Передо мной всплывает размытая, едва различимая картина бесплодных земель.

Я смотрю и осознаю то, что вижу, но одновременно с этим словно теряю сознание, погружаюсь в сон. Просто наблюдаю за тем, что преподносит мне мозг. Попросту не контролирую этот процесс и лишь надеюсь, что, когда проснусь и открою глаза, не забуду эту интересную сцену, крутившуюся передо мной, словно лента кино во сне.

Печально и мертво. Примерно так можно описать эти земли. Опять же, это лишь приблизительное мнение, но лично я склоняюсь именно к такому описанию.

Засохшая чёрная почва, истощённая десятилетиями эксплуатации. Она годами служила тем, кто пахал и выращивал здесь урожай. Самое настоящее издевательство над землёй. Неужели землепашцам было неизвестно, что выращивание одной и той же культуры на одном участке истощает почву? Растения забирают из неё питательные вещества, а со временем их запасы исчерпываются.

Именно поэтому на протяжении всей истории земледелия люди придумывали различные способы обработки и эксплуатации почвы. Например, паровую систему, к которой относились двуполье и трёхполье, или подсечно-огневое земледелие. Каждая из этих систем позволяла земле отдохнуть хотя бы год, после чего её плодородие восстанавливалось естественным путём или благодаря вмешательству человека.

— Ладно, я слишком увлёкся лекциями. Мы же всё-таки не в аграрном институте, — подумал я про себя.

Но сразу после этого мысли перемешались от внезапного наплыва вопросов. Причём тут вообще давно заброшенное «мёртвое» поле, простирающееся до самого горизонта?

— Институт? Что такое институт? Разве эти знания должны быть мне присущи?… Щенку, который родился животным и живёт инстинктами. По крайней мере, так должно быть согласно всем законам природы. Разве нет?

Началось то, что можно назвать глюками или лагами. Бывает такое, что смотришь телевизор на старом бабушкином или дедушкином аппарате, а там приходится постоянно настраивать антенну из-за каждого мелкого чиха. Во время настройки изображение начинает плыть, расплываться, шуметь, искривляться. То часть передачи пропадает, то картинка показывается урывками.

Примерно то же самое происходило сейчас со мной. Точнее, в моём сне. Если это вообще можно назвать сном.

Поле, трава на котором приобрела увядший желтоватый оттенок, а сама растительность покрывала далеко не все участки земли. Будто залысины на голове человека, страдающего алопецией. Деревьев же в привычном понимании здесь не было. Их стволы были искривлены, корни намертво проросли вглубь земли, а кора имела багровый цвет. Небо же простиралось над всем этим пространством, окрашенное в насыщенный красный с тёмно-коричневым оттенком.

Не знаю почему, но этот мир был настолько ужасающим, словно именно здесь и происходили все убийства мира. Казалось, кровь уже витала в воздухе, смешавшись с ним.

Вся эта картина плавала из стороны в сторону. Сначала хаотично, затем закручивалась в круговорот и снова возвращалась в исходное положение. Цикл за циклом. Сперва медленно и плавно, но постепенно движение ускорялось. На фоне раздавался шум. Некий звук, словно тысячи игл врезались друг в друга. Однако в нём не было ни металлического звона, ни звука разбивающегося стекла.

Всё кружилось и шумело. Затем появились крики, чуть позже — рыдания и шёпот. Множество голосов слились в единую симфонию кошмара, от которой у меня гудела голова.

С этого момента меня волновало лишь одно.

«Когда всё это закончится?»

Таково было моё единственное желание. От происходящего сумасшествия всё тело бросило в дрожь, а по лбу потёк холодный пот. Глаза метались из стороны в сторону, пытаясь сфокусироваться хотя бы на чём-нибудь.

И вдруг мой взгляд упал на тянущиеся ко мне горы оживших трупов.

Все они были какими-то не такими. Явно не людьми. Телосложение гуманоидное, но разве у людей бывают такие огромные кости или рога на голове?

Они ползли ко мне. У некоторых отсутствовали конечности, у других были повреждены животы. Были и те, кто выглядел как кожа да кости. Среди них попадались и настоящие живые скелеты… Однако таких было ничтожно мало. Большинство представляло собой буквально кожу да кости. Обсохшие губы, обессиленные тела, дряблая кожа, явные признаки атрофии мышц, отёки, запавшие глаза. У некоторых даже были вздутые животы.

Зрелище явно не из приятных.

Земля подо мной провалилась, но я не упал. Из образовавшейся бездны полезла целая куча зомби. Не знаю, можно ли назвать их зомби.

Я стоял неподвижно и наблюдал, как они всё лезут и лезут. Расстояние между нами стремительно сокращалось. Но я продолжал стоять. Не потому, что сам этого хотел, а потому, что физически не мог пошевелиться. Как бы сильно я ни старался поднять руки, они не слушались.

Точно сонный паралич. Только эта мысль немного успокаивала меня перед лицом собственной беспомощности.

Мне стало страшно… Всё тело онемело, словно парализованное, а голову заполнила тревога. Я чувствовал, как кровь с бешеной скоростью разносится по телу, начиная от груди и доходя до самых кончиков пальцев. Внутри словно разливался холод. Жар возбуждения смешался с холодом страха. Всё внутри горело, но пот на коже был ледяным, холоднее студёного воздуха. Пятки и ладони стали липкими, лоб горел. С него стекали капли пота, то и дело застилая мне обзор.

Единственное, что мне оставалось, — ждать. Ждать, пока эта толпа доберётся до меня, сожрёт, истерзает и обглодает.

— Ты не умрёшь, — прошептал на удивление знакомый противный голос. — Это наши братья и сёстры. Они родились, не зная мирного неба над головой, жили в ужасных условиях и умерли мучительной смертью.

Я стоял и слушал его, не смея возразить, потому что боялся. До смерти боялся, но сам не знал кого и чего. Видимо, страх окончательно разъел мой рассудок, и единственное, что я мог делать, — слушать и наблюдать.

— Разве они были в чём-либо виноваты? Были ли они грешниками или, может, жестокими монстрами? Нет! Тогда почему нас так невзлюбили?… Возненавидели лишь за то, что мы немножко отличаемся от них!

— Ты не умрёшь. Не здесь и не сейчас. Ведь твоя задача заключается в том, чтобы отомстить за наш народ! И я дарую тебе силу. Силу, которая восстановит справедливость. Око за око, зуб за зуб!

Пространство вокруг меня исказилось. Всё начало рушиться и исчезать. Мёртвая толпа, что так рьяно рвалась в мою сторону, испарилась. Вокруг осталась лишь тьма…