Ребята шли по улице города, направляясь к залу культивации.

Юй Юйлун, с легкой усмешкой на лице, произнес:

— Радуйтесь, что вы на кровати, а не в бочках... Зачем вы перечите учителю Фэну?

— Знаешь... я бы посидел в бочке, — ответил Ган Линг, его голос звучал с ноткой иронии.

Через 15 минут, они добрались до зала и зашли внутрь. Люди странно на них озирались.

Фэн Инь, достал из своего пространственного кольца маленькую отвёртку.

— Я хочу, чтобы ты, Шин Су, разобрал эту кровать и собрал её заново, пока вы все стоите на руках и читаете мне свод правил академии Лунного Света, — произнес он, его голос был полон уверенности.

— Что? Почему я? — удивился Шин Су, его глаза расширились от недоумения.

— Ну ведь ты ученик нашей академии, — с улыбкой ответил учитель, его тон был игривым, но в то же время строгим.

Ган Линг начал возмущаться, его лицо выражало недовольство:

— Я понимаю, я, Е Чень, Хаширо даже... Но он-то тут при чем? Учитель?

Фэн Инь, потирая своё кольцо, вызвал бочку, которая появилась, как будто из ниоткуда, но затем убрал её, словно она была лишней.

— Не заставляйте меня повторять, — произнес он.

Он бросил отвёртку Шин Су, и каждый из них, встал на руки. Хаширо, уставший после такой жесткой нагрузки, пытался отдышаться, его лицо было красным от усилий.

Ган Линг, тихонько расставляя между собой кристаллы, стоял на руках и читал правила, как мантру, стараясь сосредоточиться на культивации. Он не собирался упускать возможность.

Учитель Фэн, с довольной улыбкой, кивнул, когда увидел, как все встали на руки. Они уже были в зале культивации, где стены были украшены древними символами, а воздух наполнялся энергией.

— Ду Бай Лонг, правило номер один, — произнес Фэн Инь, его голос звучал как колокол.

— Быть внутри академии до ночи, — произнес Ду Бай Лонг, его голос был уверенным.

— Ган Линг, второе правило, — продолжил учитель, его глаза сверкали.

— Правило, которое было написано мелким шрифтом: будьте готовы к пыткам, а особенно к бочкам! — произнес Ган Линг, его голос звучал с иронией, но в то же время он понимал, что это не шутка.

Он толкнул Ган Линга, и тот, едва не потеряв равновесие на высоком пьедестале, с трудом удержался на руках, его мышцы напряглись, как струны.

— Хаширо, правило номер три, пожалуйста, — произнес Фэн Инь, его голос звучал как команда.

— Не уходить далеко из города одному в связи с последним инцидентом, — ответил Хаширо, его голос был уверенным, но в нем слышалась нотка тревоги.

— Хорошо, Юйлун, чему я тебя учил? — продолжил учитель, его взгляд был проницательным.

— А, м... называть учителя Фэна учителем Фэном, — произнес Юйлун, его голос дрожал от смущения.

— Это не главное правило академии, — сказал Фэн Инь, толкнув его ногой, как будто проверяя на прочность.

— Е Чень, что скажешь? — спросил он, оборачиваясь к молчаливому ученику.

— ...

В ответ на молчание Е Ченя, учитель просто пнул его, словно напоминая о необходимости быть более активным.

— Ду Байлонг, как зовут второго учителя на нашем этаже? — спросил Фэн Инь, его голос звучал как громкий колокол.

— Эм... Суин Роумэй! — быстро ответил Ду Байлонг, его уверенность была заметна.

— Правильно, — кивнул учитель, и Ду Байлонг, словно акробат, встал на одну руку, чтобы другой вытереть пот со лба. Вопросы действительно были сложными.

— Ган Линг, как зовут нашего старейшину первого этажа? — продолжил Фэн Инь.

— Ну, это лёгкий вопрос... — пожаловался Байлонг.

Задумавшись, Ган Линг ответил:

— У Ши...

Немое молчание повисло в воздухе, как будто все замерли, сдерживая смех, но не могли из-за присутствия Фэн Иня. Учитель, не дождавшись ответа, пнул Ган Линга, отправляя его в полет, прямо в стену.

Бах! — раздался звук удара.

— Неправильно... — произнес Фэн Инь, его голос был холодным, как лед.

Он подошел к Хаширо с тем же вопросом.

— А... Эм... Ляо Лян... — начал Хаширо, его лоб покрылся потом, он явно нервничал.

— Как как? — переспросил учитель, его глаза сверкали, как острые мечи.

— А... Ляо... Ляо... а! Лао Лян! ЛАО ЛЯН! — выкрикнул Хаширо, его голос звучал с облегчением.

— Правильно, — кивнул Фэн Инь, его лицо смягчилось. — Пора бы вам запомнить ваших учителей и старейшин, их не так много... Юйлун, почему ты так вспотел?

Юйлун, стоя на руках, заметил, как пот струится по его лбу, и, стараясь скрыть волнение, ответил:

— Я... всё в порядке.

В зале культивации царила спокойная атмосфера, но учеников было столько, что они заполнили пространство, как стая птиц, и все они с любопытством смотрели на этих бедняг, не сдерживая смеха.

— Ну, главное, что хотя бы мы их рассмешили... — произнес Ган Линг, и смех раздался еще громче.

— Юй, как зовут мастера, который ведет у вас уроки по ковке? — спросил Фэн Инь.

Юй начал озираться, как ученик, который ищет подсказку среди своих товарищей, его глаза метались по лицам, надеясь поймать хоть намек.

— А... У У Ушу! — наконец выдал он, но в тот же миг...

БАХ!

Юй Юйлун отлетел к стене, как мячик, отскочивший от ракетки, зато Шин Су открутил последний винтик от кровати, и она оказалась полностью разобранной.

— Шин Су, вставай на руки! А вы все вставайте на ноги! — скомандовал учитель.

— А ну, опа! — с энтузиазмом воскликнул Шин Су, ловко перевернувшись и став на руки.

Юй и Ган Линг были немного мокрыми, их одежда прилипла к телу. Вне платформы, в зале культивации, было небольшое количество воды , для декораций и медитации.

— Только ко мне не подходите, мокрые мангусты! — предостерег учитель, его голос был полон шутливого раздражения.

Вокруг них валялись щепки и болты, которые Шин Су открутил.

— Я хочу устроить дуэль между вами! — произнес он, раздавая каждому по винтику, как будто это были волшебные снаряды. — Вы будете бросаться друг в друга винтиками. Кто сможет попасть в соперника, тот выбывает из игры и может сказать, что ему повезло. Первым будут Байлонг и Юйлун, потом Ган Линг и Е Чень, а затем Хаширо Асура... и я.

Юйлун, не теряя времени, максимально быстро поднял винтик в воздух с помощью своего аспекта металла, его движения были грациозными и уверенными.

— Прости, братец, хия! — крикнул он, и винтик, как снаряд, угодил прямо Байлонгу в лоб.

Ган Линг, не отставая, тоже выбил Е Ченя, его винтик пронесся в воздухе, как стрела, и с легким свистом попал в цель.

Пиу! — раздался звук, когда винтик врезался в Е Ченя, и смех снова заполнил зал, как волны на берегу.

Оставалась последняя дуэль.