Глава 21. "Опиум для народа".

Солнечно. Однако мысли окровителя Эффи омрачали не только подступающие с востока дождевые облака.

Сегодня должно состояться освидетельствование. Для обывателей и свидетелей это мало что значит, но Эффи... Ох...

Встав до рассвета и заварив в изящный сервиз кофе, она по обычаю уселась в узкое кресло своего кабинета, осмотрев часовую башню третьего корпуса лектората. Красивый и умиротворяющий вид, если не знать, что корпус заброшен...

Отпив горячий кофе, девушка погрузилась в мысли, наматывая на палец складки жабо.

Должность окровителя - престижна и уважаема, однако немногие этого ремесла доживают до пенсии, по крайней мере в своем уме. Оно и понятно... Окровители - палачи при университетах всех мастей. В древние времена все они были чернью. Подмастерья мясников и беспризорники, выученные и пригодные лишь для разделки.

Разделки мертвых тел. Да, безусловно окровители не зря едят свой хлеб и двигают ученые науки вперед, но современное бытие при этой должности далеко от того, чем оно хочет казаться.

Много ли чести в том, чтобы на потеху высокопоставленным чинам, потрошить нищих? Хм... Подобное не новинка для современного общества, однако и это лишь верхушка.

Стоит кому-то важному немного заплатить кафедре Эффи, как ее вызовут вскрывать того, кто еще сутки назад мог сидеть в лекционном зале, грезя о карьере ученого ума.

Да... Эффи, хотя так ее называют лишь из удобства, не нравится большая часть ее работы.

Ефимия Эрби унаследовала должность окровителя от наставника и отца в одном лице. Старик Эрби хотел дочери лишь состоятельного будущего, но... Как и все окровители, он не дожил свой век в здравом уме.

Хм... Пусть он больше не узнает Эффи, но стоит наведаться в корпус Благодушия и поговорить с ним.

Однако... Мысль о сумасшедшем отце лишь заставила девушку сморщиться. Взгляд упал на красивое и аккуратное письмо, выведенное замысловатой печатной машинкой кафедранта. Они, к слову, тоже меняются часто и имена их Эффи даже не старается запоминать.

Однако, что там с письмом? Хм...

Сегодня ей предстоит вскрыть несколько тел. Три, если быть точной.

То была экспедиция в Приточное Узилище - лесной массив расположенный в уникальном месте - в широком разломе земной коры, уходящим как глубоко вниз, так и высоко вверх, при этом в Узилище протекают сразу три реки, хотя где они пересекаются, так и не удалось выяснить.

Причина в населяющих все уровни Узилища тварях... Безумное, просто невообразимое разнообразие, в основном ядовитых, насекомых и чудовищ, способных выжить в той недружелюбной среде. Верно - Узилище наш дар и проклятье. Место, куда ученые без концы будут посылать отряды, для добычи все новых и новых знаний, и откуда будут возвращаться лишь останки.

"Все циклично" - так любил говорить один из прошлых кафедрантов.

Тела, пришедшие из таких экспедиций всегда опасно вскрывать. Велик риск подхватить новую болезнь или паразита... И вот таких несчастных Эффи и предстоит вскоре вскрыть.

Что же до освидетельствования... Это стандартная процедура вскрытия важных или хоть сколько занимательных трупов, при котором должны присутствовать, помимо окровителя, магистр или младший ученый чин, кто-то из напыщенных церковников и несколько зевак... Студентов или прихожан, как повезет.

Вскрывать эти пропахшие смертью мешки с ядом, и без того тяжело, так еще под надзором и комментариями... Ох...

Подумав о своей нелегкой доле, Эффи сделала горький глоток, ловко взяв тонкими пальцами кремовую булочку. Плотный завтрак в дни окровления не лучшая идея, а сладкое поможет мозгу работать в полную силу. По крайней мере так говорят напудренные ученые в белых перчатках.

Хм... Как смешно и глупо...

Эффи, что проводит вскрытия по локоть в крови и гное, обязана носить невзрачную черную форму, а знаки отличия лишь в праздничные дни, в то время как пустословы академики, облачаются в белое и бирюзовое, выставляя статус напоказ.

Впрочем... Жаловаться Эффи не станет, ей статус не позволяет.

Окровитель просто должен делать свою грязную работу, нравится она ему или нет. Да и к тому же... Хоть и мясник, но при университете "Гёхенъ", ей выделили неплохие покои, хоть и с видом на заброшенный корпус, будто напоминая о судьбе самой окровительницы.

Впрочем, это не так важно. Отложив булочку и кофе, девушка встала, расплавила складки черной рубашки и наконец подошла к гардеробу - открытой конструкции, вмещающей в себя все скромные пожитки Эффи.

Стандартная форма окровителя - короткая пелерина из толстой ткани, перчатки, пояс с инструментами, высокий воротник, закрывающий лицо до кончика носа, шляпа с небольшим выступом, загнутая с боков, шарф с символикой университета и полуторный клинок.

Оружие - одна из немногих привилегий окровителей. Их многие горожане не любят, не редки нападения, но стоит обнажить сталь, как желание мстить за осквернение тела родственника угасает.

Закончив облачаться в чёрное, Эффи вышла, заперев комнату.

...

Выйдя в просторный коридор бывшего барака, отделанного под общежитие, Эффи начала считать свои шаги. Этот ритуал вроде как помогал ей привести мысли в порядок, а ясность ума ей сейчас ой как нужна...

— Ефимия, милая, подожди!

Лживый добродушный голос заставил окровительницу остановиться. Хотела бы она проигнорировать миловидную миниатюрную тетушку в теплой шали, но...

— Комендант. Доброго вам утра, солнце еще только встаёт, а вы уже в заботах.

— Будет тебе, Ефимия, мое дело маленькое, в сравнении с тобой я только и могу, что держать этот гнилой барак в чистоте...

Амели Аденсон, комендант при третьем корпусе лектората, точнее, комендант при руинах.

Леди Амели известна, прежде всего, как качественный доносчик. Со зла или нет, но по ее милости больше половины студентов этой бурсы были отчислены. Сама Эффи изучала науки лишь поверхностно, отдавая большее внимание искусству фехтования, анатомии и гигиене, но даже так... Она знача, что с этой миниатюрной дьяволицей лучше не связываться.

— К слову, девочка моя, ты никак на промысел идешь, раз так оделась?

— Кафедрант приказал.

— Боже, ну что за ироды... Знаешь, я краем уха слышала, мол сегодня должны "отпеть" тела малышей из первого корпуса. Как там его...

— Корпус Изысканий.

— Да-да, оттуда! Вроде бы они были охотниками при зале микологии.

Структура университетов может показаться путанной на первый взгляд, но ничего сложного Эффи в этой системе не находит. И с чего у новичков трудности возникают?

Сам университет делится на корпуса, каждый из которых занимается своими исследованиями, корпуса делятся на залы, вроде как - профессиональные дисциплины, за каждым корпусом закреплено общежитие, бурса или барак, тут уж как повезет, а так же лекционные помещения. Во главе каждого корпуса стоит кафедрант и церковник, чаще диакон.

Все просто, пока не лезешь во внутренний уклад.

Однако... Кафедрант не упоминал, что трупы были из зала микологии, так еще и охотниками... Это не меняет сути работы Эффи, но накладывает определенные подозрения на это задание.

Микологов окровители не вскрывают. Их вообще не вскрывают... Эпидемии микозов не редкость, даже в наше время, и хоть мерв предосторожности существуют, лишний раз никто не хочет ворошить осиное гнездо.

Микологов просто кремируют. Так зачем Эффи позвали вскрывать?

— Эффи? Эффи, не спи, дорогая моя!

— Я просто задумалась, не обращайте внимания. Кафедрант не упоминал откуда тела, мне такое знать не положено.

— Брось-брось. Разве же ты не должна понимать а чем руки марать? Эти напыщенные ученые совсем уже не ценят твой труд! Я бы на твоем месте уже давно все высказала кафедранту!

Провокация. Эффи знает и чувствует это, ведь таким же способом эта милая маленькая тетушка упекла дорогую подругу окровительницы в зал развития, корпуса Изысканий. Если корпус Благодушия предназначен бля изучения психически больных, то корпус Изысканий... Впрочем, Эффи постаралась отогнать воспоминания о распухших от гноя и стянутых ремнями несчастных, вопящих в агонии. Она согласилась работать на университет Гёхенъ, при условии, что никто и никогда не отправит ее в корпус Изысканий.

— Церковь Покровения учит сдержанности и терпению. Человеку моего уровня не пристало жаловаться на руководство.

— Какая ты набожная оказывается, а ведь церковники и папиньку твоего не пощадили, ах... Как жаль-то. Прости-прости, я не хотела обидеть тебя, ну беги, я и так тебя задержала своей болтовней.

Хитрая крыса наконец отстала со своими двусмысленными фразочками и ловко, несмотря на возраст, спустилась по лестнице барака. Эффи же, расслабившись, наконец смогла выдохнуть и насладиться приятным видом. Третий корпус хоть и заброшен, но держится в чистоте и порядке, вокруг жилого барака высажен небольшой сад и цветники, отчего дорога до второго корпуса радует глаз своей первобытной эстетикой одомашненной природы.

Такое Эффи по душе.

Да, второй из четырех корпусов, именуемый корпусом Точных Наук, именно там находится главный лекционный зал, где и проводят "торжественные" вскрытия.

Тошнит. Нет лучшего слова, описывающего все отношение Эффи к структуре университета, но... Она продолжает свое кровавое ремесло.

Надо будет проведать отца...

...

...

Прибыв в корпус, представляющий собой, как и прочие, массивное каменное здание со множеством шпилей и острых углов, на манер помпезных соборов, Эффи сразу направилась в лекционный класс, желая подготовиться к окровлению. За свои двадцать пять лет она привыкла ко многому, взгляды студентов не исключение.

Любознательные и по детски наивные глазки первокурсников, жадно поглощающие любую новую информацию и презрительные взгляды хищных глаз выпускников, чей мозг начисто промыт доктринами ученых и церковников.

Для них - будущих первооткрывателей и творцов истин, Эффи и ей подобные - падальщики. Неразумные мясники, умеющие лишь сдирать кожу с трупов, безучастно копошась в "начинке". Впрочем, они не далеки от истины.

Положив тонкие пальцы на рукоять меча, девушка отстранилась от мира, фокусируя ум на своей задаче.

С пустой, но тяжелой головой она открыла лекционную, куда уже доставили трупы.

Как и было оговорено - три покойника, лица закрыты тканью, все еще в рабочей одежде охотников, с грязью на высоких сапогах и запахом лесной сырости.

Впрочем эту нотку природной свежести перебивает смрад, означающий стремительное начало разложения.

Прошло не меньше суток, как их доставили сюда, в подробности никто не вникал, но кажется их принесли двое выживших из той экспедиции, и хоть сами они остались серьезно ранены, товарищей не бросили.

Хотела бы сказать Эффи, но реальность куда прозаичнее.

За каждое тело, вынесенное из Узилища, университет доплачивает по семь марок, а лечение при том же университете всегда стоило немалых денег.

Хм...

Стряхнув лишние мысли, девушка спустилась вдоль колец скамей и столов, к пьедесталу смерти.

По правилам, никому нельзя смотреть на лица покойников, но...

"Долг обязывает".

Эффи разложила инструмент, достала из поясной сумки несколько баночек с пахучими маслами и прочие жидкости, после медленно подошла к ближайшему трупу.

По телосложению - мужчина, довольно крепкий и возможно высокий. Точнее не определить, ведь ниже колен у него ничего нет, а разорванный бок, в который кое-как запихали порвавшийся кишечник, свидетельствует о быстрой смерти. Быстрой, но болезненной.

Отогнув край ткани, девушка увидела знакомую, но от того не менее пугающую картину - серое лицо и широко раскрытые глаза, мутные, с лопнувшим зрачком... Что-то в его мимике насторожило окровительницу, но не решившись дальше порочить мертвеца, накрыла лицо.

В этот момент в лекционную вошла группа людей.

Лысеющий мужчина в годах, облаченный в красивые бело-голубые одежды и... Свидетели. Несколько студентов и обычные горожане, мужчины и женщины разных возрастов.

Разве обывателям следует показывать вскрытие охотников?

— О-о-о, мисс Эрби, а вы уже готовы, как и всегда, пунктуально и проницательно. Моя позвала вам.

— Кафедрант.

Короткий кивок учёному, поклон свидетелям.

— Да-да, оставим любезности. Так, давайте поскорее начнем. Мисс Эрби, не смотрите так на свидетелей, я взял смелость пригласить родственников умерших. Давайте не опозорим честь кафедры, кха-кха...

Прокашлявшись, профессор обошел тела, разложив на чистом края стола несколько книг и свитков. Хотя лучше бы он принес анатомическую карту... Старый дурак.

Однако не это встревожило Эффи.

Вскрывать тела при родственниках... Не слишком ли это?

— Кафедрант, правила университета не позволяют присутствовать на вскрытии...

— Мисс Эрби, не брюзжите. Я знаю правила, а этим людям будет полезно просвятиться и улицезреть торжество науки. Не стоит беспокоиться из-за каких-то правил, мы просто проводим вскрытие. Разве есть проблемы?

Этика, старый ты идиот! Эффи с удовольствием бы посмотрела на него, если бы прямо сейчас она разделывала его детей и внуков!

— Мисс окровитель, не тревожьтесь, мы дали письменное согласие на присутствие...

Женщина, не по годам седая и бледная, встряла, тонким голосом разжигая в Эффи ненависть к себе и своему ремеслу. Это... Чья-то мать... Одного из них...

— Полно разговором, мисс Эрби, приступим.

А этому все на месте не сидится... Черт...

Но работа есть работа. Проверив шнуровку перчаток, девушка взяла широкие ножницы и мысленно отстранилась от мира.

— Начинаю вскрытие.

...

Сама работа крайне скучна и проста. Эффи просто следует указанию кафедранта, извлекая на свет божий то, что необходимо. Сейчас, под ученый бубнеж старика о значимости этих исследований, девушка срезала слои влажной одежды, добравшись до серой плоти.

Вздутия еще нет, а само тело... Твердое? Да, и дело не в костях, возможно это просто трупное окоченение, но пальцы окровителя четко прощупывают жесткие тонкие нити под кожей.

— Нашла образования. Возможно опухоль.

— М? Да-да. Кха-кха... Итак...

Даже слушать не стал, размахивая своей указкой, бесцеремонно тыкая в тело убиенного.

— Мисс Эрби, я хочу взглянуть на лёгкие. Будьте так добры.

Будьте так добры... Каждое слово старого кафедранта падает тяжелым грузом на душу девушки.

Срезав плоть, красиво раскрывшуюся, словно цветок, Эффи начала дробить ребра инструментом, напоминающим маленькую дисковую пилу. Сзади раздался тяжелый вздох на грани плача.

Это явно была плохая идея...

Хм... Вся поверхность костей усыпана каналами... Неровными рытвинами и сколами.

Кости начали разлагаться... Так быстро? Нет, должно быть дело в другом.

Хоть в университете есть образцы щелочей и кислот, способных расплавить человека за считанные часы до состояния супа, по тело этого несчастного имеет четкую форму, в то время как кости определенно подверглись разрушению.

...

Странности не прекратились и после снятия реберной решетки. Поверхность легких и пищеварительных путей покрыты многочисленными черными, липкими и смердящими пятнами. Некроз... Глубокий внутренний некроз. Такое Эффи уже видела и не раз. Но следов кровоизлияний нет, значит умер он от другого? Хм...

Он подвергся нападкам самых разных тварей, и принес в себе целую коллекцию образцов ядов... Настоящий сундук с сокровищами на операционном столе...

Сделав нежный длинный надрез, Эффи не успела даже моргнуть, как облачко едва заметных белых частиц выстрелило, будто из пушки.

— Мисс Эрби, что вы там копаетесь? Если нашли что-то занятное, поделитесь с миром.

— Отойдите! В легких полно спор!

— О-о-о, тяжелая форма микоза, я полагаю. Весьма занятный пациент... Господа свидетели, обратите внимание на структуру грибницы. Пусть я и не миколог, но кое-что в этом смыслю...

Взяв длинный пинцет, кафедрант оттянул края легочной ткани, обнажая густую сеть твердых жестких и тонких нитей, обвивших все пространство внутри легкого.

— споры проросли в дыхательных путях, чувствуя благоприятный климат и обилие пищи. Пусть и грибы, но они отнюдь не глупы. Каждая грибница живет в вечном голоде, стараясь заполнить собой все большие и большие пространства, в этом... Кха-кха... Их суть. Удивительно лишь то, как быстро сей недуг овладел легкими охотника.

— Не только легкими. Взгляните, кафедрант.

Эффи вмешалась в речь профессора, за что ей по любому прилетит выговор, но беспечный старик, вроде не обратил на это внимания, уставившись на оголенные руки трупа.

— Поразительно... Мисс Эрби, что вы видите? Ну же, поделитесь соображениями.

— Сосуды заполнены грибными тяжами...

— Верно, но не совсем. Эти жёсткие шнурки - ризоморфы. Принято считать, что так многие грибы способны пережить неблагоприятные условия. Что-то еще?

Чего он хочет?

— Споры и ризоморфы... А в кишечнике... Проросла плесень и плодовые тела... Считаете, это симбиоз нескольких потенциально хищных грибов?

— Может-может, однако мне видится, будто все эти невероятные организмы сплетены единой грибницей. Мы столкнулись с уникальным симбиозом грибов, точечно атаковавших все важнейшие органы человека. Именно поэтому тела и не сожгли... Выжившие в бреду, но сообщили о некой "твари", что встретилась им. Мисс Эрби, прошу, изучите и задокументируйте процесс вскрытия оставшихся тел, а мы оставим вас. Дьякон Адель будет присматривать за вами.

Старый профессор по отечески улыбнулся и зашуршал прочь, даже не посмотрев в сторону свидетелей, с немым ужасом наблюдавших весь этот цирк.

Пытливый ум Эффи разыгрался, желая узнать правду, загадочных тел, но нечто человеческое и здравомыслящее велело ей немедленно отказаться от этой работы.

Хуже всего то, что кафедрант был в курсе событий, произошедших с этими несчастными и не зря он упомянул выживших... Простое вскрытие принимает весьма скверный оборот...