Марвин бросился вперёд, как только понял, что происходит.

Тело Лео продолжало двигаться: ноги несли его вперёд, хотя все признаки потери сознания были налицо.

— Стой, парень, ты же себя угробишь, если не… — сказал Марвин и, не колеблясь, схватил его за плечи и оторвал от земли.

Но даже в воздухе Лео продолжал биться и вырываться: мышцы подёргивались, руки и ноги дёргались, словно искали твёрдую опору.

Ноги слабо брыкались, отчаянно пытаясь бежать дальше, хотя разум давно отключился.

Марвин нахмурился, вглядываясь в жуткие закатившиеся белки глаз Лео в поисках хоть искры сознания.

Но не нашёл ничего.

Лео здесь не было.

И всё же тело отказывалось останавливаться.

«Какая чудовищная сила воли!.. Какая же подготовка делает из мальчишки такое?» — подумал Марвин, невольно впечатлённый, и резко выдохнул через нос.

Перехватив Лео поудобнее, он крепко сжал бьющееся тело, прижал его руки к бокам и заставил замереть.

Лишь тогда, когда всякое движение было насильно пресечено, тело Лео перестало сопротивляться и обмякло в железной хватке Марвина. Теперь он остановился окончательно.

На мгновение на тренировочном поле повисла мёртвая тишина.

А потом, словно до всех наконец дошло, начались перешёптывания.

— …Что это, чёрт возьми, сейчас было?

— Он улыбался всё время — пока бежал, пока истекал кровью, — он улыбался.

— Нет… это даже не самое страшное. Самое страшное, что он был без сознания. Он даже не знал, что улыбается. Он не решал бежать дальше. Его тело просто… продолжало бежать и улыбаться, даже когда разум отключился.

Эти слова душной тяжестью легли на студентов, всё ещё бежавших круги.

— Хочу верить, что в конце концов он бы остановился…

— …Я должен в это верить. Но… если бы профессор его не остановил, если бы Марвин не удержал его силой…

Он запнулся, словно, сказав это вслух, сделал бы мысль реальностью.

— …Он бы так и бежал дальше? Бежал бы, пока тело и правда не сломалось?

От этого вопроса по спинам студентов, сидевших у самой беговой дорожки, пробежал холод.

— …Я думала, что знаю, что значит превзойти свои пределы. Думала, что понимаю, что такое сила воли, — сказала девушка из Шести Великих Кланов, переводя взгляд на обмякшее тело Лео.

— Но это? Это была не сила воли. Это было что-то другое.

— Что-то нечеловеческое…

Тишина.

А затем…

— Чёрт, я ведь собирался после этого бросить ему вызов, — с сухим, безрадостным смешком сказал кто-то.

— А теперь? Мне даже на одном поле боя с этим уродом оказываться не хочется, — заключил он, потирая кожу, по которой, будто чешуя, бежали мурашки.

— Этот парень… он ненормальный. Он ненормальный. Никто не должен так уметь. Никто не должен бежать дальше, когда тело сдаётся.

— Это не просто талант или тренировки… он будто не знает, как остановиться.

— …Какую жизнь надо прожить, чтобы стать таким? — спросил Му Шэнь, бросив взгляд на неподвижного Лео.

— …Нет, — поправился он, качая головой. — Каким надо быть человеком? Через какой ад он прошёл, чтобы стать таким?

Эта мысль тревожно осела в голове у каждого.

Все они много трудились, чтобы оказаться там, где были сегодня.

Ни у кого из них не было лёгкого детства.

Но какой бы ад они ни прошли, теперь он казался детской площадкой по сравнению с прошлым Лео Скайшарда.

(Военная академия Родовы, лазарет крыла C)

Как только Лео перестал биться, профессор Марвин лично отнёс его в лазарет: он чувствовал, как с каждой секундой пульс Лео слабеет.

В лазарете было относительно тихо, лечили лишь несколько мелких случаев: ссадины, ушибы, изредка растяжения.

Семестр только начался, серьёзных травм пока почти не было, и медики могли спокойно готовиться к тому, что неизбежно придёт.

Поэтому, когда профессор Марвин ворвался внутрь с обмякшим телом Лео на плече, все в зале мгновенно встрепенулись.

Полдюжины ассистентов и старшая целительница — собранная, властная женщина с серебристыми прядями в тёмных волосах — бросились к нему, и глаза у них расширились при виде состояния Лео.

— Кладите сюда, — распорядилась старшая целительница, указав на один из усиленных медицинских столов, и Марвин послушно и осторожно опустил Лео на мягкую поверхность.

— Что с ним случилось? — спросила старшая целительница, и Марвин коротко рассказал, как Лео продолжал бежать, потеряв сознание, и довёл тело далеко за его пределы.

Получив общее представление о случившемся, ассистенты тут же взялись за дело: их руки засветились диагностической маной, и они начали быстрое обследование.

Но уже через несколько секунд их лица помрачнели.

— Мышечные волокна на ногах и руках разорваны… — доложил один, не веря собственным словам.

— Множественные усталостные переломы большеберцовой, малоберцовой и плюсневых костей, — добавил другой.

— Обнаружено истощение маны, запас полностью исчерпан.

Но худшее было впереди.

Старшая целительница, стоявшая у постели Лео, поднесла ладонь чуть выше его груди, и её мана волнами пульсировала, проводя более глубокое сканирование.

Секунду спустя в её глазах мелькнуло что-то близкое к потрясению.

— В левом лёгком небольшое прободение, — сказала она, и в её обычно спокойном голосе прозвучало редкое недоверие. — Скорее всего, от предельной нагрузки при длительной нехватке кислорода.

Один из ассистентов тяжело сглотнул:

— Это… это бессмысленно. Такие травмы бывают в интенсивном бою, а не от бега.

Старшая целительница отстранилась и резко выдохнула, разглядывая бессознательного Лео. Лицо его было всё ещё бледным, губы слегка приоткрыты, тело лежало пугающе неподвижно, полностью лишённое сил.

Но даже сейчас, несмотря на все повреждения, пальцы у него подёргивались, словно тело всё ещё пыталось двигаться.

— Так себя разрушать… — пробормотала старшая целительница. — Как вообще можно сделать с собой такое?

Профессор Марвин скрестил руки на груди, не сводя с Лео острого взгляда. За годы он повидал многих студентов, многих будущих элитных воинов, но никто из них не наносил себе столько вреда, не побывав в настоящем бою.

Он глухо хмыкнул:

— Неважно как. Вы можете его починить?

Старшая целительница кивнула, но в её глазах мелькнуло сомнение:

— Да. Травмы серьёзные, но при правильном лечении их можно полностью залечить за несколько часов.

— Постараюсь, чтобы он не пропустил следующее занятие через два с половиной часа, но завтрак он пропустит точно… — заключила она, и губы Марвина чуть дрогнули, хотя веселья в его лице не было.

— Ладно, чините его, а когда очнётся, передайте, что мою тренировку он провалил и завтра должен заново пробежать сто кругов, — распорядился Марвин и с этими словами покинул лазарет.

Покачав головой, словно разочарованная этим профессором с мускулами вместо мозгов, старшая целительница приготовила сыворотку и одновременно раздала указания ассистентам:

— Приготовьте раствор для восстановления маны. Ему нужно глубокое исцеление тканей и полный цикл детоксикации.

— Таша, наложи исцеляющее заклинание на лёгкие, дыра маленькая, закроешь быстро.

— Дэрин, откачай излившуюся кровь, прочисти мелкие артерии.

— Хелди, срасти сломанные кости.

— Живее, живее! Следующее занятие через два с половиной часа…

По её указаниям вся команда занялась телом Лео вдвое быстрее.