Когда финальные экзамены окончательно подошли к концу, Ли Су Док собрал весь третий класс на последний классный час в этом семестре.

Окинув аудиторию тяжёлым взглядом, он заговорил:

— Лица у вас мрачные. Полагаю, своими экзаменационными баллами вы недовольны.

Всё было ровно так, как он сказал. За исключением нашей команды, ребят из дисциплинарного комитета и, может быть, ещё одной-двух групп, лица большинства студентов были темнее тучи.

Многие, вероятно, не наскребли даже минимального проходного балла.

Прорыв в диспетчерскую — это полдела.

Мы собрали в общей сложности шестнадцать сырных коробок.

А с учётом тех десяти, что мы передали Мо Ён Джуну, эта цифра и вовсе доходила до двадцати шести.

Это означало лишь одно: огромное количество команд выбыло с пустыми руками.

Такова была система, где крошечная горстка лидеров забирала себе львиную долю наград.

Некоторые студенты, казалось, копили в душе глухое недовольство, однако Ли Су Дока это ничуть не заботило.

— Скажу прямо. Практические испытания в Академии убийц драконов проходили так с самого дня её основания — и будут проходить так впредь. Если кто-то из вас надеялся, что правила изменятся, советую похоронить эту надежду прямо сейчас.

«……»

Цель создания Академии убийц драконов — ковать будущих героев.

И точно так же, как сильнейшие герои купаются в почёте, вполне естественно, что лучшие студенты забирают себе почти всю добычу.

— Есть для вас одна новость, одновременно и хорошая, и плохая: нынешние лидеры не останутся на вершине навечно. Всё зависит от вашего усердия. Вы можете взлететь наверх, а можете скатиться на самое дно.

«……!»

Услышав это, студенты подобрались, а в их взглядах вспыхнула новая решимость.

— Если на этих экзаменах вы познали вкус поражения, используйте его как трамплин, чтобы подтолкнуть себя вперёд. Как только начнётся второй семестр, вас ждут дуэльные сражения.

Он также упомянул о запланированном межклассовом турнире и предупредил, чтобы никто не смел забрасывать тренировки только потому, что наступили каникулы. На этом Ли Су Док завершил классный час.

Перед уходом куратор бросил короткий взгляд в мою сторону, словно говоря:

«— Я буду внимательно следить за тем, что ты выкинешь во втором семестре».

Стоило Ли Су Доку переступить порог, как Со Еин потянула меня за рукав:

— Пошли.

— Хочешь уехать прямо сейчас?

— Угу.

— Какое редкое рвение.

— Поехали ко мне домой.

В её серых глазах сверкнули искорки нетерпеливого возбуждения.

Казалось, она готова утащить меня к себе как можно скорее.

Справедливости ради, с тех пор как Ан Чон Ми впервые заикнулась об этой поездке, прошёл уже целый месяц, так что Еин и впрямь истомилась в ожидании.

Наблюдавший неподалёку Ко Хён У весело усмехнулся:

— Похоже, вы выдвигаетесь сию же секунду.

— Я думал денёк передохнуть, но уехать пораньше — тоже неплохая мысль.

— Понимаю. Желаю вам отлично провести время.

— Ага, и тебе хорошо отдохнуть.

Я строго-настрого запретил ему нас провожать, после чего мы направились к перрону аккурат к прибытию поезда.

На перроне царила непривычная тишина.

По сравнению с днём церемонии поступления, когда здесь яблоку негде было упасть от толп студентов, сейчас не набралось бы и десятой доли того скопления.

«Что ж, по сути, это первый отходящий поезд».

Большинство учащихся не станут срываться с Острова подземелий в ту же секунду, как закончился семестр.

Скорее всего, они пару дней отдохнут или погуляют по Центру города, прежде чем разъезжаться по домам.

А кто-то и вовсе останется на острове.

Взять того же Ко Хён У: этот парень вознамерился провести все каникулы взаперти в тренировочном центре, целиком посвятив себя тренировкам.

Как однажды сказал его наставник, даже время, потраченное на дорогу туда и обратно, слишком драгоценно, чтобы растрачивать его попусту.

Были и те, кто состоял в клубах — им требовалось заранее готовиться к мероприятиям второго семестра или согласовывать совместные проекты.

Членам руководства вроде Тан Гюён и Чегаль Со Со предстояло зарыться в дела с головой.

Впрочем, чем меньше народу, тем лучше.

В тишине и путь покажется спокойным и приятным.

И действительно: без очередей мы поднялись в вагон в мгновение ока.

Коридоры поезда тоже пустовали, так что мы просто выбрали первое попавшееся купе и вошли.

Вскоре мы нашли четырёхместное — точь-в-точь такое же, в каком ехали в Академию в самый первый день.

— Зайдём?

— Угу, — Со Еин едва заметно кивнула, со стуком отодвинула раздвижную дверь и шагнула внутрь.

Она села у окна.

Естественно, я двинулся к противоположному месту у стекла, но Еин похлопала ладошкой по сиденью рядом с собой:

— Сюда.

— Хочешь, чтобы я сел рядом?

— Угу.

— Это так необходимо?

— Необходимо.

— И почему же?

Она ответила с непоколебимой уверенностью в голосе:

— Потому что я так хочу.

— Железный довод.

Мне, по правде говоря, было без разницы, где сидеть.

Дело нехитрое, почему бы и не исполнить её желание.

Но стоило мне опуститься на сиденье рядом, как тело Со Еин плавно накренилось, и не успел я опомниться, как её голова уже уютно устроилась на моём плече.

— Это ещё что такое?

— Подушка Ким Хо.

— Так вот зачем ты меня сюда звала.

— Так легче засыпать.

Её веки тяжело опустились, будто она уже проваливалась в дрёму.

Но было кое-что, о чём следовало ей напомнить. Я наклонился и негромко шепнул ей на ухо:

— Кажется, ты кое о чём забыла… У «Подушки Ким Хо» есть временной лимит.

— Сколько у меня осталось?

— Ты уже давно в глубоком минусе. Используешь её при каждом удобном случае.

— …Кризис.

Отяжелевшие веки вновь дрогнули и приоткрылись.

Со Еин пошарила в инвентаре и извлекла бумажный пакет.

Внутри лежало несколько аккуратно упакованных пакетиков с печеньем. Вытащив один, она протянула его мне, выдвигая деловое предложение:

— …Продление?

— Пытаешься подкупить меня печеньками?

— Нельзя?

— Ладно, принимается. Но только на время поездки. По рукам?

— По рукам.

Со Еин без малейших колебаний кивнула, снова пристроила голову на «подушку Ким Хо» и закрыла глаза.

Судя по всему, она отключится за считанные секунды.

«Может, попробовать разок?»

Я разорвал упаковку и достал печенье.

Но стоило мне откусить кусочек, как лицо моё перекосило.

«Почему оно такое адски острое?!»

Его что, Хон Ён Хва стряпала?!

Обветшалая, полуразрушенная комната.

В самом её центре стояла одинокая чугунная ванна.

Ванна была до краёв наполнена иссиня-чёрной смолянистой жижей — настолько неподвижной и гладкой, что в ней отчётливо отразилось бы лицо любого, кто посмел бы заглянуть внутрь.

Казалось, и сама ванна, и густая тьма в ней обречены пребывать в вечном, застывшем покое.

Но внезапно купель содрогнулась от яростной дрожи, будто от сильного землетрясения.

Круги на чёрной глади расходились всё шире и яростнее… пока из глубины с всплеском не вынырнул женский силуэт.

— Кх… ха-а-а-а!..

Ведьма Порчи судорожно забилась, отплёвываясь чёрной жижей и жадно хватая ртом воздух.

«Я проиграла!..»

Она проникла на Остров подземелий, рассеяла повсюду Тёмных Ублеков, чтобы посеять хаос.

Затем расставила коварные ловушки в Телепортационном лабиринте, рассчитывая заманить элиту Академии и перебить их поодиночке.

Но в решающий миг всё пошло прахом.

«Из-за него!..»

Первокурсник с невыносимо дерзким, колючим взглядом.

Она до сих пор отчётливо помнила, как этот мальчишка с диким видом размахивал какой-то веткой.

Кар—! Кар—!

Порталы раскрывались один за другим, точно побеги бамбука после дождя, и рассеянные по лабиринту сильнейшие бойцы Академии, которых она с таким трудом разделила, в мгновение ока собрались в один кулак.

Хуже того: какой бы навык они ни применили, её смертоносный яд — главное её оружие — оказался совершенно бесполезен!

Поняв, что выхода нет, она пошла на смертельный риск и бросилась на него сама. Но наглец будто заранее просчитал каждое её движение: он с лёгкостью уклонился и контратаковал.

В итоге аватар, в который она вложила львиную долю своего могущества, был разорван в клочья, а сама она едва сумела спастись бегством. И вот теперь пробудилась здесь.

Ведьма Порчи попыталась оценить остатки своих сил.

Десять процентов? Двадцать?

По сравнению с былым величием — жалкие крохи.

Она даже не могла представить, сколько времени уйдёт на восстановление.

Вскоре из теней соткались скелеты в ливреях дворецких и платьях горничных. Опираясь на них, Ведьма Порчи с трудом поднялась из ванны.

Хотя её тело сотрясала неукротимая дрожь, точно сухой лист на ветру, и каждый шаг давался с мукой, она заставила себя идти вперёд.

— Я… я должна предстать перед владыкой…

Даже в этом жалком, полумёртвом состоянии она обязана исполнить долг до конца.

По мере её шагов перед взором разверзлась бескрайняя тьма — точно ночное небо, лишённое звёзд, или бездонная пропасть в недрах преисподней.

Неподалёку стояли три человеческие фигуры. Она даже не заметила, в какой момент они появились.

Другие ведьмы. Полководцы легиона.

Завидев её, они заговорили одна за другой:

— О божечки, вы только поглядите на нашу дорогую Порчу. Какая жалость.

— Ты ведь выступала с такой непомерной уверенностью… и посмотри, во что превратилась.

— Я же говорила, что пойти стоило мне.

На первый взгляд их слова звучали сочувственно, но сквозь медовый тон сочились откровенная издёвка и презрение.

Стиснув зубы, Ведьма Порчи проглотила унижение и пала на колени перед надвигающимся мраком:

— Я… вернулась, мой владыка…

Из глубин тьмы долгое время не доносилось ни звука — лишь давящая, тяжёлая тишина.

Затем пространство внезапно заполнило столь колоссальное, сокрушительное присутствие, что остальные три ведьмы, не раздумывая, пали ниц и склонили головы.

Во мраке ничего нельзя было разглядеть, но они знали: владыка взирал на них.

И точно: раздался глухой, весомый голос.

[Говори.]

Ведьма Порчи спроецировала всё, что видела и пережила, соткав над головой иллюзорное видение.

Одновременно с этим она в мельчайших подробностях доложила обо всём, что произошло в Академии убийц драконов:

— …И-именно поэтому этот первокурсник представляет смертельную опасность! Мы должны вырвать проблему с корнем, пока он не набрал силу!

Однако ответом ей стало абсолютное, ледяное равнодушие.

[Ты посмела нарушить мой покой… ради столь ничтожной чепухи?]

— Н-но, владыка! Я говорю лишь из искренней заботы о…

[Вернись на своё место.]

Хрусть!

В следующее мгновение нечто колоссальное обрушилось сверху, раздавив Ведьму Порчи всмятку.

Это было похоже на переднюю лапу рептилии, но настолько полусгнившую и разложившуюся, что сквозь ошмётки тлеющей плоти белели голые кости.

Из раздавленного тела ведьмы брызнула чёрная жижа, но чудовищная лапа без остатка впитала её в себя.

[Я погружаюсь в сон.]

С этими последними словами голос угас. Вскоре и кошмарная лапа, и подавляющее присутствие растворились во тьме без следа.

Лишь тогда оставшиеся ведьмы осмелились поднять головы и переглянуться:

— Ну вот… и конец нашей Порче.

— Быть поверженной сопливым первокурсником? Какая умора!

Впрочем, они не просто глумились над павшей соратницей.

Прожив на свете бесчисленные века, они накопили достаточно мудрости, чтобы трезво оценивать риски.

— И всё же… не разумнее ли всё разузнать?

— Сказать по правде, у меня тоже нехорошее предчувствие.

— Если Порча так отчаянно настаивала, возможно, в этом мальчишке что-то есть.

— Да и судя по её видению… взгляд у пацана острый. Прямо-таки злой.

— Знаете, а он в моём вкусе.

«?»

«?»

— …В любом случае, если есть хоть малейший шанс, что он представляет угрозу, от него стоит избавиться прямо сейчас.

— Так… кто пойдёт?

Три ведьмы переглянулись.

Тут же миниатюрная ведьма вскинула руку:

— Я! Я пойду!

— Ты, Истощение?

— Угу!

Ведьма Истощения расплылась в лучезарной улыбке.

Спутницы с любопытством переглянулись:

— Вот уж неожиданность. Просто ищешь повод выбраться наружу?

— Ага! У них сейчас как раз каникулы, так что я немного поброжу по окрестностям, а к началу второго семестра наведаюсь к ним.

— Что ж, звучит разумно.

Разумеется, все присутствующие прекрасно понимали истину: Ведьма Истощения вовсе не собиралась просто «бродить по окрестностям».

Зная её вздорный нрав, попадись ей на глаза какая-нибудь Магическая башня или секта боевых искусств — она без лишних раздумий снесёт её до основания.

Однако собиралась в дорогу не она одна.

Ведьма Изнеможения склонила голову набок и с любопытством спросила:

— А ты куда намылилась, Смерть?

Ведьма Смерти тонко, едва заметно улыбнулась и негромко ответила:

— Пожалуй, наведаюсь с визитом в конгломерат «Хесон».