— Не могу поверить...

Глаза двух выпускников были полны неверия.

Ведь я прорвался через формацию и лабиринт куда быстрее, чем они ожидали, и появился перед ними.

Они наверняка видели весь процесс через хрустальный шар, поэтому потрясение оказалось ещё сильнее.

Запутывающие формации внутри и снаружи здания реагировали очень чутко, но всякий раз, когда они пытались сбить меня с толку, я быстро среагировал и уходил из-под их воздействия.

А по комнатам, переплетённым словно лабиринт, я двигался с заклинанием [Throughwalk] так, будто это был мой собственный дом.

Я даже не оглядывался, чтобы понять, где стена, а где проход в другое место, и всё равно находил правильные ответы, так что их замешательство было неудивительно.

Сначала, похоже, они думали: «Да как первокурсник посмел так заноситься?» — но результат оказался настолько подавляющим, что подобные мысли полностью исчезли.

К тому же в их взглядах теперь мелькало даже что-то похожее на благоговейный трепет.

Выпускник средних лет взял себя в руки и спросил:

— У тебя, случайно, нет навыка или особенности поискового либо разведывательного типа?

Их неверие было понятно: по их логике то, что я сделал, было бы невозможно без таких навыков.

На деле я справился со всем благодаря своему чутью застойной воды, но объяснить это или убедить их было невозможно, поэтому я ответил уклончиво.

— Простите. Однозначного ответа дать не могу. Надеюсь, вы поймёте.

Для двух выпускников этого, похоже, оказалось достаточно.

Они восприняли это так, будто у меня есть мощный поисковый навык или особенность, но я не хочу раскрывать подробности.

В этом игровом мире слишком настойчиво расспрашивать человека о его навыках или особенностях считалось серьёзным нарушением этикета.

Такое легко можно было истолковать как: «Я хочу проанализировать твои способности, найти слабые места и уничтожить тебя».

Поэтому, когда я один раз вежливо отказался, ему оставалось только закрыть тему, хотя он всё же цокнул языком.

В этот момент из-за стены появилась Тан Гюён, и он обратился к ней:

— Хорошо, что этот парень не вступил в дисциплинарный комитет. Для клуба воров тогда настали бы тёмные времена. Согласна?

— Д-да, верно.

Тан Гюён, похоже, была согласна не особенно.

Она признавала моё поразительное чутьё, но представить владельца «Адского кулака» в клубе дисциплинарного комитета не могла.

И всё же она кивнула, учитывая, что с ней говорил старший.

— Впечатляет, что ты рано распознала такой талант и привела его к себе. Отличный глаз на людей, президент Тан.

— Ха-ха, глаз на людей? Да что вы.

Тан Гюён неловко улыбнулась и отмахнулась.

Она не предвидела, что всё повернётся именно так, да и до недавнего времени я даже не был членом клуба, поэтому ей, похоже, было трудно подобрать подходящий ответ.

Выпускник средних лет снова перевёл взгляд на меня.

— Как и обещал, я достану тебе всё, что есть в списках чёрного рынка. Вложиться в такого человека, как ты, никогда не будет пустой тратой.

— Приму с благодарностью.

— Ты ищешь что-то конкретное?

— Я составил список. Он у президента.

— Правда? Давай посмотрим.

Тан Гюён снова с неловкой улыбкой передала листок, который получила по дороге в центр.

Двум выпускникам было любопытно, какие предметы может искать человек с моими способностями, и они внимательно прочли список.

— ...!?

Когда они увидели ряд крайне опасных предметов, их выражения стали странными.

Несмотря на этот короткий инцидент, выпускник средних лет и женщина с родинкой в форме слезы продолжали проявлять ко мне большой интерес и забрасывали вопросами.

Они даже отложили гордость выпускников и всерьёз просили у меня совета: нет ли в созданных ими формации заблуждения и лабиринте [Throughwalk] заметных изъянов или мест, которые стоило бы улучшить.

С моей точки зрения, пусть это и была награда за пари, качество предметов, которые я должен был получить, было довольно высоким, так что мне казалось правильным хотя бы что-то дать взамен.

К тому же, если сделка с этим чёрным рынком пройдёт гладко, я смогу без проблем пользоваться им и в следующем году, и через год.

Поэтому я дал им искреннюю и настолько подробную обратную связь, насколько мог, и на основе моих советов безопасность обменного пункта ещё усилили.

Когда дела с чёрным рынком более-менее уладились,

Тан Гюён появилась со всевозможными закусками, включая мясо на шпажках.

Похоже, она прошлась по уличным торговцам в месте встречи и смела всё подряд.

Она протянула мне куриную шпажку.

— Поедим вместе.

— Спасибо.

Мы кусали мясо со шпажек и смотрели на оживлённую толпу.

Затем Тан Гюён посмотрела то на меня, то на выпускников и спросила:

— Ты уже уходишь?

— Да, мне скоро пора.

Мне нужно было отдельно тренироваться, а ещё поглощать энергию эликсира, который дал Ким Кап Ду, так что времени, сколько бы его ни было, всё равно не хватало.

— ...

Вдруг Тан Гюён прищурилась и уставилась на меня.

Это продолжалось довольно долго, и я спросил:

— Старшая, почему вы так на меня смотрите?

— Внезапно появилось предчувствие. Почему-то кажется, что ты собираешься пойти в обход.

Если оглянуться назад, у этой старшей и правда была довольно острая интуиция.

В данном случае, похоже, она просто угадала, но раз попала в точку, я без колебаний признал это.

— Есть место, куда мне нужно заглянуть.

— Тебе есть куда зайти в центре?

— Точнее, есть кое-что, что нужно проверить.

Глаза Тан Гюён загорелись интересом.

— Мне любопытно. Я тоже пойду.

— Даже если пойдёте, смотреть там особо не на что.

— Ничего. Я просто посмотрю и ничего не буду делать.

Раз она так хотела пойти, прогонять её силой было как-то неправильно, а даже если бы я попытался, она, скорее всего, всё равно пошла бы за мной тайком.

Так что я пошёл вместе с Тан Гюён.

Мы пришли в переулок, расположенный в одном из углов центра.

Вся широкая стена была покрыта беспорядочными граффити.

— Почему? Собираешься что-то там написать?

— Наоборот. Я пришёл кое-что найти.

— ...?

Пока Тан Гюён с любопытством наблюдала, пытаясь понять, какое граффити я ищу и зачем, я начал тщательно осматривать широкую стену с самого края.

Виды граффити были невероятно разнообразными.

Грубые рисунки.

Записи вроде «ООО был здесь такого-то числа такого-то месяца!» или маленькие сердечки между именами парочек.

Сплетни вроде «Мок Чон Хва — ленивый бездельник, мусор, не подлежащий переработке», которые нельзя было сказать человеку в лицо.

И даже секреты, слишком личные, чтобы делиться ими с другими.

Примерно на середине стены

я нашёл.

Одно граффити на уровне колен привлекло мой взгляд.

Судя по всему, его нарисовали недавно: когда я ненадолго заходил сюда с Со Еин на прошлой неделе, его ещё не было.

Несколько коротких линий пересекались между собой, а кое-где были рассыпаны точки.

Когда я застыл на месте и просто смотрел на граффити, Тан Гюён с любопытным взглядом заглянула мне через плечо.

И, как и следовало ожидать от президента клуба воров, она сразу поняла природу этого рисунка.

— Разве это не шифр?

— Да, шифр.

— Кажется, я где-то уже видела такое... Что он значит?

— Узнаете — пострадаете.

— Да ну, расскажи!

— Вы же сказали, что будете просто смотреть и ничего не делать.

Поскольку это были её собственные слова, Тан Гюён молча надула губы.

Обычно она как-нибудь уговорила бы меня ответить, но на этот раз не смогла.

Потому что моё выражение было слишком серьёзным.

Я не мог не быть серьёзным, ведь тот, кто вырезал это граффити, этот шифр, был противником не из обычных.

Тайное общество.

Более того, они принадлежали к фракции, враждебной Академии убийц драконов.

Для них Академия убийц драконов, где собирались будущие герои, была костью в горле.

Они не стали бы оставлять её в покое.

Они захотели бы любыми способами сократить наши ряды, пока мы ещё не успели вырасти полностью.

А для этого им прежде всего нужно было прорвать плотную охрану и проникнуть на Остров подземелий.

Оптимальное время для этого —

период менторства.

Из-за огромного притока людей извне, включая выпускников, безопасность на Острове подземелий становится сравнительно слабее.

Подозреваю, что ивентовый босс, который показывал магическое представление в центре, тоже проскользнул примерно в это время.

Раз им удалось проникнуть, здесь и появился шифр.

А то, что означает этот шифр, —

время и место.

Иными словами, они сообщали кому-то ещё о своём присутствии и назначали встречу в определённое время в определённом месте.

Было ясно: если разбросанные по разным местам люди соберутся в одной точке, проблема станет куда серьёзнее.

Однако, судя по состоянию граффити, одна из сторон его ещё не видела.

Если так...

дело станет немного проще.

Я достал магический кинжал и процарапал стену, добавив к граффити несколько линий и точек.

Получилось настолько естественно, будто так было с самого начала.

В результате время и место их встречи полностью изменились.

Одна сторона будет ждать впустую, а другая отправится не туда.

Тан Гюён, которая с самого начала наблюдала за моими действиями, приподняла брови.

— Ты изменил его? Шифр?

— Именно.

— Откуда ты знал, как это сделать?

— Это секрет.

— ...

«Не научу» и «это секрет» были моими неизменными ответами, но Тан Гюён больше не надувала губы.

Вместо этого она осторожно спросила:

— Это... случайно не связано с миром во всём мире?

— ...

Ключевые слова вроде «мира во всём мире» или «двухсот прохождений» обычно были нашими шутками, но иногда использовались всерьёз.

Как той ночью, когда мы вышли из дисциплинарной комнаты прогуляться, и как сейчас.

Когда я молча кивнул в знак подтверждения, Тан Гюён подошла ближе и встретилась со мной взглядом.

— Я знаю, это опасно. Но я всё равно хочу помочь. Я ведь говорила.

Если моя клятва, что никто из моих людей не умрёт и не пострадает, была по-настоящему искренней, она была готова стать моей сообщницей.

Я видел эту решимость в её глазах.

Я медленно кивнул.

Однако это не было полным согласием.

— Не сейчас. Я всё расскажу, когда придёт время.

— ...Хорошо. Обещай.

Тан Гюён протянула мизинец, и я протянул свой, чтобы сцепить его с её мизинцем.