(Квартира Лео, Внешнее Жилое Кольцо, планета Двойной Клык)

Лео сидел, скрестив ноги, посреди своей квартиры; свет был приглушён, в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь мягким ритмичным биением его сердца.

Перед ним лежал единственный предмет — толстое руководство по медитации в кожаном переплёте, обёрнутое несколькими слоями запечатанного маной пергамента: копия легендарного руководства по медитации, известного как [Кодекс Семикратного Откровения].

Он раздобыл его несколько дней назад. И всё же до сих пор откладывал связывание с ним.

То ли из-за чутья, то ли из-за неуверенности, то ли просто под тяжестью знания о том, как трудно освоить это руководство, Лео какое-то время тянул с началом этого пути, однако дальше откладывать было нельзя.

Его тело уже стабилизировалось в царстве Грандмастера, и пора было начинать путь к тому, чтобы стать воином Трансцендентного ранга.

Поэтому, тихо выдохнув, Лео приложил большой палец к лезвию кинжала и дал капле крови выступить на кончике.

Затем он крепко прижал палец к печати, вырезанной на обложке руководства.

Кап.

Едва кровь коснулась поверхности, руководство откликнулось.

Наружу хлынула волна давления, и книга сама поднялась в воздух, а её страницы раскрылись и затрепетали, словно подхваченные призрачным ветром.

По комнате закружился водоворот энергии, и нити маны начали связывать руководство с телом Лео, цепляясь за его резерв маны, словно корни, пьющие из подземного источника.

А затем…

Начал появляться текст.

На первой странице замерцали изящные строки, выведенные твёрдой, грациозной рукой и горевшие золотом, словно только что начертанные светом:

«Тем, кто осмелится изучать этот кодекс, — начинались слова. — Я Каэлит, человек, некогда бывший смертным, а ныне божественный.

Я создал это руководство не для того, чтобы показать вам, юным воинам, как улучшить тело, и не для того, чтобы помочь вам расширить резерв маны, а для того, чтобы вы смогли по-настоящему научиться „видеть“ в этой проклятой вселенной.

Вселенная ничего не скрывает от тех, кто умеет задавать правильные вопросы, и чтобы освоить это руководство, вы должны делать то же самое.

Я поднялся по лестнице силы и разглядел истинные намерения за поступками людей лишь после того, как стал Полубогом, но теперь предлагаю эту возможность вам, смертным, и если вам удастся пройти этот путь с дисциплиной, быть может, вы зайдёте дальше даже меня.

Это Кодекс Семикратного Откровения. Мой дар всем, кто преклоняется передо мной и желает стать подобным мне. Однако должен предупредить: этот метод невозможно освоить в одиночестве.

Его тайны не разгадать во тьме.

И лишь открыв глаза и наблюдая за вселенной, можно узнать, что она на самом деле хочет вам показать…»

Лео слегка прищурился, когда под предисловием начали проступать следующие указания.

«Начните с того, что зачерпнёте из собственного резерва маны. Не прогоняйте её по всему телу. Вместо этого мягко направьте её к глазам — не напористо, а терпеливо.

Сосредоточьте энергию там. Закрепите её позади зрачков. Пусть глаза станут средоточием. Мир, который вы воспринимаете, должен проходить через эту линзу.

Когда мана стабилизируется позади зрительных нервов, не уходите в неподвижность. Выйдите наружу. Ходите среди живых. Наблюдайте гнев. Радость. Предательство. Убеждённость. Смотрите на мир, и пусть раздражители учат вас.

Пусть намерение станет вашим наставником.

Первая ступень проста: распознавать эмоциональное намерение по цвету. Только и всего. Если вы не способны даже на это, вы мусор, недостойный постичь эту технику.

Прогресс в этом кодексе измеряется не временем. Он измеряется пониманием. А понимание приходит с опытом.

Пока что ваша задача — лишь наблюдать,

размышлять, терпеть и повторять».

Лео долго смотрел на светящиеся строки. Ни схем циркуляции. Ни рисунков поз. Ни дыхательных упражнений. Ничего привычного, что он обычно видел в традиционных руководствах по медитации.

Лишь одно указание:

позволь миру учить тебя.

Он снова выдохнул, на этот раз медленнее, ненадолго закрыл глаза и начал черпать ману из внутреннего резерва, медленно и обдуманно направляя её вверх, к зрительным центрам.

Когда поток устоялся позади глаз, он почувствовал, как нарастает тепло. Больно не было, но копить ману позади такого чувствительного органа было явно неприятно.

Однако раз этого требовало руководство, он всё равно это сделал.

А затем, снова открыв глаза, он почти ожидал, что мир вокруг изменится.

Он ожидал увидеть цвета, которых никогда прежде не видел, или беспорядочную мешанину намерений, плавающих вокруг, однако ничего подобного не увидел.

Ни в обстановке ничего не изменилось, ни зрение не стало острее, и он разочарованно приподнял бровь.

— Ну, это точно было не то, чего я ждал… — пробормотал он себе под нос, поднялся и направился к двери: следуя указаниям руководства, он решил выйти в мир в надежде, что, может быть, снаружи увидит то, чего не смог найти в собственной квартире.

Лео прошёл Внешнее Жилое Кольцо из конца в конец, и всё это время позади его глаз мягко пульсировала мана.

Он наблюдал за всем.

Он проходил мимо открытых балконов, где дети членов гильдии смеялись и дрались из-за фруктовой кожуры.

Он сел у углового прилавка с едой и смотрел, как торговец спорит с покупателем о цене, но спор не явил никакого скрытого оттенка, никакой вспышки гнева, обретшей цвет.

Он шёл по людным переулкам, по тихим садам для медитации, даже через оживлённую центральную площадь гражданского сектора… и всё равно ничего не менялось.

Он не видел ни искажений, ни аномалий, ни скрытых слоёв: мир вокруг оставался точно таким же.

Даже когда он сосредотачивался — по-настоящему сосредотачивался — на едва заметных изменениях в позах людей, движениях глаз, жестах раздражения или напряжения… всё выглядело обычным.

Неусиленным. Будничным.

И даже когда он каким-то образом наткнулся на парочку подростков в нежных объятиях, ожидая, что вокруг них вспыхнет радость фиолетовым или золотым, он ничего не увидел.

Какой бы ни была эмоция, он не воспринимал ничего из того, что должен был, согласно руководству.

«Неужели это руководство и правда то, за что себя выдаёт?» — задумался Лео, сомневаясь, не подсунули ли ему подделку.

Действительно ли Каэлит хоть чего-то достиг… или это просто философская болтовня, выданная за мистику?

Чем дольше он шёл, тем больше сомневался. Не только в руководстве, но и в своём решении его осваивать.

Ведь руководство с самого начала обещало лишь смутное откровение через наблюдение… а его нельзя было измерить временем.

В конце концов, миновав последний участок внешнего кольца и снова подходя к своему жилому дому, он медленно выдохнул, осознав, что сегодня не увидел вообще ничего полезного.

Он не увидел ни эмоций, окрашенных в цвета, ни вспышек намерений, способных раскрыть тайны вселенной.

И в этот момент он всерьёз задумался, не ошибся ли, выбрав [Кодекс Семикратного Откровения].

Однако, хотя на миг он и запаниковал, почти сразу взял себя в руки, поняв, что судить о технике, пожалуй, ещё слишком рано.