

— Побочный эффект от чрезмерного использования способности.

Это была отмазка на все случаи жизни.

Толедот нельзя описать единым принципом. У людей и способностей побочные эффекты бывают разные ‒ если бы из неё вместо крови хлынул расплавленный металл, эта отговорка тоже сошла бы. Учитывая недавний инцидент в гуманитарном корпусе, это было не так уж натянуто.

— Все было нормально, когда выходили из корпуса, а побочка проявилась только сейчас?

— Да.

Ю Сонъу прищурился, но в итоге не стал допытываться. Если она так говорит, что тут поделаешь.

— Гипотермия. Такое внезапное падение температуры опасно. Вам нужно лечь в больницу...

— Хватит.

Ли Чхоым вытерла остатки крови и встала. От одного этого движения показалось, что весь кровоток в теле сбился, но она нарочно выпрямилась ещё больше.

Ни современная медицина, ни елей не могут это вылечить. Способ один.

«Нужно провести консультацию».

Но... с кем?

«Критерии отбора клиентов и условия проведения консультации до чёртиков сложные».

Как было бы хорошо, если бы всё решилось, если бы она обвешалась растяжками "Консультации Ли Чхоым: совет получишь, но всё равно бесплатно" и стояла на площади Кванхвамун.

«Может, поехать в Хэнам к тому парню, Хаяну?»

С этой мыслью она оперлась на стену.

— Я пойду.

— Нет, по-моему, тебе нужно лечь в больницу.

— Мне нужно диплом писать, некогда. По возможности, не звоните мне.

— По-моему, тебе сейчас нужно лечь в безопасную палату.

Не обращая внимания на то, что Ко Хваран превратился в маньяка, одержимого госпитализацией, Ли Чхоым медленно двинулась к выходу.

— Ну пожалуйста! Ну пожалуйста! Я всё, что скажешь, сделаю! Хотя бы не в больницу, но в безопасное место согласись! Побудь под защитой!

Ко Хваран рвал на себе волосы и упрямо тащился за ней.

— ...А?

И тут, как ни странно, глядя на него, у девушки в голове мелькнула мысль.

«Точно, этот парень же зарегистрирован как клиент».

И к тому же стабильный тип, от которого ожидаешь лёгкой консультации.

— Ты говоришь "всё, что скажешь"?

— Да! Только скажи!

И отговорка есть.

Ко Хваран, судя по всему, MBTI...

— Ты же ENFP?

— А? Вообще-то да...

— Пройдено.

Чего?

— Участвуй в моём интервью для диплома.

Раз Хаян уплыл на рыболовном судне.

— Тогда до решения проблемы я буду под твоей защитой.

Ко Хваран рухнул на колени и схватил её за лодыжку.

— Прошу, доверься мне... Я, я поэтому и стал главой клана, чтобы давать много интервью...

Так закончилась эта драматичная сделка.

.

.

.

Ли Чхоым хотела уйти сразу, но врач её задержал, и она осталась, чтобы получить капельницы. Ей пришлось выслушать тонну нравоучений и получить рецепт на улучшатели кровообращения, только после этого её отпустили.

— Что вы планируете делать, когда закончите заказ для Галмеля?

Ю Сонъу, проводивший её до коридора, задал вопрос.

— Пойду домой и буду жить, как жила.

— М-м.

Ответ был небрежным, но мужчина долго молчал. Ли Чхоым повернула голову. Их взгляды встретились. Длинные ресницы Ю Сонъу дрогнули.

— ...Что вы хотели сказать?

Это было своего рода искусство ‒ заставить Ли Чхоым заговорить первой. Он умел излучать такую ауру, что его нельзя было проигнорировать.

Ю Сонъу мягко прищурился.

— Просто хотел напомнить, что Пурим всегда открыт для вас.

— ……

— Предложение стажировки тоже в силе.

Мягкое, доброжелательное лицо, полное красоты, ‒ ей было всё равно. Взгляд Ли Чхоым скользил глубже.

Молчание ‒ это самый высший риторический приём. Никакая тысяча сладких слов не сравнится с умением вовремя промолчать.

Ю Сонъу, который это прекрасно знал, не отличался болтливостью.

Ни тревоги, ни нетерпения ‒ всё было скрыто, и это делало его не таким уж простым противником.

— Но хотелось бы поговорить с вами более серьёзно. Если я позвоню на этой неделе, вы ответите?

На вежливое предложение Ли Чхоым вздохнула.

— ...Через два дня.

— Хорошо. Через два дня.

Когда она отвернулась, чтобы не видеть его довольную физиономию.

— Ты...

— ……

— Почему ты такая послушная перед Ю Сонъу...?

Ко Хваран стоял с лицом человека, которого предали самым безжалостным образом.

— Тебе нужно знать, что сегодня случилось! Сегодня был переписан рекорд величайшего психопатического поступка в истории. Этот парень, ха! Знаешь, что он хотел с тобой сделать? Он...

Наверное, сказал, что лучше оставить меня помирать...

— Эй! Пойдём вместе!

Игнорируя его обиженный голос, Ли Чхоым зашагала прочь.