Ху-у-у…

Ко Хваран медленно выдохнул. Дыхание тут же превратилось в пар.

Чтобы управлять танцующим пламенем, нужно сохранять внутреннее спокойствие. Горячим должен быть огонь, а не его хозяин.

В момент возбуждения огонь может вырваться из-под контроля и сжечь внутренности самого пользователя.

К тому же у его огня была своя особенность.

[Как свет от разрушительного пожара, испепеляющего лес, виден издалека]

"Буквенное пламя". Огонь, который загорался только от слов, впечатливших Ко Хварана.

Некоторые тексты он не столько читал, сколько "впитывал". Как каждый глоток молока и ложка риса в детстве становятся плотью и кровью, так и тексты, которые он поглощал с упоением и пережёвывал снова и снова, становились частью его тела.

Этот огонь требовал именно таких слов в качестве топлива.

Пара строк, произнесённых между делом, его не зажигали. Он питался только теми текстами, которые Ко Хваран переварил, усвоил и сложил в некий нематериальный карман в глубине сердца.

Из-за этого он больше не мог получать от чтения чистое удовольствие. Писать отзывы, переписывать тексты, заучивать их наизусть ‒ всё это стало для него обязанностью.

Он не жаловался. Скорее, у него просто не было времени на такие мысли.

Но иногда…

[Когда они шли вперёд, из множества бронзовых копий вырвался яркий свет, достигший небес]

…в моменты полного погружения, когда каждый символ взрывался пламенем.

После острого ощущения, когда часть его собственного тела превращалась в огонь, и экстаза от того, что он переживает текст всем своим существом, Ко Хварана часто накрывало странное чувство пустоты.

Как использованный пробитый железнодорожный билет ‒ даже если он всё ещё помнил текст, смысл, казалось, улетучивался.

Куда деваются сожжённые слова?

Так и не найдя ответа, он начал избегать использовать по-настоящему дорогие ему тексты в качестве запала.

Дорогое хотелось сохранить, отложить подольше…

Свуш.

Тем временем Ли Чхоым, стоя у окна в комнате ожидания напротив тренировочного зала, смотрела внутрь.

— Он что, правда улучшился? Я бы сама не заметила.

Она оказалась здесь, потому что Ко Хваран, желавший использовать каждый миг "Фиксации внимания" даже в перерывах, притащил её с собой.

— Он быстро прогрессирует. Видишь, контроль становится лучше?

Рядом стоял и Осалло.

— Я и не знал, что он может снимать до трёх пирсингов.

Хруст. Юноша откусил зелёное яблоко.

— Что это за пирсинги?

Она знала, что они подавляют его силу, но точно не знала, что это за предмет.

— Осколки предмета под названием "Последний сдерживатель".

— Осколки?

Предмет есть предмет, при чём тут осколки? Пока она недоумевала, Осалло пояснил.

— Когда-то на аукционе выставили цепь, подавляющую способности. Наш глава обязан был её заполучить из-за своей силы. Но тогда и Канаби был в отчаянном положении.

Вспоминая то время, он щёлкнул пальцами, словно изображая летящие искры.

— Говорят, Галмель и Канаби тогда устроили настоящую битву на аукционе. Национальный рекорд по торгам был побит именно тогда.

Естественно, если два из пяти главных кланов сошлись лицом к лицу.

— Но бюджеты, которые они выделили, оказались примерно одинаковыми, и торги могли продолжаться вечно.

Ни один не мог уступить ‒ у каждого была своя причина.

— В конце концов, они сложились и поделили предмет.

Нашёлся Соломон.

— Пирсинги, которые сейчас носит глава, сделаны из двух третей той цепи.

Всё равно ему досталось больше.

— Остальное забрали Канаби?

— Да. Не знаю, как они его использовали.

Она узнала старую историю, о которой и не подозревала.

«Значит, Канаби тоже нужен был подавитель».

Зачем?

Скрип.

Не успела она углубиться в этот внезапный вопрос, как дверь тренировочного зала открылась и вышел Ко Хваран.

— Уши зачесались. Вы двое меня обсуждали?

— Мы говорили о тебе. Тренировка прошла успешно?

— Более-менее.

Он подошёл, вытирая мокрые волосы полотенцем.

Она видела, как перед выходом он облился ледяной водой, но от его тела всё равно исходил сильный жар. Зимой он мог бы служить отопительным прибором, а еду, поставленную рядом, можно было бы коптить.

— Бери с собой на тренировки сёмгу.

«Такая энергия пропадает зря», — подумала она, но Ко Хваран покачал головой.

— Я и так иногда тренируюсь на свалке.

— Просто сжигаешь мусор?

Наверное, от этого ужасный смог и очередное загрязнение окружающей среды. Но он гордо ответил:

— Белое пламя, которое я использовал в прошлый раз, дыма не даёт.

Ого.

— Ты что, получил экологическую премию?

— До Нобелевской не дошло, но премию за охрану окружающей среды Республики Корея получил.

«Ну и тип».

Она снова посмотрела на него. Он сел рядом, глядя на свои руки.

Сжал-разжал.

В его движении чувствовалась тоска.

«Она сказала, что может дать этот эффект только раз в день».

"Фиксация внимания". Он уже скучал по тому чувству полного контроля, которое давал этот эффект.

Ему было интересно, как далеко он сможет зайти с этой помощью.

— Ты и правда можешь дать эффект лучше этого?

Его глаза, устремлённые на неё, блестели.

Она не стала вдаваться в подробности.

«Но он понимает, что я не отказываю, а просто не могу пока».

Поэтому он догадывался, что для этого нужно выполнить какие-то условия в процессе консультаций.

«Что это за сила?»

Существует много сил, дающих полезные эффекты, и часто у получателя есть свои условия. Но чтобы условием было консультирование ‒ он о таком даже не слышал.

— Нельзя как-то ускорить выполнение условий?

— Нельзя.

Ли Чхоым резко отрезала .

На самом деле, тем, которые могли бы заполнить необходимые пункты, было много. К тому же Ко Хваран был очень сговорчив. Если бы она сейчас спросила его о чём-то сокровенном, он, скорее всего, ответил бы.

«Но это не сработает».

Разве что он будет искренне растроган. Нельзя его заставить. Это должно идти изнутри.

Поэтому она и не вдавалась в подробности.

«Если он станет нарочно открываться, будет только хуже».

— Просто подожди.

Только это она могла ему сказать сейчас.

Он выглядел немного раздосадованным, но всё же кивнул.

Осалло, наблюдавший за этим со стороны, наклонил голову.

— Нетерпеливый он.

— Что…

— Видно, хочет взять под контроль способность, прежде чем уволить заместителя главы.

— ……

Ко Хваран не ответил, но на его лице промелькнуло лёгкое замешательство.

— Если он и после таких усилий не сможет полностью контролировать свою силу, то, видимо, собирается уступить место заместителю главы.

Осалло погладил подбородок.

— Но так и не решившись, он продолжает держать заместителя в качестве подстраховки. По-моему, это жестоко по отношению к нему.

Ко Хваран зажмурился и сильно надавил на виски.

— …Два месяца ещё не прошли. Я просто готовлюсь к худшему. Вдруг я из-за неспособности контролировать силу устрою аварию ‒ кто тогда поведёт Галмель?

— Естественно, я.

Ах, ну.

Пока Ко Хваран был готов взорваться, Осалло оставался невозмутим.

— Если ты думаешь, что в таком случае сможешь отказаться от поста, то забудь. Ты думаешь, я соглашусь быть собакой, которая гоняется за курицей и смотрит на небо с крыши?

— Ты…

— Даже если твои конечности сгорят, я восстановлю тебя, лишь бы ты дышал.

— ……

«В таком состоянии лучше бы просто отправили в мир иной».

Ко Хваран не знал, радоваться этому или ужасаться.

В любом случае, он откинул чёлку и твёрдо заявил:

— Я сделаю, что нужно, когда придет время. А ты занимайся своими делами.

Он явно не желал ничего слушать. Осалло замолчал, но по его лицу было видно, что он недоволен.

Так они и сидели в неловкой тишине.

Вдруг заговорила Ли Чхоым.

— А ты…

Её бледные глаза смотрели на Ко Хварана.

— …правда хочешь быть главой клана?

Обычно мутный взгляд в этот миг был удивительно ясным.

Перед этим мужчина замер.

Вопрос был достаточно простым ‒ можно было бы легко отмахнуться. Но он не мог ответить сразу.

— …Я…

В тот миг, когда его глаза заметались.

Тук-тук.

— Глава клана! Можно войти?

Кто-то поспешно постучал в дверь комнаты ожидания.

Напряжённая, как перетянутый воздушный шар, атмосфера внезапно ослабла.

Осалло, наблюдавший за этим, раздражённо вздохнул.

— Не хочется, но, видно, срочно.

— …Ладно.

Ко Хваран встал и открыл дверь. Он выглядел так, будто сбегал от вопроса.

За дверью ждал член Галмеля.

— Что случилось?

— Пришло приглашение на Всеклановое собрание.

— А, решили проводить сейчас?

Ко Хваран, спокойно, словно ожидал этого, взял приглашение.

Получателями были Ко Хваран и Осалло. Это было ожидаемо.

— А?

Было ещё одно приглашение.

— В этом году в списке есть изменения.

Взгляд члена клана осторожно скользнул внутрь комнаты.

— Приглашение также пришло и для апостола Ли Чхоым.

— Что?

Все одновременно повернулись к ней.

Пока на неё смотрели с лёгким изумлением.

— А что такое Всеклановое собрание?

Хватит обсуждать всё при мне, как будто меня нет.