В переулке, возвращаясь после получения выигранного лота.

— Ха-ха-ха!

Ю Сонъу то и дело заливался радостным смехом. Ли Чхоым покосилась на него.

«Ему и правда весело».

Похоже, ему очень по душе обманывать, насмехаться и дурачить. Она хотела было что-то сказать, но он выглядел искренне счастливым, так что она просто оставила его в покое.

— Мы их здорово надули, да, Ли Чхоым-сси? Ты видела лица организаторов?

Ещё бы. Она отчётливо видела, как они долго совещались, а потом чуть ли не со слезами на глазах соглашались. Учитывая, что комиссионные составляют определённый процент от цены продажи, Агора понесла немалые убытки.

— Надуть Агору ‒ всё равно что надуть Эдену. Можем считать, что мы отчасти отомстили за тот теракт.

Его непритворно весёлый голос было приятно слушать. Ли Чхоым усмехнулась.

— Но для мести за тот проклятый теракт этого, конечно, маловато.

— Абсолютно с тобой согласен.

Приятно подувший ветерок был приятен. Она подняла голову и посмотрела в небо.

«Но кое-что меня гложет».

Странно, что Агора так легко согласилась, ведь могли бы придумать оправдание и снять лот с торгов.

«И почему продавец молчал?»

Разве не выгоднее было бы заплатить штраф и продать предмет по-другому?

Пока её вопросы плодились, Ю Сонъу, казалось, тоже задумался. Его лицо вдруг стало серьёзным.

— Хорошо бы, на этом всё и кончилось, но вряд ли продавец оставит это просто так…

Он поднял взгляд.

— Кажется, идёт тигр.

Топ-топ-топ.

Навстречу им двигалась мрачная толпа.

В центре, единственный в белом, выделялся мужчина.

Тук.

Он остановился перед ними.

— Здравствуйте, дорогие покупатели.

Мужчина оскалил острые клыки в улыбке.

— Такая весёлая сделка состоялась, вот я и вышел посмотреть.

Помянешь чёрта… Судя по виду, это был прежний владелец предмета.

«Кто это?»

Она догадалась, что он продавец, но самого человека видела впервые.

— Давно не виделись, Ха Ху Шиннён.

Но Ю Сонъу, похоже, был с ним знаком.

«Китаец?»

Она разглядывала мужчину и, заметив повязку на его правом глазу, слегка удивилась.

«Ха Ху… и одноглазый?»

В голове промелькнул генерал, который, мол, не мог расстаться с тем, что дали родители, и съел собственный глаз. Ю Сонъу прошептал:

— Ха Ху Шиннён, известный китайский посредник по торговле предметами. В основном специализируется на "тёмных" вещах.

Ясно. По виду и не скажешь, что он законопослушный гражданин.

«Неужели он хочет продать, а потом забрать обратно?»

Пока она оглядывала вооружённую толпу, готовую, казалось, броситься по первому приказу, Ха Ху Шиннён хихикнул.

— Да, Ю Сонъу, наш лучший клиент. Давно не виделись вживую.

Его глаза хитро прищурились.

— Давно ты искал "Бинты Лазаря". Другие места ещё не проверил?

Ю Сонъу промолчал.

Сверк.

Стоявшая рядом Ли Чхоым заметила, как из-под маски блеснула Кассиопея.

Ха Ху Шиннён притворно посетовал:

— "Жертвенный агнец" должен был стать моей главной сделкой в этом году. Я рассчитывал, что он установит рекорд.

«И что с того?»

Тогда бы он его и не продавал. И…

— Кажется, он и так установил рекорд.

Рекорд самой низкой цены ‒ тоже рекорд, наверное, неплохо?

Ха Ху Шиннён моргнул.

Его взгляд, устремлённый на Ли Чхоым, стал задумчивым, а затем в нём вспыхнул огонь.

Он наклонил своё длинное тело и приблизил лицо.

— Это ты? Виновница того, что мой предмет продали за бесценок?

— ……

— Я слышал, в Южной Корее пробудился ментальный апостол. Но не думал, что возможно такое. Забавный опыт.

Непонятно, злится он или радуется. В его легкомысленном голосе эмоции не читались.

Она взглядом спросила у Ю Сонъу, тот подал знак, что опасности нет.

«Значит, можно поспешно не убегать».

Но отвечать ей не хотелось, поэтому она просто молчала.

— Хм.

Он коротко выдохнул.

И в следующее мгновение…

Вжух.

…Морг.

Всё произошло, пока она моргала. Когда она снова открыла глаза, чёрный клинок был прямо перед её носом.

Что за? С ума сошли?

— Уберите руку.

Ю Сонъу — тот, из-за кого ресницы Ли Чхоым чуть не лишились жизни, — негромко пробормотал.

— Ой, как страшно.

Остриё клинка мужчины лишь слегка кольнуло руку Ха Ху Шиннёна, тянувшуюся к её лицу.

— Я просто хотел кое-что проверить.

Он поднял обе руки, но Ю Сонъу не убрал клинок.

Нет, но мои ресницы сейчас отвалятся!

— Ха, ну и нервный. Что, решил застолбить место под сверхновую? Или новый друг, что ли?

Он говорил легкомысленно, но его глаза были холодны и расчётливы.

И тут Ю Сонъу, словно смутившись, на мгновение замялся.

— О-о.

Глаза Ха Ху Шиннёна сверкнули ‒ он поймал удачу.

— Итак, я вижу, у гробовщика появился новый экспонат…

— Ли Чхоым-сси…

Ю Сонъу спокойно перебил.

— …женщина, которая может стать моей бабушкой.

……

Что за чушь?

После короткого молчания Ха Ху Шиннён, не скрывая лёгкого замешательства, спросил:

— Но ведь твоя бабушка умерла?

— Да.

— Она же младше тебя?

— Да.

И что всё это значит?

В этой неловкой атмосфере, созданной непробиваемой нелепицей, Ли Чхоым подумала:

«И всё же он рехнулся».

Она подозревала это и раньше, но теперь убедилась: Ю Сонъу продолжает накладывать на неё образ своей бабушки.

«Что это была за внучатая забота?»

Она растерялась до такой степени, что не могла вымолвить ни слова.

— …Я пошла.

Она решила уйти одна.

— Эй, погоди.

Ха Ху Шиннён загородил ей дорогу, но она не остановилась.

— Уйди с дороги.

Мне надоело, настроение портится.

На мгновение их взгляды скрестились.

— А она не боится, — усмехнувшись, он, на удивление, легко отступил в сторону. — Но сначала вот, возьми.

Он протянул ей визитку.

— Я пришёл не ссориться. Просто хотел посмотреть, можно ли наладить дело с сильным ментальным апостолом. Если что-то понадобится, обращайся.

Неожиданно вежливо.

Она с кислым видом, чисто для проформы, взглянула на визитку…

«О».

…и слегка удивилась.

[Платок Хиннома]

Имя торговца на визитке было ей знакомо.

Она уже имела с ним дело.

«Раньше я часто покупала здесь допинг».

Тогда она использовала вымышленную личность, так что он, скорее всего, её не знает…

…Наверное, не знает?

Она мельком взглянула на Ха Ху Шиннёна.

— Бери, бери~ — хихикнул он, и по его лицу невозможно было понять, о чём он думает.

Неприятный тип.

Она молча сунула визитку в карман, и только тогда он удовлетворительно кивнул.

— Не стесняйся. Может, мы ещё станем хорошими друзьями. Понимаешь…

Он слегка повернул голову и приблизил губы к её уху.

Пристально глядя ей в глаза, он прошептал:

— Ты ведь "Мастер лжи"?

...…

Достижения бывают разные, и внешние изменения тоже. Поэтому практически невозможно определить по внешности, какое достижение человек получил. Но, как ни удивительно, Ха Ху Шиннён попал в точку.

[Мастер лжи]

: Только тот, кто обманывает не только других, но и себя, достоин звания мастера лжи.

- Условие: превышение определённого количества раз искусственного манипулирования собственной психикой.

Это достижение и дало глазам Ли Чхоым их бледность.

Когда её взгляд быстро застыл, Ха Ху Шиннён похлопал её по плечу, будто призывая расслабиться.

— Я знаю одного человека с таким достижением. Он наркоман.

«Был человек, который колол себе наркотики, пока не получил достижение?»

Спасибо, теперь я буду шарахаться от всех с бледными глазами.

Его глаза опасно сверкнули.

— Если и ты в такой же ситуации, я могу помочь.

Похоже, он принял её за наркоманку и протягивал руку помощи.

«Я уже завязала».

Голова разболелась.

— Ну, дело сделано! Счастливого пути!

Он без сожаления отпустил их. Вооружённая толпа за его спиной расступилась, как море перед Моисеем.

Тяжело вздохнув, Ли Чхоым задала последний вопрос:

— У вас есть ещё что сказать по поводу "Жертвенного агнца"?

Она боялась, что потом он придёт и обвинит её в мошенничестве, но он только широко улыбнулся:

— Мне эти гроши неинтересны.

…Сразу вспоминается поговорка: "У китайских богачей другие масштабы".

На этом их первое посещение Агоры, полное событий, закончилось.

— Ли Чхоым-сси, насчёт "бабушки" ‒ я пошутил. Ты обиделась?

— ……

— Ли Чхоым-сси?

Просто молча иди за мной.

И время шло. День Всекланового собрания приближался.