Глава 111. "Снежные призраки".

Яромира Харитонова открыла глаза, позволяя точнейшим светочувствительным датчикам сфокусировать рассеянный полумрак. Уже третий день идёт страшная метель...

Неясно какой сейчас час, есть ли вообще солнце над головой или царит глубокая ночь, ведь воющий ветер с невероятной силой закручивает снежные вихри прямо под окнами бревенчатой избушки.

В общей сложности прошла неделя с тех пор, как девушка оказалась в этом месте. Эйфория медленно успокоилась и укоренилась в механическом сердце, а разум начал проясняться, хотя что делать с этой безграничной свободой - непонятно.

В первый день Яромира организовала быт: обустроила комнату бабули, разобрав все имеющееся деревянное добро на щепки и поленья, сложилась найденные по углам книги (в основном молитвословы и брошюры 60-ти, может 70-ти летней давности). Ничего механического, а уж тем более электрического в рабочем состоянии в избе не оказалось, но оно и понятно, наверняка даже дерево сюда было доставлять очень проблематично.

Зато в кладовке (точнее закутке в коридоре, что отвели под кладовку), нашлись нехитрые инструменты и банка ржавых гвоздей, таких длинных и мощных, будто ими исполинских лошадей подковывали. Пришлось укреплять окна изнутри, чтобы ледяной ветер не засыпал девушку за одну ночь, хотя уровень снега то поднимается, то снова опускается, будто она реально находится в море.

Щёлкнув катушкой встроенной в руку, Харитонова подожгла растопку из бестолковых агиток и разожгла самодельную печку в старом чугунном казане. Слабое пламя осветило ветхую лачугу красновато-желтыми оттенками, придав даже такому богом забытому месту уют и покой.

Пурга воет... Три дня назад примерно с обеда, судя по датчикам, задул штормовой северный ветер, едва не срывающий оставшийся ещё настил с крыши, заставляя домик жалобно скрипеть, умоляя наконец закончить эту пытку. Надо признать, что даже в суровых и промерзших городах-ульях, биомеханическая леди не видела пурги такой силы. Шум стоит такой, что не слышно даже собственных мыслей, а плотность снежного урагана не позволяет видеть дальше полуметра. Какой смысл от бессмертного механического тела, если обычный ветер лишает всех чувств в один миг?

Откинувшись на разложенные по полу остатки найденных перьевых подушек, тулупов и прочих тряпок, Яромира потянулась, будто ее суставы все ещё нуждаются в этом. Привычки так просто не искоренить...

Для себя она поняла одно - буря пройдет и она покинет это место, идя на юг, туда, где ещё может сохраниться органическая жизнь.

Почему не на север? Хм... Пустота и белоснежная бездна действительно пленили девушку, но что толку искать уединения, если ты даже лишиться рассудка не можешь? Рано или поздно здравомыслие возьмёт верх над эмоциями и... Что тогда? Она окажется посреди ничего, без средств и инструментов, не имея даже возможности обустроить себе уютное гнёздышко.

Если жёлтый человек хотел убедить ее, что есть ещё смысл в человеческих общинах, то... Это было очевидно, но Яромира однако, хочет вернуться к людям совсем не по причине внезапной симпатии к последним.

Шестерни и пружинки ее сердца с каждым днём всё сильнее требуют перемены не только снаружи, но и внутри.

Какой смысл от монструозных подземных печей в городах-заводах, если стихия может смести их в одно мгновение, быть может даже сейчас, прямо под ней находится один из таких городов... Но суть ее рассуждений не в этом.

Человечество, сколь бы могущественно и умно не было, не способно противостоять стихии... Империю поглощает Узилище, съедая с каждым годом все большие территории, и хоть сама Империя - военная машина, способная обратить эту неприятность в свою пользу, но когда твари из самых глубоких уровней Узилища вырвутся наружу... Ни один охотник или биомех из не остановят. Ледяная пустошь так же стремится поглотить КПСС, унеся в забвение все и всех.

Так ли много смысла воевать друг с другом, пока человечество как вид, зажато между агрессивной средой разных полюсов?

Конечно, Яромира не видит себя пророком и спасителем рода людского, но что ей по силам, так это показать ослабшему духом народу, что отсидеться не выйдет. Чудовища с одной стороны и стихия с другой... Как минимум, можно попытаться, а уж методы... Методы не так важны, ведь те, кто без тени сомнений сжигают себеподобных, должны быть готовы к тому же.

Белоликая пустота надвигается и Яромира стала свидетелем этой неравной борьбы... Нет, она стала снежинкой в водовороте ледяной бури... Если она что и может, так это показать всем, как бессмысленны их жизни и междоусобицы!

Наполнившись внутренней решимостью, девушка повернулась лицом к огню, чувствую кожей его тепло. У бабушки, что тут жила, оказалось на удивление много хорошо сохранившихся книг в деревянных или кожаных переплетах. Если она не была какой-то уважаемой личностью, то наверняка промышляла мародёрством, когда все ушли отсюда, однако какой странный выбор... Книжки с молитвами и историями святых... Кажется это называют псалтырями? Хм...

Открыв одну из таких книг на случайной странице, Харитонова начала читать, спотыкаясь почти на каждом слове из-за обилия устаревших слов и не вполне понятной азбуки, использующей многие незнакомые ей буквы.

Впрочем я общий смысл понятен, хотя непонятно зачем искать утешения в жизни посмертной, принимая жесточайший аскетизм в нынешней? Почему так много людей отчаянно ищут спасения своих душ, даже не представляя что это такое?

Душа... Есть ли она у машины, такой как Яромира? А десятки обезличенных болванов на службе полка или в подвалах высоких кабинетов? У них есть души? Достойны ли они спасения?

Текста молитвенников изобилуют упреками за грехи человеческие, за неуёмный соблазн, жадность и гордыню. Проповедует отказ от блуда и богатства, чувственности и злости... Будто мир радужных иллюзий...

Ах, если бы утопию можно было построить, просто лишним людей пороков...

И ведь столько людей верят в это... Верят, что есть милая определяющая их достоинство, их ценность. Разве может среди равных быть тот, кто решает это?

Думая об этом, Яромира четко ловит себя на мысли, как удобно и прозаично подобное мышление. Все можно спихнуть на води высших сил, дарующих прощение в обмен на молитвы и аскезы, но много ли святости в фантазиях? Хм... А был ли тот человек в жёлтом тем самым спасителем? Могла ли уже Яромира коснуться того, чем так рьяно поклоняются фанатики?

Истина лишь в том, что человеку действительно нужно во что-то верить... Или в кого-то.

Быть может, это и не даёт нам быть одинокими, даже среди обезжизненной механической массы бездушных марионеток? Как грех сам по себе не является чем-то ужасным, так и партийный режим в том виде, какой он есть не корень всех бед, однако как и грех, тирания достойна высшего порицания.

Но много ли толку от осуждения внутри своей души, если снаружи всё остаётся как было? Хм... Получается круг замкнулся...

Каждому хочется во что-то верить, но вот во что, решают те, кто возомнили себя богами нового мира.

Человек на самом деле одинок и все это знают, но страх от осознания этого смешного факта... Толкает на отчаянные меры.

Если одиноки все - не одинок никто. Если все станут машинами, то и машинами не будет никто... Как просто и глупо.

Страх толкает на чудовищные ошибки, а страх, подкрепленные одиночеством...

...

Пространные рассуждения прервались едва-едва уловимым шорохом за окном.

Яромира отложила молитвенник, спокойно уставившись в потолок, слушая треск дровишек.

Если Бог есть, то он не в молитвословах живёт... Бог, как и самое обыкновенное чудовище - лишь наиболее приспособленный, вот и все... Если говорить прямо, Яромира все больше убеждается, что тот бог, которому посылают молитвы старухи в глухих подвалах городов-печей, живёт в них самих. Вера ничего не значит без своего идола, а идол ничто без веры.

Так и выходит, что никакая душа невозможна без веры в нее, а спасение этой самой души зависит лишь от желания самого человека.

Делает ли Яромира спасения своей душе? Готова ли ее металлическая оболочка поверить в Бога или может... Найти его внутри себя? Бог из машины ничем не лучше душевной болезни, а проказа разума такой же грех, как и жадность или лень...

Есть ли Бог внутри Харитоновой? Способна ли она поверить во что-то, что спасет остатки ее души?

Осталась ли вообще в ней душа?

Вопросы без ответов. Сейчас даже не тело не вполне ее и не вполне тело, чего уж говорить о душе и всем прочем... Машина должна быть машиной, а человек человеком, хотя уж больно хочется верить в обратное...

Верить... Это слова вызвало улыбку на лице девушки. Даже будучи железякой, она хочет верить. Быт может, то, что она задумала, не просто бред обезумевшей машины, но то самое спасение души?

Быть может... Незримое присутствие действительно окружает тех, кто в него верит?

И снова пустые мысли о расплывчатых материях... И снова Яромира отвлеклась от них на шелест за стеной.

Будто кто-то лёгкий прошел, прижимаясь всем телом к бревенчатой стене.

Девушка стала замечать эти звуки с первой ночи, ещё когда не было пурги. Будто кто-то ходит и плачется под окнами, заглядывая в низ тогда, когда сама Яромира отвернулась. Будто кто-то дышит под полом, на крыше и даже в дверях.

Механическая логика и датчики говорят, что в этой пустыне нет никого, а уж тем более живого, но человеческая часть биомеха тут и там видит образы и полунамеки.

Яромира не одна в этой глуши. Поначалу она подумала о бабушке, но дряхлая мумия мертва и неподвижна. Она не сдвинулось с места от на градус, а значит что-то рыщет снаружи.

Это странно и неестественно само по себе, ведь как можно различать хоть какие-то звуки в такую непогоду? Буря заволокла небо черным, а ветер дует так сильно, что даже биомеху тяжело стоять на ногах. Однако остатки органики испытывают то самое ощущение чужого взгляда и мистического присутствия.

Быть может, в разуме девушки что-то помутилось от бесконечного чтения старинных молитв.

За окном снова зашуршало невидимое существо. За ночи, проведенные в пурге, Харитонова уже ощутила эту странную энергию... Да, она ничего не увидела и ничто на нее не влияло физически, но некий азарт, от ощущения игры с незримым наблюдателем, то и дело дёргает ее в порыве выбежать на улицу и осмотреть дом в поисках следов.

Если есть Бог, должен быть и тот, кто ему противостоит. Не бывает однозначного добра и зла, так или иначе. А кто знает, какое чудовище способно адаптироваться к таким погодным условиям... Выжить в безжизненном снежном поле - та ещё задачка, но если получится... Такая тварь и правда может почитаться как исключительно мистическое или даже божественное вмешательство в естественный ход вещей.

Тело биомеха не нуждается во сне, ведь даже в короткие моменты, когда остатки мозга погружаются в отдых, механическое естество бодрствует и как говорят инженеры - "куклам не снятся сны". Это исключает всевозможные сонные расстройства и явления, к тому же металлическое тело не способно ощутить панику от фантомов, а то, что происходит сейчас... Происходит в реальном мире.

Яромира отвернулась к стене, расправив волосы и закрыв глаза, делая вид, что спит. Самый простой способ выманить кого-то - поставить приманку.

Помимо датчиков движения, температуры и прочего, у Харитоновой так же есть множество дополнительных "глаз", что позволяет иметь детальный обзор без слепых зон. Удобно.

Если там, в вое ветра правда кто-то есть, то он не упустит возможности взаимодействия с беззащитной Яромирой. Повезло, что внешне она неотличима от человека... Если не вглядываться.

Хотя наличие сосков и... Прочей исконно женской атрибутики, весьма разочаровывает... Даже с механизацией рода людского, балом правит похоть и фетишизация...

...

...

Яромира пролежала так не больше двадцати минут, когда лёгкие струйки холодного воздуха задули ослабший огонек, оставив лишь тлеющие угольки. В прихожей скрипнула половица.

Это впервые, когда гости осмелились залезть в дом, ведь все ночи до этого, они ограничивались короткими перебежками от окна к окну и царапаньем окон снаружи.

Хотя странно... Темнота не помеха для биомеха, однако множественные камеры и сенсоры ничего не улавливают. Будто лишь человеческая часть девушки ощущает это присутствие... Такое холодное, такое... Хм...

Ещё через пару минут скрипнуло уже ближе, почти у прохода в комнату. Кто бы там не был, он не торопится. Осторожничает.

"Бояться не стоит, ведь едва ли даже дикое животное сможет полакомиться пружинками и приводами. А если там что-то хоть немного разумное, то и того проще...".

Так успокоила себя Харитонова, человеческим своим ощущая лёгкую тревогу как бывает, если проснуться глубокой ночью от неприятного сна. Даже если кошмарные образы забылись, ощущение тревоги и... Инаковости происходящего остаётся липким налетом на психике. Будь на ней хоть десять, хоть сто бронекостюмов и экзоскелета из прочнейших пластин, она бы ощутила это так же ярко, как и сейчас. Страх необъяснимого живёт куда глубже, чем может показаться... Как же повезло, что из всего, что было от человека, оставили мозг и кусок кожи...

В следующие минуты случилось что-то странное - камеры не зафиксировали абсолютно ничего. Пустой домик, без признаков жизни, однако лишь дополнительные камеры... На опыте прошлых ночей и этих непонятных шорохов, перекрывающих завывание снежных завихрений, Яромира предусмотрительно поставила напротив своей лежанки разбитое зеркало. Старенькое, потертое и мутное, но для нее и такого хватит.

И вот уже глазами более привычными для ее мозга, теми, что украдкой смотрят из под золотых волос, она увидела расхождение реальности наблюдаемой и действительной.

За край дверного косяка мягко схватилась пятерня длинных пальцев с загнутыми ногтями, обломанными, поросшими грибком, но все ещё человеческими.

Две разные картинки плохо укладываются в голове, ведь там, где машина не видит ничего, органика рисует туманные образы.

Кто бы там не был, но его очертания остаются лишь на уровне размытого силуэта без четкости и глубины. Будто пятно чернил, разлитое поверх реальности... И кому же стоит верить в такой ситуации? Машина не врёт, но органика лучше чувствует опасность. А опасность есть!

Из-за угла неспеша выплыло что-то, напоминающее лицо. Худое, впалое и иссохшее, но человеческое лицо с глубоко посаженными в искаженный череп бледными глазами, излучающими тусклый бледный свет.

Не моргая и не двигаясь, высокий тощий гость долго и внимательно смотрел на Яромира, не решаясь войти. Девушка успела достаточно детально рассмотреть этот размытый образ, дорисовывая в голове картину происходящего... То, что можно было принять за лохмотья или камуфляжные одежды военных, на деле видятся ей истерзанными лоскутами кожи, свисающими прямо с тела, такие же украшают и голову, в местах, где из черепа пробились опухоли, отдаленно напоминающие зачатки рогов, уродующих внешность существа ещё больше.

Будто прямо в мозг бедняге закачали воды, пока кора не треснула, вздувшись буграми и пузырями прямо внутри черепа... Губ как будто нет вообще, как и носа, а зубы... Почерневшие и деформированные, но точно человеческие, судя по передним.

Гость ещё немного посмотрел на обездвиженную девушку, прежде чем рывком, почти бесшумно кинуться в кухню, на скрип половиц там, где сидит бабуля. Видимо ветер ее сдвинул... Эта... Это слепое?

Неприятный звук разрываемой ткани прорезал воздух, но стоило только отвести фокусировку зрения от двери, как звук шагов послушался вновь. Один... Нет, два шага и нечто уже стоит в комнате. Холодный ветерок снова обнял Харитонову, пока она беззвучно смотрела на ноги позади себя через зеркало. Худые, будто поломанные и наспех собранные заново, как детский конструктор... Больше похожие на пружинки или может птичьи, но эти ноги точно предназначены для быстрого бега.

Гость склонился на все четыре конечности, выгибая костлявую спину дугой и прохрипел, тихо и глухо, почти сливаясь с пургой.

Дыхания и колебаний воздуха девушка не ощутила, но вот запах... Он вполне реален и эта гниль заполнила всю комнату... Гадость...

Не выдержав простого напряжения, Яромира непроизвольно повернулась, желая взглянуть на пришельца поближе, но...

Стоило ей развернуться, что заняло едва ли больше пары секунд, как она снова оказалась одна.

Никого нет. Чувство тревоги тоже сразу ушло, накатив лишь истощенностью. Видимо это был слишком большой стресс для остатков ее мозга...

Что это было? Галлюцинация? Может просто подобие сна?

Просмотрев на фоне запись с камер, девушка так ничего и не увидела, но... В коридоре действительно обнаружились следы, маленькие, почти незаметные и похожие на отпечатки какого-то копытного. Круглые и... Упорядоченные. Будто этот кто-то точно знал куда надо вставать, чтобы создавать минимум шума...

Дверь тоже приоткрыта, впуская ледяной воздух внутрь, а вот бабуля... За те мгновения, существо успело разорвать ее одежды и вывернуть голову назад, почти оторвав нижнюю челюсть. Пусть это и труп, но для такого нужна огромная сила...

Кажется, Яромира все же не одна в этих пустошах...