— Скажи мне… как далеко ты на самом деле готов зайти, чтобы спасти сына?

Дюправель застыл: слова отдавались громче грома над головой, громче боли в груди и тяжести бури, давившей ему на плечи.

Дело было не в недостатке решимости — он уже предложил свою душу. Но в этот миг он осознал нечто более глубокое, более холодное: Морисс ещё даже не начал торговаться. И если его души недостаточно, то чего же тогда может добиваться дьявол?

— …Чего угодно, — наконец сказал Дюправель напряжённым тихим голосом.

— Я сделаю всё, что тебе нужно, — заверил он, и Морисс тихо посмеялся, а его божественные глаза засияли от удовольствия.

— Твоя любовь к ребёнку почти трогательна, — сказал Морисс, расхаживая с медленной хищной грацией.

— Это заставляет меня задуматься: твоя погоня за Урной Смерти правда была ради силы… или ты был настолько глуп, что думал, будто она сможет вернуть к жизни твою жену?

Всё тело Дюправеля напряглось.

Об этом никто не знал. Он никогда никому не рассказывал об истинной причине, по которой искал Урну Смерти. И всё же Морисс видел его насквозь.

— Ха-ха-ха-ха… Ты сентиментальный дурак, Дюправель… Глупый, и тобой легко манипулировать.

— Твой талант бойца пропадает зря из-за скудного мозга у тебя на плечах, — снова рассмеялся Морисс, насмехаясь над Дюправелем с удовлетворением того, кто обожает срывать маски.

— Неважно. Меня не беспокоит, что ты дурак. Так что перейдём к настоящим условиям этого обмена, — сказал он, и тон его заострился.

— Ты уже знаешь, что существует лишь одна пара оружия, способная ранить бога. Кинжалы Бессмертного Убийцы. Но теперь они запечатаны в личном духовном пространстве Каэлита. Недосягаемы, пока Вечный Владыка не умрёт, — а он не умрёт.

Морисс шагнул ближе, и небо над ним потемнело, словно и оно склонялось перед его присутствием.

— Так что вместо этого… ты выкуешь мне новую пару. Из того же Изначального Металла и окунутую в тот же источник Хаоса.

Дюправель медленно моргнул, губы его разомкнулись, будто для возражения, но слов не последовало.

Изначальный Металл?

Его практически не осталось. Даже если разобрать целые звёздные системы и проверить каждую их крупицу на присутствие Изначального Металла, собранное количество не превысило бы щепотки пыли.

Может, хватило бы, чтобы изучить под микроскопом, но не чтобы выковать оружие.

Собрать столько, чтобы сделать ещё одну пару, было попросту невозможно.

Однако, даже если бы гипотетически ему как-то удалось собрать достаточно… ни один живой кузнец не знал, как его обрабатывать: даже при температуре самых горячих звёзд металл оставался инертным.

И даже если бы он как-то нашёл способ его обработать и кузнеца, достаточно талантливого, чтобы сделать из него оружие, этого всё равно было бы мало: если не окунуть это оружие в озеро чистой энергии хаоса, оно не станет тем богоубийственным оружием, каким должно быть.

— Мой Господин… Воссоздать кинжал Бессмертного Убийцы невозможно, уверен, вам известны все связанные с этим сложности.

— Известный способ его изготовления туманен, а последний шаг — войти с ним в галактическую чёрную дыру и найти там озеро Чистой Энергии Хаоса, чтобы окунуть его, — не под силу даже Богам.

— Никто не может пережить такое путешествие, а те, кто пытался, так и не вернулись живыми, — возразил Дюправель, но его жалобы лишь заставили Морисса улыбнуться шире.

— Именно из-за сложности задачи я и прошу тебя за неё взяться, Дюправель, — шёлковым тоном ответил Морисс.

— Потому что лишь невозможное стоит моего времени.

Дюправель отвёл взгляд, стиснув челюсти, и по лицу его мелькнуло отчаяние. Миссия, которую описал Морисс, была не поручением — это был смертный приговор.

И всё же… отказаться он не мог.

— Очевидно, это не невозможно… В конце концов, Бессмертному Убийце это удалось, и притом когда он был всего лишь Монархом, — сказал Морисс с тихим весельем в голосе.

Затем взмахом запястья он сотворил светящийся свиток и позволил ему медленно проплыть по воздуху, пока тот не завис перед Дюправелем, словно падающий уголёк.

— Я помогу тебе начать, — сказал он. — В этом свитке указано местоположение пространственного разрыва, за которым лежит царство, нетронутое временем.

Он помолчал.

— Как четырёхмерное существо, я войти туда не могу. Но ты, со своим слабым и примитивным телом, должен суметь пережить переход.

— Внутри… если сумеешь отыскать, должен храниться слиток руды Изначального Металла.

— Если найдёшь его и решишь не продолжать поиски, я приму его как частичную плату за другую услугу.

— Или заплачу тебе сокровищем равной ценности.

— Однако ты можешь и продолжить попытки очистить его и окунуть в Чистую Энергию Хаоса, и, если тебе удастся пройти все шаги, я приму это как достаточную плату, чтобы выступить для тебя против Сорона, — сказал Морисс, и Дюправель молча принял свиток.

В глубине души он знал, что эта задача может занять годы. Даже десятилетия. Безнадёжная затея без всякой гарантии отдачи.

Но всё же… ради Дарнелла он низко поклонился Дьяволу и принял свою невозможную участь.

Проклинать дьявола в лицо было неразумно, и потому Дюправель держал язык за зубами, пока не покинул Граноду, и лишь вернувшись на планету Двойной Клык, по-настоящему дал волю проклятиям, похороненным в сердце.

— МОРИСС, ЭТОТ МЕРЗКИЙ, УБЛЮДОЧНЫЙ, УХМЫЛЯЮЩИЙСЯ КУСОК КОСМИЧЕСКОЙ ГРЯЗИ!

Рёв Дюправеля разнёсся по частному ангару Гильдии Чёрных Змей, когда он вылетел из телепортационных ворот в изодранном и промокшем плаще, тяжело дыша после едва пережитого обратного пути с Граноды.

Антонио, всё это время тревожно ждавший, приподнял бровь.

— …Значит, всё прошло хорошо?

Дюправель даже не ответил.

Он швырнул свиток через зал, как проклятую вещь, и смотрел, как тот кружится в воздухе, прежде чем со вспышкой аккуратно вонзиться в металлическую стену.

— Этот дьявол не просто отверг мою душу — он дал мне самоубийственную миссию, — прорычал Дюправель, расхаживая, как безумец.

Антонио подошёл забрать свиток, разглядывая слабые глифы, вытравленные по его краям.

— Что это? — спросил он, глядя на мерцание.

— Местоположение пространственного разрыва, — пробормотал Дюправель. — Того, что, по словам Морисса, ведёт в царство, нетронутое временем. Видимо, там можно найти руду Изначального Металла… если я, конечно, её найду.

Антонио помолчал.

— Ты… правда отправишься?

Дюправель ответил не сразу.

Он просто повернулся к ближайшему ангарному отсеку, где ждали лучшие исследовательские корабли Чёрных Змей.

— Отправлюсь, — сказал он, набирая команды на дата-планшете и отправляя экипажу указания подготовить корабль к длительной исследовательской миссии.

— Но… ты можешь не вернуться. Даже Боги не входят в миры с остановленным временем, — предупредил Антонио, однако Дюправель лишь бросил на него взгляд, сказавший всё, что нужно было знать.

— Мой сын в ловушке на Иктале, Антонио. В руках Культа Зла. И если единственный способ вытащить его — выковать оружие, способное угрожать богам…

— …то я стану тем безумцем, который это сделает.

Долгое мгновение в зале царила тишина. Слышался лишь гул систем активации.

Затем Антонио вздохнул и слегка кивнул — так, что было ясно: он уже начал к этому готовиться.

— Я подготовлю запасной экипаж.

— Нет, — тихо сказал Дюправель. — Я пойду один.

Антонио застыл.

— Но…

— Если хоть один из них замедлит меня в том царстве, мы все погибнем. Первый проход я разведаю сам, и если вернусь, спланируем следующие шаги. Если нет…

Он обернулся, и взгляд его был стальным, как лезвие отравленного клинка.

— …возглавь гильдию. И отправь моему сыну сообщение о том, что я сделал всё возможное, чтобы его спасти.

Антонио не стал спорить. Он знал, что это бессмысленно, и приготовления к отбытию Дюправеля начались немедленно.