Когда я открыл глаза, вокруг простиралось незнакомое пространство.

Величественный, ослепляющий роскошью тронный зал, словно сошедший со страниц хроник древней империи.

Я восседал на возвышающемся надо всеми нефритовом троне, глядя на мир с недосягаемой высоты.

Внизу бесчисленные воины и маги склонялись передо мной в глубоком поклоне.

Их лица, доспехи и одеяния разительно отличались, однако я помнил каждого из них до мельчайших подробностей.

Это были выращенные мной герои S-ранга.

«И где же я?»

Последнее, что сохранилось в памяти — посадка на поезд перед началом зимних каникул.

Пересадив Со Еин со своих коленей на сиденье напротив, мы немного поболтали, после чего я решил ненадолго прикрыть глаза.

Выходит, всё это — просто сон.

Однако внутри вспыхнуло отчётливое предчувствие: даже если это сновидение, отмахиваться от него как от пустой игры воображения точно не стоит.

«Кажется, я уже бывал здесь раньше».

Пока я пытался воскресить в памяти, когда именно это происходило, в голове внезапно щелкнуло.

Иллюзорный Демон.

Во время Турнира Фиксированной зоны старейшины Культа Крови тайно проникли на Остров Подземелий, надеясь вернуть Меч Кровавого Ветра (которого у меня отродясь не бывало).

Тогда Иллюзорный Демон подобрался ко мне и попытался применить Технику Захвата Души, но намертво упёрся в абсолютную ментальную защиту [Монарха], не сумев пробить её даже на толщину комариного крыла.

И всё же в ходе того столкновения этот зал невольно приоткрылся миру, вынырнув из глубин моего подсознания — чтобы теперь явиться наяву.

Если так, то это место, скорее всего…

Мой внутренний мир.

Обитель, где обрела материальную форму неотъемлемая частица моей собственной сути.

Учитывая, сколько времени, сил и неугасимой страсти я вбухал в «Академию убийц драконов», в этом не было ничего удивительного.

Стоило этой мысли оформиться, как внутри поднялась странная, щемящая волна чувств. Словно перебираешь хлам во время генеральной уборки и неожиданно натыкаешься на драгоценную памятную вещицу из далекого прошлого.

Получив квест реинкарнации и умерев, я искренне полагал, что всё созданное мной бесследно сгинуло.

Но оно никуда не исчезло. Оно осталось жить здесь.

Я принялся неспешно скользить взглядом по застывшим фигурам героев.

Святая Ли Со в белоснежных жреческих ризах.

«Да уж, глядя на неё, отсутствие толкового целителя в нашей пати ощущается особенно остро. С другой стороны, подбор состава — это всегда вопрос грамотного баланса возможностей».

Глава Рубиновой башни Хон Хён А.

Внешность, взрывной темперамент, стихийная специализация — во всём прослеживалось невероятное сходство с Хон Ён Хва.

«Хотя потенциал нашей лохматой бешеной собачки на порядок выше».

Чёрный рыцарь Ко Ё Хан.

«Честно говоря, так и подмывает одолжить у него этот комплект лат. Растущая броня, достигшая пика развития, по сути становится единым целым с телом владельца. Кстати, у Ли Сон Хёна из нашего мужицкого трио очень похожий сет».

Королева вампиров Кармилла.

«Она перенеслась ко мне ровно в тот момент, когда пробила S-ранг, так что я даже не успел провести её боевой тест-драйв. Какая досада…… Аж совесть немного грызёт за то, что ей придётся ещё долго торчать без дела».

Я продолжал предаваться ностальгии. Будь моя воля, я бы с удовольствием поздоровался с каждой из тысячи стоящих душ, но закончить смотр мне не дали.

Двери, расположенные прямо напротив трона — массивные, чудовищно толстые плиты, под стать масштабам зала.

Всё это время я считал их намертво запечатанными, однако в какой-то момент они оказались приоткрыты на едва заметную щёлочку.

В этом микроскопическом зазоре что-то шевельнулось. Приглядевшись, я различил пепельно-серую кошачью морду и чёрную лисицу.

— ……Вы что там забыли?

Вместо ответа кот с упорством маньяка попытался пропихнуть голову в щель. Однако щель оказалась слишком узкой даже для его гибкого черепа, и маневр с треском провалился.

Тогда кот сменил тактику: вытянул переднюю лапу сквозь проём и принялся остервенело шарить ею в воздухе, словно пытаясь подцепить и выудить что-то изнутри.

Видимо, со стороны это выглядело безумно увлекательно, потому что чёрная лиса тут же решила присоединиться к веселью.

Тяв.

Взобравшись коту прямо на спину, она повторила его движение один в один, просунув собственную лапу в щель.

«И что, вдвоём дело пойдёт веселее? И обязательно было взгромождаться друг на друга?»

Я наблюдал за этой хвостатой акробатикой, пока в голове роились недоуменные вопросы.

Разумеется, тяжеленная исполинская дверь даже не шелохнулась от нелепого шевеления мягкими лапками.

Я как раз раздумывал, стоит ли подойти и помочь им или лучше оставить дурачиться, как вдруг мои веки распахнулись сами собой…

Купе поезда.

Как и следовало ожидать, это был всего лишь сон.

Первым, что предстало перед глазами, оказалось лицо Со Еин напротив. Уткнувшись подбородком в столешницу, она сонно разглядывала меня снизу вверх.

— ……

— Чего смотришь?

— Просто так.

Тан Гюён, как выяснилось, тоже никуда не делась — она уютно привалилась к моему плечу и довольно щурилась.

Поскольку она лишь загадочно улыбалась и упорно молчала, я поинтересовался:

— Ты что, совсем не спала?

— Только что проснулась.

— Могла бы и разбудить меня.

— С какой стати? Ты так сладко спал. И лицо было такое, будто тебе снится что-то очень хорошее, — с гордостью за собственную чуткость отозвалась Тан Гюён.

Я согласно кивнул:

— Сон и правда был хорошим.

— Да? И про что же?

— Увидел лица, которых не встречал уже целую вечность.

При этих словах неподдельное любопытство вспыхнуло на лицах обеих девушек.

— Кто это был? Старые друзья?

— И друзья, и боевые товарищи. А некоторые — ученики.

— Расскажи поподробнее!

— Я же говорил вам, что выпускался из академий больше двух сотен раз.

— Да-да, слышали эту байку.

— Вот они и были теми, с кем я вместе доходил до финала.

Выражение лица Тан Гюён сделалось странным:

— Значит, они твои… супер-сонбэ? И где же они сейчас?

— Очень далеко.

Тан Гюён на мгновение вздрогнула. Её следующий вопрос прозвучал куда осторожнее и тише:

— ……«Далеко» — это в том самом смысле? Откуда уже не возвращаются?

— Вовсе нет. Причина совсем в другом.

— Фух, напугал! У меня аж сердце сжалось.

— Будет возможность — я вас обязательно познакомлю.

— Ла-адно~

Материализовать их в физическом мире было бы задачей из области невозможного, но устроить встречу на просторах внутреннего мира казалось вполне осуществимым делом. В конце концов, даже если это был морок, кот с лисицей как-то сумели добраться до самых дверей моего тронного зала.

Впрочем, едва успев расслабиться, Тан Гюён вдруг снова насторожилась и опасно сощурила глаза:

— Погоди-ка. Главного-то я не спросила.

— Чего именно?

— ……Там были женщины?

— А пол имеет значение?

— Раз ты замялся с ответом, сомнений больше нет!

Тан Гюён медленно поднесла мою руку к своим приоткрытым губам, явно намереваясь вцепиться в неё зубами в любую секунду.

Голосом профессионального следователя она отчеканила:

— Опять завёл себе «запасной автобус»?

— Никаких автобусов нет и в помине.

— Пря-ям-таки нет?

— Чистая правда.

«Там не автобус, там целый императорский дворец» — ляпни я такое вслух, и разъярённая Гю изгрызла бы меня до костей, так что я предпочёл удержать язык за зубами и держаться исключительно сухих фактов.

Тан Гюён продолжала сжимать моё предплечье, недовольно ворча:

— Ты вечно шутишь про свои автобусы, вот у меня рефлекс и срабатывает!

— Сама же знаешь, что это шутки. Я не подкатываю к кому попало.

— Тогда докажи это делом, чтобы я могла тебе доверять.

— Слушаюсь.

— М-м.

Тан Гюён сделала вид, будто собирается разжать пальцы…

И тут же с упоением тяпнула меня за руку.

Я ошарашенно уставился на неё:

— Ты-то зачем кусаешься?!

— Душа потребовала.

— У тебя уже даже формального повода не осталось!

— М-м-м.

Тем временем Со Еин, наблюдая за нашей вознёй с искрящимися от восторга глазами, тоже медленно потянула ладошку к моей второй руке.

Намерение читалось безошибочно, так что я перехватил её тонкое запястье прямо в воздухе:

— Ты тоже меня укусить собралась?

— ……Испытание.

— Не нужно превращать в испытание всякую ерунду.

— ……Испытание.

Мне пришлось держать круговую оборону, спасая свои конечности от двух свирепых пираний.

Пока мы боролись, взгляд Тан Гюён случайно упал на окно, и её глаза моментально вспыхнули:

— Приехали?

Я тоже выглянул наружу: за стеклом стремительно разрасталась панорама огромного мегаполиса.

Сычуань.

Разумеется, этот город не имел ничего общего с привычной провинцией Сычуань из реального мира. Слишком уж велика была географическая и временная пропасть.

Стройными рядами высились ультрасовременные высотки, по гладкому асфальту широких проспектов сновали автомобили. И прямо посреди этого технического прогресса то тут, то там виднелись монументальные строения из тёмного дерева и резного камня, дышавшие древностью — словно вырезанные прямиком из классических уся-новелл или фэнтези.

Впрочем, принимая во внимание, сколько жанров было свалено в одну кучу разработчиками «Академии убийц драконов», удивляться не приходилось.

По всей видимости, сценаристы просто позаимствовали звучное название, рассудив: «Клан Тан обязан находиться в Сычуани!», ведь названия вроде «Клан Тан из Ыйджонбу», «Чикагский клан Тан» или «Клан Тан из Осаки» звучали бы как полнейшая дичь.

Вскоре поезд сбавил ход и замер у перрона. Вместе с Тан Гюён и Со Еин мы спустились на платформу.

Оглядевшись, я заметил собравшуюся поодаль внушительную делегацию: люди в строгих деловых костюмах вперемешку с мастерами боевых искусств в тёмно-зелёных традиционных халатах.

Среди них выделялся знакомый мужчина средних лет.

Дядя Гю.

Тан Мунхён тоже приметил нас и мягко помахал рукой с тёплой улыбкой.

Тан Гюён почтительно склонила голову:

— Мы приехали, дядя.

— Прекрасно. С возвращением, Гюён. Вы двое тоже подходите, не стесняйтесь.

Мы с Со Еин одновременно поклонились:

— Давно не виделись.

— Здравствуйте.

Завязался лёгкий, ни к чему не обязывающий светский разговор.

Однако температура настроения остальных воинов клана Тан разительно отличалась от радушия Мунхёна.

Лишь единицы едва заметно махнули рукой или процедили пару дежурных приветствий; подавляющее же большинство одарило нас холодными, абсолютно каменными взглядами.

Кое-кто и вовсе открыто скривился.

На долю секунды на лице Тан Мунхёна промелькнула тень досады, однако он постарался не подать виду и поспешил сгладить неловкость:

— Пойдёмте, закончим разговоры уже в поместье.

Мы расселись по шеренге ожидавших нас паланкинов и тронулись в путь, направляясь прямиком к главной резиденции клана Тан.

— ……

Всю дорогу лицо Тан Гюён оставалось столь же мрачным и сложным, как и у её дяди на перроне.

Скрестив руки на груди, она долго сидела в глубоком раздумье, пока наконец не спросила меня шепотом:

— ……Ты ведь заметил?

— Остальных соклановцев?

— Ага. Радушием там и не пахло.

— Трудно спорить. Могу я спросить, в чём причина?

— Потому что я сбежала из дома.

Поводов набралось предостаточно, но если судить исключительно по сухому остатку — она просто развернулась спиной к великому клану ради собственной свободы.

С точки зрения семьи не почувствовать себя преданными было практически невозможно.

Вдобавок ко всему, Тан Гюён происходила из прямой главной ветви, а её врождённый талант в искусстве ядов и скрытого оружия в своё время котировался как гениальный.

Даже сама Королева меча, наблюдая за её выступлением на юношеском турнире, как-то обронила:

— «Если бы эта девочка посвятила себя скрытому оружию — если бы она хотя бы ступила на путь истинных боевых искусств — её талант позволил бы ей достичь величия давным-давно. Какая нелепая, непростительная трата дара».

Ожидания, возлагавшиеся на неё родом, были колоссальными. И Тан Гюён с лёгким сердцем растоптала их все до единого.

Неудивительно, что горечь обиды жгла соклановцев с двойной силой.

— И вот я заявляюсь обратно во всей красе. Думаешь, им приятно на это смотреть?

— Отчасти я могу понять их чувства.

— Я тоже. Совсем чуть-чуть, — Тан Гюён устало откинулась на спинку сиденья. — Собственно, поэтому я и потащила вас за собой. Нас трое, а атмосфера уже давит так, что дышать тяжело — представь, каково было бы явиться сюда одной? На целые каникулы!

— Действительно, в груди бы всё сжалось от тоски.

— Вот именно! Так что, когда доберёмся, развлекайте меня изо всех сил. Чтобы я даже заскучать не успела!

Тан Гюён с улыбкой посмотрела на нас.

Глаза Со Еин хищно блеснули:

— Принято.

Пока мы негромко переговаривались, паланкины мерно покачивались на ходу.

Вскоре меж ультрасовременных городских построек показалось колоссальное поместье — зрелище, казавшееся абсолютно инородным посреди делового центра мегаполиса.

Назвать это усадьбой было бы непозволительной скромностью. Перед нами раскинулся настоящий императорский дворцовый комплекс.

А на массивной вывеске над главными воротами резкими, бритвенно-острыми мазками каллиграфии было начертано:

<Сычуаньский клан Тан>

По прибытии на место сопровождавшие нас охранники бесшумно растворились в тени.

Ведомые дядей Гю, мы переступили порог родовых земель семьи Тан.

— ……

Тан Гюён молча скользила взглядом по знакомым с детства дворам и галереям. Возвращение домой после столь долгой разлуки явно всколыхнуло в её душе целый пласт дремавших воспоминаний.

Тан Мунхён, стараясь говорить как можно деликатнее, предложил:

— Быть может, первым делом поприветствуем моего старшего брата?

Старший брат дяди Мунхёна приходился отцом Тан Гюён — и нынешним Главой клана Тан.

Я не знал всех тонкостей их семейной драмы, но даже по обрывкам было ясно: пропасть непонимания между отцом и дочерью пролегла поистине бездонная.

И всё же, будто давно морально подготовившись к этому неизбежному шагу, Тан Гюён ответила без малейших колебаний:

— Да. Так и поступим.

Для гостей, прибывших в столь могущественный клан, визит вежливости к его владыке был незыблемым правилом этикета.

Поэтому мы втроём направились прямиком к Залу Главы клана.

Шедший во главе Тан Мунхён замер перед наглухо закрытыми массивными створками дверей.

Затем он негромко возвестил о нашем прибытии:

— Брат. Это Мунхён. Я привёл Гюён и наших гостей.

После короткой, тягучей паузы из-за дверей донёсся сухой ответ:

— Войдите.

Створки распахнулись, открывая взору строгий, идеально прибранный кабинет.

За рабочим столом сидел мужчина средних лет, углублённый в изучение документов. Даже беглого взгляда хватало, чтобы заметить его поразительное внешнее сходство с Тан Мунхёном.

Перед нами был сам Глава сычуаньского клана Тан.

— ……

Даже после того как мы вошли внутрь, Глава клана ещё некоторое время не отрывал глаз от бумаг.

Лишь доведя иероглиф до конца, он медленно, с неохотой поднял голову.

В морозном воздухе кабинета с глухим безмолвным треском скрестились взгляды отца и дочери.