[...]

Три дня спустя. Окраина Синдзюку. Небольшой традиционный банный комплекс “Сэнтай”.

Горячий густой пар приятно обволакивает уставшие мышцы.

Аманэ сидит на деревянном настиле у самого края бассейна с горячей термальной водой, вытянув ноги. Он лениво разглядывает свою правую руку.

— Слышь, Аманэ, ты так на свои пальцы дыру протрешь, — раздался из тумана голос Юдзуки.

Парень с плеском плюхнулся в воду рядом, блаженно закинув голову на мягкий резиновый бортик.

— Да просто до сих пор поверить не могу, — Аманэ вздохнул и пошевелил пальцами, — Ощущения один в один как раньше. Даже горячую воду чувствую точно так же, как левой.

— Ну дак радоваться надо, — Юдзуки шумно выдохнул, пуская пузыри под водой, — Эх, мне бы такую регенерацию. А то Камигава меня вчера на тренировке так погоняла за упущенный хвост ЧВК, что у меня до сих пор все ребра ноют. Думал, сдохну прямо на татами.

— Камигава просто так стресс снимает, — Аманэ усмехнулся, зачерпнул ладонью воду и плеснул себе на лицо, — Ей от Касуо тоже влетело по первое число за разгром в архиве.

В этот момент тяжелая деревянная дверь в предбанник со скрипом отворилась, и к бассейну ленивой, пружинящей походкой подошел Рен. Он на ходу лениво крутит в левой руке баночку.

— О, явился, гроссмейстер, — хмыкнул Юдзуки, приоткрыв один глаз, — Че, ноутбук наконец-то у тебя отобрали?

Рен уныло вздохнул и присел на деревянную скамейку у воды.

— Хуже. Саори заблокировала мой удаленный доступ к серверам Ассоциации на сутки, — проворчал он, закинув голову назад и глядя в потолок, — Говорит, у меня уровень кортизола в крови запредельный и мне нужно “побыть нормальным человеком”. Эх… Какая глупость. Быть нормальным человеком — это так скучно.

— Нормальным человеком быть охрененно, Рен, — Аманэ повернулся к нему, мягко улыбнувшись, — Попробуй просто расслабиться. Вот, прыгай в воду, тут кайф.

— Вода слишком горячая, под сорок градусов, — монотонно ответил Рен, даже не шевельнувшись, — У меня от такой температуры сосуды расширяются, а мне еще нужно просчитать новую логистику ЧВК на следующую неделю. Шиничи залег на дно, но его логистические узлы в порту Йокогамы все еще активны. Это нелогично.

— Слышь, калькулятор, — Юдзуки резко вынырнул, обдав Рена брызгами, от которых тот лениво прикрыл глаза, — Хватить портить отдых своими цифрами. Давай лучше в “камень-ножницы-бумага” на щелбаны? Проиграешь — лезешь в воду.

Рен открыл глаза, посмотрел на Юдзуки и вздохнул.

— Умалишенный, твоя правая кисть делает микро-движения пальцами перед каждым выбросом. Очевидно, что ты выкинешь “камень”. С тобой неинтересно.

— Зануда, — буркнул Юдзуки и снова ушел под воду по самый нос.

Аманэ рассмеялся, глядя на них.

Сквозь бамбуковые шторы в предбанник пробиваются первые теплые лучи летнего солнца.

Деревянная дверь снова скрипнула, и в предбанник заглянула Камигава. Волосы у нее мокрые после женского отделения бани, а вместо формы на ней простая синяя юката. В руках она держит большой поднос, на котором глухо позвякивают стеклянные бутылки.

— Эй, бездельники, хорош откисать, — окликнула она парней, — Я тут у хозяина бани выбила холодное молоко и лимонад. Рен, держи свое, а то смотреть на твою кислую мину тошно.

Она поставила поднос на столик и бросила Рену баночку холодного кофейного молока. Тот перехватил ее на лету даже не глядя.

— Опа, спасибо, Камигава, — Юдзуки тут же высунулся из воды, хватая запотевшую бутылку с лимонадом со вкусом дыни, — Вот это я понимаю — забота о личном составе! Аманэ, лови!

Юдзуки ловко швырнул бутылку Аманэ. Тот инстинктивно выставил правую руку, намертво поймав стекло пальцами.

Он улыбнулся, прижав холодную бутылку к щеке и с легким хлопком сдернул крышку.

— Ну что, как рука-то? — Камигава присела на бортик бассейна, опустив ноги в воду, и внимательно посмотрела на Аманэ, — Доктор Араки мне все уши прожужжал по закрытой связи. Говорит, ты теперь у нас ходячее чудо науки.

— Да нормально, — Аманэ сделал большой глоток, блаженно зажмурившись, — Реально, вообще никакой разницы. Только… В какой-то миг показалось, что рука сама по себе думает. Ну, типа, тело двигалось быстрее, чем я успевал сообразить.

Рен, неспешно попивая кофейное молоко через трубочку, тихо хмыкнул.

— Это не рука думала, Аманэ. Это спинномозговые рефлексы твоего проекта обошли кору головного мозга для экономии времени. Чистая биомеханика. Кстати, Камигава, Касуо-сан не интересовался, почему Саори стерла логи трафика из Сугинами за ту ночь?

Камигава на мгновение замерла, крутя в руках бутылку, а потом строго зыркнула на парня.

— Рен, мы же договорились — сегодня без работы. Саори сделала то, что посчитала нужным, чтобы ЧВК не вышли на гражданские хвосты. Точка. Меньше знаешь — крепче спишь. Юдзуки, прекрати брызгаться, пришибу!

— Ай, я случайно! — вскрикнул Юдзуки, когда Камигава отвесила ему легкий подзатыльник по мокрой макушке.

Аманэ смотрит, ленивая потягивая лимонад.

[...]

К вечеру жара спала, сменившись приятной прохладой. Неоновые вывески начали лениво загораться вдоль пустующих улиц.

Вся четверка лениво выползла из деревянных ворот “Сэнтая”. Юдзуки, развалившись на ходу, сыто потягивается, Аманэ, то и дело поправляет лямку спортивной сумки, а Камигава о чем-то тихо спорит с Реном, который снова нацепил свой черный капюшон.

— Ну что, молодежь, жопы отпарили? — раздался из сумерек насмешливый, до боли знакомый голос.

У обочины, прислонившись спиной к черному седану представительского класса, стоит Касуо. Его галстук слегка распущен, верхняя пуговица дорогой рубашки расстегнута, а в руке покачивается полупустой стаканчик с айс-кофе. Выглядит он на редкость довольным.

— Касуо-сама? — Камигава удивленно остановилась, — Вы чего тут? Вас Саори сдать под конвоем обещала только завтра утром.

— Ой, Саори слишком много ворчит для своего нежного возраста, — Касуо лениво отмахнулся свободной рукой и перевел взгляд на Аманэ, — Ну здорово, чудо-мальчик. Покажи-ка клешню. Араки там в лаборатории чуть кончать не начал, когда твои графики биометрии увидел. Реально как настоящая? Дай потрогаю.

Аманэ усмехнулся и протянул правую руку. Касуо бесцеремонно схватил его за запястье, покрутил, даже ущипнул за кожу.

— Надо же, мягкая. А я-то думал, тебе туда пулемет Гатлинга вмонтируют, — разочарованно протянул Касуо, отпуская руку парня, — Эх, Араки стареет, никакого чувства стиля. Ладно, шутки в сторону. Лезьте в машину, у меня для вас подарок. Ну, как подарок… Очередной геморрой, но в красивой обертке.

— Касуо-сама, мы вообще-то на законном выходном, — уныло пробурчал Юдзуки, но под строгим взглядом Камигавы покорно поплелся к задней двери седана.

Когда все расселись по кожаным сиденьям, а в салоне приятно зашуршал кондиционер, Касуо резко посерьезнел. Он щелкнул тумблером на приборной панели, и на встроенном экране бортового компьютера развернулась трехмерная схема ампулы с препаратом “X”.

— Короче, детки, — Касуо отпил кофе и обернулся к ним с переднего сиденья, — Наши аналитики из “Сумерки” наконец-то расшифровали логи с той флешки, которую ЧВК успели частично скопировать до того, как Рен врубил свой прокси-колхоз. У меня для вас две новости. Как обычно — хреновая и еще хуже.

— Начните с плохой, — вздохнула Камигава, подперев щеку кулаком.

— Плохих нет, есть только хреновые, — ответил Касуо, ухмыльнувшись.

— Ну ладно, с хреновой, — произнесла девушка.

— Хреновая заключается в том, что Шиничи не просто украл сыворотку, — Касуо ткнул пальцем в экран, где высветилась химическая формула, — Его ручной хакер, этот придурок Кай, умудрился запустить портативный синтезатор. Они уже модифицируют своих наемников второго эшелона. То есть теперь против нас будут воевать не просто мужики с автоматами, а разогнанные бройлеры.

Аманэ нахмурился, вспомнив, как тяжело ему было блокировать удары Шиничи.

— А вторая новость? — спросил парень.

Касуо ухмыльнулся, и в его глазах блеснул нехороший, азартный огонек.

— А вторая новость, Аманэ, касается лично тебя и твоего нового девайса, — Касуо заговорщически подмигнул, — Араки, пока зашивал тебя, случайно выяснил, что твой проект “Архангел” создавался как антидот. В твоем костном мозге вырабатывается уникальный гормональный маркер. Твоя новая правая рука… Она не просто сильнее. При прямом контакте с разогнанным нейтрализатором твои новые клетки способны буквально выжигать препарат “X” в чужой крови.

В салоне повисла тишина. Даже Рен внимательно посмотрел на Касуо.

— То есть… — Юдзуки округлил глаза, — Если Аманэ пропишет Шиничи хороший лещ своей новой рукой, тот превратится в обычного человека?

— Ну, если грубо говорить — да, — Касуо хохотнул, довольный произведенным эффектом, — Твоя рука, Аманэ — это ходячий шприц с нейтрализатором. Но есть нюанс. Чтобы протокол сработал, тебе нужно войти в полный клинч. Проще говоря — зажать Шиничи так, чтобы он не двинулся секунд десять, пока твоя биохимия переписывает его код. А учитывая, что он двигается со скоростью звука и очень не любит обниматься… Задача говно, согласен.

Касуо завел двигатель, и седан плавно тронулся с места, выезжая на подсвеченное неоном шоссе Синдзюку.

— Эх, ладно, не кисните, — он снова расплылся в своей привычной издевательской улыбке, глядя на притихших парней в зеркало заднего вида, — На сегодня вы свободны. Можете пойти пожрать рамена за счет Ассоциации. А вот с завтрашнего дня, Аманэ, в нашем здании тренировок тебя будут учить правильно обнимать мужчин. Так что морально готовься.

— А вы, я смотрю, эксперт в этом деле? — спросил Аманэ, выгнув бровь и сдерживая ухмылку.

Юдзуки на заднем сиденье прыснул в кулак, а Камигава резко отвернулась к окну.

Касуо вальяжно перехватил руль одной рукой, сделал глоток своего кофе и посмотрел на Аманэ через зеркало заднего вида с самым честным и благородным выражением лица.

— Обижаешь, малявка. Я в твои годы из этих клинчей не вылезал, — он заговорщически подмигнул, — Думаешь, как я, по-твоему, дожил в этой конторе? Сила, скорость? Пф-ф. Харизма и правильный тактический захват… Спроси вон у Камигавы, она подтвердит, какой я мастер деликатного удушения.

— Касуо-сама, ради всего святого, заткнитесь и ведите машину, — устало пробормотала Камигава, даже не оборачиваясь, — Ваша харизма три года назад чуть не стоила вам целого сектора в Йокогаме.

— Эх, никакой веры в руководство, — Касуо театрально вздохнул, качая головой, — Вот вырастишь его, вложишь душу, протез ему выбьешь у Араки… А он тебе еще и подкалывает. Рен, ну хоть ты скажи им!

Рен лениво перевел взгляд с окна на Касуо. Его пальцы привычно прокрутили баночку.

— Вероятность того, что Касуо-сан применит этот “тактический захват” на Шиничи и выживет в первые три секунды, составляет ноль процентов, — монотонно, без тени иронии выдал Рен, — Тайминги Шиничи исключают любые фронтальные объятия без предварительного повреждения его коленных суставов.

В салоне снова прыснули. Аманэ тихо рассмеялся, качая головой.

— Ну вот, пришел калькулятор и все испортил, — Касуо резко крутанул руль и увел седан на подземную парковку крупного торгового центра, — Ладно, эксперты, приехали. Выметайтесь из моей ласточки. Идите вон, забивайте свои желудки углеводами, пока я добрый. Аманэ, руку береги.

Машина мягко затормозила у лифтов, и Касуо, снова натянув свою издевательскую ухмылку, салютовал парням стаканчиком с кофе.

[...]

Как только тяжелые двери седана захлопнулись, Касуо резко нажал на газ и черная машина с тихим шуршанием шин скрылась за поворотом рампы.

— Эх, ну и жук, — Юдзуки с наслаждением почесал затылок, ломая пальцы, — “Учить правильно обнимать мужчин”... Касуо-сама в своем репертуаре. Камигава, а он реально в молодости такой крутой был, или это все байки для нас, зеленых?

Камигава устало потерла переносицу и нажала на светящуюся кнопку вызова лифта.

— Так он сейчас в прайме и все еще молодой, — ответила она, — А вообще, меньше слушай его бредни, Юдзуки… Но, если честно, три года назад в Йокогаме он в одиночку вытащил трех нейтрализаторов из засады, просто перекрыв коридор тяжелым щитом. Так что драться он умеет, когда не строит из себя клоуна.

Двери лифта с мягким звяканьем разъехались в стороны. Вся четверка зашла внутрь, и лифт плавно пошел вверх, унося их на четвертый этаж, в зону ресторанного дворика.

— Слышь, Аманэ, — Юдзуки толкнул парня локтем в бок, кивнув на его правое плечо, — А если этот гормон, ну, который препарат “X” выжигает… Если он случайно сработает? Ну, например, если ты мне руку пожать решишь? Ты с меня мою модификацию не смоешь? А то я как-то не горю желанием стать обычным хлюпиком.

Аманэ невольно отшатнулся, посмотрев на свою ладонь, но тут со стороны дверей раздался сухой, унылый голос.

— Не мели чуши, Юдзуки. Выброс его маркера привязан к адреналиновому пик и частоте сердечных сокращений выше ста сорока ударов в минуту. В спокойном состоянии Аманэ может хоть обниматься со всей Ассоциацией, погрешность системы — ноль процентов.

— Ну слава богу, — Юдзуки облегченно выдохнул, — А то я уж думал, мне теперь от тебя на три метра шарахаться надо.

Двери лифта открылись, и обрушился привычный гул вечернего Токио — звон тарелок, аппетитные запахи жареного мяса, чесночного масла и соевого соуса, а также негромкий смех сотен отдыхающих после работы горожан. Среди неоновых вывесок выделялся небольшой, аутентичный уголок с вывеской “Рамен Хаката”.

— Так, бойцы, — Камигава решительно направилась к свободному угловому столику, подальше от основных толп, — Занимаем места. Сегодня Касуо платит, так что заказывайте самый большой размер. Нам понадобятся все силы. Завтрашнее утро в тренировочном центре легким точно не будет.