Запись из дневника Эйриан: №8
Ученик спросил: «Как измерить ценность подарка?»
Мастер ответил: «Посчитай, сколько раз о нём вспомнишь с улыбкой.»
Встреча только началась, а я уже пережила целый спектр эмоций. Как и следовало ожидать, Катта предпочёл удалиться, пробормотав что-то вроде:
- Ладно, пойду кое-чем займусь.
Его слова, конечно, никто не услышал – все слишком увлеклись болтовнёй. Он ушёл, покачиваясь из стороны в сторону, и я невольно подумала: «Бедняга, он, кажется, привык быть в тени...». Надеюсь, среди моих друзей он найдёт того, с кем сможет быть собой.
Фиби, почувствовав, что её обделяют вниманием, громко гавкнула.
- Ого! Вот это собачка! – воскликнула Дарьяна, её глаза засияли, будто звёзды.
Фиби тут же прыгнула на неё, обнюхивая с таким энтузиазмом, будто искала спрятанные сокровища.
– Фу, нельзя! – пригрозила я пальцем, но в голосе звучала скорее забота, чем строгость.
Фиби недовольно фыркнула и нехотя отступила, а Дарьяна, смеясь, поднялась на ноги.
Она всегда была такой – энергичной, лёгкой на подъём, с заразительной жаждой жизни. Казалось, нет такой силы, что могла бы её сломать. Люди тянулись к ней, словно это её врождённый талант. Будто харизма – её пассивный навык.
Как-то раз мы - Хейва, Хон, Дарьяна и я – пошли на фестиваль красок. Там все бросались разноцветным порошком, и Дарьяна так увлеклась, что потерялась в толпе. Вместо того, чтобы паниковать, она завела кучу новых знакомых, влилась в танцы и даже попала на фото к организаторам. К моменту, когда она нас нашла, её уже прозвали «звездой фестиваля» – настолько естественно она вписалась в атмосферу. Мы только смеялись, глядя на неё, полностью покрытую краской с головы до ног. Правда, когда дело дошло до отмывания, было уже не до шуток.
Или вот ещё история: в торговом центре Дарьяна случайно наткнулась на репетицию флешмоба. Долго раздумывать не стала – просто влилась в толпу танцующих, не зная ни движений, ни даже песни. Её энергия так заворожила зрителей, что организаторы предложили ей участвовать в следующих мероприятиях. Но она лишь рассмеялась: «Да я вообще-то просто за покупками зашла!»
Её популярности можно позавидовать. Она ведёт блоги, записывает видео, и, что самое удивительное, люди и даже животные тянутся к ней, как к магниту. Что-то в ней есть – необъяснимое, цепляющее. И, наверное, поэтому все воспоминания о ней способы стереть любую мою грусть.
– Какая она милая, – восхищённо пробормотала Дарьяна, проведя рукой по белоснежной шерсти Фиби.
– Ну, видимо, к чужим она с опаской относится, – развела руками Хейва, словно оправдывая поведение собаки.
– Прямо как Эйрюся! – ухмыльнулась Дарьяна, глянув на меня.
– Не называй меня так, ага? – пригрозила я пальцем, но в глазах плясала насмешка.
– А что, укусишь? – с вызовом прищурилась она.
– Съем живьём! – оскалилась я, изображая монстра.
– Ой, ну давай-давай, Эйрю-ю-юся, – нарочно растянула она моё имя.
Я лишь улыбнулась, подняла ладонь ко лбу и тихо произнесла:
– Казе.
В комнате поднялся лёгкий ветерок, заставив Дарьяну инстинктивно сделать шаг назад.
– Ч-ч-что ты сделала?! – заикаясь, спросила она.
– It's magic, – с гордостью ответила я, демонстрируя свои скромные познания в чужом языке.
– О, ты научилась! Поздравляю! А знаешь, что я умею? – Хейва резко шагнула вперёд, явно замышляя что-то весёлое.
– Только попробуй - прибью! – раздался голос Катты снизу.
– Тьфу ты... – раздражённо скрестила руки Хейва и отвернулась.
Дверь снова открылась, и на пороге появилась Кирейна.
Она была нашей школьной старостой. Когда-то давно, когда я, Хон и Хейва решили прогулять школу, именно она пришла узнать, в чём дело. Мы, конечно, не могли признаться, что просто заиграли до глубокой ночи и решили отоспаться, так что благодаря находчивости Хон выкрутились. Но с тех пор попали под пристальное внимание Кирейны.
Так мы познакомились. Ирония в том, что спустя какое-то время она сама увлеклась играми, так что, можно сказать, мы её «заразили».
Кирейна всегда брала на себя роль организатора. Она любила порядок и пыталась его поддерживать, хотя это давалось ей нелегко. Когда её просьбы игнорировали или вели себя безответственно, она могла вспылить, ответить сарказмом или даже огрызнуться. Но за этой раздражительностью скрывалась забота. Порой другие даже эту доброту могли и не замечать.
Несмотря на строгий внешний облик, Кирейна умела быть искренней и доброй. Казалось, она чувствует ответственность за каждого человека на планете. В нашем коллективе она старалась поддерживать атмосферу и помогала каждому, чем могла.
Иногда, когда мы пропускали школу, она прикрывала нас. Об этом мы уже узнали не от неё, а от учительницы. Идеальная подруга. И нет, во мне сейчас говорит не меркантильность.
Одна из историй, которую я помню, больше всего, произошла на пляже. Кирейна отдыхала, но её спокойствие прервали крики о помощи. Оказалось, что ребёнок на надувном матрасе уплыл слишком далеко в море. Не раздумывая ни секунды, она бросилась в воду, несмотря на сильные волны. Добралась до него, успокоила и доставила на берег.
Для меня эта история особенная... Потому что тем ребёнком была я...
Правда, тогда я этого не знала – осознание пришло только спустя годы, когда мы стали узнавать друг друга ближе. Но с тех пор я восхищалась ею. Детский кумир. Хотя позже друзья начали называть её моей «мамочкой», но эту часть истории я предпочитаю не афишировать.
Про неё вообще можно вспомнить сотни историй.
Как, например, когда её выбрали ответственной за организацию школьного бала. Она составила детальный план, распределила обязанности, сама занималась украшением зала. Но за день до мероприятия выяснилось, что нанятые музыканты заболели.
Кирейна не растерялась: нашла замену среди школьников, собрала рок-группу, а Дарьяну даже уговаривать не пришлось – она сразу согласилась петь. Бал прошёл идеально, а её импровизированная речь так подняла всем настроение, что благодарность посыпалась со всех сторон. Хотя сама Кирейна потом признала, что чувствовала себя выжатой как лимон.
А сколько раз она нас спасала в учёбе...
Помню, как наша троица – Хейва, Хон и я – должна была представить научный проект на выставке. Но за день до мероприятия макет сломался. Вместо того чтобы паниковать, Кирейна тут же взяла всё в свои руки, распределила задачи, и мы всю ночь работали над новым макетом. К утру проект был готов, хоть и выглядел немного «кустарно».
Жюри оценило наши усилия и командную работу, и мы заняли второе место. Кирейна была разочарована – не потому что ей нужно было признание, а потому что считала, что могла помочь нам выиграть. Никто даже не знал, что она помогала и сколько сил вложила в этот проект.
Но история с садом поражает до сих пор.
Как-то раз она случайно обнаружила, что у школы есть заброшенный внутренний дворик. Вместо того, чтобы просто пожаловаться на его состояние, она решила действовать. Ночами, тайком от всех, приводила его в порядок: сажала цветы, ставила скамейки, развешивала гирлянды. Когда ученики и учителя увидели преображённое место, все были в восторге, но никто не знал, кто это сделал.
Кирейна так и не призналась никому. Кроме меня.
Но каждый раз, проходя мимо, она улыбалась.
Все в комнате сразу переключили внимание на неё.
Я лишь развела руки в стороны, как бы говоря: «Ну, заходи уже»
Кирейна метала взгляды то в одну точку пола, то в другую, явно смущаясь.
– Она, кажется, слишком переволновалась, – с теплотой заметила Дарьяна.
- Похоже, – кивнула я.
Сделала шаг вперёд. Ещё один. Подойдя к ней, аккуратно обняла.
- Д-да, спасибо, – прошептала она, дрожа от волнения.
- Всё хорошо, – я улыбнулась и чуть отступила назад.
Даже самым сильным людям нужна поддержка. Люди – как батарейки: они дают энергию, свет и тепло, но их тоже нужно заряжать. Мы часто пользуемся их силой, забывая, что и им нужно что-то взамен. Ведь даже самый мощный источник энергии рано или поздно иссякнет, если его не подпитывать.
Хотя, думаю в случае Хейвы это правило не работает. Она – как вечный двигатель, который, кажется, никогда не останавливается. Но я не забываю её слова: «Будь рядом, если мне будет трудно». И даже если она никогда не попросит о помощи, я знаю, что иногда просто быть рядом – это уже достаточно.
- Тут это... у тебя же сегодня день рождения, если я правильно помню... – её голос звучал неуверенно.
В комнате воцарилась тишина.
Все переглянулись, а я попыталась осмыслить сказанное.
- Действительно... – задумчиво протянула я, вспоминая дату. – Совсем не заметила. Время так быстро пролетело...
Да и не только из-за событий последних дней. В космосе дни текут иначе, теряя привычные очертания.
Вообще, в реальности любое время в космосе принято измерять по земным стандартам. Но если речь идёт о планете или астероиде, то существуют два вида времени: местное и общепринятое.
Кирейна, порылась в кармане и достала маленькое кольцо с выгравированной буквой «А».
- Это же... – воскликнула я, едва не выронив его от потрясения. – Откуда?!
- Мне его отдал один мужчина в благодарность за помощь, – смущённо призналась она.
Я вцепилась в неё, крепко сжимая в объятиях.
- Спасибо! – я чуть не задушила её в радостном порыве. – Он даже не знает, что отдал тебе!
Дарьяна виновата потёрла шею.
- Ой, а у меня нет ничего... - пробормотала она.
Я улыбнулась.
- Глупая, мне же не вещи важны, а вы. То, что вы здесь, уже делает этот день особенным.
Дарьяна просияла, а затем резко подскочила ко мне и заключила в дружеские объятия.
- Поздравляю тебя, старушка! – весело заявила она, глядя мне в глаза.
Я рассмеялась. В этот момент из коридора выскочила Хейва, держа в руках празднично упакованную коробку.
– Честно говоря, я тоже забыла про дату, но подарок давно приготовила!
Я открыла её и замерла.
- Это... то, о чём я думаю?
Из коробки я извлекла билет, не веря своим глазам.
– Спасибо! – тут же обняв Хейву. – Боже, какие же вы у меня потрясающие!
Дарьяна, стоявшая в стороне, улыбнулась, наблюдая за нашей суетой.
– У меня есть одно из четырёх заветных колец, а теперь ещё и билет на концерт моей мечты...
Ходят легенды, что если собрать все четыре кольца, то они откроют какую-то тайну. Но на самом деле, это всего лишь байка распущенная фанатами, а следом и маркетинг подхватил, чтобы продвинуть мою любимую группу. Поддельные кольца легко отличить от настоящих – на внутренней стороне выгравированы инициалы членов группы.
- Гав! – Фиби ткнулась мне в бок, требуя внимания.
- Да, ты тоже потрясающая, – я потрепала её за ухом.
- А на Кирейну не накинулась... – заметила Дарьяна, прищурившись.
– Наверное, ты просто в её вкусе, – ухмыльнулась Хейва.
- Вот снова ты так шутишь... – Дарьяна покачала головой, но её глаза блестели от смеха.
Мы дружно рассмеялись, и атмосфера в комнате стала ещё уютнее. Фиби, довольная, улеглась у моих ног, а мы переместились к столу. Хейва принялась раскладывать сладости и чай, пока Дарьяна увлечённо жестикулировала, рассказывая очередную историю из их путешествий.
- Не было такого! – вспыхнула Кирейна, её щёки залились румянцем.
- Было! Было! – настаивала Дарьяна, явно наслаждаясь этим.
- Я и не удивлена, – хихикнула я, наблюдая за их спором.
- Точно-точно, мы все знаем тебя, – лениво махнула рукой Хейва.
Так послушаешь Дарьяну - и даже можно усомниться в энергичности Хейвы. Хотя, её всё же никто не переплюнет. Она всегда готова действовать и не любит сидеть без дела. Легко берёт инициативу в свои руки и часто становится двигателем событий. Её энергичность иногда граничит с импульсивностью, но она всегда старается сделать всё с лучшими намерениями.
Катта, конечно, так не скажет, но она искренне заботится о своих друзьях и старается сделать их жизнь лучше. Даже он со временем это поймёт.
Кажется, что Хейва безрассудная и недалёкая, но её поступки всегда продуманы. А действия направлены на то, чтобы порадовать окружающих.
В этот момент шлюз открылся, и в комнату вошёл Кил, лениво махнув рукой.
- Йо.
- Проснулся-таки, – недовольно пробормотала Кирейна.
Я подбежала к нему, заглянула в его голубые глаза - и мы улыбнулись друг другу. Между нами всегда было какое-то молчаливое понимание.
Он был постарше на три года и порой казалось, что он понял эту жизнь. Может, поэтому он выглядел равнодушным к происходящему, предпочитая спать или заниматься своими делами. Я даже не вспомню ни одного конфликта, связанного с ним. Даже с учётом того, что он избегает ответственности, перекладывая её на других. Его спокойствие и невозмутимость, иногда помогают сгладить напряжённые ситуации.
Но даже несмотря на внешнюю отстранённость, Кил явно заботится о близких, хоть и выражает это минимально. Его шутки и замечания часто звучат с лёгкой иронией, но без злобы.
Как-то он провожал меня домой после учёбы, и мы заметили, как на детской площадке застрял маленький мальчик на дереве. Несмотря на свою любовь к спокойствию, Кил не смог пройти мимо. Он лениво подошёл к дереву, помог ребёнку спуститься и даже угостил мороженым, которое, кстати, купил мне...
Но ради правды, эта ситуация меня растрогала. Родители мальчика были бесконечно благодарны, а Кил, как всегда, отшутился: «Ну, кто-то же должен был это сделать, пока вы спали».
Но мороженое... В итогу я заставила его купить мне новое.
А так он довольно беспечный. Мог уснуть в библиотеке, после чего обнаружить, что оказался запертым. Вместо паники, он просто продолжал спать. Или же, гуляя в парке, случайно наткнуться на что-то. Так фотосессия, где фотограф попросил его подержать отражатель, превратилась в его собственную фотосессию, потому что модель не пришла. А потом отшучивается: «Я просто был в нужном месте в нужное время».
Но есть у нас и что-то общее, что, возможно, даёт нам такое близкое понимание друг друга. Однажды он пригласил меня к себе домой, а я стала изучать его дом. Так и получилось наткнуться на старое письмо от его отца, который ушёл из семьи, когда Кил был ребёнком. Прямо как и у меня...
В письме отец писал, что вернётся, но так и не сделал этого. Кил долго держал письмо в руках, но не смог его выбросить. Потом даже приходил на пустырь, где мы когда-то играли в футбол, и попытался сжечь письмо. Но в последний момент остановился. Он просто положил его в карман и ушёл.
Некоторые раны никогда не заживут.
Но не стоит зацикливаться на прошлом - нужно продолжать жить дальше, с улыбкой.
- Ты не подросла, – с ухмылкой заметил он.
- А ты всё так же не можешь выспаться? – я скопировала его выражение лица.
- Как и ты, – он хмыкнул, и мы оба рассмеялись.
Следом за ним вошли Илдан с Равалом, ожесточённо о чём-то споря.
- В следующий раз я тебя выиграю, – оскалился Илдан.
- Только не в этой жизни, – равнодушно отозвался Равал.
- Привет, болваны! – весело выкрикнула Хейва.
- Голова болит, а тут ещё эта... – проворчал Равал, потирая висок.
Я подскочила к ним, хитро прищурившись.
- Дарова, вредная, – ухмыльнулся Илдан.
- Сам дурак, – я надулась, но в глазах плясала игривость.
- Поздравляю тебя, – с лёгкой улыбкой произнёс Равал.
- Да. Лохушка, – ехидно добавил Илдан.
- Спасибо, Равал. А вот ты, Илдан, - Идиот, – показала я ему язык.
Эти двое, такие разные, встретились благодаря своей любви к играм. Илдан - из Америки, Равал - из Австралии, хотя родился в России. Но это не помешало им познакомиться в игре и продолжить общение в реальной жизни. С нами тоже не было исключения.
Илдан живёт моментом, не воспринимая проблемы всерьёз. Он постоянно шутит, подкалывает друзей и избегает ответственности, предпочитая мир видеоигр реальности. Возможно, так он просто убегает от неё.
У него был старший брат, который учил его играть в видеоигры, но трагедия всё изменила. Когда Илдан узнал о гибели брата в аварии, он с головой ушёл в игры. Турниры, в которых он всё ещё не смог занять первое место. Стримы, где он демонстрировал невероятные стратегии. Всё это – попытка заполнить пустоту, которая осталось после утраты. Его сарказм и шутки – не что иное, как способ скрыть боль, которую он не может отпустить.
Я никогда на него не обижалась. Хотя мне сложно его понять – у меня никогда не было кровного брата или сестры. Его легкомысленность обманчива: он ценит друзей, но выражает это через поддразнивания. В спорах с Кирейной он особенно вызывающ, а его самоуверенность порой граничит с дерзостью.
Однажды Илдан прилетел ко мне в Японию, чтобы увидеться вживую. Хон тогда предложила сходить на квест – идеальный вариант, который сочетал интересы всех. Тематику выбрали – «побег из тюрьмы».
Разумеется, Илдан, будучи уверенным в своих навыках прохождения игр, сразу взял на себя роль лидера. Однако всё пошло не по плану: он случайно заблокировал дверь, запер нас в камере и чуть не сломал головоломку. В итоге пришлось звать администратора, чтобы выбраться.
Несмотря на провал, Илдан не унывал. Он превратил всё в шутку, рассказывая, как «почти спас команду», и даже получил приз за «самую оригинальную попытку побега».
А на следующий день он пригласил меня на ночное свидание в музей после закрытия. Я согласилась, не раздумывая, – идея казалась захватывающей. И всё действительно шло прекрасно... пока Илдан случайно не активировал систему безопасности.
Мы оказались запертыми внутри. Пока я паниковала, он действовал хладнокровно, используя свои навыки из видеоигр. Словно в стелс-режиме, он обходил датчики движения, изучал систему сигнализации и искал выход. По пути он даже оставил забавные записки для сотрудников, которые наутро нашли их и ещё долго обсуждали.
Музей стал местной легендой, а Илдан – её тайным героем. Конечно, он никогда не признался, что это был он.
И я тоже. Это стало нашем маленьким секретом.
Но всё же... я до сих пор не понимаю, чем так интересна для парней. Я ведь самая обычная девушка – таких, как я, не просто много, а целый океан. А они липнут, как...
Впрочем, неважно.
Это иногда напрягает. Я не умею отказывать резко, но и поощрять не хочу. Они мне дороги, и я стараюсь сохранять дистанцию друзей.
У Илдана и Равала часто возникали конфликты на этой почве. Ревновали меня то к одному, то к другому, то к кому-то третьему.
Но Хейва всегда была на страже моего спокойствия. Она подшучивала, что давно «забила меня» и никому не отдаст. Этот лучик солнышка неизменно меня спасал.
С Равалом общаться проще. Главные его интересы – еда и комфорт. Всё остальное он воспринимает как досадную помеху. Я провела немало времени слушая, его жалобы на жизнь. Он часто сдаётся, если не видит мгновенного результата, но когда дело касается его личных интересов, быстро находит решения.
Ещё он проявляет заботу о друзья, хоть и делает это по-своему.
Во время одного из своих визитов в Японию он решил нас удивить своим кулинарным мастерством и устроил ужин с «гастрономическим экспериментом». Смешал несочетаемые ингредиенты - шоколад, сыр и острый перец - и назвал это «шедевром современной кухни». Мы были скептически настроены, но Хейва, обладая желудком устойчивым к ядом, первой попробовала блюдо.
И на её удивление и наше, результат оказался... съедобным, хотя и странным.
Равал гордо заявил, что это «новый тренд».
А на летних каникулах организовал пикник. Правда, не утруждая себя готовкой – просто купил кучу готовой еды в магазине. Мы смеялись над его «ленивым подходом», но он моментально превратил всё в конкурс на самый ленивый бутерброд.
Пикник неожиданно превратился в соревнование, и, конечно, Равал объявил себя победителем... ведь он даже не сделал бутерброд, а просто ел ингредиенты отдельно.
Его лень порой поражала.
В один из таких «ленивых дней» он заказал еду на дом, но курьер перепутал адрес. Раздражённый и голодный, Равал отправился в магазин, но тот оказался закрыт на переучёт. В итоге он решил приготовить что-то сам... что привело к небольшому пожару на кухне.
К счастью, соседи помогли потушить огонь, а мы, узнав о случившемся, заказали ему еду с запасом.
Катастрофа из-за лени – фирменный стиль Равала.
А история с раскрытым «делом» до сих пор забавляет.
Как-то раз он случайно стал свидетелем мелкого преступления: кто-то украл торт из пекарни. Вместо того чтобы просто уйти, он решил «расследовать» дело. Сел в кафе напротив и начал наблюдать за подозрительными личностями.
К удивлению всех, его метод сработал!
Оказалось, что торт тайком унёс домой один из работников пекарни.
Равал получил в награду бесплатные пирожные... но заявил, что это было «слишком много работы для одного дня».
Несмотря на его леность, с Илданом у них есть кое-что общее.
Он всегда любит поесть и считал, что еда – лучший способ покорить любого человека. Именно поэтому в детстве он попросил бабушку научить его готовить. Она с радостью согласилась, и с тех пор кухня стала их общим миром, полным запахов специй, тихих разговоров и тепла.
Но после её смерти он не смог туда вернуться. Даже открыть записанную от руки тетрадь с её рецептами было невыносимо. Казалось, стоит только сделать это – и реальность снова напомнит, что её больше нет.
Годы спустя, во время одной из поездок в Японию, Кирейна случайно стала свидетельницей его борьбы. Она зашла всего лишь позвать его на прогулку, но, увидев его подавленный вид, поняла – что сегодня особенный день. Годовщина.
Она не стала давить. Просто села рядом, дала ему выговориться, а потом, с осторожностью, будто прикасаясь к старой ране, попросила у него ту самую тетрадь.
Равал колебался. Сначала пытался отмахнуться, потом раздражённо буркнул что-то вроде: «Это не твоё дело», но в итоге всё же протянул ей исписанные временем страницы. Кирейна не сказала ни слова – просто выбрала один из рецептов и ушла на кухню.
Когда еда была готова, он сел за стол, всё ещё сердиты, но стоило ему сделать первый укус, как губы дрогнули, а в глазах блеснуло что-то болезненно знакомое. Он молчал, но Кирейна заметила, как сжались его пальцы на вилке. Потом он поднял руку и быстро провёл ею по лицу – словно хотел стереть эмоции, но не успел.
Они ели молча.
И это был первый раз, когда Равал позволил себе вспомнить бабушку без шуток.
Порой кажется, что люди такие разные – со своими взглядами, мечтами и страхами. Но когда мы поддерживаем друг друга, делимся историями и искренне интересуемся жизнь окружающих, вдруг осознаём: в глубине души мы удивительно похожи.
Наши радости, переживания, потери и стремления – они не уникальны. И в этом нет ничего плохого. Это просто делает нас людьми.
Я заметила, что Дарьяна растерянно оглядывалась по сторонам.
- А где моя сестрёнка?
- Не хочу знать, – тяжело вздохнул Равал.
- Хон? Да она всегда чем-то занята, времени не теряет, – пожала я плечами.
- Слушай, мы ведь тебе ничего не подарили... – задумчиво пробормотал он.
- И не надо! Мне вашего внимания достаточно, – тут же его перебила я.
- Не отказывайся, – притворно умоляюще сложил руки Илдан.
- Не хочу, – упрямо повторила я.
- Тогда давай спор! – вмешалась Кирейна, скрестив руки. – Сыграем в видеоигру. Чья команда победит, тот и заберёт подарок.
– Эм-м...
Что-то здесь было не так. Мне не нужен был этот подарок, но они так рьяно его разыгрывали, будто речь шла о чём-то важном. И получается, что если я побеждаю – они просто возвращают себе свой же сюрприз?
Но прежде чем я успела возразить, Хейва радостно выкрикнула:
- Согласны!!!
- Замечательно, – улыбнулся Кил, будто всё шло точно по их плану.
Все, кроме меня, уже направились к соседнему кораблю. Я молча наблюдала за ними, а потом, тяжело вздохнув, смирилась с неизбежным. Если они так хотят сделать мне приятно – пусть будет так. Я подыграю.
В этот момент на кухне появился Катта. Он замер, увидев меня - одинокую, стоящую посреди комнаты.
- Мне кажется... или здесь что-то произошло? Атмосфера странная, – его взгляд скользнул по помещению.
У Катты была удивительная способность – словно шестое чувство, позволяющее ему считывать обстановку и людей с пугающей точностью. Это не просто интуиция, а нечто большее, будто он видел то, что скрыто от других.
- Есть немного, – я задумчиво взглянула на него. – Ты играть умеешь?
- Зависит во что, – пожал он плечами.
- Сама не знаю... но догадываюсь, – вздохнула я, чувствуя, как усталость тяжело накрывает меня с головой.
Катта подошёл к столу, налил себе чашечку чая и взял последний кусок пирога.
- А куда все делись? – спросил он, делая глоток и ожидая ответа.
Я замешкалась, пытаясь собрать мысли.
- У меня день рождения... Просто слишком много эмоций за день, и я немного устала. Ладно, пойду, у нас же спор в видеоигре, – наконец, выдохнула я.
Катта вздрогнул, пролив немного чая себе на футболку.
- Чёрт... – пробормотал он, пытаясь оттереть пятно, но безрезультатно. Возможно, он просто тянул время, подбирая нужные слова. - Я не знал... Ну, с днём рождения, что ли. Извини, знал бы – подарил бы что-нибудь... – с виноватым видом он уставился в кружку.
- Не волнуйся, мне достаточно просто услышать это, – улыбнулась я, чувствуя, как его искренность согревает меня.
Направляясь к стыковочному шлюзу, я на секунду обернулась.
Катта выглядел задумчивым, словно в его голове крутилось тысяча мыслей.
Но я решила не тревожить его.
Шлюз представлял собой панельное покрытие со вставки на стыках, а по бокам находились два иллюминатора.
Я взглянула в безмолвный космос – и странное беспокойство пронзило меня.
Будто я ступила на грани чего-то большего, чем могла осознать. Как если бы маленький человек вдруг оказался перед необъятной силой, превышающей его понимание, и теперь должен был шагнуть вперёд, несмотря на страх.
Но сегодня мне не хотелось поддаваться сомнениям.
Сегодня был мой день, единственный в году.
Я поднялась на их корабле.
Здесь кухня и холл также были объединены в одну просторную комнату – гораздо больше, чем на нашей Фисташке. Хейва с Дарьяной носились по помещению, весело дурачась, Кил с Кирейной о чём-то увлечённо беседовали, а Илдан с Равалом уже успели затеять спор об игре.
Кирейна и Кил решили провести для меня небольшую экскурсию, показав три этажа и каждую комнату. В целом, их корабль был обустроен не так уж и иначе, но поддерживать порядок в таком огромном судне – та ещё задача.
И зная этих оболтусов, я искренне сочувствовала Кирейне.
– Каждый хочет заниматься своим делом. Этот корабль идеально подошёл нам и по размеру, и по функционалу, – пояснила она.
Они вышла в космос на месяц раньше нас. Тогда у Хейвы возникли проблемы, и я не хотела оставлять её одну. Поэтому мы отправились позже, но договорились встретиться.
– А почему корабль назвали так? – задумчиво спросила я.
Илдан прокашлялся и встал в гордую позу.
– Потому что «Энигма» – это существо из легенд и мифов. Вселенская сила, пожиратель миров, дитя пустоты, принимающее материальные формы. Оно живёт вне измерений... – начал он с пафосом, но его тут же оборвали.
– Кончай уже. Это просто его любимый персонаж из игры. Нам было всё равно, вот и согласились, – устало отмахнулся Равал, прикрывая лицо рукой.
– Ясненько. Мелкий задрот, – рассмеялась я с ехидцей.
– Эй!! – возмутился Илдан.
– Да-да, – поддержала меня Хейва.
- Согласен, – предал друга Равал.
- Да хватит! – Илдан чуть ли не начал рвать волосы на голове.
- Дарьяне нравится... – тихо произнесла младшая, слегка смущаясь.
- Хоть кому-то! Поняли?! – воодушевлённо воскликнул Илдан.
- Ладно, играем в Milky Hero, – предложила Кирейна.
- Только не она... – я поморщилась. Одно название уже вызывало у меня неприятные воспоминания. - Да и нас не хватает! - возразила я, пытаясь отказаться от этой идеи.
- Нас шестеро, и вас... двое же? – прикинул Илдан.
– Трое... – поправила я, слегка задумавшись.
– Ого, кто это? – голос Равала мгновенно стал грубее, в его тоне проскользнула ревновать.
– Кадурок. Или просто мусор, – с утомлённым лицом ответила Хейва, будто он всю жизнь маячил у неё под ногами.
– Ладно, играем четыре на четыре, с ботом на каждой стороны, – ухмыльнулся Илдан, явно уже строя стратегию.
– Осталось решить, кто один из нас пропустит, а также кто пойдёт за команду Эйриан, – задумалась Кирейна, понимая, что все хотели бы оказаться в одной команде со мной.
– Ну, раз так, то я, так уж и быть, помогу им, – вызвался Илдан, его хитрая улыбка выдавала все его намерения.
– Работать меш... – в проёме появилась Хон, но, заметив меня, тут же переключила внимание.
Её глаза распахнулись от удивления.
- Эйри?! Это правда ты?!
– Приве-е-т! – я радостно улыбнулась.
Хон приблизилась, стремительно сокращая расстояние между нами до опасного минимума. Её шаги были быстрыми, уверенными – как будто она точно знала, что мне некуда отступать. Мир вокруг замер, растворился в этом мгновении. Даже воздух между нами казался густым, пропитанным напряжением, будто сама вселенная задержала дыхание, ожидая, что будет дальше.
Её дыхание – тёплое, чуть прерывистое – коснулось моей кожи, пробежав электрическим разрядом по нервам. В нём было что-то неуловимое, скрытая эмоция, которую она не спешила выдавать. От её волос веяло металлической свежестью лаборатории, едва уловимыми нотками химии – но этот аромат не отталкивал, а, напротив, завораживал, манил своей тайной. Казалось, она только что оставила очередное открытие... но теперь изучала меня, как самую сложную загадку.
Я утонула в её глазах – фиолетовых, глубоких, как бескрайний космос. Они пронзали меня насквозь, выжигая всё лишнее, оставляя только нас двоих в этом мгновении. В её взгляде было что-то неуловимое мягкое, но в то же время непреклонное, требовательное. Она читала меня без слов, касалась каждого моего уголка одним лишь взглядом, и я чувствовала, как становлюсь нагой перед ней, беззащитной.
Где-то глубоко внутри что-то дрогнуло. Сердце сначала ёкнуло, а потом забилось так отчаянно, что казалось, это ритм эхом разносится по всей галактике. В груди вспыхнуло жаркое, тревожное чувство – смесь страха и предвкушения. От него перехватило дыхание, а внутри разлилось странное, пьянящее тепло.
Я хотел отступить, но не смогла.
Хон была слишком близко. Её присутствие захватывало, подавляло и одновременно притягивало, как гравитация звезды, которая вот-вот превратится в сверхновую. Её взгляд проникал всё глубже, словно пытался добрать до самой сути меня, до тех уголков души, куда я боялась заглядывать даже сама.
И в этот момент я поняла.
Она знает.
Знает всё.
И от этого осознания сердце дрогнуло снова – но на этот раз не от страха. От сладкого, необратимого чувства.
Хон прищурилась.
– Пф, всё такая же коротышка. Дни идут, а выше ты не становишься, – фыркнула она, скрестив руки на груди.
Я моргнула.
А нет, показалось.
– Д-да, хех, – я неловко рассмеялась.
– Кстати, держи, – Хон вытащила из-за спины книгу и протянула мне.
– Оу.... спасибо, но что это? – я повертела её в руках, пытаясь найти название.
- Это моя книга. В ней заметки о космосе, зарисовки, интересные (и не очень) факты. Думаю, в твоём путешествие пригодится.
- Спасибо большое... – я быстро пролистала страницы.
На последней я заметила подробные записи о системе Проциона и планете Крейтос. Каждая строчка была выверена до мельчайших деталей, словно Хон видела эту планету своими глазами. Её почерк – чёткий, аккуратный – отражал её саму: целеустремлённую, методичную, не терпящую лишнего. Даже зная, что они могли застрять в этом уголке космоса навсегда, а в худшем случае погибнуть, она продолжала делать то, что умела лучше всего: исследовать.
Она не просто фиксировала факты – она жила ими.
В её записях была не просто наука, а доказательство её непоколебимой воли. В каждой строчке чувствовалась страсть к открытиями, готовность идти до конца, даже если этот конец казался пугающе близким. Но прежде чем стать такой, Хон прошла долгий путь. Мы с Хейвой были частью этого пути.
Она стала – человеком дела. Работала, исследовала, не тратила время на пустяки. Её серьёзно порой делала её отстранённой, но если что-то действительно имело значение, она никогда не оставалась в стороне., а появление у неё сестры только усилило её стремление защищать близких.
Только печалит её отчаянное желание заполучить внимание отца, который, казалось, совсем не замечал её стараний. Готова была на всё ради этого. Хотя... учитывая их отношения, я не была уверена даже в том, знает ли он вообще, где сейчас его дочь.
Помню, как однажды Хон пригласила меня на научную конференцию. Это было её первое выступление, и ей нужна была поддержка. Она представляла своё исследование о космосе. В разгаре доклада сломался проектор. Но вместо того, чтобы растеряться, Хон, как ни в чём не бывало, спокойно продолжила рассказывать о своих открытиях, сопровождая речь зарисовками на интерактивной доске. Её голос был полон уверенности, её слова – живыми, захватывающими, а рисунки полны подробностей. Когда она закончила, зал аплодировал стоя. К ней подошли несколько учёных, предложили сотрудничество.
Но отец так и не пришёл.
Зато окружающие люди видели её силу, её талант. Особенно я это поняла, когда Хон на какое-то время замкнулась в себе. Мы с Хейвой заставили её вернуться в реальность, и с тех пор она только росла.
В школе она начала работать в лаборатории, и как-то произошла авария - разлился реактив, началось задымление. Пока все паниковали, Хон хладнокровно организовала эвакуацию, сама надела защитное снаряжение и устранила проблему. Учителя и ученики были поражены её спокойствием и решимостью.
– Это просто часть работы, – только и сказала она.
Если бы не Хейва, которая в тот день уговорила меня пойти к Хон, этот научный талант мог бы так и остаться нераскрытым. Она замыкалась в себе, терялась в мыслях, строила вокруг себя крепость, не позволяя никому проникнуть внутрь. Но Хейва, со своей спонтанностью и чуткостью, просто взяла и распахнула дверь в этот в мир, который Хон боялась показать другим.
Именно это простое, но важное решение – протянуть руку, пригласить в круг – изменило всё.
Хон начала общаться. Начала делиться своими идеями. Её талант, который мог бы угаснуть в одиночестве, вдруг засиял с новой силой.
И я уверена, что в будущем её имя прогремит на весь мир.
Иногда мне страшно подумать, сколько ещё таких талантов так и остаются в тени. Сколько идей гаснуть, не успев разгореться, просто потому, что рядом не оказалось того, кто вовремя поддержит. Мир полон людей, чьи способности остаются незамеченными, чьи мечты разбиваются о равнодушие или непонимание. Хейва стала для Хон тем самым человеком, кто вовремя увидел её потенциал. И теперь я понимаю: талант – это не только дар, но и ответственность.
Ответственность тех, кто рядом. Увидеть. Поддержать. Вдохновить.
Ведь даже самый яркий свет может погаснуть, если его не заметить вовремя.
Но несмотря на свою увлечённость наукой, Хон никогда не забывала друзей. Она всегда находила время для нас, и с ней никогда не было скучно.
Помню, как работая в библиотеке, она наткнулась на старую книгу с загадочными символами на полях. Заинтригованная, она решила их расшифровать - оказалось, это код, ведущий к тайнику в здании. Мы нашли там старинные документы и карту сокровищ. Хон организовала целую экспедицию, и в итоге мы обнаружили капсулу времени, зарытую сто лет назад. Это стало настоящей сенсацией, но Хон, как всегда, осталась скромной:
- Это просто любопытство.
Она могла быть серьёзно, собранной, но порой её редкая, но меткая неуклюжесть вызывала у нас приступы смеха. Например, когда она тестировала новый тип краски и случайно пролила её на себя. Краска оказалась несмываемой, и несколько дней Хон ходила с ярко-зелёными волосами и пятнами на лице. Мы месяц называли её «инопланетянкой», а она пытаясь сохранить серьёзно, лишь пожимала плечами:
- Это часть эксперимента по камуфляжу.
Незабываемый человек.
- Так, Хон, ты будешь за Эйриан, – внезапно решила Кирейна.
- Что? – Хон удивлённо моргнула, не понимая, о чём речь.
– Будешь играть, – уточнил Илдан..
Она замешкалась, но в итоге согласилась. Это была редкая возможность для неё отвлечься от бесконечных расчётов и экспериментов. Но даже сейчас я видела, как её пальцы ритмично постукивали по бёдрам – словно в мыслях она всё работала над каким-то проектом.
Но это было хорошо.
Она заслуживала отдыха.
Даже если сама никогда бы в этом не призналась.
Все вместе...
Это словно вернуло меня в то лето, когда я решила устроить сюрприз для всех ребят.
Мы чудом смогли собраться в полном составе, и я подготовила для них квест по всему городу. Каждая подсказка вела к месту, связанному с нашей дружбой: кафе, где мы смеялись до слёз, парки, где встречали рассвет, и даже старый кинотеатр, где мы впервые все вместе смотрели фильм вживую, а не по интернету.
В конце пути всех ждал пикник с их любимыми угощениями.
Я до сих пор помню их лица, когда они добрались до финальной точки: уставшие, но счастливые, с горящими глазами и улыбками, которые говорили больше любых слов. Все были в восторге, а я чувствовала себя по-настоящему счастливой, видя, как моя идея объединила всех.
Правда, Хейва так и не дошла до конца - застряла на второй загадке. Пришлось всем вместе отправиться на её поиски, но даже это стало частью приключения. Мы смеялись, шутили и в итоге провели её по всему маршруту, словно переживая заново каждый момент.
Когда мы, наконец, вернулись к пикнику, Хейва поклялась, что в следующий раз обязательно дойдёт до конца сама.
Но мы все знали: главное – не победа.
Главное, что мы были вместе.
Как жаль, что я не могу снова пережить те дни. Но я могу сохранить их в памяти.
Каждую эмоцию. Каждое чувство. Каждый момент, даривший радость.
Иногда я закрываю глаза и представляю всё это.
Я понимаю, что не смогу вернуться в прошлое.
И всё, что мне остаётся, – это сказать себе:
«Наслаждайся тем, что происходит сейчас и тем, что будет дальше. Запоминай всё».