Через несколько минут Муйян Фэй вернулась в зал одна — Вестника Хаоса с ней не было.

Выражение её лица было непроницаемым, хотя чуть опущенные уголки губ и складка над бровью ясно говорили: что бы ни случилось снаружи, всё прошло не гладко.

Она поправила манжету рукава, словно стряхивая остатки раздражения, и, не привлекая к себе внимания, снова влилась в гудящий поток гостей и разговоров.

Лео, однако, следил за дверью выхода, как ястреб, и в тот же миг, как заметил её, двинулся с места.

— Кто этот парень? — прямо спросил он, перехватив её, спокойным, но твёрдым тоном. — Чего он хотел? Я ведь должен его знать, верно?

Однако, несмотря на шквал вопросов и требовательный тон, Фэй ничуть не дрогнула.

Она лишь выдохнула через нос и бросила на него знакомый взгляд — тот, который у Лео давно ассоциировался с полуправдой и утаёнными сведениями.

— Сейчас не время тебе знать, кто он, — мягко ответила она, но слова её были весомы. — Я о нём позаботилась. И думаю… когда будешь готов, ты снова его увидишь.

Глаза Лео сузились, и под нейтральной внешностью тихо закипело раздражение.

— Хотя бы скажи мне его имя и что меня с ним связывало, — потребовал он.

Но Фэй лишь пожала плечами и прошла мимо него.

— Как я и сказала, Лео, всему своё время… — сказала она, оставаясь непреклонной в своём решении, и оставила Лео в раздражении.

Не говоря больше ни слова, Лео повернулся к двери, из которой только что вернулась Фэй, и двинулся вдогонку за Вестником Хаоса, но рука Фэй его остановила.

— Команда идёт в свою закрытую зону, — сказала она уже отрывистым, командным тоном. — И ты тоже должен там быть. Фанаты заплатили кругленькую сумму за это личное общение.

— Мне на это плевать.

— Твоему контракту — нет.

Фэй сказала это властно и, не дожидаясь ответа, просто схватила его за руку и решительно повела обратно к коридору, где остальная команда Родовы уже проходила в эксклюзивный зал для встреч с фанатами.

В закрытой зоне атмосфера была иной. Более камерной. Более отрепетированной.

Су Ян уже очаровывал группу фанатов в центре зала — улыбка непринуждённая, голос оживлённый, — а Минерва сидела на одном из мягких диванов, и двое молодых аристократов ловили каждое её слово.

Ю Шэнь стоял в углу, увлечённый, судя по всему, искренним разговором с дочерью какого-то сановника.

А Лео?

Лео тихо сидел в глубине зала, закинув ногу на ногу и потягивая из бокала, к которому не притронулся с тех пор, как вошёл.

Взгляд его был отсутствующим, мысли — далеко: в плену между отголосками прошлого и воспоминанием о человеке, стоявшем перед ним на коленях и называвшем его «Господином».

А Серина в нескольких метрах от него с болью наблюдала за этим.

Она пыталась мягко войти в его орбиту с тем же изяществом, что и прежде, одаривая других гостей вежливыми улыбками и перебрасываясь лёгкими шутками с фанатами поблизости.

Однако в конце концов она подобралась ближе к Лео и наклонилась к нему с игривым выражением лица.

— Полагаю, автограф мне не достанется, господин Скайшард?

Лео поднял взгляд, на кратчайший миг встретился с ней глазами и отвернулся.

— Конечно, принеси бумагу и ручку, — бесцветно сказал он, явно без интереса.

Это не было жестоко.

Но это было отстранённо.

А Серина знала, что означает отстранённость.

Она тихо рассмеялась — скорее чтобы скрыть уязвлённую гордость, чем по какой-то другой причине, — извинилась и снова растворилась в толпе с безмятежной улыбкой на лице; до конца дня она его больше не беспокоила.

«Он не в настроении. Давить сейчас бесполезно…» — подумала она, и мысли её уже переключались.

Придётся быть умнее. Тактичнее.

Лео был не из тех мужчин, кого можно покорить лестью или соблазнением, — по крайней мере, не этим вечером.

Позже тем же вечером, в роскошном частном гостиничном люксе Клана Альказар, безмятежная улыбка, которую Серина носила весь день, полностью исчезла.

— Что значит, у тебя нет его личного номера? — прогремел её отец, ударив ладонью по мраморному столу, и звук отдался эхом, как выстрел.

БАМ.

Серина инстинктивно вздрогнула, и у неё перехватило дыхание, когда ярость отца вспыхнула с новой силой.

— Чего ты тогда вообще добилась на этой встрече?! Я потратил целое состояние, чтобы провести тебя в ту закрытую зону, а теперь ты говоришь, что не добилась ничего существенного?! — рявкнул он резким, режущим голосом.

Серина стояла навытяжку, сцепив руки за спиной и виновато склонив голову, и горло ей сдавливали непролитые слёзы.

— Отец, пожалуйста, пойми. Лео Скайшард… он не такой, как другие мужчины, которых ты знаешь.

— Чтобы подступиться к нему, нужны терпение и тонкость.

— Он слишком холодный, отстранённый. Если я буду слишком давить, он полностью закроется от меня, — сказала Серина, отчаянно отстаивая свою позицию, и пожилой мужчина недоверчиво фыркнул.

Дамиен принялся расхаживать по комнате, чтобы остудить гнев, однако это, похоже, не помогало: даже спустя несколько секунд его яростное дыхание не стихало.

— Бесполезная, — выплюнул он, резко обернувшись. — У тебя было одно задание. Всего одно. И ты провалилась.

Он сказал это, обвиняя Серину в никчёмности, и по её щекам потекли слёзы.

— Как ты это исправишь, Серина? У тебя хоть план есть? Или и его нет?! — яростно сказал Дамиен, и хотя он не ожидал, что у Серины действительно есть план, к его удивлению, он у неё был.

— Я могу всё исправить… Поверь мне, отец, я могу, — сказала Серина дрожащим голосом, заставляя себя встретить его взгляд.

— Там был мужчина… тот, кто подошёл к Лео и назвал его «Господином». Кто-то из его прошлого. Как только он появился, всё поведение Лео изменилось.

Она рассказывала, и Дамиен Альказар перестал расхаживать.

Ярость в его глазах немного притупилась, пока он слушал, задумчиво склонив голову.

— Я думаю, — продолжила Серина, — если мы выясним, кто этот человек и кто он на самом деле, то наконец сможем заглянуть в настоящего Лео. В его прошлое. Его ценности. В то, что он оберегает больше всего. Это может дать нам ключ к пониманию его истинной натуры и к тому, как добраться до его сердца…

Серина изложила своё предложение и затаила дыхание, нервно наблюдая, как отец медленно опускается в кресло и задумчиво складывает пальцы домиком.

— Значит, ты ставишь всё… на этого таинственного человека? — спросил он; гнев его превратился в клинок, вложенный в ножны изо льда.

Серина один раз кивнула, и выражение её лица не дрогнуло, несмотря на тяжесть его слов.

Она верила в эту зацепку.

Потому что в той короткой встрече она увидела нечто редкое — брешь. Трещину в непроницаемой стене Лео.

— Если этот человек был на мероприятии, — пробормотал Дамиен, — значит, он есть в записях. Предоставь это мне. Я потяну за нужные ниточки.

Повисла пауза.

Затем голос его опустился до предостерегающего тона — тихого, но острого, как кинжал.

— Хорошо. Сделаем по-твоему. Но молись, чтобы ты оказалась права, дочь моя… Потому что если ты ошибаешься, рухнет не только твоё положение в клане — рухнет твоё будущее.

Серина низко склонила голову, и холод этих слов инеем осел у неё в позвоночнике.

— Я понимаю, — кротко ответила она.

Потому что если она провалится… ценой будет не только её гордость.

Ценой будет её свобода.

Ведь если она провалится, её судьба будет решена — не цепями, а обручальным кольцом с вульгарным аристократом вдвое старше её, и мечты провести жизнь рядом с таким джентльменом, как Лео Скайшард, тихо увянут.