Мы обменялись напряжёнными взглядами. Раздался жуткий скрип петель. Дверь открылась, но никто не вышел нас встречать. Там могла быть напуганная семья, или сосед с ножом, желающий нам навредить. Или же…

— Кт-кто вы?

Напряжённый детский голос. Мы сразу же открыли дверь. За распахнутой входной дверью показался грязный мальчик. Невысокий, пухленький, с пухлыми щеками. У него была выразительная крупная родинка на переносице, и на вид ему было не больше тринадцати-четырнадцати лет.

— А-а-а!

Мальчик с родинкой вздрогнул, увидев нас, и отшатнулся. Чон Хивон слегка подняла обе руки в его сторону.

— Эй, всё в порядке. Мы не хотим причинить тебе вред.

Сказав это, она тихо шепнула мне:

— Наверное, это парень, который учился в одной школе с моим братом.

— Откуда ты знаешь?

— По родинке… Нет, я помню его по соцсетям брата.

Похоже, она узнала мальчика по родинке на носу. Услышав эти слова, мальчик расширил глаза. Его глаза мгновенно наполнились слезами, он бросил взгляд назад и спросил нас:

— В-вы меня знаете? Кто вы?

— Где взрослые? Ты один?

— Взрослые все…

Мальчик с родинкой заплакал и шагнул вперёд. Чон Хивон, которой, видимо, стало его жаль, наклонилась и посмотрела на него. Я же сохранял полное равнодушие, глядя на эту сцену. Может быть, потому что я Ли Хакхён, или потому, что я Чон Инхо?

「 Как этому ребёнку удалось выжить после первого сценария? 」

Когда до нас осталось около пяти шагов, я заговорил:

— Малыш.

Мальчик поднял на меня глаза. Я дружелюбно прищурился и спросил:

— Ты не мог бы этого не делать?

Не успел я договорить, как мальчик бросился в объятия Чон Хивон. Я рефлекторно притянул Чон Хивон к себе и выступил вперёд. К счастью, кухонный нож мальчика вонзился в мой «Усиленный Внешний Костюм». Мальчик, испугавшись валяющегося на полу ножа, упал на задницу.

— А-а-а-а-а! Я-я не нарочно! Мне приказали! Мне приказали это сделать!

Всё-таки это была ловушка. Чон Хивон спросила:

— Инхо-сси, вы в порядке?

— В порядке. А ты?

— Зачем остановили меня?

Я посмотрел на её правую руку, которая уже тянулась к рукояти меча, и сказал:

— По крайней мере, мы должны выслушать его историю.

Если бы я не остановил её, мальчик был бы изрублен на месте. Мальчик, осознав это, плюхнулся на пол и отполз назад, волоча свою задницу. Я улыбнулся, как добродушный мошенник, и наклонился к нему:

— Итак, кто приказал тебе сделать это?

На самом деле, не было нужды спрашивать. По его виду было очевидно, что он никому не подчиняется. Точнее говоря…

— Стреляй! Быстрее!

Этот парень выглядел так, будто он был тем, кто «приказывает».

Бам! Бам!

Одновременно с приказом мальчика раздались выстрелы. Угрожающие предупредительные выстрелы. С потолка посыпались обломки бетона. Рядом с мальчиком с родинкой, который снова сделал шаг назад, стояли двое других детей. С оружием были двое из них. Это были K-2, используемые в армии. Мальчик с родинкой, возгордившись, заговорил:

— Видали? Это настоящие пушки. Двинетесь — буду стрелять. Бросайте всё, что у вас есть, и поворачивайтесь спиной.

На его льющиеся, словно вода, угрозы я ухмыльнулся, и мальчик сердито предупредил:

— Считаю до пяти.

Счёт до пяти. А у меня было четыре вопроса.

— Раз.

Откуда, чёрт, взялись эти дети?

— Два.

Если не считать меня, почему даже Чон Хивон не заметила их присутствия?

[ В этой области активирован «Звуконепроницаемый Барьер». ]

Звуконепроницаемый барьер, значит. Вот оно что. Второй вопрос решён.

— Три.

Как эти дети устроили такую ловушку?

— Четыре.

Скольких людей они убили до сих пор?

— Пять. Просто убейте их.

Я активировал «Подстрекательство», чтобы преобразовать «Понятие» в «Щит Геракла».

[ Эксклюзивный навык «Защита Области» активирован! ]

Стволы K-2, переведённые на автоматический огонь, запылали огнём.

Ту-та-та-та-та!

Неужели «Защита Области», которая выдержала даже «Мини-турели» Гон Пильду, не сможет заблокировать обычные пули? Пули, отскакивая от щита, начали дырявить стены дома в самых неожиданных местах. Испуганные дети закричали и прекратили стрельбу. Я молниеносно подбежал и отобрал оружие у детей. Их общие характеристики были явно невысоки, так что подавить их было несложно. Когда ситуация обернулась не в их пользу, мальчик с родинкой крикнул:

— Эй, сейчас! Прикончите его!

Внезапно я почувствовал, как холодок пробежал по затылку.

Ссссвист!

Что-то быстро пронеслось по воздуху. Это был метательный снаряд с необычной аурой, хотя и не такой быстрый, как пуля. Я рефлекторно отдёрнул голову, уворачиваясь от снаряда. Он просвистел у моей щеки, воткнулся в стену и завибрировал. Это была палочка для еды, наполненная магической силой. Я повернул голову и увидел пятого мальчика с подставкой для столовых приборов. Странно, но на мальчике была маска черепа.

Маска черепа?…

Он, видимо, не ожидал, что я увернусь от атаки, застыл, глядя на меня в замешательстве. Мальчик с родинкой раздражённо сказал:

— Ты даже попасть не можешь?

— Прости.

— Брось ещё раз!

— … У меня перезарядка.

Услышав это, мальчик с родинкой, словно нажав на кнопку, зашипел и выругался. Он раздражённо подошёл и ударил мальчика в маске черепа в живот и по лицу. Не успокоившись даже после этого, мальчик с родинкой повернулся ко мне.

— Аджосси, а ты неплох. Но на этот раз ты выбрал не того противника. Знаешь, кто мы такие?

От слов мальчика с родинкой все остальные дети, которые дрожали и были напуганы, изменились в лице. Как будто эти слова были их «Защитой Области».

— Точно!

— Даже военные аджосси не трогали нас! Все ваши оппы и онни мертвы!

Откуда взялись эти дети? Мой первый вопрос теперь готов найти свой ответ. Мальчик с родинкой, коварно улыбаясь, достал из-за пояса узел. Это были те же самые узлы, что и у снайпера, которого Чон Хивон обезвредила несколькими часами ранее в высотном здании. Разница лишь в том, что у снайпера было три узла, а у мальчика с родинкой — пять. Чувствуя, что Чон Хивон приближается, я сказал:

— Эти дети из «Открытости».

Не знаю, услышала ли она меня. Однако Чон Хивон прошла мимо меня и продолжила идти. Мальчик с родинкой высокомерно закричал:

— Верно! Мы из Открытости! Ты знаешь, кто я такой? Я, ни много ни мало, уровня «Главы» Открытости! Теперь вам конец—

— Отойди.

Чон Хивон оттолкнула мальчика с родинкой, словно он ей мешал, и, подойдя к мальчику в маске черепа, заговорила:

— Чон Ынхо.

Услышав этот голос, у меня по спине пробежал мороз. Та ли это Чон Хивон, которую я знаю? Могла ли Чон Хивон изображать такое устрашающее выражение лица?

— Сними маску. Это ты, Ынхо?

Сначала отреагировали другие дети. Побледневшие дети тревожно оглянулись друг на друга и пробормотали:

— К-кто это?

— Она знакома с Ынхо?

Мальчик в маске черепа неподвижно застыл, глядя на Чон Хивон. Он то слегка склонял голову, словно не веря, то тряс рукой, сжимавшей контейнер для столовых приборов. Глаза мальчика, видневшиеся из-под маски, дрожали от сильного волнения. Наконец, его рука медленно двинулась, и он снял маску. И под ней оказался…

— … Нуна.

Мальчик, очень похожий на Чон Хивон.

rlaehrwk37: О, чёрт.

rlaehrwk99: Серьёзно?

Чудесное воссоединение двух родственников, выживших в адском апокалипсисе.

[ Созвездие «Морской Бог Войны» кивает в знак сочувствия по поводу трогательного воссоединения брата и сестры. ]

[ Созвездие «Демоноподобный Огненный Судья» наблюдает за ситуацией со сложным выражением лица. ]

[ Созвездие «Чёрный Огненный Дракон Бездны» говорит, что тот парень с родинкой заслужил побоев. ]

Обычно это был бы момент для предвиденной мелодрамы. Брат и сестра, проливая слёзы и сопли, обнимаются, отбрасывают свою старую любовь-ненависть и осознают истинную семейную привязанность. Определённо, так и должно было случиться, но семья Чон Хивон была немного особенной.

— Ты, что, чёрт возьми, натворил?

Несмотря на допрос Чон Хивон, Чон Ынхо молчал, только опустив голову. Я внимательно посмотрел на маску черепа в руке Чон Ынхо.

「 Мясник, который будто призрак бродит по сценариям в поисках врага, убившего его товарища, всегда носил «маску черепа». 」

Значит, брат Чон Хивон был «Безумным Мясником»? Теоретически это звучало правдоподобно. «Безумный Мясник» — одно из немногих воплощений, обладающих атрибутом «Маленький Человек», о котором говорил Ким Докча. Чон Хивон также обладала «Маленьким Человеком», поэтому не было ничего странного в том, что её брат имел тот же атрибут. Может, проверить это напрямую.

[ В настоящее время навык «Список персонажей» обновляется. ]

[ В настоящее время вы не можете использовать этот навык. ]

Нет, почему именно сейчас?

— Кто приказал тебе так поступить? Говори немедленно!

Холодный взгляд Чон Хивон был направлен на мальчика с родинкой. Он барахтался на полу, его руки, ноги и рот были связаны. Его пухлое лицо было покрыто соплями и слезами, видимо, он тоже был тронут воссоединением брата и сестры.

— Нуна.

Чон Ынхо, безучастно взглянув на мальчика с родинкой, спросил:

— Зачем ты пришла сюда? Убедиться, что я мёртв?

— Что?

— Возвращайся. Тебе здесь не место.

В выражении лица Чон Ынхо, медленно поднявшего голову, одновременно отобразились слабая непокорность и пустота.

— Ситуация отличается от того времени, когда ты избила папу деревянным мечом и сбежала из дома. Ты до сих пор думаешь, что главная в нашей семье?

— Эй, что ты несёшь?

Чон Хивон, смущённая неожиданными заявлениями брата, внезапно повернулась ко мне.

— Нет, Инхо-сси. Это… Всё не так.

Я улыбнулся и покачал головой в знак того, что всё в порядке. Судя по ситуации, я примерно понимал, что произошло. Конечно, дети не должны бить своих родителей, но если такой человек, как Чон Хивон, совершил подобное, у неё, вероятно, была причина.

Чон Хивон тихо вздохнула и спросила:

— Так, где сейчас папа?

— Папа…

Чон Ынхо замялся, а затем вздохнул и сказал:

— Он в «Открытости».

— В «Открытости»?

— Это название организации, в которой я состою.

— Странно. Он не из тех, кто легко вступает в какую-либо организацию. Что с армией? Что с людьми из жилого комплекса? Папа же был военным. У него были подчинённые?

При слове «армия» в глазах Чон Ынхо промелькнул тёмный свет.

— Все схвачены «Открытостью».

— Папа не из тех, кто так легко сдастся.

— Если бы это был прежний папа, тогда…

«Прежний папа». Оттенок эмоций, заключённый в этих словах, был особенным. Но то, что сказал Чон Ынхо дальше, было ещё более странным.

— Считай, что папа уже мёртв. Он больше не мой папа.

Не их папа?

— Когда мир рухнул, он внезапно изменился, словно стал другим человеком.

— Что ты несёшь? Он опять тебя ударил?

— Нет. Не в этом дело.

Чон Ынхо, слегка вздохнув, выглядел точь-в-точь как Чон Хивон.

— Папа вдруг сошёл с ума.

— Сошёл с ума?

В этот момент я понял, что, возможно, произошло с семьёй Чон Хивон. В глазах Чон Ынхо, медленно повернувшегося к окну, отразился пейзаж разрушенного жилого комплекса. Следы сценария, превратившего этот мир в руины. Но, возможно, не сценарий разрушил семью Чон Хивон.

— Он говорил странные вещи, типа: «Новелла стала реальностью, такого не может быть»… До этого я просто думал, что у папы временно помутился рассудок.

Сценарий был жесток, но, по крайней мере, любезен. Он представился, словно гость, позвонивший в дверь, сообщил, что произойдёт, и научил, что нам нужно делать. Но были и нелюбезные гости. Те, кто пришёл в этот мир без звонка и стука.

— Но, когда сценарий начался и я снова встретил папу, он бросил меня и сбежал один. Я плакал и пытался догнать его, но я никогда не забуду, что папа сказал тогда…

Моё лицо отразилось на треснутом стекле балкона. Я медленно отвёл взгляд и посмотрел на лицо мальчика, отражённое по краю стекла. Мальчик в маске черепа…

— Он спросил, кто я такой.

Мальчик, который в одночасье потерял свою семью — всю их историю — говорил.

— Он сказал, что теперь он должен найти «Ким Докча».

Похоже, в отца Чон Хивон вселился «читатель».